<< Предыдущая

стр. 46
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

использовал для их обозначения термин "обыкновенные") относятся те, которые
вытекают из диспозитивных норм закона и обычаев. Такие нормы могут и не найти
никакого выражения в самом договоре и, несмотря на это, должны применяться к
порождаемым им отношениям. В отличие от них случайными признаются
договорные условия, которые, не будучи основными, необходимыми для всех
вообще сделок (договоров) определенного типа, содержат согласованные
сторонами положения, которые иногда не совпадают с диспозитивными нормами
закона или обычаями <*>.
--------------------------------
<*> См.: Май С.К. Указ. работа. С. 72 и сл.

Сходные позиции являлись и являются господствующими и в нашей науке.
Об этом можно судить уже по тому, что трехчленное деление договорных условий
нашло отражение в большинстве изданных в разное время учебников <*>. И лишь
изредка в них можно обнаружить отступления от этой генерализованной идеи.
--------------------------------
<*> Такие взгляды высказали М.О. Бару (Советское гражданское право. Киев,
1977. С. 403), И.Б. Новицкий (Советское гражданское право. М.: Госюриздат, 1950.
С. 370 - 371), Х.И. Шварц (Советское гражданское право. М.: Госюриздат, 1965. С.
45), А.Ю. Кабалкин (Советское гражданское право. Т. I. М.: Юрид. лит., 1965. С.
449 и сл.), З.Г. Крылова (Советское право. М.: Юрид. лит., 1978. С. 146), С.И.
Вильнянский (Лекции по советскому гражданскому праву. Харьков: Изд-во ХГУ,
1958. С. 316 и сл.), С.Н. Ландкоф (Основи цивiльного права. "Рад. школа", 1948. С.
177) и др.

В литературе при освещении различных вопросов, связанных с содержанием
договоров, как правило, воспроизводятся представления о существенных
условиях, которые непосредственно вытекают из ст. 432 ГК. По указанной причине
особых расхождений по этому вопросу не наблюдается.
Иное дело условия, которые не относятся к существенным, т.е. обычные и
случайные. Наибольший интерес представляют по этим вопросам точки зрения,
отраженные в работах О.С. Иоффе и И.Б. Новицкого, которые в целом близки
одна другой.
Так, О.С. Иоффе приходил к выводу, что обычными являются условия,
наличие или отсутствие которых на факт заключения договора никакого влияния
не оказывает. "Более того, практически нет необходимости включать обычные
условия в договор, так как они сформулированы в законе или иных нормативных
актах и, поскольку контрагенты согласились заключить данный договор, они тем
самым признаются выразившими согласие подчиниться тем условиям, которые по
закону распространяются на договорные отношения соответствующего вида или
на все договоры вообще". Наконец, как случайные должны рассматриваться
условия, которые тоже "не имеют значения для заключения договора. Но если
обычные условия предусматриваются законом и потому вступают в действие в
силу одного только факта заключения договора, то случайные условия могут
возникнуть и приобрести юридическое действие только в том случае, что они
будут включены в самый договор" <*>.
--------------------------------
<*> Иоффе О.С. Советское гражданское право. Т. I. С. 387 - 388.

Из приведенных там же примеров видно, что смысл обычных условий
усматривался О.С. Иоффе в их совпадении с диспозицией диспозитивной нормы,
в то время как случайные представляют собой варианты, которые, совпадая по
пределам своего действия с одной из диспозитивных норм, вместе с тем
содержат отличный от ее диспозиции вариант.
И.Б. Новицкий выделил, кроме существенных, прежде всего такие пункты,
которые обыкновенно встречаются в определенных договорах, вследствие чего
эти пункты предусматриваются диспозитивными нормами (обычные пункты
договора). Следовательно, если даже стороны совсем не предусмотрели
подобного рода вопроса, предполагается, что они имели в виду обычный способ
его решения, который выражен в диспозитивной норме. Если стороны желают
придать своему договору в этой части иное содержание, им предоставляется
возможность включить в договор соответствующее указание, и тогда
диспозитивная норма не получит применения. Тем самым речь идет об обычных
условиях. Наряду с ними выделены также "случайные пункты, т.е. такие, которые
не являются ни необходимыми, ни обычными частями договора и входят в его
содержание лишь тогда, когда того пожелают стороны (например, условия в
техническом смысле слова)" <*>.
--------------------------------
<*> Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С. 148.

Таким образом, приведенные взгляды в вопросе об обычных условиях
(пунктах) совпадают: оба автора относят к их числу условия, которые закреплены
в диспозитивной норме. Что же касается условий случайных, один из авторов
включает в это число только те, которые отступают от диспозитивных норм (О.С.
Иоффе), а другой (И.Б. Новицкий) - любые, кроме существенных и обычных.
Применительно к взглядам О.С. Иоффе, связывающего и обычные, и
случайные условия договора с тем, как решается вопрос в соответствующей
правовой норме (в согласии с ней или в отличие от нее), остается неясным, к
какой именно группе следует отнести условие, по поводу которого самим
законодательством решается вопрос в виде не императивной, а только
диспозитивной или факультативной нормы. Поскольку с точки зрения О.С. Иоффе
группы обычных и случайных условий в равной степени являются замкнутыми,
следует отнести согласованные условия, не предусмотренные действующими
нормами, к существенным. Такой вывод соответствует ст. 432 ГК, которая
оставляет нишу для подобных условий, устанавливая, что, среди прочих,
существенными являются любые условия, относительно которых по требованию
одной из сторон достигнуто согласие. И это, как постараемся показать, является
наиболее отвечающим природе договора решением.
Что же касается позиции И.Б. Новицкого, то она, полагаем, расходится с той
же ст. 432 ГК. Имеется в виду, что, если случайные условия появляются всегда,
когда "стороны этого пожелают", остается открытым вопрос о том, чем же такое
условие отличается от существенного. Речь идет о том, что как раз последнее и
создается "по заявлению одной из сторон, в силу которого должно быть
достигнуто согласие". Соответствующая норма - ст. 432 ГК, таким образом, без
каких-либо ограничений называет существенным условие, созданное по воле,
следовательно, "по желанию" одной из сторон.
Об устойчивости оспариваемой точки зрения можно судить по тому, что и в
последнем по времени его издания учебнике гражданского права автор
соответствующей главы (Н.Д. Егоров), высказав ряд весьма интересных, хотя и не
бесспорных, на наш взгляд, соображений относительно классификации
договорных условий, использует все те же исходные положения для
разграничения указанных трех групп: существенных, обычных и случайных
условий.
Не возражая против признания договорными только условий, служащих
результатом соглашения, Н.Д. Егоров вместе с тем полагает, что
соответствующие условия охватывают и положения, закрепленные в
императивных нормах. Он опирается при этом на то, что включение
императивных норм в состав договорных условий также основано на соглашении
сторон. Имеется в виду, что "если стороны достигли соглашения заключить
данный договор, то тем самым они согласились и с теми условиями, которые
содержатся в законодательстве об этом договоре" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право. Т. I. С. 433.

Указанный вывод представляется спорным. Любое соглашение предполагает
определенный выбор из различных вариантов. Между тем императивные нормы
такой выбор исключают, поскольку договорное условие, которое расходится с
императивной нормой, заведомо объявляется недействительным.
Принципиальное значение имеет то обстоятельство, что, к какому бы результату в
соглашении между собой стороны ни пришли и что бы ни было ими включено в
договор, все равно будет действовать положение, закрепленное в императивной
норме. К этому можно добавить и то, что договорное условие - составная часть
договора, а значит, тем самым и составная часть соглашения. Однако всем, что
присуще роду, обладает и каждый его вид. И тогда трудно объяснить, как может
быть элементом соглашения то, по поводу чего заведомо соглашаться не только
не нужно, но и бесцельно, поскольку согласие на условиях, противоречащих
императивной норме, представляет собой действие противоправное со всеми
вытекающими отсюда последствиями.
Одна из особенностей позиции О.С. Иоффе, И.Б. Новицкого, Н.Д. Егорова и
всех других, кто выступает за трехчленное деление условий договора,
проявляется при определении сущности обычных условий. Эта особенность
получила выражение, в частности, в споре О.С. Иоффе с В.И. Кофманом <*> и
Р.О. Халфиной <**>. Применительно к первому оппоненту спор касался вопроса о
том, следует ли императивные нормы включать в число обычных условий. В
противовес взглядам В.И. Кофмана, полагавшего, что положения императивных
норм являются не обычными, а существенными условиями договора, О.С. Иоффе
указывал на то, что "существенные условия характеризуются ... такой
особенностью, как обязательность их согласования сторонами и
непосредственное выражение в самом договоре, который в противном случае не
считается заключенным. Если же по своей объективной природе условие
относится к числу обычных, то, хотя бы оно закреплялось императивной нормой,
подобное требование не предъявляется" <***>.
--------------------------------
<*> См.: Советское гражданское право. Т. I. М.: Высшая школа, 1968. С. 425 -
420.
<**> См.: Советское гражданское право. Т. I. М.: Юрид. лит., 1969. С. 459 -
460.
<***> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 31.
В своих возражениях Р.О. Халфиной, которая вообще исключала
императивные нормы из числа договорных условий, О.С. Иоффе обращал
внимание на то, что "суть обычных условий в том и состоит, что стороны их не
согласовывают, а принимают правила самого закона. И если даже они были
лишены возможности видоизменить условия, императивно закрепленные законом,
самый факт заключения договора свидетельствует о том, что они согласились
подчинить его также и этим условиям" <*>.
--------------------------------
<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 31.

Однако возражения О.С. Иоффе в том и в другом случае кажутся все же
спорными.
Полагаем, что, принимая решение о заключении договора, стороны имеют в
виду по общему правилу не конкретную императивную норму, а подчинение
своего договора действующему в стране правовому порядку. При этом сам этот
порядок во всех случаях является абсолютно обязательным для сторон.
Кроме того, если обычное или существенное условие договора представляет
собой согласование воли сторон, то в отношении безусловно обязательной,
императивной нормы это будет означать: речь идет не о том, согласились ли
стороны с действием соответствующей нормы, а о другом: они заключили
договор, согласовав его условия. Подчинения правовому порядку они не
согласовали, а только принимали необходимость его во внимание при
определении отдельных условий договора и заключении договора в целом.
Что же касается идеи, в силу которой норма должна быть признана
договорным условием, поскольку она становится правилом, лишь если стороны
заключили договор, то такое "если" характерно для действия едва ли не любой
нормы, поскольку оно заложено в самой ее природе. Например, таможенные
правила начинают действовать только при условии, если лицо или груз
пересекают границы страны, а правила дорожного движения - если лицо сидит за
рулем автомашины.
Наконец, следует учесть и то, что сами статьи в разное время принятых
Гражданских кодексов, посвященные существенным условиям (в частности, ст.
432 ГК), упоминая о законе, имеют в виду только одно его значение: законом
определяется круг существенных условий (не сами условия!).
Те, кто считают императивные нормы частью договора, оказываются, как
представляется, в затруднительном положении, когда приходится определить,
какие именно императивные нормы следует считать договорными условиями. Не
случайно поэтому взгляды О.С. Иоффе и Н.Д. Егорова в этом вопросе не
совпадают. Так, в отличие от Н.Д. Егорова, который, как видно из приведенной
выше цитаты, включает в число договорных условий положения императивных
норм, относящиеся только к "данному договору", О.С. Иоффе считает, что в
подобных случаях соглашение сторон означает "согласие подчиниться условиям,
которые по закону распространяются на договорные отношения
соответствующего вида или на ВСЕ ДОГОВОРЫ ВООБЩЕ (выделено нами. -
Авт.)" <*>.
--------------------------------
<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 31.

Но если считать императивные нормы договорными условиями, то, очевидно,
не должно быть никакой разницы между нормами, которые регулируют данный
вид (тип) договоров, договоры и обязательства вообще, и едиными для всего
гражданского оборота положениями (т.е. всеми теми нормами, необходимость в
применении которых возникает при заключении договора, при его исполнении, а
также при решении вопроса об ответственности сторон за его нарушение). С этой
точки зрения позиция О.С. Иоффе кажется предпочтительнее, хотя, как уже
отмечалось, в более общем плане с ней также согласиться трудно.
В результате остается, на наш взгляд, присоединиться к Р.О. Халфиной в
том, что императивные нормы находятся за рамками договорных условий.
Соотношение договора - сделки с диспозитивными нормами обладает рядом
особенностей, которые в конечном счете предопределены самим характером
этого вида норм.
Сопоставляя диспозитивные нормы с императивными, есть основания прийти
к выводу, что первые по самой своей сущности представляют собой лишь
условный вариант вторых. Имеется в виду, что любая диспозитивная норма
превращается в императивную исключительно в силу того факта, что стороны не
выразили согласия на отступление от нее, предусмотрев в договоре какой-либо
другой вариант. Таким образом, и императивная и диспозитивная нормы
(последняя в силу отсутствия "иного" в договоре) сами по себе автоматически
становятся правилами поведения контрагентов. С момента заключения договора
диспозитивная норма, если иное не предусмотрено в ней, является таким же
абсолютным, не знающим исключений регулятором поведения сторон, как и
норма императивная.
Поскольку диспозитивная норма не отличается от нормы императивной до
той поры, пока стороны не включат в договор иное, в указанной ситуации
диспозитивная норма, подобно норме императивной, также должна считаться
находящейся за пределами договора.
Особая ситуация складывается, если стороны, воспользовавшись
возможностью, предоставленной им диспозитивным характером нормы, отступили
от нее в конкретном договоре. В последнем случае речь действительно идет о
договорном условии.
Однако, на наш взгляд, принципиальное значение имеет то, что оснований
для формирования самостоятельной группы в составе таких условий, отличных по
содержанию от диспозиции диспозитивной нормы, не существует. Решающее
значение для такого вывода имеет сама техника заключения договора. Всякий
раз, когда сторона хочет иметь в нем отличную от приведенной в диспозитивной
норме редакцию соответствующего положения, ей следует включить ее в свою
собственную оферту (прямую или встречную). Такая редакция станет договорным
условием только тогда, когда вторая сторона с этим согласится.
Тем самым указанная ситуация превращается в простую разновидность
более общей: сторона выдвигает условие, по которому должно быть достигнуто
соглашение. Однако ст. 432 ГК, как подчеркнуто в ней, все такие условия относит к
числу существенных. Значит, то, что предлагают считать случайными условиями,
т.е. условиями, содержащими вариант, отличный от диспозитивной нормы, либо
основанный на нормах факультативных, либо, наконец, сконструированный
самими сторонами вне связи с какими-либо конкретными нормами, - все такие
условия обладают признаками существенных.
Таким образом, оснований для выделения как обычных, так и случайных
условий, на наш взгляд, не остается.
Н.Д. Егоров полагает, что "в отличие от существенных, отсутствие случайного
условия лишь в том случае влечет за собой признание данного договора
незаключенным, если заинтересованная сторона докажет, что она требовала
согласования данного условия. В противном случае договор считается
заключенным без случайного условия" <*>. Но все дело, как представляется, в
том, что в приведенном самим автором примере - условия о доставке товаров
именно воздушным транспортом при отсутствии на этот счет диспозитивной
нормы, соответствующий пункт может появиться в договоре только одним путем:
сторона проявит инициативу в его формулировании и будет настаивать на
принятии такого пункта, а другая - с этим согласится. Но это как раз и является
необходимым и достаточным признаком условия, которое ГК именует
существенным. Конечный вывод состоит, таким образом, в том, что никаких
других условий, кроме существенных, в договоре не может быть. Все дело лишь в
том, что одни условия становятся существенными в силу обязательной для
сторон императивной нормы, требующей их согласования, другие - в силу того,
что сторона воспользовалась предоставленной диспозитивной нормой
возможностью, третьи - в силу самого характера соответствующей договорной
модели, а четвертые - благодаря признанной одной из сторон необходимости
включения их в договор. Последний вариант охватывает в равной мере отличные
от диспозитивной нормы положения, содержащие отсылку к факультативной
норме и сконструированные сторонами.
--------------------------------
<*> Гражданское право. Т. 1. 1996. С. 434.

<< Предыдущая

стр. 46
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>