<< Предыдущая

стр. 79
(из 142 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>


В виде общего правила возникновение отношений перестрахования зависит от воли
сторон, хотя подобно обычному обязательному страхованию возможно и обязательное
перестрахование. Примером может служить норма, включенная в ст. 16 ФЗ РФ "О
государственном регулировании агропромышленного производства" <*>. В ней предусмотрено,
что страховые организации, осуществляющие страхование сельскохозяйственных культур с
участием средств федерального бюджета, обязаны перестраховать часть рисков по этому виду
страхования. В указанных случаях доля, подлежащая перестрахованию, устанавливается
Правительством РФ.
--------------------------------
<*> Собрание законодательства РФ. 1997. N 29. Ст. 3501.

Страховщику предоставляется возможность заключить не один, а несколько договоров
перестрахования с разными перестраховщиками. В свою очередь, как предусмотрено в п. 4 ст.
967 ГК, допустимо последовательное заключение двух или нескольких договоров
перестрахования. При этом имеется в виду, что каждый из таких договоров перестрахования
является самостоятельным. В соответствии с этим, характеризуя смысл договора
перестрахования, К.Г. Воблый усматривал его в том, что "в перестраховании объект
страхования делится дважды, трижды и больше, тем не менее страхователю противостоит
только один страховщик, которого называют главным, первым или прямым страховщиком" <*>.
--------------------------------
<*> Воблый К.Г. Основы экономики страхования. М., 1955. С. 216.

Одна из особенностей договора перестрахования состоит в том, что обе его стороны
должны быть надлежащим образом легитимированы: иметь соответствующую лицензию на
осуществление страховой деятельности с учетом того, что в роли страхователя в договоре
перестрахования может выступать обычная страховая организация либо организация,
специально созданная для совершения сделок по перестрахованию. В последнем случае, имея
в виду, что предметом деятельности организации служит исключительно перестрахование,
необходима специальная лицензия.
В период, когда в стране страховая деятельность представляла собой государственную
монополию, вопрос об использовании перестрахования по понятным причинам не возникал.
Соответственно признав, что перестрахование в СССР не нужно, Ф.В. Коньшин объяснял это
следующим образом: "Госстрах, отнюдь не понижая степень финансовой устойчивости для
совокупности всех страхователей, не прибегая к перестрахованию, принимает на собственный
риск объекты с любой страховой суммой" <*>.
--------------------------------
<*> Коньшин Ф.В. Государственное страхование в СССР. М.: Госфиниздат, 1949. С. 58.

И только с появлением частных страховых компаний в стране возникла потребность в
использовании перестрахования (и это притом, что история перестрахования насчитывает
несколько веков). Не случайно, что лишь ФЗ РФ "О страховании" впервые упомянул
перестрахование, посвятив ему специальную статью (ст. 13).
Основные направления развития национальной системы страхования в Российской
Федерации в 1998 - 2000 годах <*>, назвав в числе основных задач регулирования структурных
преобразований в соответствующей области "поощрение различных форм объединения
страховщиков в целях реализации крупных страховых проектов", особо подчеркнули связь
указанной меры с развитием перестрахования.
--------------------------------
<*> Одобрены Постановлением Правительства РФ от 1 октября 1998 г. (Собрание
законодательства РФ. 1998. N 40. Ст. 4968).

Что же представляет собой договор перестрахования? По этому вопросу высказывались и
продолжают высказываться различные взгляды.
Для уяснения правовой природы договора перестрахования ключевое значение имело то,
что он порождает права и обязанности лишь у его сторон - тех, кто одновременно выступает в
договоре страхования страховщиком и перестрахователем. В то же время в полной мере
сохраняется юридическая связь между страховщиком и страхователем. По этой причине п. 3 ст.
967 ГК устанавливает, что при перестраховании ответственность перед страхователем за
выплату страхового возмещения или страховой суммы продолжает нести его контрагент-
страховщик. Прав поэтому Ю.Б. Фогельсон, утверждая: "При перестраховании не происходит
оборота никаких оборотоспособных объектов гражданских прав (ст. 128 ГК) и никто никому
ничего не передает" <*>. Из приведенного вытекает, что в равной мере исключена возможность
использования для объяснения смысла договора перестрахования любых моделей, связанных
с передачей как прав, так и обязанностей страховщиком страхователю. С указанной точки
зрения нельзя согласиться с теми, кто полагает, что "в основе перестрахования лежит договор,
согласно которому одна сторона - цедент передает полностью или частично страховой риск
(группу страховых рисков определенного вида) другой стороне - перестраховщику, который, в
свою очередь, принимает на себя обязательство возместить цеденту соответствующую часть
выплаченного страхового возмещения... Сам процесс, связанный с передачей риска, следует
называть цедированием риска или перестраховочной цессией" <**>.
--------------------------------
<*> Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. С. 200.
<**> Шахов В.В. Указ. соч. С. 2001, а также: Шихов А.К. Страхование. М., 2001. С. 69.

Следует признать, что взгляд на перестрахование как разновидность цессии получил
весьма широкое распространение. Именно в этой связи принято называть страховщика,
заключившего договор перестрахования своего риска, цедентом <*>, а предусмотренную в п. 4
ст. 967 ГК конструкцию, возникающую при последовательном заключении двух или нескольких
договоров перестрахования, - "ретроцессией" <**>.
--------------------------------
<*> См., например: Вербицкая П.В. Некоторые теоретические аспекты перестрахования //
Финансы. 1998. N 12. С. 36.
<**> См.: Шахов В.В. Указ. соч. С. 200.

С изложенной точки зрения представляется не совсем удачным включенное в свое время
в ст. 14 Закона Республики Беларусь "О страховании" определение перестрахования:
"Перестрахованием является передача страховщиком на определенных условиях части своей
ответственности перед страхователем другим страховщикам (перестраховщикам)" <*>.
--------------------------------
<*> Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. 1933. N 2. Ст. 296.

Невозможность использования конструкции цессии для перестрахования связана с тем,
что она предполагает переход прав, в то время как возложение перестраховщиком на себя
соответствующих рисков уж во всяком случае переуступки прав не означает. К этому можно
добавить и еще один аргумент: заключая договор перестрахования, страховщик не должен
уведомлять страхователя (ср. п. 3 ст. 382 ГК). А поскольку нельзя усматривать в
перестраховании и перевода долга, лежащего на страховщике в силу договора страхования,
страховщик при заключении договора перестрахования не обязан испрашивать согласия
страхователя (ср. п. 2 ст. 388 ГК). Объясняется все это тем, что перестрахование никоим
образом затронуть интересы страхователей не может. Напротив, в конечном счете оно именно
эти интересы защищает. При этом заведомо исключается использование термина "цессия" для
обозначения одноименной правовой конструкции, которой посвящена гл. 24 ГК. По указанной
причине, хотя и с сохранением определенной условности, можно усмотреть в перестраховании
перенесение не прав и (или) обязанностей, а рисков <*>.
--------------------------------
<*> Так, А.А. Спектор называет перестрахованием "договор, согласно которому одна
сторона - цедент передает полностью или частично страховой риск (группу страховых рисков
определенного вида)". (Спектор А.А. Указ. соч. С. 309 - 310.)

В.А. Мусин, рассматривая соответствующую разновидность страхования (морское
страхование), указывал (речь шла о периоде, предшествовавшем принятию действующего
Кодекса) на то, что "договор перестрахования... оказывается средством ликвидации
последствий исполнения договора морского страхования, а потому наличие последнего
необходимо для заключения первого. Иными словами, наличие договора морского страхования
является существенным условием для заключения договора перестрахования в смысле ст. 34
Основ гражданского законодательства. Соответственно недействительность договора морского
страхования приводит к недействительности и договора перестрахования" <*>. Есть основания
полагать, что аналогичные последствия должны наступать и для договора перестрахования,
связанного с любым договором страхования, и теперь, после вступления в силу действующего
Кодекса.
--------------------------------
<*> Мусин В.А. Сущность и предмет морского права по советскому и иностранному праву.
С. 77 - 78.

Одним из наиболее спорных является также другой вопрос: можно ли отнести договор
перестрахования к числу договоров страхования?
Сторонником положительного ответа был в свое время, в частности, Г.Ф. Шершеневич.
Он отмечал: "Этот договор ничем не отличается от обыкновенного страхования, и потому
совершенно правильно поступают те законодательства, которые подчиняют перестрахование
общим правилам страхования" <*>.
--------------------------------
<*> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. 2. С. 389.
В дореволюционной литературе все же не было единодушия по рассматриваемому
вопросу. Можно сослаться, в частности, на И.И. Степанова. Он считал, что договор
страховщика о передаче лежащего на нем риска не является страховым договором. И.И.
Степанов усматривал смысл различия между этими договорами в следующем:
"Застрахованный предмет остается все-таки чужим предметом, и застраховать его - значит
совершить договор в пользу третьего лица, не участвующего в договоре, т.е. совершить
недействительный договор. Если же перестраховочный договор признается действительным,
то именно потому, что он не страховой договор, а производное от него соглашение, по которому
лицо обязуется взыскать при наступлении гибели вещи за погибший интерес с контрагента"
(Степанов И.И. Указ. соч. С. 29).

В проекте Гражданского уложения упоминание о перестраховании содержалось в одной
из статей, помещенных в главе "Страхование". Указанная статья ("Другие виды страхования
имущества"), называя, наряду с перестрахованием, в частности, также страхование речных
судов, посевов от градобития и скота от падежа, предусматривала, что ко всем указанным
отношениям должны применяться общие правила Гражданского уложения о страховании,
насколько это возможно "по природе страхуемого имущества и свойствам опасности". Если
учесть отношения, для которых установлен приведенной статьей единый с перестрахованием
правовой режим, не вызывает сомнений, что перестрахование рассматривалось как вид
страхования. Интерес в этой связи представляет объяснение, данное в свое время авторами
проекта Гражданского уложения тому, что они называли "молчанием проекта о
перестраховании, которое справедливо признается важнейшим видом имущественного
страхования после страхования от огня и страхования транспортного". Соответственно
подчеркивалось при этом, что, "несмотря на большое значение этой отрасли страхования,
юридические нормы, которые его определяют, очень несложны" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское уложение. Книга пятая. Обязательства. Том пятый. С объяснениями. С.
155.

В послереволюционной литературе на описанных позициях стоял В.И. Серебровский. Он
полагал, что "к числу самостоятельных разновидностей имущественного страхования надо
отнести и т.н. перестрахование. Заключая страхование, страховщик должен всегда в
принимаемом на страх риске соблюдать известный уровень своей заинтересованности,
приемлемый для него с финансовой и технически страховой точки зрения. Риск, превышающий
этот уровень, может для страховщика оказаться гибельным. Чтобы избежать этих последствий,
страховщик может или отказаться вообще от принятия на страх подобного риска, или привлечь
к участию в несении риска другого или других страховщиков. Привлечение к несению риска
другого страховщика или других страховщиков путем передачи им основным страховщиком
всего или части риска и является перестрахованием" <*>.
--------------------------------
<*> Серебровский В.И. Указ. соч. С. 492.

Одним из немногих оппонентов этой точки зрения был В.К. Райхер, полагавший, что
перестрахование не может быть отнесено к договорам страхования, оно представляет собой
самостоятельный тип договоров, договор sui generis. Основанием для такого вывода, по
мнению автора, должна была служить различная экономическая сущность обоих договоров.
Имелось в виду, что "договоры страхования - правовая форма, служащая цели образования
первичных страховых фондов из собственных средств их участников (страхователей)", в то
время как "договоры перестрахования - правовая форма, служащая цели координации
страховых фондов, осуществляемая путем известного распределения страховых взносов,
поступающих в эти фонды, и производимых из них выплат" <*>.
--------------------------------
<*> Райхер В.К. Общественно-исторические типы страхования. С. 146.

В.К. Райхер был, думается, прав, обращая внимание на то, что договоры страхования и
перестрахования используются в разных экономических сферах. Речь идет о том, что один из
этих договоров призван обслуживать первичный, а другие - вторичный страховой рынок. Вместе
с тем столь же несомненно и то, что основу классификации договоров все же составляют
именно юридические признаки. Это и дает возможность законодателю применять не только
разные договорные модели в одной и той же экономической области, но также одни и те же
модели в разных экономических областях. Примером могут служить два основных гражданско-
правовых договора - купля-продажа и подряд. Оба они используются с равным успехом и не
требуют значительных изменений в самой конструкции для отношений между
предпринимателями, между гражданами, а также между предпринимателями и гражданами <*>.
--------------------------------
<*> Признание перестраховочных договоров разновидностью договора страхования
содержится в ряде работ, изданных как после принятия действующего ГК, так и до этого. См.:
Журавлев Ю.М. Формы и методы проведения перестраховочных операций. Основные виды
перестраховочных договоров. М., 1993. С. 79; Дедиков С.В. Перестрахование и закон //
Финансы. 1998. N 7. С. 47; Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М.:
Юристъ, 2000. С. 198 и сл.; Вербицкая П.В. Некоторые теоретические аспекты перестрахования
// Финансы. 1998. N 12. С. 44.
КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий к страховому законодательству (Ю.Б. Фогельсон) включен в
информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа "Юристъ", 2002.

Следует указать на то, что ст. 13 Закона "Об организации страхового дела" однозначно
рассматривает перестрахование как разновидность договора страхования. Это подтверждает
содержащееся в ней указание на то, что перестрахованием является страхование одним
страхователем (перестрахователем) на определенных договором условиях риска исполнения
всех или части своих обязательств перед страхователем у другого страховщика
(перестраховщика). Гражданский кодекс, подобно все тому же Закону "О страховании",
последовательно придерживается аналогичной позиции. Такой вывод следует уже из п. 1 ст.
967, в силу которого лежащий на страховщике соответствующий риск может быть им
застрахован у другого страховщика (страховщиков).
К услугам перестрахователя могут обращаться в равной мере страховщики, заключившие
договор и личного, и имущественного страхования. В том и в другом случае на
перестрахователя возлагается одна и та же обязанность: возместить страховщику по
основному обязательству сумму, которую тот выплатил своему контрагенту по основному
договору в виде либо страхового возмещения (при имущественном страховании), либо
страховой суммы (при страховании личном). Отмеченное обстоятельство позволяет в конечном
счете рассматривать любое перестрахование как договор имущественного страхования. Из
этого следует, что на отношения по перестрахованию распространяются содержащиеся в ГК
нормы о последнем договоре. И прежде всего это относится к п. 1 ст. 942 ГК, который
определяет круг существенных условий указанного договора. Имеется в виду, что для договора
перестрахования соответствующие условия также являются существенными.
Поскольку договор имущественного страхования представляет собой вид договоров
страхования, включающий отдельные подвиды с определенным правовым режимом, возникает
необходимость обозначить место, которое занимает договор перестрахования в составе
договоров имущественного страхования. В свое время В.И. Серебровский выступал против
признания перестрахования разновидностью договора страхования гражданской
ответственности. Он ссылался при этом на то, что "в основании страхования гражданской
ответственности лежит всегда вина (или, по крайней мере, причинение вреда). Для
перестрахования не существенны ни наличие вины, ни понесенный вред: перестраховщик,
выплачивая первоначальному страховщику страховую сумму, выполняет только принятое им на
себя договорное обязательство" <*>.
--------------------------------
<*> Серебровский В.И. Указ. соч. С. 493.

Указанный аргумент не представляется бесспорным. Это связано с тем, что сам по себе
факт выплаты страхового возмещения или соответственно страховой суммы страховщиком не
может служить бесспорным основанием соответствующей выплаты перестрахователем
страховщику. Однако высказанное автором негативное отношение к отнесению
перестрахования к числу договоров страхования гражданской ответственности заслуживает, по
крайней мере с позиции нового ГК, поддержки. Имеется, в частности, в виду, что и ст. 931, и ст.
932 ГК, посвященные страхованию соответственно деликтной и договорной ответственности,
порождают права у выгодоприобретателя, в роли которого выступает третье, не участвующее в
заключенном договоре лицо. В отличие от этого при перестраховании возникают права, как уже
отмечалось, только у стороны именно этого договора.
В ГК (п. 2 ст. 967) содержится указание на то, что к договору перестрахования
применяются предусмотренные гл. 48 ГК правила, подлежащие применению в отношении
страхования предпринимательского риска. Приведенная норма, на наш взгляд, отнюдь не
означает, что тем самым перестрахование признается Кодексом безусловной разновидностью
договора страхования предпринимательского риска. Такой вывод позволяет сделать
содержащаяся в п. 2 ст. 967 оговорка, в силу которой договором перестрахования может быть
предусмотрено неприменение к нему норм, действующих по отношению к договору страхования
предпринимательского риска. К тому же, как следует из п. 2 ст. 967 ГК, такое исключение норм
для данного вида договорных отношений не связано никакими пределами. К этому необходимо
добавить и еще один аргумент, едва ли не главный: исключение определенных норм договором
возможно лишь тогда, когда они носят диспозитивный характер. Между тем единственная
статья, специально посвященная договору предпринимательского риска, сводится к трем
правилам <*>. И все они являются императивными. Что же останется от конструкции родового
договора, если все созданные для него нормы не будут действовать по отношению к договору,
который предлагается считать видом этого рода?
--------------------------------
<*> Правда, наряду со ст. 933 ГК упоминание о договоре предпринимательского риска
содержится еще в ряде статей гл. 48 ГК. Однако из них пять также содержат нормы

<< Предыдущая

стр. 79
(из 142 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>