<< Предыдущая

стр. 100
(из 142 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

неправомерное пользование переданной на хранение вещи. Так, акционерное общество
заключило с меланжевым комбинатом договор на оказание услуг, выражавшихся в принятии на
ответственное хранение изготовленной продукции и ее отгрузке. Договором было
предусмотрено, что комбинат не вправе по своему усмотрению пользоваться переданной ему
на хранение продукцией (тканью). При нарушении этого условия он обязан был выплатить
акционерному обществу двукратную стоимость использованной ткани. Комбинат нарушил
данную обязанность, и тогда возник вопрос о том, что имели в виду стороны под "двукратной
стоимостью". Необходимость дать на него ответ была связана с тем, что акционерное общество
рассматривало указанную двойную стоимость как цену использованной комбинатом продукции.
А если это так, то проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК) должны были
исчисляться применительно к сумме, составляющей эту двукратную стоимость. Однако
Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ с таким пониманием соответствующего договора
не согласился. Он указал на то, что "двукратная стоимость" - это обычная неустойка, право на
взыскание которой возникло в связи с допущенным комбинатом нарушением договора. А из
этого следует, что базу для исчисления процентов по ст. 395 ГК должна составить именно
однократная стоимость ткани <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда. 1997. N 5. С. 66 - 67.

При отсутствии на этот счет в договоре указаний, подобных тем, которые имелись в
приведенном случае, речь может идти о взыскании неосновательного обогащения (например,
использование хранителем на стоянке автомашин, принадлежащих поклажедателям), а при
повреждении вещи, утрате ее товарного вида и других последствиях, повлекших снижение
стоимости вещи, - о возмещении убытков.
Из ст. 906 ГК, закрепившей возможность существования обязательства хранения, которое
возникает из закона, и приоритет норм, содержащихся в такого рода законах по отношению к гл.
47 Кодекса, следует, в частности, что хранитель может быть наделен правом пользоваться
вещью и в силу закона. Такое исключение из действия ст. 892 ГК содержится в ст. 53 ФЗ "Об
исполнительном производстве". Она предусматривает, что лица, которым передано на
хранение имущество должника, вправе пользоваться этим имуществом, если только по причине
особых его свойств использование не ведет к уничтожению или уменьшению ценности
имущества. При этом фактически полученная от использования арестованного имущества
выгода засчитывается в счет подлежащего выплате вознаграждения.
Или другой пример: пользование арестованными ценными бумагами при их хранении
допускается, но только в интересах своевременного, полного и правильного выполнения
исполнительного документа <*>.
--------------------------------
<*> См. п. 8 Порядка наложения ареста на ценные бумаги (Собрание законодательства
РФ. 1998. N 33. Ст. 4035).

Общие нормы о пределах права пользования со стороны хранителя распространяются и
на fructus. Имеется в виду, что полученные за время хранения плоды, а равно и доходы
должник обязан передавать поклажедателю вместе с возвращением вещи. Указанная норма (п.
3 ст. 900 ГК) является диспозитивной, допуская иное в договоре.
Договор хранения как таковой не предполагает наделения хранителя не только правом
пользования, но в такой же мере и правом распоряжения переданным ему на хранение
имуществом. Специальный случай распоряжения вещью - передача ее в пользование третьему
лицу - был рассмотрен выше. Распоряжение хранителем взятой на хранение вещью должно
рассматриваться как нарушение договора и влечь за собой обязанность возместить
поклажедателю причиненные убытки.
ГК предусматривает определенные исключения из правила, по которому не допускается
распоряжение хранителем переданным на хранение имуществом. Так, в общих положениях о
хранении выделены три случая, при которых хранитель обладает в строго ограниченных
пределах указанным правомочием. В одном из них признание права распоряжения за
хранителем вызвано интересами исключительно этого поклажедателя, в другом - как
хранителя, так и всех вообще поклажедателей, передавших ему вещь, а в третьем - только
самого хранителя.
В первом случае имеется в виду наделение хранителя правом самостоятельно решать
вопрос о продаже вещи (или ее части), если она уже подверглась порче либо только возникла
реальная угроза порчи или обстоятельства, которые не позволяют обеспечить ее сохранность,
притом ожидать от поклажедателя своевременного принятия мер нельзя. Перечень условий,
при которых такая самостоятельная продажа возможна, а также порядок ее осуществления
определены в п. 2 ст. 893 ГК. Имеется в виду, что продажа должна осуществляться по цене,
соответствующей той, которая сложилась в месте хранения вещи. В случаях, когда
обстоятельства, вызвавшие необходимость продажи, возникли по причине, за которую
хранитель не отвечает, он передает поклажедателю вырученную за продажу сумму, сохраняя
право на возмещение своих расходов по продаже за счет выкупной цены.
Второй случай (см. о нем подробнее ниже) предусматривает ситуацию, при которой
хранитель приобретает право обезвредить или уничтожить хранящиеся у него вещи с
опасными свойствами (ст. 894 ГК).
Наконец, в третьем случае, как и в первых двух, у хранителя возникает возможность,
после предварительного письменного предупреждения поклажедателя, собственной волей
решить вопрос о ее продаже с соблюдением установленного порядка <*>. И порождается эта
возможность нарушением поклажедателем обязанности своевременно взять вещь обратно, в
том числе уклонением от получения вещи (см. п. 2 ст. 899 ГК).
--------------------------------
<*> Порядок, о котором идет речь, состоит в том, что вещи должны быть проданы по цене,
которая сложилась в месте хранения, а при их стоимости, по оценке, свыше 100 установленных
законом минимальных размеров оплаты труда продажа должна происходить с аукциона в
общем, установленном для того ст. 447 - 449 ГК порядке (п. 2 ст. 899 ГК).

Указанные ситуации объединяет то, что право распоряжения возникает у хранителя лишь
при наличии, на что уже обращалось внимание, определенных, указанных в соответствующих
нормах Кодекса обстоятельств. Иная ситуация выделена в ст. 918 ГК. В ней применительно к
хранению на товарном складе предусмотрена возможность наделения хранителя правом
распоряжаться сданными ему на хранение товарами (см. об этом ниже).
ГК усматривает смысл обязанностей хранителя в принятии мер по обеспечению
сохранности переданной ему вещи.
Пункт 1 ст. 891 ГК, посвященный критериям, которые должны учитываться при оценке
действий хранителя, ориентирует прежде всего на принятие мер, предусмотренных в договоре.
И только при отсутствии в нем соответствующих условий или их неполноте вступают в действие
"каучуковые критерии". Имеется в виду, что для сохранения вещи должны быть приняты и такие
меры, которые соответствуют обычаям делового оборота и существу обязательства, включая
свойства переданной на хранение вещи. Допускаются указания в договоре и обратного
характера: запрещение принятия определенных мер либо общее указание на то, что
предусмотренными в договоре мерами обязанность хранителя исчерпывается. Причины
появления такого рода условий могут быть самыми различными - от особенностей хранимой
вещи (например, недопустимость замораживания соответствующих продуктов) до нежелания
сделать более дорогим хранение. Соответственно нарушение такого ограничительного условия
в одних случаях приводит к принятию хранителем на себя риска возможных для самой вещи
последствий (ее гибели или повреждения), а в других - к освобождению поклажедателя от
необходимости компенсировать хранителю понесенные им для этой цели расходы.
Основная обязанность хранителя - сберечь вещь. Однако договором, законом или иными
правовыми актами на хранителя могут быть возложены обязанности предоставления, помимо
основной, и ряда дополнительных, связанных с нею услуг. Связь таких услуг с основной -
хранением - бывает и прямой, и косвенной. Примером могут служить услуги, предусмотренные
в Правилах наложения ареста на ценные бумаги. В целях своевременного и правильного
осуществления исполнительного производства, а также содействия реальному исполнению
решений судебных органов на специализированные организации, которым передаются на
хранение ценные бумаги, возложена обязанность при наступлении сроков платежа по ним или
их погашения принимать меры к истребованию денежных средств с дальнейшим зачислением
на депозитный счет соответствующего подразделения судебных приставов.
Обязательства по хранению вещи относятся к числу предполагающих их личное
исполнение должником. Это связано с тем, что поклажедатель, заключая договор, обычно
учитывает индивидуальные особенности хранителя: заслуживает ли он доверия и, в частности,
в состоянии ли по своему финансовому положению нести соответствующую ответственность,
обеспечивает ли имеющееся на складе оборудование необходимые для данной вещи условия
хранения и др. Учитывая все тот же особый, фидуциарный характер хранения, ст. 895 ГК,
посвященная передаче вещи на хранение третьим лицам, предусматривает получение на то
предварительного согласия поклажедателя. В этом согласии, однако, нет необходимости, если
возможность передачи вещи на хранение третьему лицу была заранее предусмотрена
договором либо хранитель в интересах поклажедателя был силой обстоятельств вынужден
передать вещь на хранение третьему лицу, а обстоятельства складывались таким образом, что
получить согласие поклажедателя хранитель не имел возможности (например, склад
вследствие паводка оказался затопленным водой). В любом таком случае о состоявшейся уже
передаче на хранение вещи третьему лицу хранитель должен уведомить поклажедателя, и
притом незамедлительно. Нарушение указанной обязанности хранителем само по себе может
влечь неблагоприятные для него последствия. Имеется в виду, что при гибели или
повреждении вещи поклажедатель получает возможность ссылаться на то, что если бы он был
вовремя уведомлен о передаче третьему лицу, таких последствий можно было бы избежать
(например, немедленно забрав переданные на хранение вещи). И если ему удастся это
доказать, он приобретает право требовать возмещения убытков, которые были ему таким
образом причинены.
При передаче вещи на хранение третьему лицу договор продолжает связывать
поклажедателя с первоначальным хранителем. Поскольку в таком случае речь идет не об
уступке прав и переводе долга, а лишь о возложении исполнения на третье лицо, за действия
последнего в полном объеме отвечает должник (хранитель), притом как за свои собственные
(ст. 895 ГК). Кодекс не предусматривает возможности предъявления третьему лицу
поклажедателем каких-либо требований, как и третьим лицом - поклажедателю. Все отношения
связывают поклажедателя только с хранителем, а хранителя - только с поклажедателем
(разумеется, это не относится к случаям совершения ими деликтов, за которые каждый
отвечает самостоятельно).
В обязанности хранителя входит соблюдение предусмотренных договором условий
хранения вещи. Однако в силу различных обстоятельств иногда возникает необходимость
изменить в соответствующей части договор. Поскольку такого рода изменения могут затронуть
интересы поклажедателя, хранителю необходимо обо всем уведомить, опять-таки
незамедлительно, поклажедателя. Однако этого недостаточно. В указанном случае для
осуществления изменений в виде общего правила требуется предварительное получение
согласия контрагента-поклажедателя. Соответственно п. 1 ст. 893 ГК предусматривает, что
хранитель, самостоятельно принявший решение об изменении условий хранения (в том числе о
способе и месте хранения), возлагает тем самым на себя риск наступления неблагоприятных
последствий такого решения, в том числе и удорожания самого хранения. Это, однако, не
относится к случаям, при которых изменения связаны с необходимостью устранить опасность
утраты, недостачи или повреждения принятой на хранение вещи. Тогда хранитель, как указано
в п. 1 ст. 893 ГК, вправе изменить способ, место и иные условия хранения, не дожидаясь ответа
поклажедателя.
Смысл хранения состоит в том, что, заключив договор, поклажедатель поручает
хранителю осуществлять за его, поклажедателя, счет необходимые меры для сбережения
вещи. Соответственно понесенные хранителем расходы должны быть ему возмещены. В самом
ГК (п. 2 ст. 897) указание на этот счет содержится прежде всего в отношении безвозмездного
хранения. При таком виде хранения поклажедатель обязан возместить произведенные
хранителем необходимые расходы на сохранение вещи, если законом или договором не
предусмотрено иное.
В качестве примера можно сослаться на дело по иску частного предприятия к Управлению
внутренних дел о возмещении убытков, которые возникли в связи с хранением
автотранспортных средств. Истцом как раз и являлся тот, кому принадлежала платная стоянка,
на которую ответчиком доставлялись на хранение автотранспортные средства, задержанные
работниками Госавтоинспекции после дорожно-транспортных происшествий. Предметом иска
служили суммы, составляющие стоимость хранения по установленным тарифам. Президиум
Высшего Арбитражного Суда РФ признал такие требования завышенными, обратив внимание
на то, что в данном случае речь идет о безвозмездном хранении, а потому в силу п. 2 ст. 897 ГК
обязанность поклажедателя ограничивается возмещением хранителю необходимых расходов,
если иное не предусмотрено законом или договором <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1998. N 6. С. 44.

Другое решение приведено в той же статье ГК применительно к договору возмездному. В
этом случае действует общее правило: расходы включаются в состав причитающегося
хранителю вознаграждения. Тем самым хранитель должен сам для себя решать, нужно ли ему
было производить такие расходы. Соответственно вопрос о том, относятся ли расходы к числу
необходимых, может возникнуть именно тогда, когда речь пойдет об оценке исполнения
хранителем предусмотренной в п. 1 ст. 891 ГК обязанности обеспечить сохранность
переданной вещи. Таким образом, хранитель принимает на себя риск того, что расходы, от
которых он отказался, были, как оказалось, действительно необходимыми.
С известной долей условности можно сравнить отношение между возмездным и
безвозмездным хранением с тем, которое существует между договорами подряда и
возмездного оказания услуг. Имеется в виду, что хранитель в данном случае занимает
позицию, близкую подрядчику в том смысле, что он несет ответственность тогда "за результат".
По указанной причине прежде всего именно для данного вида хранения (возмездного)
приобретает особое значение выделение категории "чрезвычайных расходов". Для их
компенсации предусмотрен особый режим (ст. 898 ГК). Среди прочего, если договором не
установлено иное, такие расходы возмещаются сверх вознаграждения за хранение. И тогда уже
интереса к тому, чтобы от них уклониться, у хранителя не будет.
Чрезвычайные расходы обладают двумя признаками: во-первых, по своему размеру они
превышают обычные для такого рода хранения расходы и, во-вторых, являются неожиданными
для сторон, вследствие чего стороны их не предвидели и, более того, не могли предвидеть при
заключении договора. Порядок несения и компенсации таких расходов прямо противоположен
установленному для расходов обычных. Чрезвычайные расходы подлежат возмещению
хранителю только при условии, если на этот счет есть прямое указание в законе, ином
правовом акте или договоре либо поклажедатель дал согласие на возмещение
соответствующих расходов. Такое согласие может быть выражено и путем последующего их
одобрения.
Для получения необходимого согласия хранитель должен обратиться с запросом к
поклажедателю. Молчание последнего на протяжении указанного в запросе срока
рассматривается как выражение согласия на соответствующие расходы (при условии, что по
обстоятельствам дела это было возможно). Если же согласие поклажедателя не получено, хотя
по обстоятельствам дела это было возможно, хранитель в виде общего правила лишается
возможности требовать возмещения его чрезвычайных расходов. Однако в случаях, когда ему
удастся впоследствии доказать, что расходы были понесены для предотвращения ущерба,
который мог бы быть причинен вещи, если бы хранитель не произвел соответствующих
расходов, эти последние должны быть ему компенсированы независимо от возражений
поклажедателя (п. 2 ст. 898 ГК). Складывающаяся таким образом ситуация близка к той,
которая возникает при заявлении требования, основанного на неосновательном обогащении
(имеется в виду неосновательное сбережение имущества) <*>.
--------------------------------
<*> См.: Маковский А.Л. Обязательства вследствие неосновательного обогащения //
Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст, комментарии, алфавитно-
предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. М.:
Международный центр финансово-экономического развития, 1996. С. 593.

Приведенная норма ст. 898 ГК позволяет сделать вывод, что во всех других случаях, т.е.
тогда, когда получено в любой из предусмотренных в этой статье форм согласие контрагента,
тем самым создается презумпция целесообразности расходов. Это не лишает поклажедателя
права доказывать иное (например, ссылаться на то, что хранитель намеренно или даже
ненамеренно, т.е. заблуждаясь, неверно оценил обстоятельства).
Вслед за ГК 1964 г. и действующий Кодекс устанавливает пределы соответствующих
требований, которые могут быть заявлены хранителем. В ГК 1964 г. они находились в прямой
зависимости от того, являлось ли хранение безвозмездным или возмездным, а также кто
выступает в роли контрагентов по договору. В частности, применительно к безвозмездному
хранению по договору между гражданами ст. 425 ГК 1964 г. предусматривала, что хранитель в
подобных случаях должен заботиться о переданном ему на хранение имуществе как о своем
собственном. Имелось в виду, в частности, освобождение хранителя от ответственности в
случае, когда ему удастся доказать, что вместе с хранимыми на складе вещами, несмотря на
принятые им меры, погибло и его собственное имущество, притом по одной и той же причине.
Иначе решается вопрос в п. 3 ст. 891 действующего Кодекса: "Если хранение осуществляется
безвозмездно, хранитель обязан заботиться о принятой на хранение вещи не менее (выделено
мною. - М.Б.), чем о своих вещах". Из редакции действующего ГК вытекает прежде всего то, что
при описанной ситуации, когда наряду с вещами, которые находились на хранении, погибли и
вещи самого хранителя, все же указанное обстоятельство само по себе может быть признано
недостаточным для освобождения хранителя от ответственности <*>.
--------------------------------
<*> В проект Гражданского уложения предполагалось ввести статью, которая
предусматривала бы следующее: хранитель отвечает за случайную гибель или случайное
повреждение вещи, если при общей опасности - для собственных вещей и для вещи, отданной
на хранение, он спасает только свои вещи и при этом не может доказать, что он не имел
возможности спасти одновременно принятые на хранение вещи.

Применительно к собственно хранению определенные обязанности возникают и у
поклажедателя, за нарушение которых он несет указанную в ГК ответственность. Как уже
отмечалось, Кодекс выделяет необходимость для поклажедателя возмещать убытки, которые
были причинены хранителю свойствами сданной на хранение вещи. Смысл соответствующей
нормы (ст. 903 ГК) состоит в том, что она расширяет круг оснований освобождения от
ответственности: в данном случае освобождение может последовать только тогда, когда будет
установлено, что, принимая на хранение вещь, хранитель знал или по крайней мере должен
был знать о ее свойствах. Таким образом, риск случая (casus) перенесен в значительной части
на поклажедателя как предполагаемого собственника вещи.
В соответствии с общими правилами о распределении бремени доказывания между
сторонами в гражданском процессе (ст. 50 ГПК РСФСР и ст. 53 АПК РФ) указанные
обстоятельства ("не знал и не должен был знать") обязан доказывать хранитель. В данном
случае речь идет о выполнении хранителем одной из своих обязанностей. Она состоит в том,
что хранитель должен проявить активность при приеме вещей на хранение.
КонсультантПлюс: примечание.
Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 5 мая 1995 г. N 70-ФЗ
утратил силу с 1 сентября 2002 года в связи с принятием Федерального закона от 24.07.2002 N
96-ФЗ "О введении в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации".
Как уже отмечалось, особые правила об ответственности поклажедателя установлены ст.
894 ГК применительно к хранению вещей с опасными свойствами, например
легковоспламеняющихся, взрывоопасных или вообще опасных по своей природе. Имеются в
виду меры противопожарные, санитарные, охранные и т.п. В необходимости принятия такого
рода мер проявляется уже не частный, а публичный интерес, вследствие чего любые на этот

<< Предыдущая

стр. 100
(из 142 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>