<< Предыдущая

стр. 37
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

при отсутствии специальных требований, составляет письменная форма. Значит,
она необходима не только тогда, когда основной договор должен быть заключен в
письменной форме, но и в случаях, если такой договор относится к числу тех,
которые могут быть заключены устно. Все остальные требования в отношении
формы, адресованные основному договору, в частности нотариальное
удостоверение, действуют и в отношении предварительного договора. При этом к
форме предварительного договора предъявляются в ряде случаев требования
более строгие по сравнению с адресованными основному договору: независимо
от того, подлежит ли предварительный договор в соответствии с изложенными
нормами совершению в простой письменной или в нотариальной форме,
нарушение соответствующего требования влечет за собой ничтожность
предварительного договора.
Вытекающее из предварительного договора обязательство заключить
основной договор конкретизируется во времени. Такая конкретизация может
исходить от самих сторон, а если они не воспользуются предоставленной им
возможностью, вступает в действие содержащееся в п. 4 ст. 429 ГК правило, в
силу которого такой срок составляет один год с момента заключения
предварительного договора. Указанный срок признается соблюденным, если до
его истечения стороны заключат основной договор или, по крайней мере, одна из
них направит другой предложение заключить такой договор.
Нет никаких препятствий к тому, чтобы стороны заключили основной договор
и после указанного выше срока. И все же срок имеет важное значение, поскольку
в его пределах каждая из сторон может требовать от другой заключения договора
на указанных в предварительном договоре условиях. Имеется в виду право
стороны при уклонении контрагента по предварительному договору от заключения
основного договора обратиться в суд с требованием о понуждении заключить
такой договор и именно на условиях, указанных в предварительном договоре.
Независимо от того, предусмотрен ли срок в договоре или имеется в виду
установленный в законе годичный срок, тот и другой носят пресекательный
характер: с его истечением материальное по своей природе право требовать от
контрагента заключения договора на определенных условиях прекращается и,
соответственно, восстановлению судом не подлежит.
Важное значение может иметь вопрос о влиянии предварительного договора
на права и обязанности третьих лиц. Действующее законодательство не дает на
него прямого ответа, оставляя, в частности, открытой судьбу договора,
подписанного продавцом с третьим лицом в период от заключения
предварительного договора и до истечения срока заключения основного договора.
Как уже неоднократно отмечалось, из самой природы предварительного договора
возникает, что она порождает лишь одну обязанность стороны будущего
договора, в частности продавца: заключить основной договор. По этой причине
покупатель не вправе требовать признания недействительным договора,
заключенного продавцом с третьим лицом, о реализации соответствующего
имущества. В указанном случае сторона предварительного договора -
потенциальный покупатель - не может и заявлять виндикационный иск к третьему
лицу. Однако потерпевшая сторона сохраняет право адресовать контрагенту по
предварительному договору требование заключить основной договор, а вслед за
этим - и о неисполнении обязательства, предусмотренного в основном договоре.
В полном соответствии с п. 2 ст. 425 ГК основной договор, хотя он и вступает
в действие, как правило, с момента заключения, может предусматривать, что его
условия применяются контрагентами к их отношениям, возникшим до заключения
договора. Однако указанное правило имеет то же содержание и те же пределы,
что и применительно к любому договору, независимо от того, заключен ли такой
договор самостоятельно или во исполнение предварительного договора. Имеется
в виду, что в соответствии с п. 2 ст. 425 ГК ("Действие договора") сторонам
предоставляется право распространить условия заключенного ими договора на
отношения, которые возникли до его заключения.

9. Преддоговорные споры

В условиях, когда договоры заключались во исполнение планового акта,
необходимо было создание специального механизма для разрешения
возникающих по поводу заключения договоров споров. Такие споры, которые
имели предметом вынесение решения, обязывающего заключить договор во
исполнение планового акта либо определяющего более или менее широко
содержание будущего договора, возникали главным образом в связи с
уклонением одной из сторон от заключения договора, либо с различным
пониманием условий, предусмотренных в плановом акте, либо с несовпадением в
позициях относительно дополнительных, не названных плановым актом условий.
Вместе с тем всегда существовала определенная, хотя и очень
незначительная по объему, часть экономических отношений между
организациями, которые плановыми актами не охватывались вовсе. Здесь
действовал другой принцип: стороны должны были вначале согласовывать
существенные условия договора, после чего любая из них вправе была
обращаться в арбитраж для разрешения спора по поводу оставшихся
несогласованными условий.
В разрешении преддоговорных споров наиболее резко проявляла себя
двойственная природа арбитража, который, с одной стороны, был призван
разрешать гражданско - правовые споры социалистических организаций
(выступая в этой роли он предельно соприкасался с деятельностью органов,
осуществляющих правосудие), а с другой стороны, представлял собой
определенное звено системы государственного управления. Если суд выносил
решение лишь на основе существующих нормативных актов, прибегая по
необходимости к аналогии закона и аналогии права, тем самым применяя лишь
общую норму к определенным отношениям, то арбитраж не только применял
нормы, но и создавал их, по крайней мере для данного конкретного случая.
Именно благодаря этому в деятельности арбитража, как и любого иного
нормотворческого органа, столь важное значение приобретал выбор наиболее
целесообразных с точки зрения интересов всего государства решений конкретных
вопросов.
Обязывая стороны заключить договор, исключая из договора условия,
противоречащие закону и плановому акту, арбитраж применял нормы.
Руководствуясь началами хозяйственной целесообразности при решении вопроса
о содержании того или иного пункта договора, арбитраж создавал определенную
норму, локальную по природе.
Несмотря на коренные изменения, которым подвергалась экономика в
последние годы, в частности в вопросах ее планирования, соотношения договора
с планом и свободы договора, сама конструкция преддоговорных споров и
некоторые положения о порядке их рассмотрения сохранились.
ГК оставил два основания для возбуждения преддоговорных споров: первое -
уклонение стороны, на которую Кодекс или иной закон возлагает
соответствующую обязанность, от заключения договора (п. 4 ст. 445 ГК) и второе -
передача на рассмотрение арбитража спора относительно договорных условий,
по которым у сторон возникли расхождения. Однако принципиальное значение
имеет то, что при последнем варианте необходимо по общему правилу
(исключение составляют случаи, при которых заключение договора является
обязательным) предварительное достижение сторонами соглашения
относительно передачи возникшего между ними спора на разрешение суда (ст.
446 ГК).
Этому соответствует ст. 130 АПК РФ. Она разграничивает споры о
понуждении заключить договор, с одной стороны, и споры, возникающие при
заключении или изменении договора, - с другой. В первом случае в резолютивной
части должны быть указаны условия, на которых стороны обязаны заключить
договор, а во втором - решение по каждому спорному условию договора.
Применительно к первому случаю п. 4 ст. 445 ГК возлагает на сторону,
необоснованно уклонившуюся от обязанности заключить договор, помимо
необходимости заключить договор возместить причиненные контрагенту убытки.
Для второго случая ст. 446 ГК предусматривает, что условия договора, по
которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с
решением суда. Приведенная формулировка означает недопустимость для суда в
случаях обязательности заключения договоров выйти за пределы условий, по
которым возник спор, а в остальных случаях - за пределы достигнутого сторонами
соглашения о передаче спора на разрешение суду.
Принципиальное отличие нынешнего преддоговорного разбирательства от
преддоговорного арбитража в специальном его понимании в прошлые годы
состоит в том, что суд руководствуется уже не "хозяйственной
целесообразностью" и не "интересами государства", а интересами самих сторон.
Соответственно задача суда состоит в том, чтобы найти вариант, который в
максимальной степени удовлетворял бы правильно понятым интересам
контрагентов. Этому соответствует и изменение самой правовой природы
арбитражного суда, который ныне, в соответствие со ст. 1 Арбитражного
процессуального кодекса РФ, осуществляет правосудие путем разрешения
экономических дел и иных дел, отнесенных к его компетенции.
Отмеченная выше задача не распространяется на противоречие договора
императивным нормам закона и иных правовых актов. Поскольку, как подчеркнуто
в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего
Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8, ГК не исключает случаев
признания сделки ничтожной, суд может по своей инициативе при разрешении
возникшего по другим основаниям преддоговорного спора признать договор в
целом или отдельные его условия ничтожными <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1996.
N 9. С. 13.

На практике может возникнуть вопрос о форме соглашения о
преддоговорном разбирательстве. Н.И. Клейн отмечает, что судебная практика
исходит из того, что соглашение должно быть облачено в письменную форму <*>.
Приведенное справедливое положение нуждается в некотором уточнении.
Судебная практика не может создавать обязательность письменной формы. В
данном случае требование о такой форме соглашения непосредственно вытекает
из ст. 104 АПК РФ. Эта последняя требует предоставления вместе с исковым
заявлением "документов, подтверждающих обстоятельства, на которых
основываются исковые требования". Между тем обстоятельством,
подтверждающим возможность рассмотрения преддоговорного спора, как раз и
служит соглашение о передаче спора на разрешение арбитража <**>. Как всякий
"документ", соглашение должно быть оформлено письменно. К этому следует
добавить, что и в силу ст. 7 Закона "О международном коммерческом арбитраже"
<***> соглашение, о котором идет речь, должно быть непременно совершенно в
письменной форме: при этом есть основания полагать, что письменная форма
соглашения в данном случае необходима для признания его действительным.
--------------------------------
<*> См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской
Федерации. М.: Контракт, 1995. С. 52.
<**> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации.
Часть первая. М.: Юринформцентр, 1995. С. 426.
<***> См.: Ведомости Российской Федерации. 1993. N 32. Ст. 1240.

С прямо противоположной ситуацией столкнулся Президиум Высшего
Арбитражного суда РФ при рассмотрении спора, возникшего между заводом и
комбинатом по поводу заключаемого договора. В ходе разбирательства дела
выяснилось, что в протоколе разногласий, составленном истцом, была
предусмотрена передача на разрешение арбитражного суда всех споров, которые
возникают при заключении, изменении и расторжении договора. Однако в
редакции соответствующего условия по протоколу разногласий, исходящего от
ответчика, содержался иной вариант: арбитражному суду должны передаваться
только споры, возникающие при исполнении и расторжении договора. Установив
это обстоятельство, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ прекратил дело
производство <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1996.
N 5. С. 39 - 40.

Следует, очевидно, разделить точку зрения Н.И. Клейн, допускающей
вариант, при котором соответствующее указание включено в проект договора
одной из сторон, а другая сторона в протоколе разногласий не высказывает
никаких возражений применительно к данному условию проекта договора <*>. Эта
ситуация предусмотрена ст. 7 Закона "О международном коммерческом
арбитраже".
--------------------------------
<*> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть
первая. М.: Юринформцентр, 1996. С. 496.

Во всех предусмотренных ст. 446 ГК случаях постановление арбитража
представляет собой обычное решение по преобразовательному иску. Указанное
решение выступает в такого рода делах в роли суррогата соглашения. При этом в
споре о редакции отдельных условий формула решения становится частью
договора, а при рассмотрении преддоговорного спора, связанного с понуждением
заключить договор, в самом решении воспроизводится его редакция. По
указанной причине сторона, обратившаяся в суд с требованием о понуждении
заключить договор, должна в силу ст. 104 АПК РФ представить подготовленный
ею проект договора, который трансформируется в соответствии с принятым
решением в заключенный договор. А само решение арбитража, будучи
юридическим фактом, завершает необходимый юридический состав.
Рассмотрение судом споров, возникших в связи с требованием истца обязать
ответчика заключить договор и в равной мере по поводу разрешения
преддоговорного спора относительно конкретных условий, входит в компетенцию
судебной системы вообще и конкретного суда в частности, исходя из общих
правил о подведомственности и подсудности гражданских споров. Вся
особенность состоит лишь в том, что для возбуждения спора об обязанности
заключить договор необходимо соответствующее указание в ГК или в ином
законе, а для разрешения спора по конкретным условиям - предварительное
соглашение сторон (если иное не предусмотрено в законе).
Распространение на соответствующие споры общего режима подкрепляется,
помимо прочего, ст. 22 АПК РФ. Она называет в числе экономических споров,
разрешаемых арбитражным судом, споры "о разногласии по договору, заключение
которого предусмотрено законом или передача разногласия по которому на
разрешение арбитражного суда согласована сторонами", никоим образом их в
дальнейшем не выделяя.
В литературе отмечалось, что "возможность передачи спора, возникающего
при заключении договора, может быть предусмотрена в самом договоре. Эти
условия договора в деловом обороте принято называть арбитражной оговоркой. В
таком условии договора может быть указан суд, на разрешение которого стороны
договорились передать возникший спор" <*>.
--------------------------------
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть
первая. М.: Юринформцентр, 1995. С. 426.

Приведенное положение может быть дополнено. Во-первых, сторонам не
предоставлено права ни выбирать судебную систему, ни определять конкретную
подведомственность и подсудность гражданских споров, если только речь не идет
о достигнутом согласии передать дело на рассмотрение третейского суда. Во
всяком случае, с точки зрения процессуальной, решение соответствующих
вопросов не связано с предметом спора: оно одинаково вне зависимости от того,
идет ли речь о преддоговорном или каком-либо ином споре.
Во-вторых, условие, включающее "арбитражную оговорку", имеет сложную
правовую природу. Как подчеркнуто в ст. 16 Закона РФ от 7 июля 1993 г. "О
международном коммерческом арбитраже", арбитражная оговорка, являющаяся
частью договора, должна трактоваться как соглашение, не зависящее от других
условий договора. Решение третейского суда о том, что договор ничтожен, не
влечет за собой в силу закона недействительность арбитражной оговорки. При
этом арбитражная практика считает, что и прекращение (расторжение договора)
не влияет на действительность арбитражной оговорки <*>. Есть основания
полагать, что такое же решение должно быть вынесено в ситуации, когда
достигнуто соглашение о передаче дела в третейский суд между сторонами, ни
одна из которых не является иностранцем. Национальная принадлежность
стороны не влияет на юридическую природу соответствующего соглашения.
--------------------------------
<*> См.: Розенберг М.Г. Контракт международной купли - продажи. М.: Изд-во
Международного центра экономического развития, 1996. С. 36 - 37.

Особый порядок установлен ст. 507 ГК применительно к случаю, когда между
сторонами возникли разногласия при заключении одного из наиболее
распространенных договоров - поставки. Речь идет о последствиях получения
оферентом сообщения адресата оферты, содержащего предложение согласовать
отдельные условия, включенные в оферту. Получив такое предложение, оферент
должен в течение тридцати дней с момента его поступления или в иной срок,
установленный в законе или в достигнутом соглашении, принять меры по
согласованию соответствующих условий или письменно уведомить другую
сторону об отказе от заключения договора. В противном случае оференту
придется возместить убытки, которые им причинены уклонением от согласования
договорных условий.
По своей юридической природе указанная ситуация представляет собой
случай возникновения обязательства возместить убытки, основанием которого
служит закон или, точнее, предусмотренный в нем юридический факт -
непринятие мер к согласованию. Цель введения данного обязательства как будто
бы ясна: она состоит в устранении неопределенности во взаимоотношениях
сторон путем перенесения риска на того, кто такую неопределенность породил.
Однако некоторые сомнения возникают. Как уже отмечалось, речь идет о
связанных с приведенной нормой определенных трудностях у поставщиков,
которым по роду своей деятельности необходимо заключать большое количество
договоров. Кроме того, остаются неясными по крайней мере два обстоятельства.

<< Предыдущая

стр. 37
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>