<< Предыдущая

стр. 8
(из 17 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

? судебные процедуры (в рамках гражданского судопроизводства);
? административные меры;
? уголовно-правовые санкции и т.д.
Авторское право было, есть и всегда будет определенной "суммой
компромиссов", достигнутых в ходе долгого и трудного поиска.
В Законе четко определены случаи свободного использования произведений,
учтены новые разновидности объектов охраны, выделен специальный раздел об
организациях, управляющих правами авторов на коллективной основе, четко
регламентирована защита прав авторов в суде и предусмотрены дополнительные
меры для обеспечения ее эффективности.
Закон предусматривает целый комплекс мер, которые обладатель авторских
и смежных прав может применить против нарушителя его прав, используя
государственное принуждение.
Очень действенной мерой является предоставленная правообладателю
возможность предъявлять требование о выплате ему компенсации в сумме от 10
до 50 тысяч минимальных размеров оплаты труда, определяемой по усмотрению
суда общей юрисдикции или арбитражного суда, вместо возмещения убытков
правообладателя или взыскания дохода, полученного нарушителем. Возможность
выплаты указанной компенсации позволяет правообладателю обойтись без сложной
и трудоемкой процедуры доказывания причиненных убытков или размера доходов
нарушителя.
Предусмотрены в законе и меры обеспечения исков по делам о нарушении
авторских и смежных прав (ст. 50).
Практика большинства стран с высоким уровнем охраны интеллектуальной
собственности показывает, что одними гражданско-правовыми санкциями
пиратство искоренить нельзя. Принятые в США поправки к уголовному
законодательству предусматривают за нарушение авторских прав тюремное
заключение сроком до 10 лет. Действующее законодательство предусматривает
гражданскую, уголовную и административную ответственность за нарушение
авторских и смежных прав. Соответствующие нормы внесены в Уголовный кодекс
Российской Федерации (ст. 146) и в Кодекс об административных
правонарушениях (ст. 150-4).
В России к настоящему времени в основном создана правовая база для
охраны авторских и смежных прав, надежная "юридическая оболочка" для
соответствующих отношений. Требуется не столько изменять или принимать новые
законы, сколько дополнять существующие и исполнять их.
Наибольшие проблемы возникают с применением законодательства, о чем, в
частности, свидетельствует многочисленная и противоречивая судебная
практика.
В настоящее время, когда создание законодательной базы практически
завершено, основной задачей, которая стоит перед Россией в области
авторского права является организация надежно действующего
правоприменительного механизма.
Весьма важную роль в борьбе с видеопиратством призваны играть
правоохранительные органы, для этого наделенные действующим
законодательством значительными полномочиями. Однако сотрудники
правоохранительных органов часто не расценивают видеопиратство как серьезную
проблему. Подобное отношение вытекает из недостатка знаний о масштабах этого
явления, о получаемых нарушителями прибылях и о роли организованной
преступности в данной области.
Сейчас территория Российской Федерации оказалась ареной действия
различного рода пиратов. Нарушения авторских прав наносят огромный ущерб как
конкретным правообладателям, так и экономике страны в целом. Контрафакция
интеллектуальной собственности (производство несанкционированных копий)
намного опаснее для культуры и экономики, чем это обычно представляется.
Деятельность пиратов подрывает экономические основы легальной
российской кино- и видеоиндустрии. Структурные ухудшения, связанные с
нарушением авторских прав, намного превосходят любые краткосрочные
экономические преимущества.
Кинокомпании терпят огромные убытки от незаконной деятельности
видеосалонов и кабельного телевидения, поскольку последние часто показывают
новые кинофильмы до выхода их на экраны кинотеатров.
Видеопираты ничего не делают для производства подлинных записей, а
незаконно присваивают лучшие из них, тиражируют и продают, получая
единовременную прибыль. В отличие от первоначального изготовителя им не
приходится делать значительные капиталовложения в производство новых
записей, оплачивать труд авторов, исполнителей.
Нарушители авторских прав мешают появлению новых произведений,
подрывают экономическую базу, необходимую для творчества, поэтому основным
последствием процветающей контрафакции оказывается сведение на нет развития
творчества в стране.
Нарушения авторских прав ведут к значительным прямым и косвенным
потерям доходов государства. Действия пиратов наносят весьма значительный
ущерб бюджету России, который в настоящее время даже трудно точно оценить.
Можно лишь отметить, что "индустрия искусства" дает бюджету США около 500
млрд. дол. ежегодно.
Лица, задействованные в видеопиратстве, часто вовлекаются в иные виды
преступлений, например, отмывание прибыли, полученной преступным путем,
борьба за территории (рынки сбыта), проводимая преступными методами. Нередко
выясняется, что пираты копируют видеофильмы на украденной аппаратуре.
Наиболее эффективный метод локализации "пиратства" заключается в
сосредоточении на источниках нелегального копирования, для чего необходима
разработка специальных операций, проведение рейдов, установление путей сбыта
незаконной продукции. Такие расследования требуют значительного времени и
огромных усилий.
Свою роль в повышении уровня охраны интеллектуальной собственности
должны играть таможенные органы.
Наряду с уголовно-правовыми и административными средствами защиты
законодательством предусмотрены меры, дающие правообладателям возможность
обратиться к гражданско-правовым средствам защиты, которые также играют
немаловажную роль в охране авторских прав.
Механизм судебной защиты нарушенных прав в рассматриваемой сфере
действует крайне неэффективно. Предусмотренные ранее действовавшим советским
законодательством меры по защите авторских прав отличались слабостью и
отсутствием реального механизма их применения. Даже в случаях использования
произведения с нарушениями авторских прав ответственность пользователя
ограничивалась необходимостью уплаты правообладателям вознаграждения в
соответствии с утвержденными ставками, которое он выплатил бы, если бы
произведение было использовано правомерно. Таким образом, для пользователя
не было различий между договорным и бездоговорным использованием
произведений. Не было в советском авторском праве и таких мер воздействия на
нарушителя, как конфискация материалов и оборудования, использованного для
изготовления незаконных экземпляров произведения, изъятие самих незаконных
экземпляров и многих других. Существовавшая в Уголовном кодексе РСФСР ст.
141, предусматривавшая уголовную ответственность за нарушение авторских
прав, практически не применялась.
Ранее советские суды (в основном московские) чаще всего сталкивались
только с одним видом исков: взысканием авторского вознаграждения.
Федеральным законом "О лицензировании отдельных видов деятельности"
предусмотрена обязательность лицензирования таких видов деятельности, как
воспроизведение (изготовление экземпляров) и распространение (за исключением
розничной торговли) экземпляров аудиовизуальных произведений на любых видах
носителей, осуществление телевизионного вещания (эфирного, спутникового,
кабельного).
Обязанности контролировать соответствие деятельности лицензиата
требованиям законодательства возлагаются также на лицензирующие органы.
Такой подход не всегда представляется оправданным.
Наиболее распространенным основанием для аннулирования лицензии
является нарушение лицензиатом действующего законодательства и условий
лицензии. В результате на лицензирующий орган часто пытаются возложить
несвойственные ему функции истолкования законов, оценки "существенности"
правонарушения и применения санкций в отношении нарушителя - прерогативы,
присущие органам судебной власти.
Положение "О лицензировании телевизионного вещания и радиовещания в
Российской Федерации" предусматривает в качестве одного из оснований
аннулирования лицензии на телевещание "систематическое нарушение авторских и
смежных прав". Несомненно, это сильный рычаг для воздействия на
недобросовестного вещателя.
Однако на практике обеспечить надлежащую доказательственную базу
оказывается трудно, особенно в том случае, если лицензирующий орган не
располагает территориальными подразделениями.
Сам процесс затрудняется необходимостью доказывать не только наличие
оснований для лицензирования, но и "систематичности" нарушений данного вида,
а также каждое конкретное нарушение авторских и смежных прав в отдельности.
Правовые методы защиты интеллектуальной собственности необходимо
применять в сочетании с техническими.
Для установления подлинности видеопродукции, выявления контрафактных
экземпляров произведений (изготовление или распространение которых влечет за
собой нарушение авторских и смежных прав) жизненно необходимым является
применение эффективных, легко распознаваемых защитных средств.
Скопированные защитные наклейки и голограммы на подделках выглядят
плоскими, кодовые полоски - размазанными, однако не всегда данные признаки
подделки очевидны. Цена видеофильма, плохое качество изображения и звука или
упаковки также могут свидетельствовать о пиратском происхождении продукта.
Однако выявление поддельных копий видеофильмов, которым был придан вид
подлинного продукта, часто оказывается особенно затруднительным, так как
иллюстрации могут изготавливаться высококачественным цветным
фотокопированием подлинного продукта с распечаткой на лазерном принтере.
Товарные знаки и эмблемы настоящего изготовителя воспроизводятся с
максимальной точностью. К тому же во многих случаях разница между ценой
настоящей и поддельной продукции минимальна.
Когда подлинность кассеты нельзя установить визуально, необходимым
оказывается проведение технической экспертизы.
Проблемы, связанные с развитием техники, с необходимостью координации
деятельности авторских обществ, с ростом числа нарушений в области авторских
и смежных прав и необходимостью изменения существующего в обществе отношения
к таким нарушениям, "бурное" развитие внутригосударственного и
международного законодательства, наконец, проблемы использования
произведений, ставших "общественным достоянием", неизбежно приводят к
усилению роли государства в области авторского права. Роль государства уже
не может быть сведена только к регулированию, охране и защите авторских и
смежных прав. К двум традиционным функциям - разработке норм внутреннего
законодательства и защите интеллектуальной собственности путем международных
договоров - добавляется несколько относительно новых.
Одной из них является координирующая функция в отношении обществ,
управляющих имущественными правами обладателей авторских и смежных прав.
Проблема коллективного управления авторскими правами заключается в том, что
практически каждое общество считает возможным представлять всех
правообладателей и требовать с пользователей соответствующих выплат.
Законодательных препятствий для этого нет, поэтому отказ государства от
своей координирующей роли приводит, с одной стороны, к росту мошенничества в
этой сфере, а с другой стороны, к невозможности нормальной работы для
обществ, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными
правами. Государство в отношении таких организаций, несомненно, должно
выполнять определенную координирующую функцию. Было бы целесообразным внести
изменения в Федеральный закон "О лицензировании отдельных видов
деятельности", предусмотрев лицензирование "деятельности по сбору авторских
вознаграждений".
К сожалению, не все зависит от желания привнести в законотворческую
работу здравый смысл. На сегодняшний день после консультаций с некоторыми
правительственными структурами, отмечается нежелание вникнуть в суть вопроса
о необходимости лицензирования данного вида деятельности.








II. СФЕРА АНТИМОНОПОЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАК СОСТАВЛЯЮЩАЯ
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ.


ЭКСКЛЮЗИВНОЕ ПРАВО. (По материалам печати)
I.
Возникает справедливый вопрос: может ли российский государственный
деятель передать за рубеж что-то, что ему никогда не принадлежало, что-то
чрезвычайно ценное, вернее, не имеющее цены, сравнимое с экспонатами
Эрмитажа или Оружейной палаты. Передать в постоянное и безраздельное
пользование так, чтобы никто другой не мог им пользоваться не только из
зарубежных, но и российских партнеров, причем в течение нескольких лет, а
потом еще успешно защищать эту незаконную сделку, вводя в заблуждение не
только от отдельных лиц, но даже представителей правительственных и
президентских структур?
Не может, - скажете вы. Это невозможно даже в наше непростое время.
Ничуть не бывало, это одна из сделок бывшей Генеральной дирекции по
международным связям и вещанию на зарубежные страны бывшей Российской
государственной телерадиовещательной компании "Останкино", которая была
заключена несколько лет назад с одной американской фирмой и которой,
несмотря на огромный, нанесенный российской культуре вред, так и не была
дана соответствующая правовая оценка.
В 1992 году некто В.В.Лазуткин, будучи одним из руководителей
"Останкино", с двумя другими должностными лицами незаконно и негласно
передал одной малоизвестной американской фирме "Ю.С.С.Ю. Артс. Груп. Инк."
эксклюзивные права на использование записей классической музыки.
Авторы договора о совместной деятельности скорее всего знали, что
поступают незаконно. Поэтому почти все пункты документа, претенциозно
названного "Заявление сторон", полны неточностей и натяжек.
"Партнеры настоящим заявляют и гарантируют следующее:
1.1. что их финансовое положение является устойчивым, надежным,
платежеспособным;
1.2. что заключение этого Договора и других соглашений и контрактов,
возникающих из и/или в связи с данным Договором и выполнение обязательств,
предусмотренных Договором, соответствуют их статусу и не являются нарушением
требований закона, положений, инструкций и других нормативных актов (! -
авт.);
1.3. что до заключения этого Договора партнеры приобрели необходимые
разрешения и подтверждения от их соответствующих национальных властей и им
не требуется получать никаких дополнительных разрешений от других сторон
и/или государственных властей;
1.4. что партнеры заключили настоящий Договор под своими собственными
именами, не ставя перед собой целей передачи своих прав и обязанностей в
соответствии с настоящим соглашением другой стороне.
1.5. В течение срока действий Договора стороны не будут предоставлять
другим юридическим и физическим лицам прав, несовместимых с правами,
предусмотренными настоящим Договором.
1.6. "Компания" является Российской бюджетной организацией, созданной
Указом Президента РСФСР, и имеет соответствующие полномочия российских
властных структур для осуществления своих обязательств по настоящему
Договору.
1.7. "Корпорация" является фирмой, должным образом созданной, законно
существующей и имеющей хорошую репутацию по законам штата Калифорния (США),
а также квалификацию на ведение бизнеса, предусмотренного настоящим
Договором, и обладает всеми необходимыми правами, полномочиями и властью для
заключения и исполнения настоящего Договора".
Все бы ничего, если бы не один нюанс; все эти записи классической
музыки никогда не принадлежали Компании, а являлись общефедеральной
собственностью и хранились в Государственном фонде телевизионных и
радиопрограмм, который находился в то время лишь в оперативном подчинении у
"Останкино". Об этом в Договоре не сказано ни слова.
Но не только это вызывает недоумения при ознакомлении с данным
документом. Уже его первая статья "Заявление партнеров" звучит довольно
странно: кажется будто не равноправные партнеры, а скорее соучастники
какого-то сговора заранее запасаются для себя алиби.
Не касаясь финансового положения сторон, отметим, что РГТРК
"Останкино", заключив данный Договор, вопреки заявлению, нарушила целый ряд
Законов и подзаконных актов. И прежде всего Закон РСФСР "О конкуренции и
ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".
По заключению Государственной архивной службы России: "Телерадиофонд"
является единственным субъектом на рынке услуг - предоставления права
пользования аудио-видео записями произведений классической музыки. Других
аналогичных хранилищ в Москве и Российской Федерации не имеется. Это
позволяет в соответствии со ст. 4 Закона РСФСР "О конкуренции и ограничении
монополистической деятельности на товарных рынках" отнести "Телерадиофонд" к
хозяйствующим субъектам, занимающим доминирующее положение на Московском
рынке услуг по предоставлению права пользования аудиовизуальными записями
произведений классической музыки.
Приказом N 359 от 03.03.94 г. начальника Антимонопольного управления
Москвы "Телерадиофонд" был включен в "Государственный Реестр РФ объединений,

<< Предыдущая

стр. 8
(из 17 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>