<< Предыдущая

стр. 8
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

практики. И одним из способов устранения этого недостатка служит обращение к
общим нормам.
В рамках самого ГК принцип верховенства специальных норм по отношению
к общим выражается прежде всего в том, что нормы отдельных глав раздела IV,
посвященные различным типам договоров, вытесняют правила, включенные в
раздел III (имеются в виду в равной мере статьи, посвященные и общим
положениям об обязательствах, и общим положениям о договорах). Приоритет, о
котором идет речь, закреплен теперь в п. 3 ст. 420 ГК. В нем предусмотрено, что к
обязательствам, возникшим из договора, применяются нормы подраздела 1
"Общие положения об обязательствах" раздела 3 "Общая часть
обязательственного права", если иное не предусмотрено правилами гл. 27
"Понятие и условия договора" и правилами ГК об отдельных типах (видах)
договоров.
Принцип верховенства специальных норм носит генеральный характер и
действует независимо от того, закреплен он в нормах, посвященных
соответствующему договору, или нет. В ГК обычно приоритет норм, относящихся к
типу, по отношению к нормам об отдельных его видах особо подчеркивается в
соответствующих главах. Имеются в виду п. 5 ст. 454 ГК ("Купля - продажа"), ст.
625 ГК ("Аренда"), п. 2 ст. 702 ГК ("Подряд"), ст. 905 ГК ("Хранение"). Вместе с тем
в статьях о договорах ренты и пожизненного содержания с иждивением такого
указания нет. Нет его и в главе о расчетах. Однако не должно вызывать сомнений,
что нормы, включенные в "Общие положения о ренте и пожизненном содержании
с иждивением" и в "Общие положения о расчетах", точно так же являются
запасными на случай отсутствия иного в специальных параграфах
соответствующей главы.
На практике может возникнуть вопрос о коллизии между двумя
рассмотренными принципами. Это бывает тогда, когда отменяется акт,
содержащий общие положения. Как правило, в подобных случаях специальные
нормы остаются в силе. Такой вывод следует из самого характера специального
акта (нормы) - его верховенства по отношению к общему акту.
Например, не было нужды в особых указаниях относительно сохранения
силы Закона РФ "О защите прав потребителей", принятого в 1992 г., т.е. до
вступления в силу нового ГК (это же относится к транспортным уставам и
кодексам). По отмеченной причине все обстоит наоборот: чтобы специальные
нормы разделили судьбу общих норм, в самом новом акте или в изданном для
этой цели акте должно содержаться особое указание на этот счет. Примером
могут служить Вводные законы к ГК. Так, при принятии Закона "О порядке
введения в действие первой части ГК" было сочтено необходимым указать на
отмену законов РСФСР от 24 декабря 1990 г. "О собственности в РСФСР" <*> и от
25 декабря 1990 г. "О предприятиях и предпринимательской деятельности" <**> (в
последнем кроме ст. ст. 34 и 35). А в Законе "О порядке введения в действие
второй части ГК" таким же образом предусмотрено, что не будут применяться
Основы законодательства Союза ССР и союзных республик "Об аренде" от 23
ноября 1989 г. <***>.
--------------------------------
<*> См.: Ведомости РСФСР. 1990. N 30. Ст. 416.
<**> См. там же. Ст. 417.
<***> Ведомости СССР. 1989. N 25. Ст. 481; 1991. N 12. Ст. 325.

Однако следует иметь в виду, что специальные нормы могут утратить свое
действие и в еще одном случае: если более поздние общие положения вообще
исключат специальное урегулирование.
Существует теперь и третий по счету принцип, выражающий ту же
горизонтальную иерархию. Указанный принцип выражен в п. 2 ст. 3 ГК. Он
сводится к тому, что "гражданское законодательство состоит из настоящего
Кодекса и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов...". Центр
тяжести приведенного положения лежит в словах "в соответствии", которые явно
выражают верховенство ГК по отношению к другим федеральным законам.
Верховенство ГК очень четко проведено в последней по времени редакции
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 г. N 7 "О
практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" на примере
законов, посвященных отношениям с участием потребителей. Пленум признал
допустимым действие таких законов лишь при условии, если это прямо
предусмотрено ГК (в качестве примера приведены п. 3 ст. 492 и п. 3 ст. 730 ГК), а
при отсутствии такого указания - если законы и иные правовые акты, о которых
идет речь, только конкретизируют и детализируют нормы ГК, посвященные
соответствующим правоотношениям. Что же касается установления законами и
другими правовыми актами иных, чем в ГК, правил, такие акты могут быть
приняты лишь при условии, если возможность установления "иных правил" прямо
допускается ГК <*>.
--------------------------------
<*> См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1997. N 3. С. 4.

Особое место Кодекса служит гарантией единства отрасли. Оно позволяет
избежать возможных противоречий между ним и другими актами, принятыми не
только на разном, но и на одном с ГК уровне. Не случайно в последние годы
существования в нашей стране плановой экономики законодатель был особенно
озабочен тем, что называлось "устранением недостатков хозяйственного
законодательства". Последнее представляло собой межотраслевую
кодификацию, насчитывавшую несколько десятков тысяч принятых на разном
уровне актов, не увязанных между собой.
Устранение возможных противоречий в основополагающих, принятых на
высшем уровне актов - одно из важнейших требований, призванных обеспечить
создание унифицированного, логически стройного, свободного от внутренних
противоречий гражданского права. В современных условиях указанные
требования служат залогом необходимого упорядочения складывающегося в
стране рынка товаров, работ и услуг. А одно из наиболее эффективных средств
для этого - последовательное признание приоритета ГК, имеющего
исключительное значение для государства с переходным экономическим и
общественным строем.
ГК не относится к числу федеральных конституционных законов, поскольку он
не отвечает требованиям, предъявляемым к такого рода актам ст. 108
Конституции РФ. Имеется в виду, что федеральный конституционный закон
принимается, во-первых, только по вопросам, предусмотренным Конституцией РФ
(принятие ГК как федерального конституционного закона Конституцией РФ не
предусмотрено), и, во-вторых, с соблюдением специальной процедуры
голосования, предполагающей квалифицированное большинство - не менее 3/4
голосов от общего числа членов Совета Федерации и 2/3 голосов от общего числа
депутатов Государственной Думы (в отличие от этого Кодекс принимается
простым большинством голосов).
Вместе с тем ГК по своей юридической силе в определенной мере
приравнивается к федеральным конституционным законам. Это выражается в
том, что по отношению к любым другим федеральным законам он занимает
положение "первого среди равных" - primus inter pares.
Требование о соответствии федерального закона Кодексу имеет в виду
прежде всего нормотворческую деятельность, которая осуществляется после
вступления в силу ГК. Речь идет о том, что в случаях, когда законодатель
принимает акт, содержащий нормы, отличные от тех, которые закреплены в
Кодексе, необходимо внести вытекающие из этого акта изменения в текст ГК. До
тех пор пока это не будет сделано, участники оборота должны руководствоваться
ГК.
В связи с применением ст. 3 ГК возникает прежде всего вопрос о
принципиальной возможности существования закона, являющегося, подобно
Кодексу, по отношению к другим, принятым на том же уровне актам, "первым
среди равных". На наш взгляд, поскольку Конституция РФ не запрещает
устанавливать не противоречащую предусмотренной в ней иерархию актов, нет
оснований сомневаться в возможности законодателя поступить подобным
образом.
Практика придания особой силы отдельным законам, составляющим ядро
определенного нормативного массива, и прежде всего определенной отрасли,
получила развитие в последнее время.
Примером может служить Водный кодекс РФ. В одной из своих статей (2) он
предусмотрел: "Водное законодательство Российской Федерации состоит из
настоящего Кодекса и принимаемых в соответствии с ним федеральных законов и
иных нормативных и правовых актов Российской Федерации".
Еще более четко приоритет основополагающего акта выражен в Законе "О
соглашениях о разделе продукции" от 6 декабря 1995 г.: "В случае, если
законодательными актами РФ установлены иные правила, чем те, которые
предусмотрены настоящим Федеральным законом, в сфере регулирования
отношений, указанных в пункте 1 настоящей статьи, применяются правила
данного Закона" <*>.
--------------------------------
<*> Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 1. Ст. 18.

Другой вопрос связан с действием ст. 12 ГК, а также ст. 11 Арбитражного
процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ). Указанные статьи, как уже
отмечалось, предоставляют суду право самостоятельно решать вопрос о
юридической силе лишь подзаконных нормативных актов. Имеется в виду право
суда не применять акт государственного органа или органа местного
самоуправления, противоречащий закону. Что же касается закона, то оспаривание
его возможно только в Конституционном Суде РФ. При этом оспаривать закон
можно только по причине несоответствия закона, равно как и любого другого
правового акта, Конституции РФ (ст. 22 Закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации").
На наш взгляд, ситуация, о которой идет речь, - несоответствие закона
Гражданскому кодексу - не отличается от любой другой, которая постоянно
возникает перед судом, когда решается вопрос об иерархии актов. Задача суда, и
это вытекает из его общей компетенции, состоит в выборе действующего
применительно к данному конкретному случаю закона (иного нормативного акта).
Наиболее близка к рассматриваемой ситуация, при которой предстоит
выбрать один из двух коллизирующих законов, изданных в разное время.
Особенно широкое распространение получили такие случаи при принятии ГК,
когда речь шла о применении к заключенному до вступления в силу Кодекса
договору старого или нового закона. При этом не возникает сомнений в том, что
суд вправе, руководствуясь соответствующими установками, в частности
содержащимися во Вводном законе, выбрать именно ту норму, которую он, суд,
считает имеющей силу. Следовательно, как уже отмечалось, суд в рамках своей
компетенции применительно к конкретному делу отвергает действие
определенного закона.
Иное дело, когда суд при рассмотрении дела приходит к выводу, что
подлежащий применению или примененный закон не соответствует Конституции
РФ. В подобном случае суд обязан вынести постановление одновременно об
обращении в Конституционный Суд РФ и приостановлении производства по делу
или исполнения вынесенного судом решения до принятия постановления
Конституционным Судом РФ. Конституционный Суд РФ проверяет
соответствующий акт с точки зрения его содержания, формы, порядка
подписания, опубликования и введения в действие, соблюдения
предусмотренного Конституцией РФ разделения компетенции между
федеральными органами государственной власти, а также разграничения
предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и
органами государственной власти субъектов Федерации, установленного
Конституцией РФ, федеративными и иными договорами о разграничении
предметов ведения и полномочий <*>.
--------------------------------
<*> См. ст. ст. 103 и 86 Закона о Конституционном Суде Российской
Федерации (Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. N 13. Ст.
1447.)

В настоящее время вопрос о приоритете ГК стал особенно острым, поскольку
наступило время принятия на его основе по разным вопросам большого числа
законов, и прежде всего прямо предусмотренных в ГК. Если указанные законы
будут включать противоречащие Кодексу нормы без последующего изменения
соответствующих статей ГК, то это несомненно приведет к отмеченным выше
последствиям: разрушению единства гражданского права, которое возможно
только при признании верховенства Кодекса <*>.
--------------------------------
<*> На это обстоятельство обратил особое внимание Президент Российской
Федерации, отклоняя Закон Российской Федерации "Об оценочной деятельности
в Российской Федерации" (см. соответствующее письмо Президента Российской
Федерации: Российская газета. 1997 г. 14 мая).

Вот только один пример: 24 ноября 1996 г. принят Закон "Об основах
туристической деятельности в Российской Федерации" <*>. В действующем ГК
содержится глава 39 "Возмездное оказание услуг", посвященная
соответствующему типу договоров. Пункт 2 ст. 779 ГК прямо называет в перечне
возмездных услуг, которые регулируются главой 39, "услуги по туристическому
обслуживанию". Между тем Закон рассматривает туристическое обслуживание как
разновидность розничной купли - продажи, имея в виду, что его предметом
является "туристическая продукция", т.е. "право на тур, предназначенное для
реализации туристу". Естественно, что ряд норм Закона вступил в противоречие с
соответствующей главой ГК; в частности, это коснулось и таких вопросов, как
права сторон на односторонний отказ от исполнения договора и ответственность
туристической организации за нарушение своих обязанностей.
--------------------------------
<*> См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 49. Ст.
5491.

Приходится сожалеть, что Постановление Пленума Верховного Суда РФ и
Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых
вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса
Российской Федерации" <*> обошло вопрос о соотношении ГК с другими законами
и путях его разрешения при рассмотрении конкретных дел молчанием <**>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1996.
N 9. Ст. 5.
<**> Вместе с тем следует отметить, что Судебная коллегия по гражданским
делам Верховного Суда Российской Федерации в одном из рассмотренных ею дел
не совсем точно интерпретировала ст. 4 Вводного закона к первой части ГК,
полагая, будто "противоречащая ГК Российской Федерации норма права не
подлежит применению. Применению подлежит соответствующая норма
Гражданского кодекса Российской Федерации" (Судебная практика по
гражданским делам, 1993 - 1996). К сожалению, такой нормы во Вводном законе
от 30 ноября 1994 г. нет, хотя сам по себе вывод Судебной коллегии не вызывает
сомнений по существу.

Принцип приоритета ГК может столкнуться с двумя другими принципами, о
которых шла речь: приоритета позднейшего акта и акта специального.
Применительно к первой из таких коллизий решение должно быть основано на
верховенстве ГК по отношению к соответствующему акту. Аналогично, как
правило, должен решаться вопрос и при коллизии со вторым принципом. Однако
следует иметь в виду особенности ситуации, при которой речь идет о
специальном законе, посвященном определенному типу (виду) договоров.
Примером может служить п. 2 ст. 525 ГК ("Основания поставки товаров для
государственных нужд"). Первая его часть предусматривает, что к
соответствующим отношениям должны применяться правила о договоре
поставки, если иное не предусмотрено ГК. А вторая часть устанавливает, что к
отношениям по поводу поставки товаров для государственных нужд субсидиарно
применяются "законы о поставке товаров для государственных нужд". И тогда
возникает вопрос: что делать, если в закон о поставке товаров будет включена
новелла, которая противоречит статьям ГК о договоре поставки? Сходная
ситуация имеет место и в отношении других договоров, применительно к которым
существуют в ГК общие положения о данном типе договоров и параллельно с
ними специальные нормы об отдельных его видах. Соответственно в этих случаях
может возникнуть необходимость определить: допустимо ли, например, в закон о
договоре бытового подряда включить нормы, противоречащие общим
положениям о договоре подряда? Сам ГК содержит прямой ответ только
применительно к хранению. Речь идет о ст. 905 ГК: "Общие положения о хранении
применяются к отдельным его видам, если правилами об отдельных видах
хранения, содержащимися в статьях 907 - 926 настоящего Кодекса И В ДРУГИХ
ЗАКОНАХ (выделено нами. - Авт.), не установлено иное".
Очевидно, при отсутствии в ГК указаний, аналогичных тем, которые
содержатся в приведенной ст. 905 ГК, все равно должен быть дан тот же ответ,
что и в указанной статье. Это объясняется тем, что, коль скоро ГК, во-первых,
рассматривает нормы о типах (видах) договоров как специальные, а, во-вторых, в
специальную норму о данном виде договоров помещает отсылку к закону, такой
закон и все включенные в него нормы приравниваются к специальным нормам
самого ГК, посвященным тому же типу (виду) договоров.
Следовательно, здесь нет коллизии между ГК и другим законом. В
рассматриваемой ситуации речь идет о коллизии внутри самого Кодекса и на
первое место выступает соотношение между специальной нормой (нормой
изданного в соответствии с ГК закона) и общей нормой соответствующего
параграфа (главы) ГК.
Признание приоритета ГК по отношению к другим законам не только не
исключает, но, напротив, предполагает широкую законотворческую деятельность
в сфере гражданского права на разном уровне.
При этом ГК проявляет различное отношение к названным в нем правовым
актам. В одних случаях он конкретизирует и прямо развивает принцип,
закрепленный в ст. 3 ГК. Соответственно в ряде его статей, посвященных
договорам, содержится отсылка к законам или иным правовым актам с
одновременным признанием приоритета ГК по отношению к ним.

<< Предыдущая

стр. 8
(из 131 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>