<< Предыдущая

стр. 2
(из 8 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

той же реальностью. Великий Сострадательный - это форма, принимаемая ди-
намикой бесформенного ума. Поэтому неплохо бы понимать природу любви и
сострадания.
Нам сперва необходимо оценить то, насколько нам повезло иметь челове-
ческое существование. Если сравнить самые наши огромные страдания или
серьезнейшие трудности с теми, которые претерпевают животные, мы увидим,
что наше состояние не настолько болезненно, как их. Когда, например, жи-
вотное больно, его физическое страдание одинаково человеческому страда-
нию от болезни, но у животного нет средств уменьшить муку; оно не может
описать болезнь, у него нет ни врача ни лекарств, на которые можно было
бы положиться. Когда животное подвергается сильному холоду или интенсив-
ному жару, у него нет ни малейшей возможности укрыться от них. Когда на
них взваливают тяжелейшую работу, животное не вольно отказаться. Между
тем как люди, даже самые бедные и наиболее лишенные, имеют некую толику
свободы, благодаря которой пытаются найти средства, могущие улучшить их
положение.
Большинство людей, однако, видят лишь их собственное страдание и неп-
рестанно стенают по поводу самих себя: "Как я страдаю! Как долго я бо-
лею! Как мучительно мое состояние! Какие громадные наши сложности!" Они
никогда не задумываются о том, чтобы рассмотреть страдание других, даже
когда это страдание, как в случае с животными, значительно более сильное
и жестокое, чем их собственное.
Если мы не понимаем страдания других, мы совершаем много поступков,
которые оказываются вредоносными. В виду своих негативных характеристик,
эти действия приводят к страданию в будущих жизнях, хотя мы разумеется и
не желаем этого.
В Буддизме, в целом, и в частности в великой колеснице, тот простой
факт сознательности относительно страдания других и их трудностей, расс-
матривается как весьма благотворное внутреннее отношение, ведь оно поз-
воляет естественно зародиться в нас любви и состраданию.
Любовь и сострадание суть два близкородственных понятия. Они, тем не
менее, различаются расходясь по направлению: получение счастья или же
подавление страдания.
Во-первых, любовь - это пожелание существам быть счастливыми как в
настоящем, так и в будущем. Кармической причиной счастья является поло-
жительное действие тела, речи и ума. Счастье в будущих жизнях зависит от
того, как мы используем нашу теперешнюю жизнь. Любовь, значит, не только
желает счастья для других в этой жизни, но также желает и того, чтобы
другие закладывали фундамент счастья на будущее посредством положитель-
ного образа действий.
Сострадание, с другой стороны, берет страдание за точку отсчета.
Сострадание есть пожелание того, чтобы существа могли немедленно освобо-
диться от страдания, являющегося результатом прошлых негативных дейс-
твий, и чтобы не создавали причин будущего страдания своей отрицательной
деятельностью в настоящем.
Счастье других, сейчас и в будущем, и прекращение страдания других,
сейчас и в будущем, становятся причиной глубокой радости.
Другой важный пункт - безмятежность. Обычно свои взаимоотношения с
другими мы подразделяем на три категории: отношения с теми, к кому чувс-
твуем симпатия или привязанность, отношения с теми, к кому у нас антипа-
тия или ненависть, и отношения с теми, к кому мы индифферентны. Послед-
ние две категории более важны, чем первая. Мы должны избавиться от ука-
занной привычки и упражняться видя всех существ с одинаковой любовью,
которую мы имеем к своей матери или к своему самому дорогому другу. Нам
не следует делить людей на группы или делать исключения.
Любовь, сострадание, радость и безмятежность составляют "четыре неиз-
меримых", самое ядро практикиї1 махаяныї0. Когда эти четыре умонастроения
пронизывают наш ум и руководят тем, как мы мыслим, разговариваем и дейс-
твуем, то это называетсяї1 бодхичиттаї0.
Может так случиться, чтої1 бодхичиттаї0, фундаментальное устремление во
благо других, является естественной склонностью в уме некоторых людей,
но большую часть времени мы обращены на себя и думаем весьма узко. Како-
во наше неявное устремление? "Пусть я, сам, освобожусь от страдания и
причины страдания! Как было бы радостно для меня навсегда избавиться от
страдания и обладать вечным счастьем! Такие-то и такие-то - мои друзья,
такие-то и такие-то - мои враги, а что до остальных, меня вовсе не вол-
нует!"
И еще: "Для меня, счастье; для меня, то, что мило; для меня, то, при-
ятно; для меня, то, что красиво; для меня, то, что ценно..." Из-за силь-
ной привязанности, что пристегивает нас к "я", мы поворачиваемся спиной
к любви и приближаемся ко все более глубокой двойственности: "Мне, доб-
рую удачу, а моему врагу, злую фортуну; мне, то, что хорошо, а моему
врагу, что плохо; мне, красоту, а моему врагу, уродство; мне, что мило,
а моему врагу, что немило; мне, выиграть и обрести, а моему врагу, про-
играть и потерять!"
Такой интерес к себе и отказ или неведение относительно остальных
заставляет нас совершать многие негативные действия.
Когда, напротив, "четыре неизмеримых" пребывают в нас, мы естественно
минуем все то, что могло бы причинить другим вред, и естественно идем к
тому, чтобы быть им на пользу. Тогда мы даем счастье другим и одновре-
менно создаем фундамент собственного счастья в будущем. В этом благо для
нас и столько же для других.
Чтобы зародить свойствої1 бодхичиттыї0, которое пока не пробуждено в на-
шем уме, и далее развивать, а не убавлять те качества, что еще не расц-
вели, сильнейшим методом является, несомненно, медитация на Ченрезига.
ї1Бодхичиттаї0 пронизывает все практикиї1 махаяныї0 и должна рассматриваться,
как бесценное сокровище. Атиша был одним из величайших наставников из
Индии, он помогал распространять Буддизм в Тибете. Всякий раз, когда он
называл имя кого-либо из мастеров, от которого он получал учения, то со-
единял ладони на уровне сердца в знак уважения, преданности и благодар-
ности. Однако, когда он называл имя Серлингпы - одного из его учителей -
то складывал ладони над головой. Удивленные такой разницей, однажды не-
которые ученики спросили его о причине. Они спросили его, значит ли это,
что Серлингпа был выше других. Атиша ответил: "Не в этом дело; все мас-
тера, от которых я получал учения, были одинаково совершенны, но именно
благодаря Серлингпе в моем уме зародиласьї1 бодхичиттаї0. И именно в знак
признательности такому необычайному дару я складываю ладони над головой,
когда произношу его имя."
Многие люди в Тибете разыскивали Атишу, чтобы испросить учения о глу-
боком смысле пустоты, получит объяснения по теориямї1 мадхьямаки ї0и ї1ваджра-
ї1яныї0. И неизменно он отвечал, что невозможно понять пустоту или практику
ї1ваджраяныї0 прежде, чем развитаї1 бодхичиттаї0. Поэтому он всегда училї1 бодхи-
ї1читтеї0.
Исполнять практику любви и сострадания не всегда легко, поскольку у
нас еще не достаточно много силы помогать другим. Осознавание своей нес-
пособности принести действенную помощь в большинстве случаев не должно,
однако, становиться причиной разочарования. Как бы то ни было, мы можем
по меньшей мере молиться и делать пожелания во благо тех, кто страдает
и, в частности, нам следует желать того, чтобы стать способными помогать
им в будущем. Таким путем мы воспитываем своюї1 бодхичиттуї0 и мало помалу
обретаем способность действительно помогать другим.
Может так случиться, что несмотря на добрую волю и помощь, которую мы
искренне пытаемся предложить, нам отвечают досадливым и раздраженным от-
ношением. Тогда мы несомненно рискуем ввязаться в цепную реакцию агрес-
сивности, и можем сказать себе, что не станем снова помогать кому-либо,
кто реагирует на наше великодушие таким образом. Необходимо понимать,
как работать с ситуацией, чтобы не действовать вразрез с состраданием.
Человек, который проявляет враждебность к нам перед лицом нашего положи-
тельного намерения, не действует свободно. Он находится под властью не-
ведения,ї1 кармыї0, и тревожащих эмоций, которые не дают ему действовать
иначе в настоящий момент. Хотя у нас и имеется чувство того, что он мог
бы вести себя по-другому, у него не было выбора. Как сказал Шантидева:

ї1Я не злюсь
ї1По поводу болезни, что заставляет меня страдать.
ї1Почему же у меня должен быть гнев на других?
ї1Они, тоже, находятся под влиянием условий (которые заставляют их
ї1действовать таким образом)ї0.

Понимание несвободы других, когда те агрессивны, защищает нас от то-
го, чтобы отворачиваться от них в свою очередь. Мы, наоборот, развиваем
еще большее сострадание к ним и желаем, чтобы, даже если и не можем по-
мочь им сейчас, суметь помочь им в будущем.
Мать, у которой несколько детей, любит их и уделяет им одно и то же
внимание и заботиться обо всех них. Может так случиться, однако, что
один ребенок, из-за болезни или некоторой временной трудности, показыва-
ет свою агрессивность по отношению к матери, несмотря на заботу и добро-
ту, которую она оказывает ему. Возможно он даже попробует оскорбить или
ударить ее. Всякое возможно. Тем не менее, мать не подумает: "Это больше
не мой ребенок; я не хочу заботиться о нем; я не стану делать ничего для
него." Напротив, она понимает, что его реации вызваны болезнью или дру-
гими обстоятельствами. У нее еще больше любви к нему, она терпеливо вы-
носит его резкости, и желает помочь ему, как только это возможно. Когда
мы подвергаемся несправедливой агрессии других, нам следует придержи-
ваться такого же отношения.
Конечно у нас теперь нет совершенной любви и сострадания. Это нор-
мально, поскольку мы обыкновенные существа. Нам следует рассматривать
процесс приобретения любви и сострадания как ученичество, как последова-
тельное продвижение. Это вроде того, как, когда ребенок идет в школу, то
сперва учиться читать и затем мало помалу, по мере продвижения в старшие
классы, приобретает новое знание, основанное на раннее полученном зна-
нии.
Нам не следует питать каких-либо сомнений относительно возможностей
развить любовь и сострадание. То - не идеи, существующие вне нас самих,
но как мы видели в разделе об абсолютном Ченрезиге, эти качества сущест-
вуют уже сейчас в нашем уме в совершенном, однако скрытом виде. С учетом
непогрешимой взаимосвязанности всех феноменов, не сомненно, что наше от-
носительное и фактическое ученичество приведет к реализации этих потен-
циальных качеств.
Сострадание подразумевает наше желание освободить всех существ от
ї1самсарыї0, хотя и бывает, что необозримость этого желания делает его на
вид невозможным. До сих пор нам не удалось избавиться самим отї1 самсарыї0,
так что, какой толк мечтать об избавлении прочих! И тем не менее как раз
именно это благородное и мужественное отношение приведет нас к собствен-
ному освобождению. Когда мы достигли пробуждения, это станет той динами-
ческой силой, что позволит нам помогать остальным. И даже сейчас данное
умонастроение дает огромную пользу. Оно уменьшает собственное страдание
и дает нам возможность уже теперь облегчить страдание других.
Безї1 бодхичиттыї0, то есть без любви и сострадания, всякая другая прак-
тики, не важно насколько глубока та ни казалась бы, не является путем к
пробуждению: ниї1 ши нэйї3 ї0(ментальное успокоение), ни медитации на божест-
вах, ни упражнения на тонких каналах и энергиях.
На западе сегодня много техник, позволяющих делать удивительные вещи.
Люди могут летать в космос, передвигаться под водой, репродуцировать и
передавать на расстояние изображения и слова, проходить длинные дистан-
ции за короткое время, и делать многое, о чем только могли мечтать в
прошлом. Но никто не смог бы изобрести и использовать эти вещи, если бы
не было открыто и не использовалось электричество. Без электричества все
остановилось бы; машины стали бы неподвижными и ненужными предметами.
ї1Бодхичиттаї0 - это электричество духовной практики. Если его отрубить,
ничто не получится. С другой стороны, сї1 бодхичиттойї0, фазы построения и
завершения в медитации на божествах становятся подлинным путем к пробуж-
дению; медитация на пустоте становится путем к пробуждению; и концентра-
ция на тонких ветрах и каналах становится путем к пробуждению. Одушев-
леннаяї1 бодхичиттойї0, любая обычная активность, любые действия в мире ста-
новятся путем к пробуждению.
Тот, у кого есть весь разум и наука мира, но у кого нет сострадания,
не сможет по-настоящему совершить что-либо истинно полезное для других.
Зато тот, у кого любовь и сострадание находятся глубоко в нем самом, бу-
дет приносить благо другим во всем, что делает.


Присутствие Ченрезига

Ченрезиг, как выражение сострадания всех будд и нашего собственного
ума, должен присутствовать среди людей, которые страдают. Это присутс-
твие принимает различные формы, многообразие которых гораздо обширнее,
чем мы можем сперва себе вообразить.
В Тибете некоторые высокие ламы по происхождению считались эманациями
Ченрезига (последняя глава содержит биографии некоторых из них). Напри-
мер, Далай Ламы и Кармапы провозглашались как таковые во многихї1 термахї0,
текстах спрятанных Падмасамбхавой. Более того, такого ламу, как Калу
Ринпоче можно рассматривать в качестве эманации Господа Великого Состра-
дания, даже если он сам себя и не называл таким образом. У него была
очень глубокая практика медитации, он взял Ченрезига, как одного из
главныхї1 йидамовї0, учил медитации на Ченрезига своих учеников, и положил
ее в качестве регулярной практики во многих Дхарма-центрах, которые ос-
новывал на западе и в юговосточной Азии.
Манифестация Ченрезига на Земле, однако, не ограничивается Тибетом,
Буддистским миром или ламами. Имена и формы отнюдь не являются знаками
его манифестации. Его излучениями могут быть Буддисты или не-Буддисты,
монахи или миряне, мужчины или женщины, люди на востоке или на западе,
цари и нищие.
Всякий человек, чье сердце движимо любовью и состраданием, кто в са-
мой глубине и искренне действует на благо других не заботясь о славе,
выгоде, социальном положении, или признании, выражает активность Ченре-
зига. Любовь и сострадание являются верными знаками, показывающими при-
сутствие Ченрезига.
Бодхисаттвы - это существа, у которых нет иной мотивации помимо сост-
радания, являющегося предельным смыслом Ченрезига. В некоторых молитвах
Бодхисаттв иногда имеются пожелания стать кораблем, мостом, лекарством,
врачом и тому подобным. В Бодхисаттвачарьяватаре, к примеру, Шантидева
говорит такие слова:

ї1Пусть буду защитником тех, у кого их нет,
ї1Проводником для идущих по дороге,
ї1Мостом или кораблем или плотом,
ї1Для тех, кто хочет переплыть на другой берег.
ї1Пусть буду островом для тех, кто его ищет,
ї1Светильником для тех, кто хочет света,
ї1Кроватью для тех, кому нужен отдых,
ї1Слугой для тех, кто хочет слугу.

За довольно выразительной природой этих пожеланий, следует видеть
сострадательный ум бодхисаттв, готовый проявиться во всякой форме с
пользой для существ. Если есть польза в том, чтобы корабль пересек море,
бодхисаттва принимает форму корабля. Если есть польза от того, чтобы
мост перекинулся через реку, бодхисаттва проявляется в форме моста. Если
опасная болезнь угрожает людям, бодхисаттва желает стать лекарством, из-
лечивающим ее, врачом, который знает как бороться с ней, и сиделкой, ко-
торая ухаживает за больными.
Ум Ченрезига может действовать в форме человека, животного, растения
или косной вещи. Его ум - всегда выражение сострадания.
Ченрезиг может также проявляться в форме человека, чья активность бу-
дет казаться негативной, но цель которого, на самом деле, будет состоять
в том, чтобы обратить других в положительную сторону. Есть история о
двух монахах из далекой страны, которые хотели встретиться с царем Тибе-
та, Сонгтсен Гампо, поскольку слышали, что тот является эманацией Ченре-
зига. Когда они прибыли в Лхасу, однако, узнали, что большое количество
людей, все по приказу царя, были казнены и несколько посажены в тюрьму.
Монахи подумали, что такие действия не могут исходить от настоящей эма-
нации Ченрезига. Испугавшись, они решили побыстрее смыться, но царь уз-
нал об их прибытии и задержал их отъезд послав за ними эмиссаров. Когда
царь понял причину бегства монахов, то объяснил им, что в действитель-
ности он не убивал и никого не задерживал. Он сказал монахам, что тибет-
цы - грубый и дикий народ, мало склонный к законам и правилам общества,
которые защищали бы интересы всех. Поэтому, чтобы привести их к большей
сдержанности, не причиняя вреда, он создал магические эманации в форме
воров и грабителей, иллюзорный пример наказания которых побудил бы граж-
дан к уважению законов и других людей. Царь был в самом деле эманацией
Ченрезига. Он проявил свои силы в явно негативных поступках, но те были
лишь выражением его сострадания.
Везде, где есть сострадание, какую бы форму оно ни принимало, там
присутствует Ченрезиг.


Генезис Ченрезига

С абсолютной точки зрения, Ченрезиг не имеет происхождения; он су-
ществует изначально. Однако, с относительной точки зрения, в мире фено-

<< Предыдущая

стр. 2
(из 8 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>