<< Предыдущая

стр. 31
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

конкретные последствия зависят от вида оферты: сделана ли она с указанием или
без указания срока. В первом случае оферта связывает оферента с адресатом на
протяжении всего этого времени и отозвать ее в виде общего правила он не
вправе. Поэтому, если в течение указанного срока оферент заключит, не
дожидаясь отказа адресата оферты, договор с кем-либо иным, это не лишает
первоначального адресата права выразить свое согласие и затем требовать от
оферента исполнения договора (при невозможности исполнить - возмещения
причиненных нарушением договора убытков). При этом ст. 436 ГК устанавливает
специальное последствие в виде связанности оферента как для оферты, которая
содержит срок, так и для такой, которая срока не содержит, но о ее безотзывности
можно сделать вывод из существа предложения (например, если оферта
включает указание "всегда в продаже") или из обстановки, в которой она была
сделана (например, при посылке каталога, содержащего описание товаров с
указанием существенных условий будущей сделки).
Позиция ГК совпадает с позицией, занимаемой Венской конвенцией о
договорах международной купли - продажи товаров, которая (ст. 16) признает
способной породить связанность наряду с офертой, содержащей срок ее
действия, и такую оферту, в которой хотя и отсутствует срок, но содержится
прямое указание на соответствующее намерение оферента (быть связанным) или
иным образом дано понять о безотзывности оферты. В этих двух последних
случаях речь должна пойти, очевидно, о применении правил о разумном сроке.
Связанность оферента начинается не с момента направления оферты, а
только с того времени, когда адресат ее получит (п. 2 ст. 435 ГК). Следовательно,
до этого момента оферент вправе от нее отказаться. Он может поступить таким
образом и в момент, когда отказ получен адресатом вместе с самой офертой.
Кроме того, оференту предоставлено право отказаться от оферты даже и после
получения ее адресатом, но лишь в случаях, когда это вытекает из существа
предложения либо из обстановки, в которой оферта сделана.
Не только связанность, но и самый срок, предоставленный оферентом
адресату, начинают течь с момента ее получения последним. А значит, все то
время, которое прошло от выражения предложения до его получения, в расчет не
принимается.
Таким образом, ГК, как и его предшественники, из двух возможных
конструкций, существующих в юридической практике, - "получения" (получение
извещения) и "отсылки" (отправки извещения) - выбрали первую <*>.
--------------------------------
<*> Пожалуй, только ГК 22 допускал возможность отклонения от
соответствующей конструкции. Имеется в виду, что ст. 34 признавала договор
между отсутствующими заключенным с момента получения ответа акцептанта
лишь постольку, "поскольку иное не вытекает из смысла предложения".
Следовательно, ответственность за все, что произошло с момента
выражения воли и до восприятия извещения адресатом, несет тот, от кого оно
исходит. Имеются в виду утрата почтового отправления, задержка его действия,
выдача соответствующей корреспонденции ненадлежащему лицу, искажения
текста извещения и т.п. Все неблагоприятные последствия этих случаев падают
на отправителя извещения, а не на его получателя.
И.Б. Новицкий, придерживаясь теории получения, особо подчеркивал, что
"получение" не равнозначно "восприятию чужой воли". В этой же связи он
специально выделил случаи, когда оферент "или умышленно помешает
получению ответа на предложение, или не получит его по небрежности" <*>,
перенося тем самым негативные последствия подобных ситуаций на адресата
оферты.
--------------------------------
<*> См.: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С. 162.

В литературе в свое время была высказана Н.Г. Александровым <*> точка
зрения, в силу которой оферта и акцепт представляют собой односторонние
сделки. Решительным ее противником выступал Ф.И. Гавзе <**>. Он обращал
внимание на то, что "эти действия - предложение (оферта) и принятие
предложения (акцепт) - являются лишь составными частями двусторонней сделки
- договора. Волеизъявление одного из лиц, изъявивших свою волю (оферента),
направлено на получение ответного волеизъявления другого лица (акцептанта), в
результате чего возникает общий волевой акт, договор, приводящий к
достижению встречных результатов, желательных для них" <***>.
--------------------------------
<*> См.: Александров Н.Г. Право и законность в период развитого
строительства коммунизма. М.: Госюриздат, 1961. С. 157 - 158.
<**> См.: Гавзе Ф.И. Указ. соч. С. 86.
<***> Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С. 162 - 163.

Следует признать, что последняя точка зрения пользуется всеобщим
признанием среди цивилистов. В подтверждение можно привести взгляды по
этому же поводу О.А. Красавчикова, который полагал, что "договор является не
суммой двух односторонних сделок, а тем конечным результатом, в котором воля
сторон находит свое общее выражение, то есть единым, с юридической точки
зрения, "волевым актом".
Указанная идея теперь более явно выражена в новом Кодексе. В отличие от
ГК 64 новый Гражданский кодекс впервые дал определение оферты,
последовательно выразив в нем цель, которую ставит перед собой тот, кто с нею
выступает. Офертой признается, подчеркнуто в п. 1 ст. 435 ГК, намерение лица,
сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом,
которым будет принято предложение. Цель оферты состоит, таким образом, не в
том, чтобы заключить договор, а в том, чтобы поставить товары, выполнить
работы или оказать услуги либо заказать все это. Следовательно, содержание
оферты и акцепта совпадает не только одно с другим, но и с содержанием
договора.
Поскольку соглашение - это сделка, очевидно, составляющие ее
волеизъявления сторон должны подчиняться общим правилам о сделках.
Особенность действия соответствующих статей главы "Сделки" состоит в том, что
если речь идет о требовании к форме и содержанию сделки, то оно адресовано
самому соглашению, а в случаях, когда имеются в виду требования к воле и
волеизъявлению, они должны иметь своим предметом волю и волеизъявление
каждой из сторон.
Акцепт в такой же мере выражает волю лица, как и предложение. Требования
к акцепту вытекают из его особенностей как рефлекторного волеизъявления.
Стандартная ситуация состоит в том, что акцепт приобретает юридическую силу,
если он полный, т.е. выражает одобрение всему, что указано в оферте, и
безоговорочный, т.е. не содержит никаких дополнительных условий.
Ответ на иных условиях, чем предложено в оферте, не является акцептом.
Это лишь встречная оферта (ст. 443 ГК). Однако действия акцептанта могут
рассматриваться как встречная оферта лишь при условии, что они обладают
указанными признаками оферты. Поскольку такого рода встречная оферта
направляется первоначальному оференту, т.е. конкретному лицу, необходимо
сохранить в такой встречной оферте все существенные условия договора.
Следовательно, ответ на оферту, в котором исключено из нее хотя бы одно из
существенных условий, не может рассматриваться как встречная оферта. Такой
ответ представляет собой отказ от заключения предложенного оферентом
договора и приглашение к заключению другого договора.
По своей юридической конструкции акцепт и оферта в определенной части
совпадают. В этой связи некоторые из положений, которые относятся к оферте,
распространяются и на акцепт. Имеется в виду, что акцептант может отозвать
сделанный акцепт до момента получения оферентом извещения об отказе
акцептанта от заключения договора либо одновременно с таким извещением.
Соответственно отказ от акцепта не считается сделанным и тогда, когда моменты
получения оферентом самого акцепта и извещения об его отказе совпадают.
Особому урегулированию подвергнуто молчание. По самому своему
характеру оно может быть только акцептом. При этом существует единая для
всего гражданского права презумпция того, что молчание вообще не является
юридическим фактом. Такая презумпция включена в общую норму, посвященную
значению молчания. Имеется в виду ст. 158 ГК о форме сделок. Указанная статья,
как и ст. 438 ГК, предусматривает те исключительные случаи, когда молчание
приобретает правообразующее (правоизменяющее или правопрекращающее)
значение. Из п. 3 ст. 158 ГК следует, что молчание может быть признано
выражением воли совершить сделку только в случаях, когда это предусмотрено
законом или соглашением сторон, в то время как по п. 2 ст. 438 ГК, являющемуся
специальной и тем самым приоритетной нормой, молчание приобретает силу,
если это предусмотрено либо законом, либо обычаем делового оборота, либо
вытекает из прежних деловых отношений сторон. При этом п. 2 ст. 438 ГК имеет в
виду, что в указанных трех случаях речь идет только об акцепте. Тем самым
снимается вопрос о возможности использовать молчание в качестве оферты.
ГК придает молчанию разный смысл, имея в виду, что в одних случаях оно
означает "да", а в других - "нет".
Конструкция "молчание - да" применяется наиболее широко. Так, молчание
арендатора и арендодателя в течение определенного срока рассматривается как
согласие на продление арендного договора (п. 3 ст. 610 ГК); неполучение в
разумный срок ответа на извещение комиссионером комитента о необходимости
отступить от его указаний означает согласие на такое отступление (п. 1 ст. 995
ГК); отчет агента считается принятым, если в течение тридцати дней принципал
не пришлет возражений (п. 3 ст. 1008 ГК); комитент признается согласившимся на
покупку комиссионером имущества по цене выше ранее согласованной между
комиссионером и комитентом, если не пришлет возражений в разумный срок (п. 3
ст. 995 ГК) и др.
Молчание следует отличать от бездействия. Последнее может
рассматриваться исключительно как отсутствие воли адресата. Из этого следует,
что в отличие от "молчания" "бездействие" должно во всех случаях означать "нет"
при условии, если соответствующие последствия должны вызвать именно "да".
По модели "молчание - нет" построен п. 1 ст. 556 ГК: уклонение стороны от
подписания документа о передаче проданной недвижимости независимо от того,
исходило ли оно от продавца или покупателя, рассматривается как их отказ от
принятия оферты и соответственно от принятия имущества.
Еще одним способом заключения договора служат конклюдентные действия.
Общее правило на этот счет применительно к сделкам содержится в п. 2 ст. 158
ГК, который допускает признание устной сделки совершенной в случае, когда из
поведения лица явствует его воля совершить сделку. Обычно на этот счет в
законе (ГК) содержатся специальные указания, какие именно действия могут
совершаться и какие последствия они должны повлечь. Так, например, вещи,
помещенные в гостиничный номер или в иное предназначенное место, а равно
вверенные работникам гостиницы, признаются переданными на хранение
гостинице (п. 1 ст. 925 ГК), а принятие страхователем от страховщика страхового
полиса, свидетельства, сертификатов, квитанции означает согласие заключить
договор страхования (п. 2 ст. 940 ГК). Неявка покупателя или несовершение иных
необходимых действий рассматриваются как отказ от исполнения договора
розничной купли - продажи, заключенного с условием о его принятии покупателем
в определенный срок (ст. 496 ГК).
Конклюдентным действиям придается правообразующее значение и при
заключении договора. Специальные указания на этот счет содержатся в п. 3 ст.
434 и п. 3 ст. 438 ГК, которые посвящены акцепту в форме конклюдентных
действий.
Во-первых, акцепт должен принимать форму совершения действий по
выполнению указанных в оферте условий договора. Соответствующие положения
ГК нуждаются в некотором уточнении, поскольку, строго говоря, договор к
моменту совершения действия акцептантом только будет подобным образом
заключен; самого договора пока еще нет. В качестве примера ГК приводит
отгрузку товара, предоставление услуг, выполнение работ, уплату
соответствующей суммы. Первая по счету ситуация имеет место в случае, когда в
роли оферента выступает покупатель, вторая - предполагает, что оферентом
является заказчик услуг, при третьей - в этой роли выступает заказчик работ, а
четвертая - возможна при любом возмездном договоре, который связан с оплатой
предложенных оферентом товаров, работ или услуг.
Во-вторых, необходимо, чтобы оферта удовлетворяла определенным
требованиям. Одно из них непосредственно вытекает из п. 3 ст. 438 ГК: в оферте
должно содержаться условие о сроке акцепта.
В-третьих, предусмотренная в п. 3 ст. 438 ГК ситуация исключает в некоторых
случаях возможность признать исполнение обязанности акцептантом
заключением договора, если есть специальное указание на этот счет в оферте, в
законе или ином правовом акте.
В-четвертых, п. 3 ст. 434 ГК признает применительно к рассматриваемой
ситуации требование закона об обязательной письменной форме соблюденным
лишь в случае, если оферта была письменной. Из этого следует, что все же при
условии, если необходимости в письменной форме договора нет, способом,
предусмотренным в п. 3 ст. 438 ГК, возможно заключить договор и в ответ на
устную оферту (например, переданную по телефону).
В связи с применением соответствующей нормы (п. 3 ст. 438 ГК) возник
вопрос о том, должен ли акцепт в рассматриваемом случае представлять собой
исполнение акцептантом всей своей обязанности или достаточно выполнить ее
часть. Ответ на указанный вопрос был дан в Постановлении Пленума Верховного
Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8: "Для
признания соответствующих действий адресата оферты акцептом Кодекс не
требует выполнения условий оферты в полном объеме. В этих целях для
квалификации указанных действий в качестве акцепта достаточно, чтобы лицо,
получившее оферту (в том числе проект договора), приступило к ее исполнению
на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок" <*>.
Думается, что соответствующее разъяснение позволяет различить две ситуации.
Первая - совершение исполнения, которое само по себе является достаточным
для признания наличия акцепта. Вторая - адресат оферты только приступил к
исполнению. Последний случай не вполне соответствует п. 3 ст. 438 ГК, и по этой
причине, очевидно, требуется непременное направление соответствующего
извещения оференту, поскольку в противном случае последний не будет знать
отношения адресата к оферте. Поэтому в случае спора ссылки адресата оферты
в подтверждение возникновения договора только на то обстоятельство, что он
приступил к исполнению (поставщик начал изготовление заказанного товара,
подрядчик завез механизмы на стройплощадку и т.п.), недостаточно для
признания договора заключенным.
--------------------------------
<*> Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1996. N 9.
С. 19.

Применение п. 3 ст. 438 ГК ставит перед сторонами, другими участниками
гражданского оборота, а также перед судом вопрос о моменте, при котором в
подобной ситуации договор должен считаться заключенным. На наш взгляд, есть
основания и в данном случае исходить из общего принципа определения момента
заключения договора. Следовательно, договор считается заключенным в момент,
когда оферент узнал о совершении ответчиком соответствующих действий.
Приведенное положение означает, что в пределах указанного в оферте срока
должно последовать либо само исполнение, либо получение оферентом
извещения на этот счет. Иное решение поставило бы в затруднительное
положение оферента, так как означало бы удлинение действия связанности за
пределы срока, указанного в оферте.
В арбитражной практике возник вопрос о возможности заключения договора с
помощью конклюдентных действий обеих сторон. В частности, можно сослаться
на одно из опубликованных судебных дел. Суть его сводилась к следующему:
комбинат стройматериалов отгрузил заводу краску, а тот, получив ее, отказался
от оплаты. Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отклонил иск. При этом он
отверг утверждение истца о том, что ответчик не выполнил полностью своего
обязательства по заключенному с ним устно договору. В решении было
подчеркнуто, что договор между сторонами вообще не существовал: отгрузка
краски одной стороной и выдача груза второй не могут создать договор, поскольку
в таком случае не было соблюдено основное требование договора: о
необходимости согласования существенных условий договора <*>.
--------------------------------
<*> См.: Закон. 1997. N 1. С. 110.

Думается, что такая позиция судебных органов является верной. При этом
следует иметь в виду два обстоятельства, из которых одно связано с формой, а
другое - с содержанием договора. Пункт 2 ст. 158 ГК без каких-либо оговорок
признает сделку заключенной в том случае, когда из поведения лица явствует его
воля совершить сделку. При этом, однако, сохраняется требование о форме
сделки: конклюдентное действие приобретает юридическую силу только для
сделок, которые могут быть заключены устно. Значение включения в ГК п. 3 ст.
438 вместе с п. 3 ст. 434 состоит главным образом в том, что в исключение из
правил о форме договора письменная форма считается соблюденной только при
условии, если конклюдентное действие последует в ответ на письменную оферту.
Значит, взаимные конклюдентные действия невозможны при условии, если для
договора установлена обязательная письменная форма.
Вывод о возможности заключения договора двусторонними конклюдентными
действиями основан на признании их способом выражения воли лица. По этой
причине, когда конклюдентные действия с обеих сторон позволяют сделать вывод
о совпадении воли сторон, этого достаточно для признания договора
заключенным. Но для этого необходимо учесть второе обстоятельство: ст. 431 ГК
не делает никаких изъятий из правила о необходимости согласования
существенных условий. Значит, конклюдентные действия той из сторон, которая
может считаться оферентом, должны включать существенные условия договора,
а также действия второй стороны - подтверждать согласие с указом или
условиями. Эти требования относятся к продаже товаров с использованием
автоматов, при этом обычные существенные условия здесь дополнены перечнем,
содержащимся в п. 1 ст. 498 ГК. Что же касается публичной оферты, то, на наш
взгляд, п. 2 ст. 494 ГК нуждается в уточнении, поскольку не может считаться
офертой предложение, в котором отсутствуют существенные условия. Иное
противоречит природе существенных условий и оферты, определенной
соответственно в п. 1 ст. 432 и п. 1 ст. 435 ГК <*>.

<< Предыдущая

стр. 31
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>