<< Предыдущая

стр. 20
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

<*> Ведомости РФ. 1993. N 2. Ст. 5.

Наряду с указанными образованиями соответствующие функции, носящие в основном координационный характер, могут осуществлять страховые пулы. Одна из целей страховых пулов состоит в обеспечении защиты интересов страхователей, соблюдении законодательства о страховании страховщиками при их создании <*>. Правовую природу страховых пулов Ю.Б. Фойгельсон усматривает в том, что они "действуют на основании соглашения типа простого товарищества. Они заключают договоры страхования от своего имени, по единым правилам и по единым тарифам и несут солидарную ответственность перед страхователями" <**>.
--------------------------------
<*> См.: письмо Федеральной службы России по надзору за страховой деятельностью от 31 марта 1995 г. N 08/11р/22 "О деятельности страховых пулов".
<**> Фойгельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2002. С. 68.

Установлен уведомительный порядок создания страховых пулов. Соответственно, для учреждения страхового пула достаточно уведомления участниками-страховщиками Федеральной службы страхового надзора о своем намерении осуществлять деятельность по страхованию на основе соглашения о создании и деятельности страхового пула. Установлен круг обязательных условий учредительного договора участников объединения страховщиков. Сюда входят, в частности, данные, определяющие цели деятельности страхового пула, его организационную структуру, права и обязанности участников, максимальный размер обязательств пула по индивидуальному риску, порядок взаиморасчетов со страхователями, а также участниками пула между собой по страховым премиям и страховым выплатам, порядок заключения и исполнения договоров страхования, которые заключаются со страхователями от имени участников пула, гарантии по безусловному обеспечению страховых выплат, порядок формирования страховых резервов и размещения соответствующих активов <*>. Тем самым условия такого учредительного договора имеют среди прочего значение локальных норм, распространяющих свое действие на отношения с третьими лицами - страхователями.
--------------------------------
<*> См.: Приказ Министерства финансов РФ от 28 января 2003 г. N 9н "О порядке внесения объединений страховщиков в Единый государственный реестр страховщиков и объединений страховщиков".

12. Договоры смежные по отношению
к договорам простого товарищества

Договор простого товарищества является, на что уже обращалось внимание, особой разновидностью договора о совместной деятельности, благодаря чему первый может рассматриваться как вид по отношению ко второму - роду.
Единственный кодекс, выделивший договор о совместной деятельности как таковой, указал два конституирующих этот договор признака: совместную деятельность и достижение общей хозяйственной деятельности (имеется в виду ст. 434 ГК 1964 г.).
Особенность названных в ГК 1922 и 1994 гг. договоров о простом товариществе (ст. 276 и соответственно ст. 1041) выражается в том, что указанные признаки договора о совместной деятельности вошли составной частью в легальное определение договоров простого товарищества. Соответственно, ст. 1041 ГК начинается с указания на то, что имеется в виду совместное действие для достижения общей (не противоречащей закону) цели.
В остальной части ст. 276 ГК 1922 г. и ст. 1041 действующего ГК закрепляют видовые признаки договора простого товарищества: в ГК 1922 г. - соединение вкладов, а в действующем ГК - соединение вкладов и то, что совместные действия осуществляются без образования юридического лица.
Отсутствие любого из этих признаков исключает признание заключенного сторонами договора договором простого товарищества.
В подтверждение можно привести пример одного из судебных дел. Так, ООО был подписан с ТОО договор о совместной деятельности по созданию, развитию и эксплуатации производственных мощностей для производства и переработки сельскохозяйственной продукции в целях удовлетворения своих потребностей. При этом в соответствии с договором истец обязался обеспечить производство зерновых, бахчевых, овощных культур, мяса, молока и другой сельскохозяйственной продукции, эксплуатацию действующего технологического оборудования и освоение новых производств, выпуск и реализацию продукции. Впоследствии при рассмотрении в арбитражном суде иска ООО к ТОО об истребовании имущества, подлежащего передаче по договору, возник вопрос о природе заключенного сторонами договора. Отменяя решение арбитражного суда, удовлетворившего иск, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ обратил внимание на то, что в решении не было определено, к какому виду обязательств следует отнести договор и соответственно какие именно нормы должны быть применены. Стороны назвали заключенный договор договором о совместной деятельности; в этой связи следовало определить, "является ли спорное имущество вкладом ответчика в совместную деятельность и вправе ли один участник совместной деятельности требовать принудительной передачи в свою пользу вклада другого участника". Таким образом, именно внесению имущества в качестве соответствующей доли было придано решающее значение для квалификации договора <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2002. N 4. С. 50.

Как отмечал А.Б. Савельев, "на практике нередко участники гражданских отношений заключают договор, который называют договором о совместной деятельности, о сотрудничестве, имея в виду именно договор простого товарищества. Однако при анализе содержания этих договоров становится понятно, что на самом деле это иные договоры" <*>. При этом А.Б. Савельев особо подчеркивает решающее значение двух индивидуализирующих признаков договора простого товарищества - его безусловной многосторонности ("договор простого товарищества относится к многосторонним сделкам всегда, а иные договоры, с которыми его путают, являются двусторонними по своей природе"), а также объединения имущества ("договор о совместной деятельности не требует по существу объединения имущества или иных вкладов участников, достаточно лишь договориться о совместном достижении какой-либо цели. Договор же простого товарищества одним из своих элементов нацеленности должен иметь объединение вкладов товарищей") <**>.
--------------------------------
<*> Савельев А.Б. Указ. соч. С. 284.
<**> Там же.
Рассматривая договор простого товарищества как разновидность договора о совместной деятельности, тот же автор объяснял смысл упоминания в ст. 1041 ГК в скобках договора о совместной деятельности. Он усматривает его совершенно справедливо в том, что подобное упоминание "не означает его (т.е. договора о совместной деятельности. - М.Б.) тождества с договором простого товарищества, а представляет собой лишь юридико-технический прием, позволяющий распространить на него соответствующие нормы о простом товариществе" (там же).

Все же оказался пропущенным автором включенный в легальное определение индивидуальный признак договора простого товарищества: отсутствие юридической личности у образования, создаваемого договором простого товарищества.
Действующий ГК, как уже отмечалось, отличается широким пониманием целей совместной деятельности, при которой извлечение прибыли - только одна из возможных. По этой причине трудно согласиться с Н.И. Свириным, возражавшим против того, чтобы считать договором о совместной деятельности (имея в виду договор простого товарищества) договор, заключенный с финансовой компанией, по которому гражданами вносятся денежные средства с тем, чтобы после завершения строительства им было передано определенное количество квартир. При этом единственным аргументом против признания подобных отношений сторон договором о совместной деятельности предлагалось считать то, что "в соответствии с главой 55 ГК РФ (речь шла именно о ст. 1041 ГК. - М.Б.) целью совместной деятельности является извлечение прибыли. И если компании в результате своей деятельности извлекали прибыль, то гражданин, который несет расходы, никакой прибыли не извлечет и даже не ставит перед собой такой цели" <*>. Автор прошел мимо того, что извлечение прибыли - лишь возможный, но все же не обязательный признак договора простого товарищества <**>.
--------------------------------
<*> Свирин Н.И. Инвестор или потребитель // Российская юстиция. 1997. N 3. С. 117.
<**> В силу ст. 1041 ГК стороны должны совместно действовать "для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели". Следовательно, неполучение прибыли может служить основанием для оспаривания договора лишь при условии, если указанная цель - извлечение прибыли - в договоре прямо указана.

Тот же вопрос - о природе заключенного договора - может возникнуть при сопоставлении договоров простого товарищества с другими самыми различными по природе договорами. В подтверждение можно привести такие примеры.
Так, ТОО, представляющее собой строительно-производственное предприятие, заключило с муниципальным производственным многоотраслевым объединением коммунального хозяйства договор, по которому должно было в целях увеличения объема строительно-монтажных, ремонтно-строительных работ, производства товаров народного потребления, а также их реализации через торговую сеть своих партнеров объединить на взаимовыгодных условиях определенную часть финансовых ресурсов и производственных мощностей. Отмеченных признаков было достаточно для того, чтобы считать сложившиеся отношения договором о совместной деятельности.
Точно так же именно договором о совместной деятельности признал Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ договор производственного коммерческого предприятия с индивидуальным частным предприятием (ИЧП). Договор предусматривал поставку последнему для реализации товаров нескольких наименований и продуктов по договорной цене с тем, что полученная от реализации прибыль будет распределена между сторонами по согласованию <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 1990. N 10. С. 79.

Договоры о долевом строительстве. Наибольшие сложности до последнего времени возникали при необходимости квалификации договора о совместном строительстве, отличающегося главным образом тем, что строительство в этом случае производится за счет вложенных средств заказчика, т.е. осуществляемых им инвестиций <*>. Закон "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", указав на договорный характер отношений, складывающихся между субъектами инвестиционной деятельности, ограничился общей отсылкой к Гражданскому кодексу (ст. 8 Закона). Поскольку в ГК такие договоры не были выделены, при отсутствии специальных законодательных актов на этот счет возникла необходимость либо признать соответствующие договоры разновидностью выделенных в ГК договоров или отнести их к числу непоименованных договоров, считая их тем самым договорами sui generis.
--------------------------------
<*> Доводы в пользу признания договора о долевом строительстве во всех случаях инвестиционным договором приводятся, в частности, Т.В. Муравьевым (см.: Муравьев Т.В. Договор с участием инвесторов в строительстве // Законодательство. 1999. N 6. С. 1). Заслуживают внимания возражения против этого, содержащиеся прежде всего в одной из работ Б.Л. Хаскельберга (см.: Хаскельберг Б.Л. Договор о долевом участии в строительстве: Вопросы судебной арбитражной практики // Гражданское законодательство Казахстана. Вып. 14. Астана, 2002. С. 154 - 155).

Составленные Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ "Обзор практики разрешения споров, связанных с договором на участие в строительстве" (информационное письмо от 25 июля 2000 г. N 56) <*>, а также Верховным Судом РФ "Обобщение практики рассмотрения судами РФ дел по спорам между гражданами и организациями, привлекающими денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов" <**> содержали различные решения относительно природы договоров о долевом строительстве, составляющих предмет рассматриваемых судами споров, связанных с долевым строительством <***>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 7582.
<**> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. N 2. С. 17 - 24.
<***> Из признания соответствующих договоров о долевом строительстве договорами простого товарищества исходили судебные органы в делах, включенных в Обзор разрешения споров, связанных с договорами на участие в строительстве (см. решение по делам 1 - 4, 11), а также между гражданами и организациями, привлекающими денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов (см. решение по делам 2, 3).

Один из таких вариантов - признание договора о долевом строительстве разновидностью договоров о простом товариществе. Так, например, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в одном из постановлений, которым отменил решение нижестоящего суда, указал: "Арбитражный суд, признав, что строительство дома осуществляется по договору о совместной деятельности, не применил нормы права, регулирующие данные гражданские правоотношения, согласно которым участники таких договоров действуют совместно для достижения общей цели, а результат деятельности распределяется между ними пропорционально внесенной доле, если иное не предусмотрено соглашением сторон (ст. ст. 1041 - 1044, 1048 Гражданского кодекса)".
Явный пробел в законодательстве о долевом строительстве был восполнен вступившим в действие 30 декабря 2004 г. Законом "О долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" <*>.
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 2005. N 1 (ч. I). Ст. 40.

Указанный Закон охватывает комплекс отношений по поводу привлечения заемных средств граждан и юридических лиц для долевого строительства многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости. Для этих отношений место договора простого товарищества и других договоров, используемых при долевом строительстве, занял "договор участия в долевом строительстве" (ст. 4 Закона). В силу этого договора одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договорную цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.
Договор участия в долевом строительстве отличается от договора простого товарищества прежде всего тем, что:
- подобно договору подряда, независимо от количества участников является двусторонним;
- не может служить основанием для создания коллективного образования, в том числе и лишенного гражданской правоспособности;
- не предполагает совместного участия в строительстве обеих сторон;
- предусматривает применение к договору на случай заключения его гражданином - участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, законодательства РФ о защите прав потребителей в части, не урегулированной Законом;
- устанавливает минимальный гарантийный срок для объекта долевого строительства (пять лет);
- закрепляет государственный контроль и надзор за исполнением обязательств застройщиком.
Проведенные различия двух договоров позволяют определить конечную цель Закона: оградить права и обеспечить максимальную защиту интересов заказчика.
Иные случаи конкуренции договоров простого товарищества. Вопрос о природе заключенного договора может возникнуть при конкуренции договоров простого товарищества с другими самыми различными по природе договорами. В подтверждение можно привести такие примеры.
ТОО, представляющее собой строительно-производственное предприятие, заключило с муниципальным производственным многоотраслевым объединением коммунального хозяйства договор, по которому должно было в целях увеличения объема строительно-монтажных, ремонтно-строительных работ, производства товаров народного потребления, а также их реализации через торговую сеть своих партнеров объединить на взаимовыгодных условиях определенную часть финансовых ресурсов и производственных мощностей. Отмеченные признаки были признаны достаточными для того, чтобы считать сложившиеся отношения договором о совместной деятельности (под которым в данном случае подразумевался договор простого товарищества) <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2001. N 6. С. 40.

Точно так же именно договором о совместной деятельности (имелся в виду договор простого товарищества) считал необходимым признать Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ договор производственного коммерческого предприятия с индивидуальным частным предприятием (ИЧП). Договор предусматривал поставку последнему для реализации товаров нескольких наименований и продуктов по договорной цене с тем, что полученная от реализации прибыль будет распределена между сторонами по согласованию <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 1990. N 10. С. 79.

В большей или меньшей степени близости находятся простое товарищество и другие виды товариществ. При наличии определенного числа общих для всех них признаков <*> ключевое значение для выделения простого товарищества имеет то, что это единственный вид товариществ, который не является юридическим лицом. Отмеченного оказывается достаточным, чтобы предопределить основные особенности его правового положения <**>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2000. N 4. С. 50.
<**> Не случайно ГК 1922 г. включил все виды товариществ в одну главу, а ранее Проект Гражданского уложения счел возможным одновременно предварить разделом, посвященным каждому из видов товариществ, "Общие положения", в равной мере относящимся ко всем товариществам.
С. Денисов в статье "Различие полного и простого товарищества" (Юрист. 1996. N 10. С. 40 - 43) усматривает вытекающие из основной (отсутствия или наличия гражданской правосубъектности) особенности в правовом режиме, затрагивающие решение целого ряда вопросов (речь идет о круге участников в договорах, которыми учреждается то или другое товарищество, правовом положении общего имущества, порядке ведения общих дел, а также об ответственности участников и др.).

В этой связи сохранили определенное значение отмеченные в свое время В.И. Синайским предпосылки для разграничения двух рассматриваемых видов товариществ, наделенных или соответственно лишенных гражданской правосубъектности. "Нет сомнения, - подчеркивал автор, - что признание товарищества лицом (т.е. юридическим лицом. - М.Б.) способствует ведению дела, упрощает отношения товарищей, облегчает кредит, дает прочность, имя (фирму в торговом праве). Но организация товарищества как юридического лица осложняет самое возникновение товарищества; поэтому совершенно естественно, что товарищество может возникнуть и по типу общения товарищей на внутренней стороне их отношений. При простом товариществе каждый товарищ отвечает перед третьими лицами в силу заключенного им с этими лицами договора" <*>.
--------------------------------
<*> Синайский В.И. Указ. соч. С. 186.

Наряду с самостоятельными договорами простого товарищества существуют смешанные договоры, содержащие элементы каждого из этих договоров с элементами других договоров, что позволяет руководствоваться в соответствующей части обоими, имея в виду правила п. 3 ст. 421 ГК.
Смешанным может оказаться, в частности, договор о простом товариществе, в котором содержатся элементы договора поставки.
Так, ОАО "Промышленно-финансовая группа "Росвагонмаш" заключило договор с ОАО "Демиховский машиностроительный завод" о возмещении убытков и взыскании процентов за пользование денежными средствами истца. По этому договору одна сторона приняла обязательство к определенному сроку закончить осуществление проекта по созданию мощностей для выпуска соответствующего количества электропоездов в год и, начиная с определенного срока, поставлять вагоны и комплексные электропоезда для обеспечения перевозки пассажиров в пригородном сообщении, а другая обязалась финансировать строительство завода в определенной сумме. Арбитражный суд, рассматривавший дело по первой инстанции, признал, и в этом его поддержал Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, что заключенный сторонами договор содержит элементы договора о совместной деятельности и договора поставки. Соответственно, были применены вытекающие из ст. 421 ГК последствия <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2002. N 5. С. 46 - 47.
В другом деле речь шла о договоре, по которому государственное предприятие предоставило заем "в рамках договора о совместной деятельности", но соответствующую сумму, а также проценты полностью не уплатило. В своем решении арбитражный суд сделал вывод, что договор "является смешанным и содержит элементы как "договора о совместной деятельности (имелся в виду договор простого товарищества. - М.Б.), так и договора займа. Расходы, понесенные истцом на переоборудование находящейся в собственности ответчика буровой установки, являются не вкладом в совместную деятельность, а возвратными денежными средствами" (Вестник ВАС РФ. 2003. N 11. С. 21).

Наиболее близкими к договору простого товарищества являются договоры, относящиеся к той же группе договоров об учреждении коллективных образований. Имеются в виду договоры, направленные на создание образований, являющихся юридическими лицами. О соотношении тех и других, в частности, речь идет в гл. II настоящего комментария.
В свое время Б.Б. Черепахин обратил внимание на существование в договорной системе "типических договоров", указывая по этому поводу: "Каждый типический договор устанавливает лишь общие рамки, общую характеристику договорных волеизъявлений сторон, известные типические договорные условия. Изучение любого договора, предусмотренного и урегулированного советским гражданским правом, в частности ГК РСФСР и гражданскими кодексами других союзных республик, обнаруживает наличие большого количества диспозитивных норм, открывающих контрагентам возможность в ряде направлений избрать при определении содержания договорных отношений интересующие их условия. Таким образом, единое понятие того или иного типического договора (купли-продажи, поставки, подряда, имущественного найма и т.д.) охватывает также множество конкретных подвидов, укладывающихся в общие рамки, установленные законом для каждого определенного типического договора" <*>.
--------------------------------
<*> Черепахин Б.Б. Понятие и содержание договора буксировки в советском гражданском праве // Вестник ЛГУ. 1956. N 11. Сер. экономики, философии и права. Вып. 2. С. 87.

Роль одного из таких "типических договоров" теперь, после того как действующий Кодекс в гл. 55 фактически заменил договор о совместной деятельности договором простого товарищества, способен играть первый. Указанную его роль можно считать обеспеченной значительным числом содержащихся в гл. 55 ГК диспозитивных норм.
Следует при этом иметь в виду, что в подобных случаях речь не идет о применении соответствующих норм по аналогии, т.е. при наличии предпосылок, определенных ст. 6 ГК ("Применение гражданского законодательства по аналогии"), и в указанном в ней порядке.
Отмеченное не снимает проблемы субсидиарного применения гл. 55 ГК. Такое применение возможно в отношении в равной мере и диспозитивных, и императивных норм лишь в случаях прямой отсылки к нормам этой главы либо без такой отсылки, если только соответствующий договор представляет собой разновидность договора простого товарищества.

Глава XII. ДОГОВОРЫ, НАПРАВЛЕННЫЕ
НА СОЗДАНИЕ ПРАВОСУБЪЕКТНЫХ ОБРАЗОВАНИЙ (ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ)

1. Учредительный договор

Понятие учредительного договора. Юридические лица, имеющие корпоративную природу (построенные на началах членства), создаются и действуют на основе воли учредителей, выраженной в учредительных документах. К числу учредительных документов юридического лица ст. 52 ГК относит устав и учредительный договор. Все та же статья выделяет ситуации, при которых учреждаемое юридическое лицо может действовать на основании общего положения об организациях соответствующего вида. В подобных случаях в отличие от учредительного договора воля учредителей, выражающаяся в образовании юридического лица, одновременно направлена на то, чтобы подчинить отношения учредителей (участников) включенным в положение нормам. Особый характер подобного способа создания юридического лица, связанный с определенным ограничением свободы воли учредителей (участников), явился причиной того, что возможность действовать на основании общего положения имеют только юридические лица, которые не являются коммерческими организациями, и к тому же лишь при непременном наличии на этот счет указания в законе. Так, в соответствии со ст. 29 Закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" <*> адвокатские палаты действуют на основе общих положений для организаций этого вида, предусмотренных данным Законом.
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 2002. N 23. Ст. 2102; 2003. N 44. Ст. 4262.

Статья 52 ГК различает три варианта использования индивидуальных учредительных документов. При первом - это только устав, при втором - учредительный договор и устав, а при третьем - только учредительный договор.
Случаи исключения направленного на создание юридического лица договора из числа учредительных документов предопределяются отчасти причинами юридико-технического характера. Поскольку невозможно заключить договор "с самим собой", организации с одним участником могут быть созданы при отсутствии общего положения о юридических лицах данного вида на основе одного лишь устава. В остальных ситуациях подобный вариант применяется, если он предусмотрен ГК и изданными в его развитие законами.
В самом Гражданском кодексе именно устав назван единственно необходимым учредительным документом для производственных кооперативов (п. 1 ст. 108 ГК) и потребительских кооперативов (п. 2 ст. 116 ГК). Кроме того, значение устава как достаточного учредительного документа предусмотрено в отдельных законодательных актах применительно к таким, в частности, юридическим лицам корпоративного типа, как объединения страховщиков (ст. 14 Закона "Об организации страхового дела в Российской Федерации"), профессиональные союзы, а также объединения (ассоциации) профсоюзов (ст. 7 Закона "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности") <1>, товарные биржи (ст. 17 Закона "О товарных биржах и биржевой торговле") <2>, торгово-промышленные палаты (ст. 8 Закона РФ "О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации") <3>, товарищества собственников, объединения работодателей (ст. 11 Закона "Об объединениях работодателей") <4>, садоводческие, огороднические и дачные некоммерческие объединения граждан (ст. 16 Закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан") <5>, общественные или религиозные организации некоммерческих партнеров (ст. 14 Закона "О некоммерческих организациях") <6>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 148.
<2> Ведомости РФ. 1992. N 18. Ст. 961.
<3> Ведомости РФ. 1993. N 33. Ст. 1309.
<4> СЗ РФ. 2002. N 48. Ст. 4741.
<5> СЗ РФ. 1998. N 16. Ст. 1801.
<6> СЗ РФ. 1995. N 50. Ст. 4870.

Гражданский кодекс указывает в числе юридических лиц, создаваемых на основе двух учредительных документов - учредительного договора и устава - общества с ограниченной ответственностью (п. 1 ст. 89), общества с дополнительной ответственностью (п. 3 ст. 95 предусматривает применение к обществу с дополнительной ответственностью правил Гражданского кодекса об обществах с ограниченной ответственностью), а также относящиеся к числу некоммерческих организаций ассоциации и союзы, объединяющие коммерческие и некоммерческие организации (п. 1 ст. 122 ГК). Что касается отдельных законов, то в дополнение к случаям, указанным в ГК, необходимость использования в качестве учредительных документов вместе с уставом и учредительного договора предусмотрена, в частности, применительно к ассоциациям (союзам) садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих организаций (ст. 9 Закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан"), союзам (ассоциациям) сельскохозяйственных кооперативов (п. 4 ст. 5 Закона "О сельскохозяйственной кооперации"), союзам потребительских обществ (ст. 31 Закона "О потребительской кооперации в Российской Федерации") <*>, союзам (ассоциациям) общественных организаций (ст. 13 Закона "Об общественных объединениях") <**>, коллегиям адвокатов (ст. 22 Закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 1997. N 28. Ст. 3306.
<**> СЗ РФ. 1995. N 21. Ст. 1930.

Последний по счету вариант учредительного документа - учредительный договор используется главным образом в указанных в ГК случаях: при создании полных товариществ (п. 1 ст. 70) и товариществ на вере (п. 1 ст. 83), некоммерческих организаций (ст. 14 Закона о некоммерческих организациях) <*>.
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 145. В тех предусмотренных законом случаях, когда некоммерческое юридическое лицо действует на основании общего Положения об организациях данного вида, индивидуальный устав не требуется. Учредительным документом в таком случае следует признать акт, которым данная организация создается. Этот акт должен содержать те сведения, которых нет и не может быть в общем Положении об организациях данного вида (наименование, место нахождения и т.д.).

Как общее правило состав необходимых и достаточных для данного вида корпоративных юридических лиц учредительных документов предусмотрен однозначно императивными нормами. Исключение составляют те виды юридических лиц, применительно к которым за учредителями (участниками) признано право на выбор учредительных документов. Примером служит Закон "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях", который допускает учреждение соответствующих организаций по их выбору на основе Общего положения о первичной профессиональной организации или устава. Можно указать также на ст. 14 Закона "О некоммерческих организациях", которая закрепила за учредителями (участниками) некоммерческих партнерств, а также автономных некоммерческих организаций возможность ограничиться заключением одного лишь учредительного договора. И это при том, что общая на этот счет норма, относящаяся к некоммерческим организациям, называет в числе учредительных документов одновременно оба: устав и учредительный договор <*>.
--------------------------------
<*> Приведенные правила, правда, расходятся со ст. 122 (п. 1) ГК, которая, как уже отмечалось, не делая в этом случае различий между объединением коммерческих и некоммерческих организаций, предусматривает, что учредительными документами таких объединений (ассоциаций и союзов) являются "учредительный договор, подписанный ее членами, и утвержденный ими устав".

Факультативная норма на этот счет включена в Закон "Об общественных объединениях" (ст. 13). Им установлено, что союзы (ассоциации) общественных объединений создаются на основе учредительных договоров и (или) уставов.
По поводу правовой природы учредительных договоров, имея в виду их соотношение с договорами простого товарищества, определились две существенно отличные одна от другой точки зрения. В то время как одна группа авторов считает учредительный договор самостоятельным видом гражданско-правовых договоров, другая, напротив, рассматривает такой договор как разновидность договоров простого товарищества.
Разделяющий взгляды первой группы, Е.А. Суханов обратил внимание на то, что участники договора простого товарищества "юридически не обособляют имущество, используемое ими для совместной деятельности. Иначе говоря, они не создают для этого нового субъекта права - юридическое лицо - и потому отвечают по общим долгам, хотя и в долевом или солидарном порядке, но всем своим имуществом. По указанному признаку договор о совместной деятельности (под ним автор в данном случае подразумевает договор простого товарищества. - М.Б.) четко отграничивается от учредительного договора (абз. 2 п. 2 ст. 52 ГК), который объединяет усилия участников по созданию нового субъекта юридического лица и является его учредительным документом, определяющим статус такого юридического лица на все время его действия" <*>.
--------------------------------
<*> Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1996. С. 253 - 254.

Другую точку зрения представлял, в частности, И.В. Елисеев, полагавший: "Буквальное толкование п. 1 ст. 1041 ГК позволяет сделать вывод лишь о том, что само по себе объединение товарищей не является юридическим лицом. Что же касается возможных целей деятельности такого неправосубъектного объединения, то никаких ограничений на создание юридических лиц закон формально не предусматривает". В конечном счете И.В. Елисеев приходил к выводу, что "деятельность лиц по созданию полного товарищества и взаимоотношение по управлению последним вполне укладывается в рамки договора о совместной деятельности (простого товарищества)" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Т. 2 / Под ред. А.Н. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2003. С. 765 - 766. См. также: Масляев А.И., Масляев И.А. Указ. соч. С. 15 - 16; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. С. 145 (автор - В.А. Рахмилович - полагал, что "учредительный договор является, по существу, разновидностью договора о совместной деятельности, предусмотренного ст. ст. 1041 - 1054 ГК").

В возникшем расхождении более обоснованной представляется все же точка зрения сторонников разграничения учредительного договора и договора простого товарищества <*>.
--------------------------------
<*> См.: Ем В.С., Козлова Н.В. Учредительный договор: понятие, содержание, сущность и правовая природа. Комментарий действующего законодательства // Законодательство. 2000. N 3. С. 7; Зобовязальне право / Под ред. О.В. Дзеры. Киев, 1998. С. 757; Касымханов А.М. Учредительный договор // Договоры в гражданском праве: Проблемы теории и практики. Т. 1. Алматы, 2000. С. 63.
Эту же позицию разделяет В.В. Чубаров: "Данный договор (договор простого товарищества. - М.Б.) следует отличать от учредительного договора... Последний является учредительным документом вновь создаваемого юридического лица и действует на всем протяжении его существования. Напротив, договор о совместной деятельности, если он приводит к созданию самостоятельного юридического лица, прекращается, а общее имущество товарищей, если иное не предусмотрено договором, становится собственностью этого юридического лица" (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. С. 75).
Отмечая определенную близость учредительного договора к договору простого товарищества, А.Б. Савельев приходит все же к выводу: "Указанные договоры обладают и отличиями. Учредительный договор всегда направлен на создание юридического лица. Он не прекращается по достижении поставленной цели, а сохраняет силу до тех пор, пока существует само это юридическое лицо. В результате исполнения договора простого товарищества (в части передачи имущественных вкладов) стороны становятся долевыми собственниками этого имущества, а в результате исполнения учредительного договора единым собственником всего имущества становится созданное юридическое лицо" (Савельев А.Б. Указ. соч. С. 284).

При решении соответствующего вопроса следует исходить из сопоставления признаков обоих договоров. В этой связи ключевое значение имеет, очевидно, то, что:
во-первых, назначение договора простого товарищества выражается в создании одноименного товарищества как определенной разновидности коллективного образования, лишенного прав юридического лица, в то время как учредительные договоры, о которых идет речь, направлены на создание коллективных образований - юридических лиц, что исключает отнесение того и другого договора к числу договоров одного и того же вида <*>;
--------------------------------
<*> Именно по этой причине в учебнике "Гражданское право" (Т. 2. Полутом II / Под ред. Е.А. Суханова) в разделе "Совместная деятельность" выделена гл. 52 "Договор простого товарищества (о совместной деятельности)" и наряду с ней - гл. 53 "Учредительный договор". Можно указать также на книгу "Гражданское право России. Обязательственное право" (под ред. О.Н. Садикова. М., 2004), в которой наряду с договором простого товарищества на этот раз в гл. 34 ("Договоры, не урегулированные Гражданским кодексом РФ") выделен особо параграф "Учредительный договор о создании юридического лица" (автор - О.Ю. Шилохвост). При этом в понятие соответствующего договора включено указание на то, что этот договор "определяет порядок совместной деятельности" (с. 762).

во-вторых, учредительный договор устанавливает с момента регистрации юридического лица правовую связь не только между теми, кто его подписал, но и каждого из них с самим созданным образованием <*>;
--------------------------------
<*> Н.В. Козлова в этой связи обратила внимание на то, что "товарищеское соглашение является договором особого рода, ибо из него возникают права и обязанности не только в отношениях между лицами, его подписавшими, но также между самими участниками и объединением как таковым. Договариваясь между собой об объединении части своих финансовых средств, партнеры передают их не друг другу, а в собственность создаваемого ими юридического лица. Причем значительная часть денежного или имущественного вклада каждого из учредителей вносится ими уже после регистрации юридического лица: деньги - на расчетный счет предприятия, а имущество передается на его баланс" (Козлова Н.В. Учредительный договор о создании коммерческого общества и товарищества. М., 1994. С. 27).

в-третьих, вклады участников договора простого товарищества, а также созданный ими результат составляют общую собственность товарищей, в то время как те же вклады участников (учредителей) определены в учредительном договоре, а вместе с тем и результат их совместной деятельности становится собственностью соответствующего образования как такового;
в-четвертых, проведенная дифференциация касается и вопроса о целях договора. С учетом этого обстоятельства Г.Ф. Шершеневич, имея в виду торговые товарищества, обращал особое внимание на то, что учредительный договор "не служит сам себе целью, как это замечается в отношении других договоров, например купли-продажи, займа, но имеет своей задачей заключение других договоров. Товарищество составляется именно ввиду заключения сообща сделок. В то время как во всех других договорах интересы контрагентов противоположны, например покупщика и продавца, здесь они тождественны" <*>. Приведенные соображения позволили автору присоединиться к тем, кто оправдывал изложение учения о товариществе, наделенном правами юридического лица, "в отделе о субъектах торговых действий, а не в отделе о торговых сделках" <**>.
--------------------------------
<*> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. I. С. 278.
<**> Там же.

Учредительный договор содержит ряд признаков, присущих договору, урегулированному ст. 430 ГК ("Договор в пользу третьего лица"). Достаточно указать на то, что соответствующий правовой результат влечет последствия, лежащие за пределами подписанного сторонами договора (под результатом в данном случае имеется в виду возникновение определенных последствий у третьего лица). Вместе с тем нет оснований для полного распространения на учредительный договор модели договора в пользу третьего лица, учитывая такие особенности, присущие последнему, как то, что третье лицо всегда противостоит в качестве кредитора одной из сторон первоначального договора (1), первоначальный договор в принципе создает у третьего лица именно права и лишь в связи с ними - обязанности (2), при отказе третьих лиц от выговоренного права его обычно вправе осуществить сам контрагент, выступавший в роли кредитора (3) <*>. Следует подчеркнуть, что в то время как договор в пользу третьего лица непосредственно порождает обязанность должника совершить соответствующие действия в пользу третьего лица, имеющего тем самым право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу (п. 1 ст. 430 ГК), учредительный договор способен породить у создаваемого юридического лица соответствующее право требования к кому-либо из товарищей только после акта государственной регистрации создаваемого юридического лица.
--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное).

<*> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. 2-е изд. М., 1999. С. 363.

Если для создания определенного вида юридических лиц (корпораций) предусмотрены одновременно два различных учредительных документа - учредительный договор и устав, между этими документами может возникнуть определенная коллизия по той причине, что одни и те же вопросы оказываются решенными в них по-разному. И тогда возникает необходимость установить, каким же из этих актов в соответствующих случаях следует руководствоваться. Иначе говоря, речь идет о признании приоритета за одним из двух одновременно используемых учредительных актов - уставом или учредительным договором.
До вступления в силу действующего Гражданского кодекса встречались иногда высказывания в пользу приоритета учредительного договора по отношению к уставу <*>.
--------------------------------
<*> Так, например, Н.В. Козлова, сопоставляя устав с учредительным договором, приходила к следующим выводам: "1. Назначение учредительного договора состоит в установлении обязательственных отношений между учредителями, а также между учредителями и создаваемым юридическим лицом. 2. Устав договорного объединения является составной частью учредительного договора о его создании. Функция устава заключается в определении организационно-правового статуса юридического лица. В уставе указываются: вид объединения, его структура, предмет и цели его деятельности, направления расходования прибыли, порядок формирования, структура и компетенция органов управления и контроля, порядок принятия ими решений, порядок реорганизации и ликвидации и объединения и др. 3. Учредительный договор о создании юридического лица и его устав дополняют друг друга. Содержание устава может частично дублировать условия учредительного договора. 4. Учредительный договор является гражданско-правовой предпосылкой создания юридического лица и, следовательно, первичен по отношению к его уставу. Поэтому при наличии расхождений между положениями договора и устава следует руководствоваться условиями учредительного договора" (Козлова Н.В. Указ. соч. С. 77).

Судебная практика по данному вопросу в настоящее время занимает все же иную позицию. Подтверждением может служить Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью". Имеется в виду, что "в случае несоответствия положений учредительного договора и положений устава общества приоритет как для участников общества, так и для третьих лиц имеют положения устава общества" <*>.
--------------------------------
<*> Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (1992 - 2005 годы). С. 131.

Приведенное разъяснение высших судебных органов страны воспроизводит п. 5 ст. 12 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью". Между тем возможны ситуации, при которых законодатель оставляет открытым вопрос о том, за каким из этих учредительных документов должен быть признан приоритет (имеются в виду случаи, когда речь идет о других, кроме обществ с ограниченной ответственностью, корпоративных организациях, создаваемых на основе двух учредительных актов) <*>.
--------------------------------
<*> Как уже отмечалось, речь идет, в частности, об ассоциациях и союзах (ст. 122 ГК).

Есть основания полагать, что во всех подобных случаях ответ должен быть аналогичным тому, который содержится в Законе "Об обществах с ограниченной ответственностью": руководствоваться следует уставом хотя бы по той причине, что речь идет, как правило, о позднее составленном акте.
Признание приоритета устава нашло отражение в еще одной норме Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью". Имеется в виду его ст. 37, посвященная порядку голосования общим собранием участников общества при решении двух вопросов: об изменении устава общества и о внесении изменений в учредительный договор. Имеется в виду, что в первом случае соответствующая статья предусматривает необходимость принятия решения большинством не менее двух третей числа голосов от общего числа голосов участников общества, а во втором - непременно всеми участниками общества единогласно.
По вопросу о соотношении учредительного договора и устава в случаях, когда и тот и другой выступают в качестве учредительных документов, Е.А. Сухановым было высказано мнение, сводившееся к тому, что "последний (т.е. устав. - М.Б.), по сути, можно рассматривать как часть договора, - ведь он утверждается участниками (учредителями) в качестве одного из основных результатов их соглашения. Поэтому содержание устава может частично "перекрываться" содержанием договора (или наоборот). Например, порядок деления между участниками прибылей и убытков, порядок управления деятельностью созданного ими юридического лица, порядок выхода учредителей из его состава могут устанавливаться не только в учредительном договоре, но и в уставе. Однако некоторые положения о взаимоотношениях участников (учредителей) и прежде всего их воля на создание новой организации могут быть отражены только в договоре о ее учреждении, а ряд конкретных положений, касающихся статуса этой организации, например компетенции ее органов, - только в ее уставе" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право. Т. 2. Полутом II / Под ред. Е.А. Суханова. С. 379.

Некоторое расхождение с приведенными касаются главным образом двух высказанных автором положений. Во-первых, между уставом и учредительным договором существует весьма определенное различие, состоящее в том, что учредительный договор является результатом воли всех его сторон, в то время как для устава в ряде случаев, на что уже обращалось внимание, достаточно воли большинства участников. Во-вторых, есть основания в принципе исключить возможность включения условия о компетенции органов управления в учредительный договор. Имеется в виду, что положения на этот счет вполне укладываются в тот непременный пункт учредительного договора, который теперь в ст. 52 ГК рассматривается как "условие и порядок управления деятельностью юридического лица".
В литературе было выдвинуто предложение, направленное на исключение самой возможности возникновения создавшейся коллизии. Так, В.П. Мозолин обратил внимание на то, что "в принципе требование закона о наличии у некоторых юридических лиц двух учредительных документов, продолжающих параллельно действовать в течение всего периода существования соответствующих юридических лиц, трудно обосновать с юридической и функциональной точек зрения" <*>. Указанная позиция представляется обоснованной, но только тогда, когда речь идет о корпорациях, построенных на объединении капитала, к числу которых относится и общество с ограниченной ответственностью. Имеется в виду, что тогда договор между учредителями перестает выполнять функции учредительного договора подобно тому, как это имеет место в акционерном обществе.
--------------------------------
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. С. 147.

Стороны учредительного договора. В случаях, когда речь идет о юридических лицах, создаваемых на основе единственного учредительного документа, которым служит учредительный договор, фигуры учредителей и участников юридического лица окончательно сливаются. Имеется в виду, что учредители юридического лица автоматически трансформируются в его участников. Иное дело, если речь идет об учредительном договоре, который играет роль учредительного документа только вместе с уставом. Тогда указанные две фигуры могут не совпадать в любом варианте: либо учредитель не стал участником, либо участником общества наряду с учредителями выступает иной гражданин и (или) юридическое лицо <*>. При этом за подобного рода участниками может быть закреплен в определенных случаях особый статус. Такая ситуация складывается, например, в товариществе на вере, когда учредителями являются полные товарищи (именно они подписывают учредительный договор), а участниками наряду с полными товарищами и вкладчики. И это при том, что стороной учредительного договора последние не являются (его не подписывают).
--------------------------------
<*> О подобной ситуации идет речь, в частности, в п. 2 ст. 75 ГК, который предусматривает ответственность участника полного товарищества, не являющегося учредителем, по обязательствам, возникшим до его вступления в товарищество.

Примером участников с особым правовым статусом могут служить и ассоциированные члены сельскохозяйственного кооператива. В подтверждение можно сослаться на ст. 1 Закона "О сельскохозяйственной кооперации", которая содержит признание членом кооператива физическое лицо - для производственного кооператива либо физическое или юридическое лицо - для потребительского кооператива, удовлетворяющие требованиям настоящего Закона и устава кооператива, внесшие паевой взнос в установленных уставом кооператива размере и порядке, принятые в кооператив с правом голоса и несущие по обязательствам кооператива субсидиарную ответственность. В Законе также предусмотрено, что ассоциированный член кооператива - это физическое или юридическое лицо, внесшее паевой взнос, по которому оно получает дивиденды, несущее риск убытков, связанных с деятельностью кооператива, в пределах стоимости своего паевого взноса и имеющее право голоса в кооперативе с учетом ограничений, предусмотренных Законом и уставом кооператива.
Подобно договору простого товарищества, учредительный договор - гражданско-правовая сделка. По этой причине стороны в том и в другом случае для самостоятельного ее совершения должны обладать гражданской право- и дееспособностью. Соответственно, невозможно, например, заключение от своего имени учредительного договора гражданами недееспособными либо ограниченными в своей дееспособности. Заключение учредительного договора, как и договора простого товарищества, не должно выходить таким же образом за рамки специальной правоспособности его сторон, когда в их роли выступают юридические лица. К числу ограничений относятся, в частности, и специальные правила о крупных сделках и сделках с "заинтересованностью", содержащихся соответственно в ст. ст. 45 и 46 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью". Нарушение указанных требований может влечь за собой признание недействительными по соответствующим основаниям наряду с другими сделками также учредительных договоров.
В самом ГК вопросу об участниках хозяйственных обществ и товариществ посвящен, в частности, п. 4 ст. 66. Включенная в него норма выделяет правовое положение участников полных товариществ и полных товарищей в товариществе на вере. В таком качестве может выступать только индивидуальный предприниматель и (или) коммерческая организация. Тем самым соответствующая норма занимает свое место в системе положений, определяющих правовой режим осуществления предпринимательской деятельности. Что же касается участия в создании хозяйственных обществ, а также выступления в качестве вкладчиков в товариществах на вере, то в этой роли в виде общего правила может выступать любой гражданин или любое юридическое лицо, за двумя исключениями. Одно из них относится к публичным юридическим лицам. Имеется в виду, что государственные органы и органы местного самоуправления не вправе становиться участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществе на вере, если иное не установлено законом. Приведенная норма направлена на защиту интересов соответствующих юридических лиц и стоящих за ними в качестве собственников Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований <*>. Вместе с тем установлены специальные правила, относящиеся к возможности участия в соответствующем качестве самой Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований. В подтверждение можно сослаться на п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8. Им предусмотрено, что "в случаях, когда учредителем (участником) хозяйственного общества или товарищества, созданного и зарегистрированного до 8 декабря 1994 г., в соответствии с ранее действовавшим законодательством выступил государственный орган или орган местного самоуправления, после введения в действие Кодекса его учредителем (участником) признаются соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование" <**>.
--------------------------------
<*> См. ст. ст. 124 и 125 Гражданского кодекса РФ.
<**> Сборник постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (1992 - 2005 годы). С. 41.

Среди других могут быть выделены ограничительные правила участия в хозяйственных обществах и товариществах либо отдельных их видах, указанных в п. 4 ст. 66 ГК. Все такого рода ограничения в полной мере относятся и к выступлению в качестве стороны учредительного договора соответствующего общества или товарищества.
Во всех случаях, когда оказывается, что лицо, подписавшее учредительный договор, не обладало необходимыми для этого правами и было привлечено в качестве учредителя вопреки прямо обозначенным в законе запретам или ограничениям, договор должен признаваться недействительным.
Возможны ситуации, при которых основания признания сделки недействительной устанавливаются применительно к учредительному договору, насчитывающему более двух участников. Тогда возникает вопрос о судьбе учредительного договора в отношении остальных участников. В подобном случае речь идет о применении ст. 180 ГК, имея в виду, что недействительная часть сделки может и не влечь недействительности прочих ее частей. Непременным основанием для этого должна служить возможность предположения того, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.
Учредительный договор рассчитан на особое доверие его сторон друг к другу. Вместе с тем степень фидуциарности заключенных учредительных договоров различна. Есть основание считать ее наибольшей для полного товарищества и меньшей, если не считать акционерного общества, учитывая особенности его учреждения, - для общественных и религиозных объединений. Есть основания предположить и то, что она оказывается тем большей, чем меньшим является число учредителей и тем самым доля участия каждого. Таким образом, для признания в указанных случаях соответствующей части договора сохранившей силу возникает потребность учитывать отмеченное обстоятельство. Разумеется, потребность прибегнуть к этому признаку существует только тогда, когда хотя бы один из оставшихся учредителей (участников) возражает против сохранения юридической силы за учредительным договором. При единодушии оставшихся учредителей, выступающих за сохранение создаваемого юридического лица, естественно, отпадает необходимость принимать во внимание степень фидуциарности, о которой идет речь, поскольку согласие сохранить договор само по себе подтверждает наличие необходимого доверия.
Особая ситуация возникает тогда, когда лицо при определенных условиях выходит из состава учредителей или выбывает из него помимо своей воли. На этот счет действуют специальные нормы, которые отражают присущую соответствующему виду обществ (товариществ) фидуциарность - степень доверия участников друг к другу.
Так, п. 1 ст. 76 ГК ("Изменение состава участников полного товарищества") предусматривает возможность сохранения действия учредительного договора на случай выхода или смерти кого-либо из товарищей, признания одного из них безвестно отсутствующим, недееспособным или ограниченно дееспособным либо несостоятельным (банкротом), открытия в отношении одного из участников реорганизационных процедур по решению суда и других указанных в статье обстоятельств, если только это предусмотрено учредительным договором товарищества или соглашением остающихся участников. В то же время ст. 78 ГК ("Последствия выбытия участника из полного товарищества") регулирует среди прочего вопросы правопреемства на случай смерти участника-гражданина или реорганизации участника - юридического лица. Применительно к первому случаю предусмотрено, в частности, вступление в полное товарищество наследника, при этом лишь с согласия других участников, а ко второму - вступление правопреемника реорганизованного юридического лица лишь с согласия оставшихся участников, если только иное не предусмотрено учредительным договором товарищества <*>. В той же ст. 78 ГК определен порядок регулирования расчетов с наследниками (правопреемниками), которые не вступили в товарищество. Соответствующие нормы могут при определенных обстоятельствах оказать аналогичное влияние на судьбу учредительного договора.
--------------------------------

<*> В период действия ГК 1964 г. было высказано мнение о том, что, "поскольку обязательства участников договора носят личный характер, при признании их недееспособными или ограниченно дееспособными, безвестно отсутствующими или при объявлении умершими в установленном порядке, а также в случаях смерти гражданина-участника либо реорганизации участника - юридического лица обязательства с их участием прекращаются, а учредительный договор подлежит новации с учетом обновленного субъектного состава" (Гражданское право. Т. 2. Полутом II / Под ред. Е.А. Суханова. С. 380).

КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2005 (издание третье, исправленное, дополненное и переработанное).

С точки зрения действующего ГК (ст. 414), признающего основанием для новации соглашение сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения, тем самым исключается возможность считать новацией перемену субъектного состава обязательства. В настоящее время есть основания в рассмотренном усмотреть особый вариант изменения условий обязательства. Имеется в виду изменение, в котором "обязательство не прекращается, а продолжает действовать в измененном виде" (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. М., 2002. С. 176 (автор - О.Ю. Шилохвост)).

С вопросом о субъектном составе учредительного договора связана и возможность свободного выхода учредителей из состава участников созданного юридического лица. За участниками (учредителями) закреплено такое право статьями, посвященными полному товариществу (п. 1 ст. 77 ГК), обществу с ограниченной ответственностью (ст. 94 ГК и ст. 26 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"), ассоциациям и союзам (п. 2 ст. 123 ГК). В частности, придавая особое значение указанному праву применительно к полным товариществам, п. 2 ст. 77 ГК признает ничтожным соглашение между участниками об отказе от права свободного выхода из товарищества.
Порядок заключения и форма учредительного договора. Статья 52 ГК включает в круг существенных условий учредительного договора помимо тех, которые являются обязательными в целом для учредительных документов, определение порядка совместной деятельности по созданию юридического лица, условия передачи ему учредителями своего имущества и участия в его деятельности, условия и порядок распределения между участниками прибыли и убытков, управления деятельностью юридического лица, выхода учредителей (участников) из его состава. Таким образом, в приведенной общей норме перечень существенных для учредительного договора условий охватывает обе стадии учреждения юридического лица: и его образование, и осуществление деятельности юридического лица после его создания.
Круг существенных условий учредительного договора может быть установлен в дополнение к указанным в ст. 52 ГК применительно к отдельным видам создаваемых юридических лиц в самом ГК и в отдельных законах.
В число специальных норм, о которых идет речь, входят прежде всего те, что упомянуты в ГК в отношении полного товарищества (п. 2 ст. 70), товарищества на вере (п. 2 ст. 83), общества с ограниченной ответственностью (п. 2 ст. 89), ассоциаций (союзов) коммерческих и некоммерческих организаций (п. 2 ст. 122).
Так, помимо указанных в п. 2 ст. 52 ГК для учредительного договора полного товарищества к существенным относятся условия о размере и составе складочного капитала товарищей, размере и порядке изменения долей каждого из участников в складочном капитале, размере, составе, сроках и порядке внесения участниками вкладов, а также об ответственности участников за нарушение обязанности по внесению вкладов (п. 2 ст. 70 ГК); для учредительного договора при создании товариществ на вере - условия о размере и составе складочного капитала, размере и порядке изменения доли каждого из полных товарищей в складочном капитале, размере и составе, сроках, а также порядке внесения ими вкладов, их ответственности за нарушение обязанностей по внесению вкладов, о совокупном размере вкладов, вносимых вкладчиками (п. 2 ст. 83 ГК). В отношении общества с ограниченной ответственностью Кодекс содержит указание на необходимые условия уже не только учредительного договора, но и учредительных документов в целом, не делая различий с точки зрения их содержания между учредительным договором и уставом. К существенным условиям в этом случае относятся размер уставного капитала общества, а также долей каждого из участников, размер, состав, сроки и порядок внесения участниками вкладов, ответственность за нарушение обязанностей по внесению вкладов, состав и компетенция органов управления обществом и порядок принятия ими решений, включая в дополнение к этому другие вопросы, которые должны приниматься непременно единогласно или квалифицированным большинством голосов (п. 2 ст. 89 ГК). В свою очередь ст. 122 (п. 2) ГК, имея в виду ассоциации и союзы юридических лиц, предусматривает необходимость включения в их учредительные документы условий о составе и компетенции органов управления ассоциацией (союзом) и порядке принятия ими решений, выделяя особо вопросы, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов членов ассоциации (союза), а также о порядке распределения имущества, которое остается после ликвидации ассоциации (союза) <*>.
--------------------------------
<*> Есть основания полагать, что во всех тех случаях, когда в дополнение к ст. 52 ГК применительно к отдельным видам хозяйственных товариществ и обществ указано на непременное включение условий в учредительные документы, под которыми имеются в виду устав и учредительный договор, место соответствующих условий, дополняющих ст. 52 ГК, определяется по выбору сторон с учетом особенностей самих условий.

Аналогичным образом ст. 14 Закона "О некоммерческих организациях" отнесла к необходимым условиям учредительного договора таких организаций определение порядка совместной деятельности по их созданию, условий передачи участниками своего имущества организации и участия в ее деятельности, порядка выхода учредителей (участников) из состава организации. Одновременно, не проводя разграничения между содержанием учредительного договора и устава, Закон установил необходимость включения в учредительные документы ассоциаций (союзов) и некоммерческого партнерства условий о составе и компетенции органов управления, порядке принятия ими решений, включая вопросы, решения по которым должны приниматься единогласно или квалифицированным большинством голосов, а также о порядке распределения имущества, оставшегося после ликвидации ассоциации (союза).
При сравнении норм ГК, определяющих существенные (необходимые) условия учредительного договора, обращает на себя внимание все же некоторая непоследовательность в решении соответствующего вопроса. Представляется целесообразным в дальнейшем определить применительно к каждому виду юридических лиц, создаваемому на основе двух учредительных документов (учредительного договора и устава), набор существенных (необходимых) условий именно учредительных договоров. При этом, очевидно, такой набор все же будет учитывать, должно ли юридическое лицо в соответствии с ГК или специальным законом создаваться на основе помимо учредительного договора также и устава, имея в виду возможность расширить круг существенных условий этих последних.
Отнесение учредительных договоров к числу "учредительных документов" уже само по себе означает обязательность письменной формы таких договоров. Подобный вывод можно сделать и руководствуясь п. 1 ст. 70 ГК ("Учредительный договор полного товарищества"), п. 1 ст. 83 ГК ("Учредительный договор товарищества на вере"), а также п. 1 ст. 122 ГК ("Учредительные документы ассоциаций и союзов"). Во всех этих статьях содержится указание на то, что учредительный договор "подписывается сторонами". Специальный порядок заключения учредительного договора установлен в некоторых законах, которые посвящены отдельным видам юридических лиц. Примером может служить Закон "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан". В нем установлено, что проект учредительного договора местных или межрайонных ассоциаций (союзов) садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединений принимается общим собранием членов объединения и подписывается председателем правления соответствующего объединения (ст. 9).
Права и обязанности сторон учредительного договора. Общие на этот счет указания содержатся, в частности, в ст. 67 ГК. В ней выделены права на участие в управлении делами соответствующего коллективного образования (товарищества или общества), на получение информации о его деятельности и знакомство с бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном учредительными документами порядке, а также на участие в распределении прибыли, получение на случай ликвидации хозяйственного товарищества или общества части имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимости. К обязанностям участников хозяйственного товарищества или общества отнесено внесение вкладов в порядке, размерах, способах и в сроки, предусмотренные учредительными документами, а также неразглашение конфиденциальной информации, относящейся к его деятельности. Участники могут иметь и иные права, предусмотренные ГК, законами о хозяйственных обществах, учредительными документами товарищества или общества, а также нести иные обязанности, которые предусмотрены учредительными документами. Речь идет о правах и обязанностях, относящихся к обеим стадиям соответствующих договоров, т.е. до и после внесения необходимых записей в Единый государственный реестр юридических лиц (именно вторая стадия должна быть признана создающей отношения корпоративного характера, учитывая, что как раз в них корпоративность образования получает наиболее полное проявление).
Особый круг прав и обязанностей предусмотрен для специальной категории участников - вкладчиков товарищества на вере. Этот круг в целом оказывается более узким по сравнению с тем, который установлен для другой категории участников того же вида товариществ - полных товарищей. Речь идет прежде всего о праве на участие в управлении и ведении дел товарищества, которое в этом виде товариществ принадлежит только полным товарищам. Особенность составляет также отсутствие у вкладчиков права оспаривать действия других участников по управлению и ведению дел товарищества. В обязанность вкладчиков не входит неразглашение конфиденциальной информации о деятельности товарищества. При этом принимается в расчет, что подобная информация вкладчику вообще предоставляться не должна и соответственно он не может владеть ею. С неучастием вкладчиков в управлении товариществами связано и то, что определенная часть риска их деятельности переходит к полным товарищам. Это отчасти находит свое выражение в том, что при ликвидации товарищества на вере, в том числе и вследствие его банкротства, за вкладчиками признается преимущественное перед полными товарищами право на получение вкладов из общего состава имущества товарищества, которое осталось после того, как были удовлетворены требования его кредиторов (п. 2 ст. 86 ГК "Ликвидация товарищества на вере").
Статья 67 ГК в ряде случаев содержит прямую отсылку к учредительным документам, в которых должны конкретизироваться установленным в ней образом соответствующие права и обязанности. Предусмотрена, например, необходимость указания в учредительных документах хозяйственного товарищества или общества (если учредительными документами являются учредительный договор и устав, то по крайней мере в одном из них) порядка получения участниками информации о деятельности хозяйственного товарищества (общества), ознакомления с бухгалтерскими книгами и иной документацией, а равно о порядке, размере, способах и сроках внесения вкладов.
Отмеченные общие требования, имеющие в виду закрепление дополнительных прав и обязанностей участников в учредительных договорах хозяйственных товариществ и обществ, конкретизируются в ст. 73 ГК ("Обязанности участника полного товарищества"), ст. 85 ГК ("Права и обязанности вкладчика товарищества на вере"), ст. 93 ГК ("Переход доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу") и др.
ГК и специальные законы предусматривают наряду с непременными условиями учредительного договора и такие, которые содержатся в диспозитивных нормах. Применительно к полным товариществам имеется в виду установление порядка подсчета количества голосов участников (п. 2 ст. 71), а равно распределения прибыли и убытков (п. 1 ст. 74).
Основу учредительного договора составляют взаимные обязательства его сторон, направленные в совокупности на создание юридического лица. В связи с возможным разрывом во времени между подписанием учредительного договора и регистрацией юридического лица необходимо обеспечение создания материальной базы для деятельности соответствующего образования. Имея это в виду, учредители обычно принимают на себя обязательство соединить взносы для обеспечения совместной деятельности по созданию юридического лица. С этой целью предусмотрено, что стороны, конкретизируя в учредительном договоре такого рода обязанности, устанавливают в нем, когда, что и в каком объеме должно быть внесено в качестве подобного взноса. Что же касается правового режима иного имущества в течение указанного времени (до регистрации юридического лица), речь может идти о близости его к тому, который установлен ст. ст. 244 - 256 гл. 16 ("Общая собственность") ГК. При этом вопрос о судьбе имущества, оставшегося после достижения цели, о которой идет речь, решается соглашением учредителей (участников).
Применительно к внесению вкладов учредителями (участниками) в общее имущество юридического лица возникает вопрос о сроках исполнения соответствующей обязанности. Прямой ответ на него содержится в п. 2 ст. 73 ГК, относящемся к полному товариществу и к полным товарищам товариществ на вере, а также в п. 3 ст. 90 ГК, относящемся к обществу с ограниченной ответственностью. Так, на участника полного товарищества (полного товарища в товариществе на вере) возлагается обязанность внести к моменту государственной регистрации не менее половины вклада в складочный капитал. Аналогичная обязанность возлагается и на учредителя (участника) в обществе с ограниченной (дополнительной) ответственностью.
Законом "Об обществах с ограниченной ответственностью" (ст. 16) предусматривается обязанность учредителя внести вклад в уставный капитал в течение срока, который определен учредительным договором, с тем, что не может такой срок превышать одного года, исчисляемого с момента государственной регистрации. В то же время размер вклада каждого из учредителей должен быть не менее номинальной стоимости его доли. Обязанность внесения вклада подчиняется правилу, в соответствии с которым на момент государственной регистрации он должен быть оплачен учредителем не менее чем наполовину. При этом установлен запрет на полное освобождение учредителя от необходимости внесения вклада, включая и запрет зачета соответствующих его требований, которые могут возникнуть, к обществу. Гарантия, о которой идет речь, имеет целью отразить прежде всего интересы гражданского оборота (третьих лиц).
Определенные права и обязанности, связывающие учредителей с учрежденным ими юридическим лицом, приобретают силу для учредителей и юридического лица лишь с того момента, когда юридическое лицо будет в установленном порядке учреждено (внесена соответствующая запись в Единый государственный реестр юридических лиц).
Ответственность сторон учредительного договора. Поскольку отношения между учредителями (участниками) в предусмотренных в ГК (специальном законодательстве) случаях основаны на связывающем их учредительном договоре, решение ряда вопросов относительно взаимной ответственности сторон предопределено особенностями этого договора. Прежде всего, это относится к самой конструкции учредительного договора, при которой каждый из учредителей является носителем некоторых единых с точки зрения их содержания прав и обязанностей по отношению не только к самому юридическому лицу, но и к другим учредителям. Еще одна особенность учредительного договора, на что уже обращалось внимание, состоит в том, что учредительный договор, по крайней мере в соответствующей его части, действует и до государственной регистрации юридического лица.
В связи с тем что основная обязанность сторон учредительного договора до момента государственной регистрации юридического лица сводится к обеспечению создания условий нормальной его деятельности, в случаях, если учредитель уклоняется от совершения необходимых для этого действий, в том числе тогда, когда именно по указанной причине учредить в установленный срок юридическое лицо не удалось, остальные учредители вправе требовать от него возмещения убытков, а если это установлено учредительным договором - то и выплаты неустойки.
Взаимный характер отношений учредителей с учреждаемым обществом (товариществом) предопределил одинаковую возможность наступления в случаях, специально обозначенных в ГК или в законе, ответственности учредителей перед созданным юридическим лицом и самого этого юридического лица перед учредителями.
В виде общего правила ответственность учредителя (участника) по обязательствам учреждаемого юридического лица, равно как и юридического лица по обязательствам учредителя (участника), не наступает. Исключения из этого правила должны быть предусмотрены Кодексом либо учредительными документами юридического лица (п. 3 ст. 56 ГК).
Соответствующая на этот счет норма не дает ответа на вопрос о характере ответственности, о которой идет речь, в том числе является ли она солидарной, субсидиарной или долевой. В ряде случаев приняты нормы применительно к отдельным видам юридических лиц. Так, в ст. 11 Закона "Об обществе с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что учредители общества несут солидарную ответственность по обязательствам, связанным с учреждением общества и возникшим до его государственной регистрации. Одновременно установлено, что общество несет ответственность по обязательствам учредителей, связанным с его учреждением, только в случае последующего одобрения их действий общим собранием участников общества.
К числу специальных норм об ответственности учредителей, распространяющих на нее общий правовой режим, установленный для участников, могут быть отнесены те, которые включены среди прочих в ст. 75 ГК ("Ответственность участников полного товарищества по его обязательствам"). В этой статье содержится общее правило, в силу которого участники полного товарищества солидарно несут субсидиарную ответственность всем своим имуществом по обязательствам товарищества. При этом выделено то, что участник, не являющийся учредителем, отвечает наравне с другими участниками по тем обязательствам, которые возникли до того, как он вступил в товарищество. Приведенная норма позволяет признать, что учредители, как и участники полного товарищества, независимо от того, являются ли последние учредителями, должны нести солидарно субсидиарную ответственность по долгам созданного юридического лица в общем порядке. Применимы к учредителям и другие установленные в той же статье правила, действующие для выбывшего участника. В частности, имеется в виду, что все предусматривающие ответственность нормы, закрепленные ст. 75 ГК, являются императивными. С учетом этого обстоятельства п. 3 указанной статьи устанавливает, что соглашение участников товарищества, а значит, и его учредителей, которым предусмотрены ограничения их ответственности, ничтожно.
Прекращение и изменение учредительного договора. На учредительные договоры распространяются общие нормы гл. 29 ГК ("Изменение и расторжение договора"). Имеется в виду в первую очередь ст. 450 ГК ("Основания изменения и расторжения договора"). Из нее следует, что наряду с другими и учредительный договор может изменяться и расторгаться не только по соглашению его сторон, но и по решению суда, основанному на требовании одной из сторон. Речь идет о существенных нарушениях договора другой стороной, а также о прочих случаях, которые предусмотрены Кодексом, иными законами или договором. Изменение и расторжение учредительного договора могут происходить в режиме, установленном ст. 451 ГК, по причине существенного изменения обстоятельств, из которых исходили стороны при заключении договора.
Порядок изменения и расторжения учредительного договора определяется ст. 452 ГК, а последствия изменения и расторжения учредительного договора - ст. 453 ГК.
В подобных случаях учитываются присущая отношениям учредителей фидуциарность, а также общие цели, которые они поставили перед собой при учреждении общества (товарищества). Именно с этим связано признание того, что "изменение субъектного состава участников договора возможно, в виде общего правила, лишь с согласия всех учредителей. Переход имущественных прав от одного лица к другому в порядке правопреемства (например, при наследовании права на вклад в уставном фонде юридического лица) еще не приводит к возникновению у правопреемника статуса участника учредительного договора. Такие права он может приобрести только с момента подписания учредительного договора с согласия всех учредителей. Получается, что традиционные институты уступки права требования и перевода долга к учредительному договору не вполне применимы" <*>.
--------------------------------
<*> Козлова Н.В. Указ. соч. С. 4.

К числу специальных норм об изменении учредительных договоров относится, в частности, ст. 33 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", в соответствии с которой решение вопроса о внесении изменений в учредительный договор - в исключительной компетенции общего собрания участников общества.
Пункт 3 ст. 52 ГК, не делая исключений для учредительных договоров, устанавливает общие последствия изменения учредительных документов для третьих лиц. В нем предусмотрено, что изменения, о которых идет речь, приобретают силу для третьего лица только с момента государственной регистрации учредительного документа. Применительно к особым случаям, предусмотренным в законе, установлен уведомительный порядок, предполагающий, что для действительности произведенных изменений достаточно извещения органа, осуществляющего государственную регистрацию. При этом, защищая интересы третьих лиц, тот же п. 3 ст. 52 ГК включил указание на то, что юридическое лицо, а также его учредители (участники) не вправе ссылаться на отсутствие государственной регистрации таких изменений в отношениях с третьими лицами, которые действовали с учетом имевших место изменений.
Изменения учредительного договора могут коснуться не только его субъектного состава (имеется в виду выбытие кого-либо из состава хозяйственного товарищества либо общества или иного корпоративного юридического лица, а также вступление в него нового участника), но также и других условий того же договора.
Государственная регистрация изменений, внесенных в учредительный договор, осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 18 Закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" <*>. Соответствующие изменения вносятся в Единый государственный реестр юридических лиц <**>. Уведомления о соответствующих изменениях направляются в порядке, предусмотренном ст. 19 того же Закона. Орган, ведущий указанный реестр, осуществляет предварительную проверку изменений, о которых идет речь, и в случае нарушения закона должен отказать в их государственной регистрации <***>. За сторонами признается право оспорить в суде действия соответствующих органов.
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 2001. N 33 (ч. I). Ст. 3431.
<**> См.: Правила ведения Единого государственного реестра юридических лиц и предоставления содержащихся в нем сведений // СЗ РФ. 2002. N 26. Ст. 2585.
<***> О значении, которое приобретает указанное обстоятельство, можно судить уже по тому, что утвержденная Постановлением Правительства РФ от 19 июня 2002 г. (СЗ РФ. 2002. N 26. Ст. 2589) форма заявления о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, предусматривает необходимость указания заявителя на то, что им соблюден установленный Законом порядок принятия решения о внесении изменений в учредительные документы юридического лица.
Публичный характер таких изменений связан с тем, что "учредительные документы обязательны не только для заключивших учредительный договор или утвердивших устав учредителей, но и для всех, кто вступает в отношения с данным юридическим лицом, включая органы государственной и муниципальной власти" (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. С. 145).

Так, при рассмотрении дела по иску товарищества с ограниченной ответственностью о признании недействительным отказа соответствующего органа в государственной регистрации произведенных изменений учредительного договора (изменения в данном случае выразились в сокращении числа учредителей, уменьшении размера уставного капитала реорганизованного товарищества и др.) Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ все же признал обоснованным отказ в государственной регистрации. Он указал (по одному из рассмотренных им дел) на то, что в силу ст. 91 ГК решение соответствующих вопросов входит в исключительную компетенцию общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью. Имелся в виду вопрос об изменении размеров уставного капитала, а также то, что при преобразовании товарищества в общество с ограниченной ответственностью не был нарушен порядок, установленный для реорганизации юридических лиц (п. 2 ст. 59 ГК). Президиум обратил внимание в то же время и на еще одно обстоятельство: отказ в регистрации был оспорен не учредителем, а товариществом, которым изменения и дополнения в учредительные документы внесены не были <*>.
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 1996. N 7. С. 87 - 88.

Ликвидация общества (товарищества) означает одновременно прекращение действия учредительного договора. Это относится к обоим указанным в п. 2 ст. 61 ГК случаям ликвидации юридического лица. Имеются в виду, во-первых, решение самих учредителей о ликвидации юридического лица, в том числе в связи с истечением срока, на который оно создано, либо достижение цели, для которой оно создано, и, во-вторых, наличие в указанных в ГК случаях решений на этот счет суда.
Признание учредительного договора недействительным может служить основанием для ликвидации юридического лица. Речь идет, в частности, о применении п. 2 ст. 25 Закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". Указанная норма закрепляет за регистрирующим органом право обращения в суд с требованием о ликвидации юридического лица. Основаниями для удовлетворения подобных требований служат допущенные при создании юридического лица грубые нарушения закона или иных правовых актов (если эти нарушения носят неустранимый характер), а также неоднократные либо грубые нарушения закона (или иных правовых актов) о государственной регистрации юридических лиц.

<< Предыдущая

стр. 20
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>