<< Предыдущая

стр. 19
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>


В состав передаваемого в общую собственность имущества могут входить среди прочего и незавершенные объекты строительства, в том числе доли в таком объекте. В подтверждение можно сослаться прежде всего на п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 февраля 1998 г. N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" <*>. В нем предусмотрено, что по смыслу соответствующих статей законодательства не завершенные строительством объекты, не являющиеся предметом действующего договора строительного подряда, относятся к недвижимому имуществу. Поэтому при разрешении споров о праве собственности на не завершенные строительством объекты судам необходимо руководствоваться нормами, регулирующими правоотношения собственности на недвижимое имущество и порядок совершения сделок с ним, с учетом особенностей, установленных для возникновения права собственности на незавершенные строительством объекты и распоряжения ими.
--------------------------------
<*> Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (1992 - 2005 годы). С. 76. См. об этом: Хаскельберг Б.Л. Договор в долевом участии в строительстве: Вопросы судебно-арбитражной практики // Гражданское законодательство Республики Казахстан. Вып. 14. Астана, 2000. С. 166.

Можно указать и на то, что Закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (ст. 25) особо выделил обязательность государственной регистрации наряду с правами на вновь создаваемые объекты также права на объекты незавершенного строительства.
Еще одним подтверждением оборотоспособности объектов незавершенности строительства может служить Закон "Об ипотеке (залоге недвижимости)". Имеется в виду включенное в него указание на то, что "в случае залога не завершенного строительством недвижимого имущества, находящегося в государственной и муниципальной собственности, определяется рыночная стоимость этого имущества". Приведенное правило может быть по аналогии распространено и на случаи включения в состав передаваемого в общую собственность в качестве вклада не завершенного строительством объекта независимо от того, какой из сторон он принадлежит.
В результате вызывает определенные сомнения позиция Ю.В. Романца, когда, ссылаясь на ст. 1043 ГК, "согласно которой товарищи приобретают право общей долевой собственности на то, что ими вложено в совместную деятельность", автор сделал из этого вывод: "Участник действующего договора простого товарищества не вправе требовать признания за ним права на долю в праве собственности на не завершенную созданием новую вещь, так называемый "договорный полуфабрикат" (будь то здание, не завершенное строительством, или любое другое имущество)" <*>.
--------------------------------
<*> Романец Ю.В. Договор простого товарищества и подобные ему договоры (вопросы теории и судебной практики) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 12. С. 106.

Оспариваемая точка зрения, как представляется, дает повод отождествить различные по существу ситуации без учета того, что незавершенное строительство здания или сооружения - это все же "реально существующий объект". Последнее признано теперь новой редакцией ст. 130 ГК, выделившей в числе "недвижимых вещей" то, что представляет собой "объекты незавершенного строительства".
Отмеченное отнюдь не исключает справедливости другого вывода автора: "Товарищ... не вправе ставить вопрос о признании права на долю в общей собственности на имущество, которое должно быть создано согласно договору, до его создания, поскольку право собственности (в том числе и общей) возникает только на реально существующее индивидуально-определенное имущество" <*>.
--------------------------------
<*> Там же.

Следует согласиться и с возможностью "предположить, что если стороны договором не установили иного, то потребляемые и определенные родовыми признаками вещи, вносимые в товарищество в качестве вклада, становятся общей собственностью товарищей" <*>. Тем самым имеется в виду презумпция в пользу передачи участником части имущества, принадлежащей ему на праве собственности, в состав общего имущества товарищей. В подтверждение значения подобной презумпции может быть приведено дело, в котором предметом спора оказался характер прав на переданное товарищам имущество. Речь шла о различных видах оборудования, составляющего вклад в простое товарищество. При этом имелось в виду, что использование оборудования должно обеспечить осуществление соответствующей совместной деятельности по помолу зерна. Сославшись на указанное обстоятельство, арбитражный суд, рассматривавший дело по первой инстанции, посчитал, что в данном случае мукомольный комплекс был передан не в общую собственность, а для совместной эксплуатации. Однако Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ с этим не согласился, сочтя для признания оборудования переданным в общую собственность достаточным того, что "какие-либо оговорки об условиях внесения указанного имущества в качестве вклада в договоре отсутствуют" <**>.
--------------------------------
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. М., 2003. С. 866.
<**> Вестник ВАС РФ. 2000. N 5. С. 35 - 37.

Наряду с составом вкладов и их размер, подобно другим существенным условиям договора простого товарищества, подлежит согласованию между сторонами с тем, что достигнутое по указанному поводу соглашение может быть оспорено только в силу его противоречия закону. Соответственно, при рассмотрении дела по иску АОЗТ к Архитектурно-строительной академии Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в своем постановлении указал: "Соглашение участников о размерах вкладов в общее имущество является существенным условием договора простого товарищества. У суда не было оснований для применения этого условия по требованию одной из сторон" <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 1999. N 2. С. 39.

Для защиты интересов товарищей по общему правилу оказывается достаточным установление порядка, при котором денежная оценка вклада, сделанная любым из них, приобретает юридическое значение лишь с согласия остальных товарищей. По этой причине, в частности, такого рода соглашение - об оценке вклада может быть оспорено только товарищами и только при их ссылке на наличие порока, достаточного для признания соглашения недействительным (речь идет главным образом о пороках воли или волеизъявления).
Кодекс (п. 2 ст. 1042) содержит, на что уже обращалось внимание, требование о равенстве вкладов товарищей по их стоимости, если только иное не следует из самого договора либо из фактических обстоятельств.
В рассматриваемых случаях речь идет тем самым об условии договора, определенном диспозитивной нормой. Последняя как таковая по самой своей природе предполагает возможность отсутствия соответствующего положения в самом тексте договора. И именно в расчете на данный случай закрепленное в указанной норме правило, носящее диспозитивный характер, становится договорным условием. Таким образом, при отсутствии специального на этот счет указания в достигнутом сторонами соглашении (договоре) размер вклада товарища, для которого он не был установлен в договоре, должен считаться равным размеру вкладов остальных товарищей. Правда, это относится только к случаям, когда хотя бы у одного из товарищей размер вклада был закреплен в договоре (есть тем самым, с чем сравнивать) либо в договоре содержится указание общей суммы подлежащих внесению вкладов.
Диспозитивный характер соответствующей нормы - о равенстве вкладов участников договора простого товарищества позволяет восполнить отсутствующее в договоре условие, устанавливающее строго определенный размер вклада каждого из участников <*>.
--------------------------------
<*> В подтверждение можно сослаться на одно из дел, помещенных в составленном Высшим Арбитражным Судом РФ обзоре судебной практики. Речь в нем, в частности, шла о споре, в котором предметом иска служило определение доли в праве собственности на объект, построенный для общего использования сторонами, заключившими договор. Нижестоящий арбитражный суд в своем решении, подтвержденном Высшим Арбитражным Судом РФ, указал на то, что "в случае, если стороны... не придут к соглашению, следует исходить из того, что в соответствии со ст. ст. 1042 и 245 ГК вклады товарищей, а также доли в общей собственности считаются равными" (Обзор практики разрешения споров, связанных с договорами на участие в строительстве (информационное письмо от 25 июля 2000 г.) // Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 86).

Определенный комплекс прав и обязанностей товарищей связан и с действием ст. 1044 ГК. Эта статья хотя и носит название "Ведение общих дел товарищей", в действительности проводит разграничение между обязанностями по управлению общими делами и собственно ведению общих дел.
Как и для любого другого коллективного образования, и для простого товарищества важное значение имеет порядок управления им. Отсутствие в простом товариществе общих органов управления означает, что вопросы, связанные с внутренними и внешними для товарищества отношениями, регулируются сообща всеми товарищами. Соответственно, п. 5 ст. 1044 ГК закрепляет правило, в силу которого решение, касающееся общих дел товарищей, должно приниматься по общему согласию. При этом указанная норма предоставляет сторонам возможность предусмотреть в договоре иное - то, что может затрагивать самые различные вопросы, связанные со способами формирования общей воли товарищей и ее выражения вовне. Прежде всего, имеется в виду решение вопроса о том, необходимо ли в подобных случаях согласие товарищей либо достаточно большинства их голосов. На практике не исключено использование обоих способов. Единогласие является обязательным для решения всех вопросов, кроме точно обозначенных в договоре. В последнем случае определяется порядок подсчета голосов, в том числе по принципу "один товарищ - один голос" либо пропорционально размеру вклада каждого из товарищей (последний вариант применим для случая, когда вклады товарищей являются неравными) <*>.
--------------------------------
<*> Гражданский кодекс 1922 г. включал по этому поводу норму, в силу которой при отсутствии иного в договоре большинство голосов должно определяться не по размеру вкладов, а по числу голосов (ст. 281).

При любом способе голосования неизменным остается основной для простого товарищества принцип: каждый из товарищей имеет право на принятие решения по управлению. Различие, таким образом, может затрагивать только порядок реализации товарищами соответствующего права.
Остальные нормы ст. 1044 ГК посвящены совершению товарищами комплекса действий, в которых выражается ведение общих дел. Так, за каждым из них признается равное право на выступление от имени всех товарищей. Соответствующее право закреплено и на этот случай диспозитивной нормой, что дает участникам возможность предусмотреть в договоре порядок ведения дел отдельными участниками либо всеми совместно. В последнем случае на совершение конкретной сделки всякий раз необходимо получение согласия всех остальных товарищей (п. 1 ст. 1044 ГК).
Предоставляемые участнику полномочия, о которых идет речь, предполагаются имеющими одинаковый объем. Это отнюдь не исключает возможности установления в договоре ограничений полученных отдельными товарищами полномочий.
Статья 1044 (п. 2) ГК допускает, как уже отмечалось, удостоверение полномочий товарища на выступление от имени остальных участников либо путем выдачи доверенности, либо включением соответствующего указания в самом договоре простого товарищества при том, что он совершен письменно. Это, в частности, означает, что при совершении сделки от имени остальных товарищей третье лицо, не ознакомившись при отсутствии доверенности с договором, принимает на себя определенный риск последующего оспаривания совершенной сделки кем-либо из товарищей.
Положение участника, который действовал на основе договора простого товарищества, существенно отличается от положения того, чьи полномочия определяются доверенностью. При этом сохраняет свое значение относящееся еще к ГК 1922 г. утверждение В.Н. Шретера: "Поверенный во всякое время может быть лишен доверителем своих полномочий и устранен от ведения дел. Для товарища поручение руководства делом - это не только его обязанность, но и неотъемлемое по договору товарищества право, которого он может быть лишен лишь в случае ненадлежащего исполнения своих обязанностей" <*>.
--------------------------------
<*> Шретер В.Н. Указ. соч. С. 158.

Сопоставляя по их значению в указанном смысле доверенность с договорным условием, следует иметь в виду и то, что выдача доверенности сама по себе в отличие от включения соответствующего условия в договор порождает лишь право (но не обязанность) совершить определенные действия от имени остальных товарищей.
При оценке существа п. 2 ст. 1044 ГК нередко отдается предпочтение условию договора и соответственно утверждается, что "назначение уполномоченного может быть предусмотрено договором простого товарищества, совершенным в письменной форме, или же, если соглашение было заключено в устной форме, удостоверено доверенностью, выданной остальными товарищами" <*>. Между тем наделение полномочиями договором отнюдь не исключает возможности выдачи доверенности. Односторонний характер доверенности как таковой сохраняется во всех случаях, с чем именно связан ее приоритет по отношению к договору. Из этого следует, в частности, что п. 3 ст. 1044 ГК, посвященный последствиям ограничения полномочий, в равной мере относится и к договору, и к доверенности.
--------------------------------
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. С. 857.

Защищая интересы третьих лиц, помещенное в гл. 55 ГК правило (п. 3 ст. 1044) предусматривает, что применительно к третьим лицам товарищи могут ссылаться на ограничение прав совершившего сделку участника только тогда, когда ими будут приведены достаточные на указанный счет доказательства. Это послужило основанием для того, чтобы признать: "Если товарищи желают предоставить право ведения дел одному или нескольким участникам либо ограничить полномочия кого-либо из них определенным кругом сделок или суммой, на которую может быть совершена отдельная сделка, они должны прямо отразить это в договоре или в доверенности, выдаваемой ими соответствующему товарищу. В противном случае товарищи не вправе ссылаться на подобные ограничения в отношениях с третьими лицами. Это означает, что сделка, заключенная товарищем с превышением предоставленных ему прав на ведение общих дел, будет признана обязывающей всех товарищей, если им не удастся доказать, что в момент заключения сделки контрагент знал об отсутствии у заключившего ее товарища надлежащих полномочий" <*>.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 564 - 565.

В результате остается согласиться с тем, что и к товарищу, действовавшему на основе договора простого товарищества, непосредственно применяются, если это не противоречит отдельным нормам гл. 55 ГК, ст. 182 ("Представительство") и ст. 183 ("Заключение сделки неуполномоченным лицом"), другие статьи гл. 10 ГК. В этой связи, отказывая в одном из дел в признании совершенной товариществом с третьим лицом сделки, арбитражный суд сослался на то, что "в соответствии со статьей 1041 ГК РФ простое товарищество не является юридическим лицом, а сторонами договора простого товарищества являются лица, его подписавшие". По указанной причине последствия совершенной сделки были возложены судом на совершившего сделку товарища. Основанием приведенного решения послужила ст. 183 ГК, в силу которой при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица сделка считается совершенной от имени и в интересах того, кто ее, не обладая необходимыми полномочиями, совершил <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2001. N 8. С. 22.

Специальная норма (п. 4 ст. 1044 ГК) посвящена последствиям заключения участником с третьими лицами от имени остальных товарищей сделки, в отношении которой его право на ведение общих дел было ограничено, либо совершения участником сделки в интересах всех товарищей, но от собственного имени. На этот случай установлено, что совершивший сделку участник вправе требовать возмещения произведенных им за свой счет расходов только при условии, если имелись достаточные основания признать соответствующую сделку необходимой в интересах всех товарищей. Остальные товарищи в свою очередь не лишены права требовать возмещения понесенных ими вследствие совершенной сделки убытков от товарища, который ее совершил.
Совместное ведение общих дел является не только правом, но и обязанностью товарищей. Прямое указание на этот счет содержится в ст. 1041 (п. 1) ГК, который включил совместное ведение общих дел в число конституирующих договор простого товарищества признаков. При этом смысл указанного признака состоит в том, чтобы "соединить свои вклады и совместно действовать". Разделительный характер союза "и" позволяет при толковании данной нормы прийти к выводу, что стороны не могут ограничить свои обязанности одним лишь внесением вклада.
О том, какое значение имеют предусмотренные в ст. 1041 ГК договорные обязанности сторон, можно судить применительно к тому, что составляет ведение общих дел товарищей как таковое. В то время как представитель, действующий на основе договора поручения, может отказаться от исполнения поручения лишь при наличии строго определенных обстоятельств, отказ товарища от осуществления предоставленных ему полномочий должен оцениваться помимо прочего и с точки зрения недопустимости противоречия его действий лежащей на нем обязанности по совместному ведению общих дел товарищества, вытекающей из договора.
Одна из обязанностей, непосредственно относящаяся к осуществлению совместной деятельности товарищей, выражается в необходимости содержать общее имущество <*>. А это, в частности, предполагает возмещение товарищу понесенных им расходов, связанных с выполнением указанной обязанности. Существующая на этот счет норма, включенная в п. 4 ст. 1043 ГК ("Общее имущество товарищей"), ограничивается отсылкой к соглашению сторон, которым должен быть определен порядок исполнения ими обеих обязанностей.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2000. N 5. С. 35 - 37.

При применении приведенной нормы необходимо учесть и действие ст. 1046 ГК ("Общие расходы и убытки товарищей"). Указанная статья помимо аналогичной отсылки по поводу покрытия расходов и убытков к соглашению сторон включила на этот счет еще две нормы. Одна из них диспозитивная, а другая - императивная. Первая на случай недостижения сторонами согласия относительно порядка покрытия связанных с совместной деятельностью расходов и убытков возлагает на каждого из товарищей обязанность нести расходы и убытки, о которых идет речь, пропорционально стоимости его вклада в общее дело. В то же время вторая содержит запрещение освобождать кого-либо из товарищей от участия в покрытии общих расходов или убытков, предусматривая одновременно, что соглашение относительно полного освобождения кого-либо из товарищей от подобной компенсации признается ничтожным. Приведенное может служить основанием для вывода, в силу которого и диспозитивная норма о последствиях недостижения согласия сторонами на соответствующий счет, и императивная норма о запрещении полного освобождения от компенсации действуют также применительно к отношениям, о которых идет речь в п. 4 ст. 1043 ГК, т.е. к тем, которые выражаются в обязанности содержать общее имущество.
Применительно к договору простого товарищества был и остается теперь действующим принцип, в соответствии с которым "участники товарищества объединяются в целях достижения определенных хозяйственных выгод (прибыли), но вместе с тем совместно несут риск возможных убытков. Там, где условие это не соблюдено, нет и товарищества" <*>.
--------------------------------
<*> Вольф Л.М. Указ. соч. С. 115.
Аналогичную позицию занял арбитражный суд в одном из рассмотренных дел. В нем шла речь о том, что при разделе выстроенного дома истец не получил всей причитающейся ему доли, чему ответчик противопоставил ссылку на то, что недоданную часть составляли вспомогательные помещения. Суд, однако, отклонил это возражение ответчика. Соответственно, в решении появилось указание: "Поскольку без вспомогательных помещений (коридоров, лестничных площадок, лоджий, балконов, фойе и т.п.) не может быть построено и использовано административное здание, расходы по их строительству должны возмещать все товарищи по договору, что соответствует требованиям статьи 1046 ГК РФ" (Обзор практики разрешения споров, связанных с договорами на участие в строительстве // Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 85).

Статья 1045 ГК закрепляет право товарища на информацию, предусматривая одновременно определенную его гарантию.
В силу указанной статьи за каждым участником независимо от того, уполномочен ли он вести общие дела товарищей либо таким правом не обладает, закреплена возможность знакомиться со всей документацией по ведению дел. Без этого он вообще не смог бы участвовать в ведении общих дел, т.е. осуществлять право, которому посвящена ст. 1044. Придавая особое значение праву, имеющему предметом обеспечение информацией, Кодекс установил, что и отказ от него, и ограничение права на информацию, в том числе по соглашению товарищей, в равной мере ничтожны. Праву товарища на получение информации корреспондирует обязанность каждого из остальных товарищей предоставлять информацию, относящуюся к осуществляемой им совместной деятельности.
Применительно к отдельным видам договоров простого товарищества обязанности, связанные с предоставлением информации, включая и такие, которые выходят за границы, определенные договором, и носят тем самым публичный характер, соответствующим образом конкретизируются. Примером может служить ст. 8 Закона "О банках и банковской деятельности" <*>. Ею предусмотрена необходимость ежегодно публиковать консолидированные отчеты о прибылях и убытках. Форма, порядок и сроки подобной информации устанавливаются Банком России. Самим Законом предусмотрена необходимость подтверждения достоверности соответствующих бухгалтерских балансов и отчетов заключением аудитора или аудиторской фирмы. При этом на головную кредитную организацию банковской группы (ст. 43) возлагается обязанность вместе с годовым отчетом предоставлять Банку России консолидированную отчетность о деятельности банковской группы. Полученная от иных юридических лиц, входящих в состав банковской группы, информация может быть разглашена только в случаях, указанных в самом Законе, либо в тех пределах, в каких это вытекает из обязанности опубликования консолидированной отчетности.
--------------------------------
<*> Закон "О банках и банковской деятельности" (в редакции от 19 июня 2001 г.) // СЗ РФ. 2001. N 26. Ст. 2586.

8. Общее имущество товарищей

Статья 1043 (п. 1) ГК выделяет по признаку их происхождения два вида общего имущества товарищей, устанавливая для каждого из них особый режим. Первый из них - внесенное товарищами имущество, находившееся в их собственности, а также то, которое было произведено в результате совместной деятельности, и полученные от этой деятельности плоды и доходы. Все такое имущество, если иное не установлено законом или договором простого товарищества либо не вытекает из существа обязательства, признается находящимся в общей долевой собственности товарищей. Второй вид внесенного товарищами имущества составляет то, которое находилось в их обладании по иному, отличному от собственности праву (например, имущество, которым товарищ обладал на праве аренды). Используемое в интересах всех товарищей, оно признается наряду с находящимся в общей собственности товарищей их общим имуществом. Это имущество продолжает оставаться принадлежащим всем товарищам на том же праве, которое принадлежало ранее внесшему вклад товарищу.
Создание товарищами общей собственности и более широко - общего имущества товарищей служит необходимой основой для учреждения простого товарищества и ведения совместной деятельности, имея в виду под конечной целью совместной деятельности достижение соответствующего результата.
По указанной причине заслуживают внимания возражения О.С. Иоффе против взглядов тех, кто утверждал, будто в рассматриваемом договоре практически нет надобности, поскольку соответствующие вопросы вполне могут быть решены с помощью норм об общей собственности. По мнению О.С. Иоффе, "общая собственность сама по себе предполагает только осуществление собственниками сообща правомочий по владению, пользованию и распоряжению общим имуществом, а не совместной деятельности в общих целях". И далее: "В этом состоит ее (т.е. общей собственности. - М.Б.) отличие от совместной деятельности" <*>.
--------------------------------
<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 762.

Содержащееся в п. 1 ст. 1043 ГК указание, в силу которого участником общей собственности выступает прежде всего товарищ, сам являющийся собственником, подлежит распространительному толкованию. Это связано с тем, что наряду с собственником в число товарищей могут входить и носители права хозяйственного ведения или права оперативного управления имуществом.
Имущество может быть передано в виде вклада в общую собственность товарищей при непременном наличии трех условий.
Одно из них выражается в том, что товарищ, о чьем вкладе идет речь, к моменту передачи имущества в долевую собственность сам был его собственником, т.е. обладал соответствующим имуществом на праве собственности. Указанное условие выражает известный со времен римского права принцип: "Nemo plus juris ad alienum transferre potest quam ipse habet". Этому соответствует предусмотренная п. 1 ст. 1043 ГК возможность передачи товарищем и такого имущества, которым он обладает по основаниям, отличным от права собственности, для использования в интересах всех товарищей. В данном случае, даже при отсутствии на этот счет прямых указаний в Кодексе, подобный переход допустим лишь при условии, что он не противоречит закону, договору либо не вытекает из существа обязательства. В качестве примера подобного ограничения можно указать на п. 2 ст. 615 ГК, которым арендатору разрешено передать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу, равно как и передать арендованную вещь в субаренду, только с согласия собственника.
Второе условие связано с возможностью подобной передачи права собственности только тогда, когда это не противоречит закону (имеется в виду, в частности, наличествующее в нем ограничение в принадлежащем товарищу праве собственности) или договору простого товарищества (речь идет о возможности включения в договор условия, по которому товарищ вправе передавать принадлежащее ему на праве собственности имущество в составе вклада лишь в пользование).
Наконец, третье условие сводится к тому, что для передачи товарищем имущества в составе вклада в общую собственность необходимо наличие соответствующего намерения у передающего (animus) <*>.
--------------------------------
<*> Включенное в п. 1 ст. 1043 ГК указание, в силу которого участником общей собственности выступает прежде всего товарищ, сам являющийся собственником, подлежит распространительному толкованию. Это связано с тем, что наряду с собственником в указанное число входит и носитель права хозяйственного ведения или права оперативного управления, но лишь в случае, когда на такую передачу получено согласие собственника. Необходимость подобного согласия предусмотрена, в частности, в п. 4 ст. 18 Закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях": "Государственное или муниципальное предприятие не вправе без согласия собственника... заключать договор простого товарищества" (СЗ РФ. 2002. N 48. Ст. 4746). Как и весь Закон в целом, рассматриваемая норма распространяет свое действие помимо унитарных государственных, муниципальных предприятий также и на казенные предприятия.

Отношения, возникающие между участниками по поводу имущества, находящегося в общей долевой собственности, регулируются нормами гл. 16 ГК, за исключением случаев, когда специальные правила на этот счет включены в гл. 55 ГК либо общие нормы гл. 16 вступают в противоречие с иными особенностями возникших между участниками простого товарищества отношений. Так, хотя участников простого товарищества связывают отношения общей долевой собственности, к ним, в частности, не применяются нормы, предоставляющие такому участнику право свободно, по своему усмотрению (т.е. и без согласия сособственников) распоряжаться своей долей (п. 2 ст. 246 ГК). Другой пример - принадлежащее участнику общей долевой собственности преимущественное право покупки продаваемой доли (ст. 250 ГК). Наконец, нет оснований и для применения нормы, содержащейся в п. 2 ст. 247 ГК, в силу которой участник долевой собственности имеет право на предоставление во владение и пользование части общего имущества, которая соразмерна его доле, а в случаях, когда это оказалось по каким-либо причинам невозможным, - требовать от других участников, владеющих и (или) пользующихся вместе с ним имуществом, которое приходится на его долю, соразмерной ей компенсации.
Передача имущества в общую собственность товарищей означает среди прочего, что с этого момента риск случайной гибели передаваемой вещи должен нести каждый из них в соответствии со своей долей в общей собственности.
Распоряжение имуществом, составляющим общую долевую собственность товарищей, как предусмотрено ст. 246 ГК, осуществляется по соглашению всех участников. Товарищ, нарушивший указанное требование (об обязательном наличии соглашения), должен нести за это ответственность <*>.
--------------------------------
<*> Примером может служить дело по иску конкурсного управляющего АОЗТ к ЗАО и ТОО. Оно возникло в связи с тем, что деньги, полученные от АОЗТ, ЗАО истратило на приобретение от своего имени у ТОО помещения кафе. При этом было установлено, что никаких иных источников, кроме средств, полученных от АОЗТ, для оплаты стоимости кафе у ЗАО не было. С учетом того, что сделка была заключена без согласия второго товарища - АОЗТ, арбитражный суд признал ее недействительной, взыскав с ТОО в пользу истца уплаченную ответчиком за кафе сумму (Вестник ВАС РФ. 2000. N 10. С. 31 - 32).

При утрате товарищем подлежавшей передаче в общее пользование вещи он должен, получив на то согласие остальных участников, произвести замену ее другой вещью или выплатить стоимость пропавшей. В противном случае речь должна идти о признании его отказавшимся от дальнейшего участия в договоре простого товарищества с последствиями, предусмотренными ст. 1050 ГК.
Статья 1043 ГК содержит три нормы, распространяющие свое действие на общее имущество товарищей независимо от того, идет ли речь о праве собственности или об ином праве на соответствующее имущество.
Прежде всего, имеется в виду, что в силу п. 2 ст. 1043 ГК ведение бухгалтерского учета общего имущества товарищей может быть поручено ими одному из участвующих в договоре простого товарищества лицу. Как отмечает Е.А. Суханов, "юридическое обособление общего имущества участников от их личного имущества обычно производится с помощью его самостоятельного бухгалтерского учета на отдельном балансе. Этим объясняется правило п. 2 ст. 1043 Кодекса о возможности поручения учета общего имущества одному из товарищей, который является юридическим лицом, ибо только такой субъект в состоянии открыть для соответствующей цели отдельный баланс. Вместе с тем это имущество остается объектом общей долевой собственности участников и потому используется по их общему (единогласному) решению" <*>.
--------------------------------
<*> Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1996. С. 256.
Существуют относящиеся к простому товариществу специальные правила ведения лицом бухгалтерского учета, действующие в соответствии со ст. 1043 ГК. Имеется в виду, что такое лицо, выступая на основании полномочий, полученных от остальных товарищей, ведет отдельный (обособленный) баланс, а также разделительный учет операций, которые связаны с включением его собственной уставной деятельности как юридического лица и одновременно с осуществлением им договора простого товарищества (см.: Терехова В.А. Международные и национальные стандарты бухгалтерского учета и отчетности. М., 2000. С. 246 - 247, 250).
Положение по бухгалтерскому учету "Информация об участии в совместной деятельности" ПБУ 20/03 предусматривает обязанность товарища, ведущего общие дела, в силу ст. 1043 ГК в соответствии с договором простого товарищества обеспечивать обособленный учет операций (на отдельном балансе) по совместно осуществляемой деятельности и операций, которые связаны с выполнением им своей обычной хозяйственной деятельности. При этом показатели отдельного баланса в бухгалтерский баланс ведущего бухгалтерский учет общего имущества товарища включаться не должны. Кроме того, в его обязанность входит также учет имущества, внесенного товарищами в виде их вклада.

Среди таких же единых для общего имущества норм в ст. 1043 ГК можно выделить еще одну. Так, в силу п. 3 указанной статьи пользование общим имуществом должно осуществляться по взаимному согласию участников, а если согласия достигнуто не будет, порядок пользования общим имуществом определяется судом. Приведенная норма воспроизводит п. 1 ст. 247 ГК ("Владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности").
Наконец, третья норма ст. 1043 ГК ограничивается отсылкой по вопросам содержания общего имущества, а также порядка возмещения расходов, которые связаны с выполнением указанных обязанностей, к условиям заключенного сторонами договора.
Распределение прибыли между товарищами. Полученная товарищами при осуществлении совместной деятельности прибыль должна распределяться между ними пропорционально стоимости вкладов в общее дело. Как установлено в самой ст. 1048 ГК ("Распределение прибыли"), правило, о котором идет речь, действует только при условии, если иное не предусмотрено в самом договоре простого товарищества или в ином достигнутом сторонами соглашении. При определении границ действия этой нормы учитывается и то, что получение прибыли представляет собой все же лишь одну из возможных целей простого товарищества. По отмеченной причине есть основания, используя возможность распространительного толкования соответствующей нормы, исходить из того, что она должна действовать при распределении любого положительного результата, полученного в ходе совместной деятельности. Имеется в виду, например, распределение по долям собранного урожая, добытых природных ресурсов, вырученных от продажи выстроенного здания сумм и т.п. При этом в зависимости от делимости результата речь может идти о реальных или идеальных его долях.
Статья 1048 ГК создает определенную гарантию равенства сторон в рассматриваемом договоре. Имеется в виду признание ничтожным соглашения об устранении кого-либо из товарищей от участия в прибыли.

9. Ответственность сторон в договоре
простого товарищества

Поскольку простое товарищество не является юридическим лицом, ответственность могут нести только сами товарищи и только принадлежащим им имуществом, включая их доли в общем имуществе товарищей.
Кодексом предусмотрены различные решения вопроса об ответственности в зависимости от того, возникает ли она из внешних или внутренних отношений. Имеется в виду, что в первом случае речь идет об ответственности товарищей перед третьими лицами, а во втором - друг перед другом.
Первому виду ответственности посвящена прежде всего ст. 1047 ГК. Уже в самом ее названии ("Ответственность товарищей по общим обязательствам") усматривается, что речь идет об ответственности внешней.
Решения в указанной статье определенным образом дифференцируются. Исходное значение имеет характер осуществляемой по договору простого товарищества деятельности: может ли она быть отнесена к числу предпринимательской. При отрицательном ответе на поставленный вопрос применению подлежит п. 1 ст. 1047. В нем содержатся различные решения, зависящие от того, основаны ли отношения между товарищами и третьими лицами на заключенном между ними договоре либо возникли из иного, недоговорного основания. В первом случае ответственность товарищей является долевой: каждый из них отвечает по общим долевым обязательствам всем своим имуществом пропорционально стоимости их вклада в общее дело. В остальных случаях, когда отношения участников с третьими лицами носят недоговорный характер, ответственность товарищей по общим обязательствам носит солидарный характер.
Присущий предпринимательской деятельности особый риск (п. 1 ст. 2 ГК) нашел отражение и в п. 2 ст. 1047 ГК. В нем предусмотрено на случай, когда договор простого товарищества связан с осуществлением участниками предпринимательской деятельности, что их ответственность по общим обязательствам независимо от оснований возникновения обязательства перед третьими лицами признается солидарной. Тем самым на товарищей перелагается риск того, что у кого-либо из них не хватит имущества на покрытие падающей на него ответственности.
В ГК выделен еще один случай, при котором наступает солидарная ответственность участников. Имеется в виду, что вне зависимости от характера осуществляемой товарищами деятельности (является ли она предпринимательской или нет) их ответственность признается солидарной на случай прекращения договора простого товарищества. Подобная ответственность распространяется на все не исполненные к моменту прекращения договора общие обязательства товарищей (п. 2 ст. 1050 ГК "Прекращение договора простого товарищества").
Если ответственность товарищей перед третьими лицами признается солидарной, вступает в действие ст. 325 ГК с ее общими для солидарных обязательств положениями. Из нее следует, что при солидарном обязательстве на стороне товарищей за третьим лицом признается право требовать исполнения полностью, либо в части долга, адресовав это свое требование любому из товарищей либо всем вместе. В тех случаях, когда третьему лицу не удалось получить полного удовлетворения от одного из солидарно ответственных товарищей, оно вправе заявить требование о взыскании недополученного от остальных товарищей (любого из них). При этом обязательства солидарных должников сохраняют силу вплоть до того, как общий долг будет погашен в полном объеме (ст. 323 ГК).
ГК предусмотрена еще одна гарантия для третьих лиц. На этот раз она призвана обеспечить реальную возможность обратить взыскание по личным долгам товарища на соответствующую часть его имущества. Речь идет о закрепленном в ст. 1049 ГК праве кредитора товарища предъявлять требование о выделе доли в общем имуществе товарищества. Поскольку речь идет о доле в общем имуществе, соответствующая статья содержит отсылку к ст. 255 ГК ("Обращение взыскания на долю в общем имуществе"). Имеется тем самым в виду, что по требованию кредитора участника вначале должно быть обращено взыскание на иное имущество товарища. И лишь если окажется, что этого недостаточно, должна быть выделена (по требованию кредитора) доля должника в общем имуществе. При невозможности это сделать, равно как и в случаях, когда против этого возражают остальные участники, кредитор вправе потребовать продажи, притом с публичных торгов, должником своей доли остальным участникам по цене, соразмерной рыночной стоимости доли <*>. Особо выделены правила, регулирующие ответственность участников, если простое товарищество продолжает существовать, несмотря на выбытие из него некоторых участников. Статья 1053 ГК ("Ответственность товарища, в отношении которого договор простого товарищества расторгнут"), опять же в интересах третьих лиц, предусмотрела: если договор простого товарищества не был прекращен в результате заявления кого-либо из товарищей об отказе от дальнейшего в нем участия либо был расторгнут по требованию одного из товарищей, тот из них, чье участие в договоре прекратилось, продолжает нести ответственность перед третьими лицами по общим обязательствам, если только они возникли в период его участия в договоре. Ответственность в этом случае наступает так, как если бы такой товарищ вообще не выбывал из договора о простом товариществе. Это означает, что в зависимости от характера совместной деятельности товарищей (является ли она предпринимательской или нет) ответственность выбывшего товарища по отношению к остальным будет соответственно долевой или солидарной.
--------------------------------
<*> В этом, равно как и в других случаях, когда в специальной норме содержится указание на "рыночную стоимость", может быть, если иное не указано в других специальных нормах, по аналогии применена ст. 40 Налогового кодекса. Эта статья признает рыночной ценой товара (работ, услуг) цену, сложившуюся при взаимодействии спроса и предложения на рынке идентичных (а при их отсутствии однородных) товаров (работ, услуг) в сопоставимых экономических (коммерческих) условиях.

Все то, о чем шла речь, относится к ответственности товарищей перед третьим лицом. Наряду с этим каждый из них как участник договора простого товарищества несет ответственность за нарушение договорных обязательств перед остальными товарищами. В этих случаях "специфика отношений простого товарищества не перечеркивает содержащегося в ст. 393 ГК РФ общего положения, согласно которому лицо, не исполнившее или ненадлежаще исполнившее свою обязанность, несет имущественную ответственность перед другими сторонами. Это значит, что, если убытки причинены простому товариществу одним из товарищей, они должны возмещаться неисправным товарищем, а не распределяться между всеми сторонами" <*>. Такая ответственность регулируется общими нормами об обязательствах. В зависимости от того, имело ли место неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности или нет, ответственность товарища наступает либо только при его виновных, либо не только при виновных, но также и невиновных действиях (ср.: п. 1 и п. 3 ст. 401 ГК "Основания ответственности за нарушение обязательств"). В первом случае используются для привлечения участника к ответственности субъективные критерии. При этом, как в свое время отмечал В.Н. Шретер, специфика такой ответственности применительно к договору простого товарищества состоит в том, что "в товариществе требуется проявление активности. Дело не в возможности исполнения, а в проявлении надлежащей заботливости. Принимая во внимание общность товарищеского дела, практика, несомненно, должна будет принять в таком случае во внимание признак заботливости, проявляемой участником в собственных делах" <**>. Если же речь идет о неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности, ответственность при отсутствии иного в законе или договоре носит объективный характер, т.е. наступает независимо от вины участника <***>.
--------------------------------
<*> Романец Ю.В. Договор простого товарищества и подобные ему договоры (вопросы теории и судебной практики) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 12. С. 112. В подтверждение автором приведено дело, в котором шла речь о распределении между сторонами суммы удорожания строительства между всеми участниками. В нем суд признал, что "поскольку удорожание строительства вызвано действиями одного из участников, просрочившего передачу строительных материалов, именно он должен возмещать причиненные этим убытки" (Там же).
<**> Шретер В.Н. Указ. соч. С. 157.
<***> Считая указанную особенность договора простого товарищества недостаточно выражающей его индивидуальность, В.Н. Шретер назвал этот договор не просто "личным", а "интимным" (Там же. С. 158). В то же время В.Ю. Вольф, подчеркивая, что рассматриваемый договор обладает "особенностями персонального свойства", выделял особо его фидуциарность (Вольф В.Ю. Указ. соч. С. 38).

Специальные правила действуют в отношении обязанностей участников, носящих фискальный характер. Так, в соответствии со ст. 180 Налогового кодекса налогоплательщики - участники договора простого товарищества несут солидарную ответственность за неисполнение обязанностей по уплате налогов по операциям, которые укладываются в рамки договора простого товарищества. Гарантией исполнения соответствующих обязанностей служит обязательность постановки участников простого товарищества на учет в налоговом органе <*>.
--------------------------------
<*> См.: Приказ Министерства РФ по налогам и сборам от 1 ноября 2000 г. // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2001. N 1. С. 42 и сл.

10. Прекращение договора простого товарищества

Глава 55 ГК содержит специальные по отношению к гл. 29 ГК ("Изменение и расторжение договора") правила, относящиеся к договору простого товарищества. Общие основания, порядок и последствия прекращения договора простого товарищества определены в ст. 1050 ГК. В этой статье содержится семь оснований прекращения договора. Определенную их группировку предложил, имея в виду эту статью, А.Б. Савельев: "Указанные основания прекращения договора простого товарищества можно условно подразделить на три группы: 1) основания, связанные с правосубъектностью сторон (к ним относятся смерть участника, объявление его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим, ликвидация или реорганизация участвующего в договоре юридического лица); 2) основания имущественного характера (объявление участника несостоятельным (банкротом) или выдел его доли по требованию кредитора); 3) основания, связанные с волеизъявлением участника (отказ от договора, расторжение договора по требованию стороны)" <*>.
--------------------------------
<*> Савельев А.Б. Указ. соч. С. 321.

Есть основания использовать более полно соответствующую классификацию <*>.
--------------------------------
<*> По поводу такого же набора оснований прекращения договора в ГК 1922 г. обращалось внимание на то, что "законные поводы для прекращения товарищества коренятся или в самом товариществе, или же в товарищах. Вторая категория причин опять-таки распадается на две группы: а) причины, приводящие к прекращению товарищества непосредственно, ipso facto; б) причины, посредственно влияющие на прекращение товарищества" (Комментарий к ГК РСФСР / Под ред. С. Александровского. М., 1928. С. 348).

В перечне оснований прекращения договора простого товарищества, содержащихся в указанной статье ГК, выделяются прежде всего те, которые связаны с судьбой лица - физического или юридического, выступающего стороной в договоре. Речь идет о случаях объявления участника-гражданина недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим (1), либо об объявлении кого-либо из участников несостоятельным (банкротом) (2), либо о смерти участника или ликвидации или реорганизации участвующего в договоре простого товарищества юридического лица (3). Из четырех оставшихся оснований выделяются два, их отличает то, что они наступают по воле товарищей. Имеются в виду отказ кого-либо из них от дальнейшего участия в бессрочном договоре простого товарищества или расторжение договора простого товарищества, заключенного с указанием срока его действия, по требованию одного из товарищей в отношениях между ним и остальными товарищами. Могут быть названы и еще два основания прекращения договора, которые от воли товарища (товарищей) не зависят. Речь идет об истечении срока договора <*>, а также о выделе доли товарища по требованию его кредитора <**>.
--------------------------------
<*> Арбитражная практика признает, что фактическое продолжение договорных отношений и после даты окончания срока действия договора означает его пролонгацию на неопределенный срок. Пример: дело Высшего Арбитражного Суда РФ N 136 от 13 мая 1997 г. (см.: Сарбаш С.В. Арбитражная практика по гражданским делам. М., 2003. С. 849).
<**> Вестник ВАС РФ. 2000. N 9.

Применительно ко всем таким влекущим прекращение договора основаниям, кроме истечения срока, действуют определенные ограничения. Имеется в виду, что при указанных обстоятельствах прекращение договора не может произойти, если только в нем или в заключенном впоследствии соглашении установлено, что договор сохраняет силу в отношениях между остальными товарищами (разумеется, указанная оговорка может быть использована лишь тогда, когда товарищество насчитывает не менее трех участников).
На случай смерти товарища либо ликвидации или реорганизации юридического лица п. 1 ст. 1050 предусмотрел, что договором или соглашением может быть предусмотрено сохранение простого товарищества при условии замещения выбывшего участника его правопреемником (наследником).
Естественно, что эта последняя норма не действует применительно к такому основанию, как ликвидация, которая как таковая исключает правопреемство.
Во всех случаях, при которых выбытие из товарищества не предполагает правопреемства, прекращение договора в отношении одного из участников не затрагивает интересы кредиторов, поскольку долги выбывшего товарища распределяются между оставшимися. Что же касается особых правил, относящихся к последствиям смерти участника и ликвидации либо реорганизации юридического лица, то в подобных случаях речь идет прежде всего о защите интересов как оставшихся товарищей (прямо), так и третьих лиц - кредиторов (косвенно). Имеется в виду, что, "если расторжение договора простого товарищества в отношении одного из товарищей не влечет за собой прекращения этого договора в отношении остальных товарищей, выбывающий участник лишается возможности получить вещные права на будущий результат совместной деятельности. Кроме того, в этом случае стороны (или суд, если участник исключается из договора в судебном порядке) должны оценить его долю в общем имуществе на момент расторжения договора и произвести ее реальный выдел" <*>.
--------------------------------
<*> Романец Ю.В. Договор простого товарищества и подобные ему договоры (вопросы теории и судебной практики) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 2. С. 109.

В действующем ГК отсутствуют нормы, определяющие основания и последствия исключения участника из товарищества. В подобных случаях вступает в действие ст. 450 (п. 2) ГК, которая предоставляет участникам неограниченную возможность предусмотреть в договоре любые основания для его прекращения или изменения решением суда по требованию одной из сторон. Вместе с тем целесообразно в будущем даже при наличии приведенной общей нормы все же включить в гл. 55 ГК основания и порядок обращения в суд с подобными требованиями. Соответствующим специфике складывающейся ситуации было бы указание на возможность исключения из числа участников простого товарищества лишь при согласии остальных товарищей <*>.
--------------------------------
<*> Нормы, посвященные исключению из простого товарищества, содержались в Проекте Гражданского уложения России. Основанием для исключения должны были служить неисполнение товарищем лежащих на нем обязанностей либо допущенная им недобросовестность в управлении делами товарищества. При этом предполагалось, что "требование товарищей о выделении виновного товарища должно быть обращено в случае несогласия такого товарища подчиниться этому требованию подлежащему суду, но так как это само собой разумеется, то проектируемая статья об этом и не упоминает" (Гражданское уложение. Книга пятая: Обязательства. Т. IV. С объяснениями. Ст. ст. 179 - 921. С. 584).

Статья 1050 ГК устанавливает общие, распространяющиеся на все случаи прекращения договора простого товарищества последствия.
Имеется в виду прежде всего правило, направленное одновременно на защиту интересов как самих товарищей, так и третьих лиц. Оно сводится к тому, что, как уже отмечалось, с момента прекращения договора товарищи несут солидарную ответственность по неисполненным общим обязательствам.
С учетом специфики договора простого товарищества, прежде всего его фидуциарности, законодатель ограничил осуществление права требовать возврата переданной индивидуально-определенной вещи (ст. 1050 ГК). Указанное последствие наступает лишь при условии соблюдения интересов всех остальных товарищей и кредиторов. По указанной причине последние наделены правом представить в подобных случаях соответствующие на этот счет возражения. По вопросу о порядке раздела имущества, которое находилось в общей собственности товарищей, и возникшего у них общего права требования в ст. 1050 ГК включена отсылка к общим нормам ГК. Имеется в виду порядок, который содержится в ст. 252 ГК ("Раздел имущества, находящегося в долевой собственности, и выдел из него доли"). Установленные этой статьей правила основаны на учете сравнительной значимости подлежащих защите интересов сторон. В частности, речь идет о праве участника долевой собственности требовать выдела своей доли на основе соглашения между участниками о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из товарищей. На случай недостижения согласия между товарищами предусмотрено право требовать в судебном порядке выдела своей доли в натуре. Если же выдел в натуре законом, в частности, не допустим - если это оказывается невозможным без несоразмерного ущерба имуществу, которое находится в общей собственности, допускается взамен этого право требовать выплаты другими участниками стоимости его доли. В той же статье есть и некоторые другие правила, которые могут быть применены в соответствующих случаях по отношению к имуществу, являющемуся общей собственностью товарищей.
При прекращении договора простого товарищества вещи, переданные участником в состав общего имущества с сохранением за ним права собственности (имеется в виду, в частности, передача вещей в аренду), после расчетов с кредиторами должны быть возвращены тому из товарищей, который их предоставил. Сумма не выплаченной товарищу арендной платы, платы за пользование и т.п. выплате не подлежит, если только стороны между собой не предусмотрели иное <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 89.

Особо выделены две ситуации, в которых идет речь о порядке расторжения договора простого товарищества.
Первая из них - ст. 1052 ГК ("Расторжение договора простого товарищества по требованию стороны"). Указанная статья рассчитана на договоры, существование которых определенным образом ограничено во времени. Речь идет о договорах с обозначенным в них сроком действия либо таких, в которых предусмотренная цель (ее достижение либо, напротив, недостижение) имеет значение отменительного условия. В договорах, отвечающих приведенным требованиям, за каждым из товарищей закреплено право на расторжение договора (между собой и остальными товарищами). Такое право возникает только при наличии признанных уважительными причин и включает в себя обязанность товарища, заявившего такое требование, возместить остальным товарищам реальный ущерб, который был им причинен расторжением договора.
Вторая относящаяся к данному вопросу статья - ст. 1051 ГК ("Отказ от бессрочного договора простого товарищества"). Она посвящена праву товарища в таком договоре на заявление о своем отказе от него, что в п. 3 ст. 450 ГК именуется "односторонним отказом от исполнения договора полностью или частично". Товарищ должен заявить о таком своем отказе не позднее трех месяцев до его предполагаемого выхода из договора. Подтверждением особого значения соответствующего права можно считать включенное в ГК указание на признание ничтожным соглашения об ограничении права, о котором идет речь.
Отказ от договора простого товарищества с участием двух сторон автоматически влечет прекращение договора. Если же в договоре участвуют три и более стороны, отказ может влечь за собой при определенных условиях в качестве возможного варианта продолжение действия договора в отношениях между остальными товарищами.
Хотя ГК содержит только в ст. 1052 отсылку к п. 2 ст. 450 ("Основания изменения и расторжения договора"), это не исключает возможности субсидиарного применения норм последней статьи и к отношениям, предусмотренным в ст. 1051 ГК. Норма, которая служит адресатом подобной отсылки, предусматривает возможность изменения или расторжения судом договора по требованию одной из сторон при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных Кодексом, другими законами или договором. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что вправе была рассчитывать при заключении договора.
В числе других субсидиарно применяемых к одностороннему расторжению и изменению договора норм следует указать, в частности, и на п. 2 ст. 452 ГК ("Порядок изменения и расторжения договора"). Им предусмотрена возможность заявления стороной в суде соответствующего требования - об изменении или расторжении договора лишь после того, как будет получен отказ другой стороны на сделанное предложение изменить или расторгнуть договор либо не последует вовсе ответа второй стороны на такое предложение в срок, указанный в нем, либо установленный законом или договором; такой срок считается равным 30 дням при отсутствии иного в законе или договоре.

11. Договоры о негласном товариществе и некоторые
другие виды договора простого товарищества

А) Договор о негласном товариществе - особая разновидность договоров простого товарищества, специально урегулированная в самом Гражданском кодексе.
Рассматриваемый договор впервые появился в российском законодательстве лишь в действующем ГК. Это, однако, не исключило того, что на практике он использовался и ранее <*>. Так, в частности, континентальному праву указанный вид договоров простого товарищества был известен достаточно давно. Во всяком случае и Французский гражданский кодекс, и Германское торговое уложение особо выделяют этот вид договоров. В обоих указанных источниках речь идет о самостоятельных договорах, при этом используемые в них модели существенно отличимы.
--------------------------------
<*> См.: Вольф В.Ю. Указ. соч. С. 23; Монасевич М. Условия долевого участия и негласные товарищества // Право и жизнь. 1926. N 9 - 10; Рейнке Н.И. Негласное участие в чужом предприятии по советскому праву // Право и жизнь. 1926. N 4 - 5. С. 29; Брауде И.Л. Так называемые "негласные" товарищества // Право и жизнь. 1925. Кн. 6. С. 23 и сл.

Во Французском гражданском кодексе (ФГК) негласное товарищество (De la Societe en Participation) выделено в ст. ст. 1871 - 1873 (в ред. Закона N 78-9 от 4 января 1978 г.), составляющие в разделе, посвященном товариществу, главу "О товариществе, основанном на совместной деятельности участников, не обладающих правоспособностью" (De la Societe civile). Негласное товарищество возникает в случае, когда его участники договорятся, что оно не будет зарегистрировано. Такое образование не считается юридическим лицом и не подлежит оглашению. При этом каждый из участников негласного товарищества признается собственником своего вклада. В отношениях с третьими лицами он должен выступать от имени, неся перед ними самостоятельную ответственность. В тех же случаях, когда участники открыто действуют перед третьими лицами в качестве членов товарищества, ответственность перед третьими лицами, солидарную или долевую (в зависимости от того, идет ли речь о торговом или соответственно гражданском товариществе), должны нести все товарищи <*>.
--------------------------------
<*> Можно указать на близость французской модели к такой же, предусмотренной в ГК Квебека. В этом последнем в главе "О договорах товарищества и ассоциациях" наряду с полным товариществом, коммандитным товариществом и ассоциациями выделено негласное товарищество. Его особенностью, в частности, является выступление каждого из товарищей от своего имени с самостоятельной ответственностью перед третьими лицами.

В Германском торговом уложении негласное товарищество (Stille Gesellschaft) включено во вторую книгу - "Торговые товарищества и негласные товарищества". Суть последней состоит в том, что одно лицо ("негласный участник") участвует в торговом промысле, который ведет его контрагент - собственник торгового дела, внося для этой цели определенный имущественный вклад. Собственник единолично становится носителем прав и обязанностей по сделкам, которые заключены им при ведении дела. "Негласный участник" в свою очередь приобретает права на соответствующую часть прибыли (если объем указанной части в договоре не обозначен, он определяется "соразмерно обстоятельствам"). В случае, когда иное не указано в договоре, "негласный товарищ" участвует в несении убытков в пределах сделанного им либо оставшегося невнесенным вклада. Среди других особенностей негласного товарищества, позволяющих отличить его от простого товарищества, заслуживает быть выделенным то, что не завершенные на момент прекращения товарищества сделки подлежали завершению исключительно самим собственником с тем, что "негласный участник" участвовал в подобных случаях в прибылях и убытках. "Негласный участник", отстраненный от ведения дел, не обладает некоторыми правами, принадлежащими в подобных случаях обычному простому товариществу (имеется в виду возможность лично знакомиться с положением дел товарищества, проверять деловые бумаги и бухгалтерские книги товарищества, получая тем самым представление о состоянии дел товарищества) <*>.
--------------------------------
<*> Baumbach-Duden. Handelsgesetzbuch mit Nebensgesetzen ohne Seerecht. Band G. Munchen, 1974. S. 557 etc. Пример негласного товарищества, близкого к германской модели, приводил в свое время И.Л. Брауде: "Районное объединение сельскохозяйственной кооперации заключает договор с государственным заводом, состоящим на хозяйственном расчете, согласно которому передает заводу, по заранее условленной цене, заготовленное кооперацией сырье для переработки с тем, что готовая продукция реализуется Госзаводом, и вырученная от продажи сумма соответствующей частью прибыли возвращается кооперации". При этом автор последовательно отвергал возможность смешения такого договора с близкими договорными конструкциями - подряда, поручения и займа, и все же в конечном счете признал его разновидностью подряда (Брауде И.Л. Указ. соч. С. 23 - 24).

В самом общем виде различие между германской и французской моделями негласного товарищества можно усмотреть в том, что первая опосредствовала отношения в чужом, а вторая - в своем деле, на создание которого и осуществление в его рамках совместной деятельности направлены усилия товарищей. По этой причине более близкой действующему ГК является, пожалуй, французская модель.
Единственная в гл. 55 действующего ГК РФ ("Простое товарищество") статья, посвященная рассматриваемому договору (ст. 1054 "Негласное товарищество"). Она содержит указание прежде всего на конститутивный признак данного договора. Имеется в виду, что его существование не раскрывается для третьих лиц. Из приведенного вытекает, что отсутствие в заключенном договоре товарищества указания на этот признак исключает возможность считать такой договор договором негласного товарищества. По этой причине выделение в п. 1 ст. 1054 ГК того, что соответствующее условие "может быть предусмотрено в договоре", является в действительности не возможным, а непременным признаком рассматриваемого договора, без которого к заключенному договору не может применяться установленный той же статьей для договоров негласного товарищества специальный правовой режим.
Соответствующий признак негласного товарищества подвергался критической оценке. Так, И.Л. Брауде считал неудачным уже сам перевод "Stille Gesellschaft" как "негласное товарищество". Он объяснял это тем, что в "понятии "негласное" есть что-то тайное, скрывающее настоящие отношения. Между тем эти товарищества не тайные, а вполне "гласные", видимые в противовес товариществу на вере, являющегося измененным видом полного товарищества" <*>.
--------------------------------
<*> Брауде И.Л. Указ. соч. С. 24.

Отмеченное все же не умаляет значения самого соответствующего признака. В действительности с вопросом о том, знало или не знало третье лицо о существовании товарищества, связаны имеющие принципиальное значение последствия. Правовой режим негласного товарищества особый, и он может быть применен к отношениям по сделкам с третьими лицами лишь в зависимости от того, знало ли лицо, с кем оно совершило сделку - с конкретным лицом как таковым или с участником простого товарищества <*>. Поскольку негласное товарищество - только вид простого товарищества <**>, отсутствие у заключенного договора названного признака - "негласности" - не исключает возможность признания такого договора обычным договором простого товарищества с соответствующими последствиями.
--------------------------------
<*> "Третье лицо, - отмечает А.Б. Савельев, - имеет дело только с гласным товарищем, оценивает только его как контрагента и потому не может быть обмануто только в силу какой-то особенности негласного товарищества... Негласным это товарищество является только для третьих лиц - участников оборота, а не для налоговых и иных государственных органов в силу того, что негласность товарищества не освобождает его в установленных случаях от обязанности вести учет и представлять отчетность" (Савельев А.Б. Указ. соч. С. 329).
<**> В подтверждение можно, в частности, сослаться на то, что на товарищей, в том числе участников негласного товарищества, распространяются общие положения, устанавливающие порядок ведения учета и отчетности. А сам этот порядок в свою очередь призван обеспечить определенную степень прозрачности, создающую возможность осуществления соответствующими органами возложенных на них фискальных и иных контрольных функций.

Статья 1054 ГК содержит три нормы, из числа которых первая носит общий характер, позволяя определить, что представляет собой договор "негласного товарищества" и каковы условия применения правового режима, установленного для такого договора.
Две другие нормы той же статьи формируют особый правовой режим негласного товарищества. При этом одна из них распространена на отношения внешние, а другая - внутренние отношения между товарищами. Так, в силу п. 2 ст. 1054 ГК в отношениях с третьими лицами каждый из участников негласного товарищества, совершая сделку от своего имени, но в общих интересах товарищей, отвечает всем своим имуществом. В то же время п. 3 этой же статьи, имея в виду обязательства, возникающие между товарищами в ходе осуществляемой ими совместной деятельности, рассматривает их как общие.
Указанные две нормы ст. 1054 ГК имеют тем самым исходное значение для решения широкого круга вопросов, которые могут возникнуть в ходе исполнения заключенного договора негласного товарищества <*>.
--------------------------------
<*> О различных видах объединенных единым термином - "негласное товарищество" образований, используемых Кодексами 1922 и 1964 гг., см.: Брауде И.Л. Указ. соч. С. 23 - 36, а также: Рейнке Н.Н. Указ. соч. С. 29.

Отдавая приоритет включенным в него нормам, п. 1 ст. 1054 ГК предусматривает, что к договору о негласном товариществе применяются правила о договоре простого товарищества, помещенные в гл. 55 ГК, кроме случаев, когда иное предусмотрено самой статьей, о которой идет речь, или вытекает из существа негласного товарищества.
Закрепленные в п. п. 2 и 3 ст. 1054 ГК нормы являются императивными. Тем самым соответствующие правила должны рассматриваться как особые условия договора негласного товарищества. Соответственно, то обстоятельство, что приведенные правила устанавливают прямую ответственность перед третьими лицами только того из товарищей, который от своего имени и в общих интересах совершает сделку с третьим лицом, приобретает значение непременного элемента правового режима договора негласного товарищества. По этой же причине представляется, на наш взгляд, нуждающимся в некотором уточнении относящееся к договору негласного товарищества признание того, что "возможна и общая ответственность товарищей, если они раскрыли контрагентам существо товарищества" <*>. Имеется в виду, что общая ответственность может существовать лишь в обычном договоре простого товарищества. Все дело в том, что при определенных условиях заключенный сторонами договор негласного товарищества трансформируется в обычный договор простого товарищества. Это происходит тогда, когда третье лицо в момент совершения сделки уже знало, о каком договоре идет речь. По отмеченной причине для признания, например, возможным установления общей ответственности третье лицо должно доказать, что знало о существовании между сторонами обычного договора простого товарищества в момент совершения сделки. Бремя доказывания данного обстоятельства, таким образом, ложится на третье лицо.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 568.

То обстоятельство, что каждый из участников договора негласного товарищества выступает в отношениях с третьим лицом от своего имени, неся непосредственно перед ним ответственность, позволяет признать за товарищем, совершившим сделку, возможность при определенных условиях предъявить к остальным товарищам регрессное требование. В связи с отсутствием прямых указаний в ГК на этот счет есть основания считать такую регрессную ответственность, руководствуясь ст. 1047 ГК в зависимости от обстоятельств, предусмотренных в этой статье, долевой или солидарной.
Отличает договор негласного товарищества среди прочего и более узкий круг специальных прав и обязанностей его участников. В этой связи справедливо отмечено, что "в отличие от обычного договора простого товарищества (гражданского или торгового), участники которого обязуются совместно действовать для достижения поставленной цели, главным признаком негласного товарищества следует считать возможность ограничения участия отдельных лиц в товариществе лишь взносом вклада" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право. Т. 1. Полутом II / Под ред. Е.А. Суханова. С. 326.

При всем том сделанный из приведенного положения вывод: "Поэтому негласное товарищество правильнее было бы называть "простое товарищество на вере" или "простое коммандитное товарищество" <*>, - представляется спорным, хотя такая точка зрения и получила в свое время определенное распространение в литературе <**>. Основанием для подобного сомнения может служить прежде всего та особенность негласного товарищества, что оно, подобно любому иному простому товариществу, не является юридическим лицом, в то время как товарищество на вере наделено гражданской правосубъектностью. В дополнение к этому можно отметить и другое различие. Речь идет о том, что в негласном товариществе правила об ответственности, закрепленные в ст. 1054 ГК, являются общими для всех участников простого товарищества, в то время как в товариществе на вере, и это также составляет один из конститутивных признаков последнего, существуют две категории участников (полные товарищи и вкладчики) с четко обозначенными для каждой пределами ответственности.
--------------------------------
<*> См.: Гражданское право. Т. 1. Полутом II / Под ред. Е.А. Суханова. С. 326.
<**> См.: Брауде И.Л. Указ. соч. С. 24; Вольф В.Ю. Указ. соч. С. 57 - 59; Мейер Д.И. Указ. соч. С. 542.

Модель простого товарищества оказалась весьма приспособленной к современным экономическим условиям страны. Отмеченное нашло выражение не только в количестве заключенных договоров простого товарищества, но и в разнообразии используемых при этом их видов.
В настоящее время за пределами гл. 55 Гражданского кодекса с ее договором негласного товарищества законодательство регулирует немало и других договоров, представляющих собой особые разновидности договора простого товарищества. Примерами могут служить по крайней мере три таких договора простого товарищества: договор о финансово-правовых группах, договор о банковских группах и банковских холдингах, договор о страховых пулах.
Б) Договор о создании финансово-промышленных групп. В литературе выделены три основные цели создания таких групп. Во-первых, восстановление - там, где это возможно, - ранее существовавших технологических, кооперационных взаимосвязей с прежними партнерами для производства той или иной продукции. Во-вторых, установление таких связей с новыми партнерами на основе экономической целесообразности либо объединение усилий ряда производителей для расширения рынков сбыта товаров и услуг. В-третьих, привлечение инвестиций и целенаправленное их использование <*>.
--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий к Федеральному закону "О финансово-промышленных группах" (постатейный) В.Н. Петухова включен в информационный банк согласно публикации - Юстицинформ, 2002.

<*> См.: Петухов В.Н. Комментарий к Закону "О финансово-промышленных группах". М., 1998. С. 15.

Закон о финансово-промышленных группах (ст. 2) признает соответствующее образование совокупностью юридических лиц, действующих как основное и дочерние общества, либо полностью или частично объединивших свои материальные и нематериальные активы (система участия) на основе договора о создании финансово-промышленной группы в целях технологической или экономической интеграции, для реализации инвестиционных и иных проектов и программ, направленных на повышение конкурентоспособности и расширение рынков сбыта товаров и услуг, повышение эффективности производства, создание новых рабочих мест.
Участниками финансово-промышленной группы могут быть как коммерческие, так и некоммерческие организации (кроме общественных и религиозных), наделенные правами юридического лица. При этом непременным является участие в составе финансово-промышленной группы организаций, действующих в сфере производства товаров, работ и услуг, а также банков или иных кредитных организаций. Это последнее требование в известной мере вытекает уже из наименования соответствующих образований ("финансово-промышленные"). Особо выделена в Законе возможность участия в финансово-промышленной группе различного рода инвестиционных образований: страховых организаций, негосударственных и иных фондов и др. Однако лишь при условии, что такое участие связано с ролью указанных организаций в обеспечении инвестиционного процесса в группе.
Именно во избежание "конфликта интересов" сторон в таком договоре, как уже отмечалось, Закон (ст. 3) и исключил возможность участия одного и того же юридического лица в двух и более финансово-промышленных группах.
Финансово-промышленная группа подлежит государственной регистрации, которую осуществляет Министерство экономического развития РФ в установленном Законом (ст. 5) порядке. Сведения о произведенной регистрации отражаются в едином банке данных, ведение которого входит в компетенцию соответствующего государственного органа (ст. 9 Закона) <*>.
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 1995. N 49. С. 4697.
Определяя значение обязательной государственной регистрации финансово-промышленных групп, Е.А. Суханов подчеркивает то, что она "имеет не гражданско-правовое, а административно-правовое значение, будучи основанием для получения соответствующих правительственных льгот" (Комментарий к части второй Гражданского кодекса для предпринимателей. С. 255).

Уже само легальное определение финансово-промышленной группы позволяет выделить две четко обозначенные модели. Первая предполагает включение в финансово-промышленную группу основного и дочерних обществ. Соответственно, участниками такой финансово-промышленной группы становятся те, между кем уже существует определенная юридическая связь, порожденная их взаимным положением. О значении отмеченной связи можно судить по тому, что в подобном случае роль центральной компании финансово-промышленной группы играет в соответствии с Законом (ст. 11) именно основное общество. Подобная модель не укладывается в обычные рамки простого товарищества уже в силу того, что создание финансово-промышленной группы и в целом обретение основным товариществом одновременно положения наделенной определенными полномочиями центральной компании не предполагают объединения имущества участниками, т.е. того, что как раз и служит признаком простого товарищества.
В литературе обращалось внимание на то, что "не составляют простого товарищества... финансово-промышленные группы, состоящие исключительно из основных (материнских) и дочерних компаний, если они не связаны между собой специальным договором об управлении (ср. ст. 105 ГК), также по сути являющимся разновидностью простого товарищества" <*>. Подобная оговорка по отношению к не вызывающему сомнений общему выводу о невозможности рассматривать финансово-промышленную группу с участием основной (материнской) и дочерней компании в качестве простого товарищества, пожалуй, является излишней. Имеется в виду, что "управленческий договор" обладает самостоятельным по отношению к договору о создании финансово-промышленной группы значением, а потому его наличие или отсутствие не способны сами по себе оказать влияние на природу этого последнего договора.
--------------------------------
<*> Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации: Для предпринимателей. С. 255. См. также: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. С. 750; Денисов С. Различие полного и простого товарищества // Юрист. 1998. N 10, 43.

В отличие от первой вторая модель финансово-промышленной группы предполагает возникновение связей между участниками лишь с момента заключения договора о ее создании. Именно вторая модель, и только она, дает основания для вывода о том, что возникшая из договора о ее создании финансово-промышленная группа представляет собой вид простого товарищества, а сам договор - вид обычного договора простого товарищества. Соответственно, вторая из указанных в законе двух форм финансово-промышленных групп отличается тем, что "заинтересованные лица создают определенную имущественную базу путем полного или частичного объединения своих материальных или нематериальных активов с использованием выбранной для этого организационно-правовой формы" <*>. В результате финансово-промышленная группа предстает в виде "производственно-финансовой системы, построенной на основе договора между юридическими лицами, которые изначально стремятся сохранить свою имущественную обособленность и устойчивость в контексте решаемых задач" <**>.
--------------------------------
<*> Михайлов Н.И. Правовая организация финансово-промышленных групп в России. Состояние и перспективы. М., 2005. С. 20.
<**> Там же. С. 22.

Подтверждением соответствующей видовой принадлежности рассматриваемого договора может служить среди прочего уже то, что ст. 7 Закона относит к числу обязательных и тем самым существенных условий этого договора объем, порядок и условия объединения активов. Речь идет, таким образом, об определенных вкладах участников. При этом ведение дел финансово-промышленной группы, в частности, при выступлении от имени ее участников в отношениях, связанных с созданием и деятельностью такого образования, осуществляет центральная компания, которая должна быть создана всеми участниками финансово-промышленной группы. А это как раз и осуществляется за счет вкладов участников финансово-промышленной группы, становящихся таким образом участниками соответствующего юридического лица - центральной компании <*>.
--------------------------------
<*> Примером могла служить финансово-промышленная группа "Руссхим", которая объединяла промышленные предприятия, научно-исследовательские институты, банковские, финансово-инвестиционные и торгово-коммерческие структуры. Указанная финансово-промышленная группа учредила одноименное акционерное общество, главной задачей которого является организация инвестиционного процесса в соответствующей отрасли (см.: Петухов В.Н. Корпорации в российском промышленном законодательстве и практике. М., 1999. С. 79 и сл.).

Статья 11 Закона предусматривает, что центральная компания является юридическим лицом, действует на основе устава, а ее учреждение должно осуществляться в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для регистрации юридических лиц.
В силу ст. 14 Закона по обязательствам центральной компании, которые возникли в результате ее участия в деятельности финансово-промышленной группы, ее участники несут солидарную ответственность.
В) Договор простого товарищества в банковской деятельности. Речь идет в данном случае об использовании, главным образом, двух моделей: банковской группы и холдинга. Обе модели выделены в Законе "О банках и банковской деятельности" (ст. 4).
Указанные образования представляют собой объединения юридических лиц с тем, что сама банковская группа, как и сам банковский холдинг, прав юридического лица не приобретает (ст. 4 Закона) <*>. Банковская группа представляет собой это объединение кредитных организаций <**>, в котором одна из них признается головной организацией. Соответственно, она наделяется возможностью прямо или косвенно (через третье лицо) оказывать влияние, притом, как подчеркнуто в Законе, "существенное", на те решения, которые принимают органы управления других кредитных организаций - участников группы.
--------------------------------
<*> О понятии холдинга, а также о соотношении банковских групп и банковских холдингов см.: Белых В.С. Указ. соч. С. 22 и сл.; Зиновьева М. Холдинги, финансово-промышленные и банковские группы // Право и экономика. 2003. N 4. С. 10 и сл.
<**> Закон "О банках и банковской деятельности" (ст. 1) признает кредитной организацией юридическое лицо, которое для извлечения прибыли как основной цели своей деятельности на основании специального разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации (Банка России) имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные указанным Федеральным законом (СЗ РФ. 1996. N 6. Ст. 492).

В отличие от банковской группы участниками банковского холдинга могут быть любые юридические лица, с тем, однако, что по крайней мере одним из них должна быть непременно кредитная организация. Участники холдинга выделяют из своего состава головную организацию. В этой роли может выступать любой участник, кроме кредитной организации. Головные организации банковского холдинга также обладают возможностью оказания, прямо или косвенно, такого же "существенного" влияния на деятельность участвующих в холдинге кредитных организаций.
Закон "О банках и банковской деятельности" (ст. 4) определяет содержание "существенного" влияния, о котором идет речь. Имеется в виду возможность определять решения, принимаемые органами управления участников банковской группы или кредитной организации (кредитных организаций), а также условия ведения ими предпринимательской деятельности. И все это благодаря участию в уставном капитале кредитной организации и (или) в соответствии с условием договора, заключенного участниками между собой. Особо выделена также возможность назначать единоличный исполнительный орган участника - юридического лица и (или) более половины состава его коллегиального исполнительного органа, а также определять избрание более половины состава совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации.
Головная организация холдинга вправе создать для управления кредитными организациями, входящими в банковский холдинг, управляющую компанию с тем, чтобы на нее были возложены обязанности головной организации. С целью исключить возможность коллизии интересов такой компании и самого банковского холдинга (его участников) головной организации запрещено заниматься страховой, банковской, производственной и торговой деятельностью. Установлено и еще одно ограничение, касающееся на этот раз компетенции управляющей компании. За нею в подобных случаях должна быть сохранена возможность определять решения управляющей компании по вопросам, которые отнесены к компетенции собрания ее учредителей (участников), включая вопросы реорганизации и ликвидации головной организации.
Участники банковской группы объединяются для совместного ведения определенной деятельности без создания юридического лица. Существенное отличие от обычного договора простого товарищества в данном случае состоит в том, что и в банковской группе, и в банковском холдинге отсутствует то, что представляет собой в простом товариществе ведение общих дел и для чего, собственно, формируется общее имущество, находящееся в долевой собственности участников простого товарищества. Применительно к рассматриваемым образованиям это выражается в том, что соответствующими управленческими функциями наделяется один из участников банковской группы (холдинга).
Г) Договор о создании страхового пула. В соответствии со ст. 14 Закона "Об организации страхового дела" <*> страховщики могут создавать для координации своей деятельности, защиты интересов своих членов и осуществления своих программ союзы, ассоциации и иные образования. Эти последние действуют на основе устава, тем самым полностью удовлетворяя требованиям, которым должны отвечать обычные юридические лица.
--------------------------------

<< Предыдущая

стр. 19
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>