<< Предыдущая

стр. 65
(из 142 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

ст. 1005 ГК. Имеется в виду, что КТМ не упоминает о возможности для принципала при
оспаривании совершенной таким образом агентом сделки ссылаться на то, что хотя третье
лицо и не знало об ограничении полномочий агента, но должно было об этом знать.
Имеющаяся в ст. 234 КТМ ссылка на "добросовестность" действий третьего лица призвана,
очевидно, компенсировать отсутствие прямо выраженного требования, о котором идет речь.

6. Порядок заключения договора

Применительно к порядку заключения агентского договора гл. 52 ГК включила лишь
несколько специальных норм, которые имеют значение для оценки отдельных договорных
условий с точки зрения необходимости отнесения их к числу существенных для данного
договора. Так, п. 3 ст. 1005 ГК специально оговаривает возможность заключения агентом
договора без указания срока его действия, а ст. 1006 - размера и порядка выплаты
вознаграждения. В первом случае следует руководствоваться положениями п. 3 ст. 425 ГК,
который предусматривает, что без указания такого срока договор будет действовать до
окончания исполнения сторонами обязательства, а во втором, при отсутствии в договоре
определенной или определимой цены, вступает в действие неоднократно упоминавшаяся
статья 424 (п. 3).
В отношении формы агентского договора отсутствуют определенные указания в гл. 52,
как, впрочем, и в гл. 49 и 51 ГК. По отмеченной причине следует признать распространяющими
на рассматриваемый договор свое действие общие правила о форме сделок, содержащиеся в
гл. 9, форме договоров - в гл. 28, а в отношении прямого представительства - также в гл. 10.

7. Права и обязанности сторон
Решающее значение для определения круга прав и обязанностей принципала и агента
имеет проведенное в п. 1 ст. 1005 ГК разграничение ситуаций, складывающихся при прямом и
при косвенном представительстве. Из этого, в частности, следует, что между третьим лицом, с
которым была заключена агентом сделка, и принципалом может возникнуть обязательство в
случае выступления агента от имени принципала, т.е. при прямом представительстве. В случае
же, когда агент действует за счет принципала, но от собственного имени (т.е. при косвенном
представительстве), он и становится стороной сделок, которые заключены им с третьими
лицами; причем указанный результат наступает и в том случае, когда эти лица знали о
совершении сделки в интересах принципала, а не его агента (имеется в виду, что принципал
был назван в сделке) либо даже сам принципал вступил с третьим лицом - контрагентом по
сделке - в непосредственные отношения по ее исполнению.
Е.А. Суханов приводит на этот счет весьма удачный пример: отношения, сложившиеся
при заключении агентом договора с владельцем концертного зала об организации концерта
эстрадного исполнителя, который будет затем выступать в этом зале <*>. Не могут в указанном
случае предъявлять свои требования ни принципал третьему лицу, ни третье лицо
непосредственно принципалу <**>.
--------------------------------
<*> Гражданское право. Т. II, полутом 2. С. 110.
<**> Имея в виду конструкцию "нераскрытого" принципала (undisclosed principal), при
которой агент, заключая договор от собственного имени, не сообщает о принципале (т.е. не
только об имени, но и о самом существовании принципала), К. Шмиттгофф указывает на то, что
"если агент был должным образом уполномочен принципалом" (в данном случае "уполномочие"
используется автором как синоним "поручения"), то "возникают две возможности: право выбора
третьей стороной и право принципала на вмешательство. Третье лицо (покупатель) по
обнаружении истинных фактов может выбирать, преследовать ему в судебном порядке
принципала или его агента. Такой выбор должен быть недвусмысленным". Автор приводит эту
линию английского права в противовес подходу, господствующему в континентальном праве
большинства европейских стран (Шмиттгофф К. Экспорт: право и практика международной
торговли. М., 1999. С. 144 - 145). Из приведенных в тексте содержащихся в п. 1 ст. 1005 ГК
норм, исключающих подобную альтернативу как для принципала, так и для третьего лица,
видно, что Кодекс стоит на позициях континентального передоверия относительно агентского
договора.

Помещенные в самой гл. 52 ГК нормы, которые посвящены содержанию агентского
договора, могут существенно дополняться положениями, включенными в гл. 49 и 51 ГК, если
только они не противоречат тем, которые составляют гл. 52 ГК.
В качестве примера можно указать на действие правила о делькредере в агентском
договоре с косвенным представительством. Применительно к агентскому договору речь идет о
возможности для агента принять на себя ручательство перед принципалом за исполнение
третьим лицом обязанностей по заключенной этим последним сделке с агентом (см. п. 1 ст. 993
ГК).
Другой пример относится к совершению агентом сделки с третьим лицом уже от имени
принципала. Тогда может идти речь о действии п. 2 ст. 973 ГК. Применительно к агентскому
договору это будет означать возможность для агента отступить от указаний принципала в
случаях, когда это необходимо в интересах принципала, притом агент не мог предварительно
запросить его на этот счет или не получил ответа принципала на свой запрос.
ГК содержит специальные нормы, относящиеся к возложению сторонами на себя
различных ограничений, имеющих в конечном счете целью предотвратить возможность
возникновения конфликта интересов контрагентов при осуществлении агентского договора <*>.
Ограничения, о которых идет речь, могут относиться и к одной, и к другой стороне договора.
Так, в отношении принципала имеется в виду обязанность не заключать аналогичных договоров
с другими агентами, которые действуют на определенной договором территории, либо
воздержаться от осуществления на этой территории им самим деятельности, которая
аналогична той, которая составляет предмет агентского договора (п. 1 ст. 1007 ГК). Такая же по
своей природе обязанность может налагаться и на агента: не заключать с другими
принципалами аналогичных агентских договоров, если только такие договоры должны
исполняться на территории, которая полностью или частично совпадает с предусмотренной в
них (п. 2 ст. 1007 ГК).
--------------------------------
<*> Типовой коммерческий агентский контракт Международной торговой палаты
предоставляет сторонам возможность выбрать один из следующих вариантов решения
соответствующего вопроса: "предоставлять, производить или размещать любую продукцию,
конкурирующую с товарами принципала, в течение всего срока действия контракта" (1), либо
"воздерживаться от предоставления или размещения неконкурентоспособных товаров
производителя, являющегося конкурентом принципала, если этого требует принципал, при
условии, что требования могут считаться разумными, принимая во внимание все
обстоятельства случая" (2), либо "агент вправе предоставлять, производить, размещать любую
продукцию, не конкурирующую с товарами принципала при условии, что он заранее
информировал последнего о такого рода деятельности; агент освобождается от необходимости
такой информации принципала при условии, если 1) характеристики товаров, которые агент
хочет предоставлять, и 2) сфера деятельности принципала, на которого агент собирается
работать, не дают основание полагать, что это затронет интересы принципала"
(Международное частное право. Нормативные акты / Составитель М.К. Сулейменов. Алмата,
1999. С. 149 - 150).

Указанные ограничения являются в известной мере традиционными для агентских
договоров. Особенность решения соответствующих вопросов в ГК состоит в факультативном
характере определенных норм (п. 1 и 2 ст. 1007). Это означает, что подобные обязанности
сторон вступают в действие, если они прямо обозначены в договоре.
Та же ст. 1007 ГК, но уже в п. 3, выделила случай, при котором ограничение договором
прав стороны заведомо не допускается. Речь идет о правиле, запрещающем включать в
агентский договор условия, которыми агенту предоставляется право продавать товары,
выполнять работы или оказывать услуги исключительно определенной категории покупателей
(заказчиков) либо только покупателям (заказчикам), которые имеют место нахождения или
место жительства на определенной в договоре территории. Подобные условия, выражающие
ограничение полномочий агента, вступающие в противоречие с законом (ГК), признаются
ничтожными.
В число обязанностей агента входит предоставление в ходе исполнения поручения
отчетов о своей деятельности принципалу. Статья 1008 ГК предусматривает, что это должно
быть сделано в порядке и в сроки, установленные договором. При отсутствии в договоре
условия на указанный счет агент вправе, на этот раз уже по собственному выбору,
представлять отчет (отчеты) либо по мере исполнения договора, либо по окончании действия
договора. Таким образом, при косвенном представительстве правило ст. 999 ГК, в которой
предусмотрено однократное представление отчета комитенту, на агентский договор с
косвенным представительством не распространяется. Особо выделена в той же ст. 1008 ГК и
также в виде диспозитивной нормы обязанность агента прилагать к отчету необходимые
доказательства произведенных им за счет принципала расходов. В свою очередь, принципал
вправе заявить возражения по отчету. Для этого ему установлен определенный срок,
составляющий 30 дней с момента получения отчета (если в самом договоре не предусмотрено
иное). В течение указанного срока он может сообщать агенту об имеющихся у него возражениях
по отчету с тем, что непредставление в указанный срок возражений рассматривается как
принятие отчета.
К числу норм, определяющих обязанности принципала, специально урегулированные в гл.
52 ГК, относятся нормы, связанные с выплатой агентского вознаграждения. Закрепив
безусловную необходимость для принципала уплачивать вознаграждение агенту в
установленных договором размере и порядке, ст. 1006 ГК предусматривает способы
устранения указанного недостатка. При отсутствии в договоре указания определенной или хотя
бы определимой цены в отношении размера вознаграждения вступает в действие п. 3 ст. 424
ГК (применение цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за
аналогичные услуги). Что же касается пробела, выражающегося в отсутствии в договоре
условия о порядке выплаты вознаграждения, то на этот счет есть прямое указание в самой ст.
1006 ГК. Речь идет о необходимости выплатить вознаграждение агенту в течение недели,
исчисляемой с момента представления агентом отчета за прошедший период. Особый
предпринимательский характер агентского договора нашел, в частности, выражение в том, что
приведенная норма вступает в действие, если иное не предусмотрено не только договором, но
и обычаями делового оборота.
В составе актов, определяющих права и обязанности специальных видов агентов, может
быть среди других указан Кодекс торгового мореплавания. В отдельных его статьях выделены
обязанности как морских агентов <*>, так и принципала, роль которого выполняет в таких
случаях судовладелец <**>.
--------------------------------
<*> Общие указания на этот счет включены в ст. 237 КТМ. Она предусматривает
необходимость для морского агента осуществлять деятельность в интересах судовладельца
добросовестно, в соответствии с практикой морского агентирования, действовать в пределах
своих полномочий, вести учет расходования средств, представлять контрагенту-судовладельцу
отчет в порядке и в сроки, предусмотренные договором морского агентирования. В этой же
статье содержится детализация перечисленных обязанностей путем указания на
необходимость для агента выполнять различные формальности, связанные с приходом судна в
порт, пребыванием судна в порту и его выходом из порта, оказывать помощь капитану судна в
установлении контактов с портовыми и местными властями, а также в организации снабжения
судна и его обслуживания в порту, оформлять документы на груз, инкассировать суммы фрахта
и иные причитающиеся судовладельцу суммы по требованиям, вытекающим из договора
морской перевозки груза, оплачивать по распоряжению судовладельца и капитана судна
суммы, подлежащие уплате в связи с пребыванием судна в порту, привлекать грузы для
линейных перевозок, осуществлять сбор фрахта и экспедирование груза, а также совершать
иные действия в области морского агентирования.
<**> Статья 238 КТМ называет в числе обязанностей судовладельца предоставление
морскому агенту средств, достаточных для совершения действий в соответствии с договором
морского агентирования; возмещение ему произведенных расходов; несение ответственности
за последствия действий морского агента, совершенных от имени судовладельца и в пределах
своих полномочий; уплату вознаграждения в размере и в порядке, которые установлены
договором морского агентирования.

8. Прекращение договора

Основания прекращения агентского договора предусмотрены в ГК императивными
нормами. В них содержится ряд особенностей по сравнению с тем, как решаются
соответствующие вопросы применительно к договорам поручения (ст. 977 - 979), а также
комиссии (ст. 1002 - 1004).
Специально посвященная этому договору ст. 1010 ГК называет три основания
прекращения агентского договора. Одно из них представляет собой результат воли стороны в
договоре, а два других имеют в виду обстоятельства, от воли сторон не зависящие.
Первым из оснований служит отказ стороны от исполнения договора. Кодекс
предоставляет такое право в равной мере и принципалам, и агентам, оговорив его все же
одним условием: подобный отказ возможен только по отношению к договору, заключенному без
определения срока окончания его действия. В подобных случаях отказ от исполнения,
исходящий от любой из сторон, является правомерным. По этой причине суд, рассматривая
дело по иску между сторонами агентского договора о его расторжении, отклонил ссылку
ответчика на то, что направленный ему истцом отказ от исполнения договора существенно
нарушил его права. Указанная ссылка была расценена как противоречащая ст. 1010 ГК <*>.
--------------------------------
<*> См.: Долженко А.Н., Резников В.Б., Хохлов Н.Н. Судебная практика по гражданским
делам. С. 831 - 832.

Вторым основанием для прекращения агентского договора служат такие обстоятельства,
как смерть агента, признание его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно
отсутствующим. При этом все перечисленные случаи рассматриваются как обстоятельства,
безусловно влекущие прекращение агентского договора. Приведенная норма позволяет
сделать вывод, что те же обстоятельства, относящиеся к принципалу, сами по себе влияния на
продолжение действия договора не оказывают. В подобных случаях, вне зависимости от воли
агента, происходит замена принципала другим лицом.
Наконец, третьим по счету основанием, относящимся все к той же стороне в договоре -
агенту, служит случай признания выступающего в такой роли индивидуального
предпринимателя несостоятельным (банкротом).
Учитывая наличие в Кодексе условия субсидиарного применения правил гл. 49 и 51 ГК,
следует признать, что основания прекращения договора, установленные в соответствующих
главах для поручения и комиссии, к агентскому договору применяться не могут, поскольку это
будет противоречить ст. 1010 ГК.
Что же касается последствий прекращения агентского договора, то в связи с отсутствием
на этот счет указаний в гл. 52 ГК есть основания полагать, что отдельные правила на этот счет,
содержащиеся в гл. 49 и 51 ГК, могут быть применены и к агентскому договору. По указанной
причине в приведенном ранее арбитражном деле признание отказа агента от исполнения
правомерным не исключало возможности заявления требования о возмещении убытков,
опираясь на п. 1 ст. 1003 и 1004 ГК. Сделанный вывод, однако, не относится к тем из
последствий, которые могут считаться противоречащими существу агентского договора.
Примером последних может служить предусмотренное в ст. 979 ГК правило о возложении
определенных, вытекающих из закона обязательств на наследников поверенного и
ликвидаторов юридического лица, являющегося поверенным. В то же время включенное в ст.
1002 положение, в силу которого при объявлении комиссионера несостоятельным (банкротом)
его права и обязанности по сделкам, заключенным им для комитента во исполнение его,
комитента, указаний, переходят к комитенту, следует признать распространяющим свое
действие на случаи такого же признания несостоятельным (банкротом) агента.

Глава 12. ДОГОВОР СТРАХОВАНИЯ

1. Понятие о страховании и договоре страхования

Предпосылки страхования заложены уже в самих основах человеческого бытия, в
общении между людьми.
Жизнь и здоровье человека, равно как и судьба принадлежащего ему имущества,
находятся в прямой зависимости от самых различных по характеру, часто непредвиденных и
неотвратимых событий. Имеются в виду бури и наводнения, извержения вулканов и
землетрясения, пожары, град и ливни, засухи, эпидемии, а также войны, революции,
негативные следствия развития техники.
В еще большей степени подвержено последствиям этих и многих других неодолимых и
вредоносных событий то, что именуется предпринимательской деятельностью. Речь идет о
судьбе материальных объектов, с которыми связана эта деятельность, - зданий, сооружений,
оборудования, сырья и готовой продукции, а равным образом о недостижении конечной цели
соответствующей деятельности - получения ожидаемой прибыли.
В.К. Райхер, раскрывая особое значение страхования для общества, обратил внимание
на различие двух способов борьбы со стихийными бедствиями: "Одни из них направлены к
тому, чтобы предупреждать стихийные бедствия, не допускать самого возникновения их" <*>.
Это - превентивные (предупредительные) мероприятия. Другие - на скорейшую ликвидацию уже
возникшего стихийного бедствия, на уменьшение его вредоносности. Такая борьба называется
репрессивной. Однако наряду с "превенцией" и "репрессией" возникает потребность и в
восстановлении причиненных этими бедствиями хозяйственных потерь, для чего, в свою
очередь, необходимо иметь соответствующие ресурсы. Имея в виду это обстоятельство, В.И.
Серебровский справедливо выделил и еще одну сторону страхования: "...в качестве способа
элиминирования или ограничения риска страхование приводит к ряду последствий,
чрезвычайно важных для отдельного человека и для всего народного хозяйства. Страхование
дает возможность частному хозяйству восстановить погибшие или поврежденные
материальные ценности (при пожаре, кораблекрушении и т.д.). Страхование может также дать
человеку материальное обеспечение в случае утраты им или близким ему лицом способности
получать средства к существованию (при временной потере трудоспособности, достижении
преклонного возраста, в случае смерти и т.д.) или в случае возникновения для него
обязанности какой-либо уплаты (при гражданской ответственности за причиненный вред и др.).
Но роль страхования этим не исчерпывается. Элиминируя или ослабляя момент риска,
страхование тем самым дает носителю хозяйственной деятельности - человеку - возможность с
уверенностью взирать в неизвестное будущее. Таким образом, страхование имеет и моральное
значение: оно стимулирует активность человека" <**>.
--------------------------------
<*> Райхер В.К. Государственное страхование в СССР. М.; Л., 1938. С. 5 - 6.
<**> Серебровский В.И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. М.:
Статут, 1999. С. 434.

И все же особенно удачной нам кажется оценка значимости страхования,
сформулированная в свое время экономистом А.Я. Антоновичем: "Задача страхования состоит
в том, чтобы физически разрушенное имущество превратить в экономически неразрушаемое,
сделать неразрушаемой капитальную ценность, несмотря на разрушаемость ее физических
свойств" <*>.
--------------------------------
<*> Антонович А.Я. Курс политэкономии. Киев, 1886. С. 652 - 653 (цит. по: Лион С.Е.
Договор страхования по русскому праву. М., 1892. С. 7).

Лишенные возможности оказать воздействие на сами события, люди всегда были и
остаются озабочены тем, как предотвратить или хотя бы смягчить негативные последствия

<< Предыдущая

стр. 65
(из 142 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>