<< Предыдущая

стр. 3
(из 7 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>



философии прежде всего необходимость и непреложность восхожде-
ния человеческого духа от гармоничного существования в природе
(детство) через трагедию субъективно-объективного дуализма инди-
видуальной жизни человека к действительному единству с Высшим Ра-
зумом, едва ли включал в эти сущностные черты человеческого бытия
женщину. Мотив женщины, если едва различимо и возникает в его
теории, то только в связи с мотивами семейной жизни (которая, ко-
нечно, вторична по отношению к государственной) и любви.

В параграфе отмечается, что «ситуация женщины» в гегелевской
философии представляет собой общий случай, поскольку рассмотре-
ние женщины только как «принадлежности» семейно-интимной сферы
человеческой жизни также было одной из причин отнесения вопроса
о природе женщины к разряду третьестепенных. Так не секрет, что
среди философов практически всех времен бытовало стойкое убежде-
ние в однозначной субординации общественной и семейной сферы
жизни людей. Но даже в ситуациях исключения из этого правила, ко-
гда для мыслителя такой явной субординации не существовало, все
равно женская ментальность в силу своих особенностей в конечном
итоге оказывалась неадекватной требованиям, предъявляемым истин-
но человеческому способу мысли.
Данное утверждение доказывается в диссертации на примере фи-
лософии Ж.- Ж. Руссо, который был одним из тех немногих, кто рас-
сматривал семейную, частную жизнь человека как источник наиболее
интенсивных эмоций, наиболее глубоких чувств. Отношение между
полами представляют собой, по Руссо, важнейшую часть человеческой
жизни. Об этом свидетельствует и его «Исповедь», и подробное описа-
ние отношений мужчины и женщины в новелле «Юлия или новая
Элоиза», где никакой субординации полов не прослеживается. Но, как
отмечалось выше, соотнесение его специальных высказываний о жен-
19


ских достоинствах с общим философским пафосом рассуждений о че-
ловеке высвечивает совсем иную картину. Так известно, это главной
идеей политической философии Руссо была идея свободы и равенства.
В «Рассуждениях о происхождении и основаниях неравенства между
людьми» он представляет свой анализ способов и причин порабоще-
ния, в «Общественном договоре» рассматривает теорию государства,
в котором оказывалось бы возможным для граждан совместить как
следование генеральной воле государства, так и отстаивание собст-
венной позиции свободного гражданина. В «Эмиле, или О воспита-
нии» Руссо обсуждает принципы, "которые должны быть положены в
основу воспитания такого гражданина. Прежде всего, считал он,
Эмиль должен уметь защищать независимость своего ума и дух, по-
этому воспитатель должен возможно полно учитывать способности,
наклонности и интересы воспитанника, с уважением относится к его
личности, учить самостоятельно мыслить. Воспитанник должен стать
выносливым духом и телом, независимым в своих суждениях и мнени-
ях от других, должен тщательно оберегать свою автономию и само-
достаточность. Когда же Руссо переходит к описанию воспитательной
и образовательной программы для Софии - подруги Эмиля, то оказы-
вается, что вместо автономии и самодостаточности здесь необходимо
воспитывать чувство зависимости и послушания, поскольку София
должна получать образование с единственной целью — быть приятной
Эмилю: «делаясь вашим супругом, - обращается к ней учитель, - Эмиль
стал вашим главою, вам предстоит повиноваться - так захотела при-
рода».7 То есть зависимость, которая, по убеждению Руссо, с неизбеж-
ностью ведет к рабству и неравенству, есть самое унизительное со-
стояние человека, но, как очевидно, не женщины.


7
Руссо Ж.-Ж. Эмиль, или О воспитании. // Руссо Ж. Педагогические
сочинения. Т. 1.Мг, 1981.С. 590.
20



Проанализированный в работе материал позволяет сделать вы-
вод, что для рассматриваемой тенденции было свойственно оставлять
«в подтексте» вопрос о собственно человеческих качествах женской
природы, условно говоря, не додумывать его до конца, поскольку, с
одной стороны, начиная по крайней мере с эпохи Просвещения, не
признавать женщину полноценным человеком было уже невозможно;
но, с другой, выяснялось, что ей не свойственны как раз те качества,
которые и отличают природу человека от всякой другой. Однако в ра-
боте указывается на книгу О.Вейнингера «Пол и характер» как на
опыт проведения традиции новоевропейской философии в отношении
природы женщины до своего логического завершения, где автор, фо-
кусирующий свое внимание именно и исключительно на проблеме
сравнительных характеристик мужского и женского мировосприятия,
неприкрыто заявлял, что все человеческое, духовное, разумное, нрав-
ственное - это мужское, а не общечеловеческое. Таким образом, за-
ключается, что представители второй тенденции, как бы они ни оце-
нивали природу женщины, также по сути дела рассматривали ее как
нечто особенное, отличное в своей основе от того, что составляет в
собственном смысле природу человека, и в эпоху, для философии ко-
торой характерно прежде всего активизация человека как субъекта по-
знания и деятельности, женщина остается принципиальным объектом,
пассивным и самодовлеющим.

Третий параграф «Культурный статус женщины как основание
определения специфики ее природы» посвящен рассмотрению теорий
тех немногих авторов в истории западно-европейской философской
традиции, которые писали о женщине не просто много, но отводили
ей, ее способу мысли, чувствования, мировосприятия, а иногда и осо-
бенностям^ физиологии необычайно высокое положение в иерархии
ценностей человеческого бытия, тем самым поднимая вопрос о жен-
21


ском предназначении до уровня рассмотрения ее культурного статуса.
В работе отмечается, что хотя подобное отношение к женской природе
было скорее исключением, чем правилом, таким исключением могло
стать целое философское направление, как это случилось в русской ре-
лигиозной философии серебряного века, ведущие представители кото-
рого в лице Вл.Соловьева, Н.Бердяева, Вас.Розанова и др. много вни-
мания уделяли рассмотрению «принципа женственности». Кроме тео-
рии философов указанного направления в параграфе представляется и
анализируется тот уникальный в отношении рассматриваемой темы
случай, каким явились развернутые работы, специально посвященные
вопросу соотношения полов и «женской культуре» немецкого мысли-
теля конца XIX - нач. XX века Георга Зиммеля.

В параграфе выделяются три стороны рассмотрения русскими
философами принципа женственности: учение о Вечной Женственно-
сти, идея- подлинного андрогинизма и метафизика любви. Принцип,
женственности наряду с мужественностью рассматриваются в русской
философии как «метафизический и космический принцип», что само
по себе уникально, поскольку, как показывалось в предыдущих пара-
графах, в западно-европейской традиции «прорыв» в метафизику свя-
зывался исключительно с возможностями мужского характера». Так,
по Соловьеву «весь мировой и исторический процесс» есть «процесс ее
(вечной Женственности - Г.Б.) реализации и воплощения»8. Именно
она — цель космического и исторического процесса. Она есть ни что
иное как другое Бога, есть вселенная, которая от века имеет образ
Совершенной Женственности. Таким образом, вечная Женственность
как другое Бога составляет одну из фундаментальных онтологических
I

оснований космоса. При этом в работе показывается, что «женский

8
Соловьев Вл. Смысл любви//Русский эрос или философия любви в
России. М.Л991.С.63.
22



принцип» для Соловьева оказался равнозначным «мужскому» не толь-
ко на космическом уровне, но и на уровне индивидуально-личностном,
поскольку восстановление человека как образа и подобия Божьего, со-
ставляющее, как известно, одну из главных задач философов указан-
ного периода, возможно только основываясь на идее «подлинного ан-
дрогинизма». В параграфе анализируется как данная идея воплощает-
ся в работах Н. Бердяева и В. Розанова, которые, исходя из того, что
пол - есть только «половина человека», рассматривали процесс воз-
можного «осуществления подлинной личности». Для реализации дан-
ного процесса нужно не уравнивать мужчину и женщину и не уподоб-
лять женщину мужчине, а, напротив, «утверждать начала мужествен-
ности и женственности». Только таким путем, через поляризацию,
разведение, утверждение «начал» возможно достигнуть того подлин-
ного состояния любви между полами, которое станет в жизни человека
средством истинного осуществления Божественной сущности.

Однако в диссертации доказывается, что, несмотря на указан-
ный интерес, внимание, необычайно высокую оценку роли женской
«составляющей» в процессе осуществления «подлинной личности», в
данном философском направлении рассмотрение женщины в общем,
несмотря на декларации, в результате не вышло за рамки традицион-
ного разведения природы женской, с одной стороны, и человеческой, с
другой. Это отчетливо проявляется в том, как решается вопрос о
«главном призвании» женщины, которое заключается в реализации
«принципа женственности» в культуре: женщина должна стать «силой,
вдохновляющей творчество мужественное» (Н.Бердяев). Все авторы
убеждены в онтологической непреложности традиционной дихотомии:
«мужчина — культура, женщина - природа», «мужчина — человек,
женщина - пол», и роль женщины в собственно человеческом призва-
нии, которым и является культурное творчество, пассивна — это роль
23



объекта, а не субъекта, роль средства, а не творца. Так анализ исполь-
зуемых философами определений, через которые ими вводятся жен-
ские сущности, говорит сам за себя: вечная женственность вводится
через понятия «другое», «пассивное», «чистая потенция», «вечная пус-
тота», «чистое ничто», сама женщина оказывается не более, чем
«женским дополнением», «женским alter ago» человека, оказывается
«половой космической стихией», «природой, которая ждет царя своего
- Человека». Поэтому, как указывается в работе, не удивительно, что
когда речь у этих философов идет о проблемах не связанных непо-
средственно с характеристиками пола (познавательных, этических,
творческих), «человек» опять приобретает традиционно-мужские
«антропо-личностные» черты.

Далее в параграфе представляются взгляды Г.Зиммеля, который
в своих сочинениях пошел в рассмотрении особенности и самоценно-
сти женской природы гораздо дальше русских мыслителей. В работе
«Относительное и абсолютное во взаимодействии полов» Зиммель от-
стаивает «самостоятельность.женского жизненного принципа», кото-
рый нуждается в этом, поскольку, по убеждению философа, наша ци-
вилизация имеет одномерно маскулинный характер, где объективное
тождественно мужскому и где все социальные достижения, свойства
человеческого характера и пр. оцениваются по «мужским нормам».
Эта тотальная подмена, где «мужские проявления понимаются как
нейтральные и объективные» произошла прежде всего вследствие оп-
ределяющей позиции мужчины в сфере культуры. Однако у женщины -
- своя жизненная позиция, которая просто не нуждается в культурной
самореализации. Ведь культура, как доказывает автор, основываясь на
идеях Канта и Гегеля, есть результат априорного жизненного дис-
комфорта мужчины, поскольку все культурные достижения это прояв-
ление стремления человека преодолеть субъектно-объектный дуализм.
24



Женщина же имеет совсем иные априорные основания, она находится
на пре-дуалистической ступени развития и ее «глубокая погружен-
ность в жизнь» имеет своим следствие то, что ее взаимоотношение с
миром не нуждается по сути в опосредовании культурой: «то, что для
мужчины является результатом преодоления ранее дуалистически рас-
колотого мира, женщине дано непосредственно, изначально»9. В дис-
сертации отмечается, что поскольку для Зиммеля, как представителя
(ко времени написания рассматриваемой работы) «философии жизни»
главным оказывается в отличии от классической традиции не дух че-
ловека, как таковой, не культурные его достижения, а «жизнь как не-
посредственное переживание человеком себя в мире», то обнаружен-
ная им «априорная основа женского бытия» представляет собой фун-
дамент гораздо более естественного и гармоничного существования,
чем априорный дуализм бытия мужского.

В диссертации представляется и другая работа Зиммеля,
«Женская культура», в которой автор делает прогноз того, что могла
бы женщина привнести в культуру как субъект деятельности, какие ре-
зультаты могла бы дать реализация «женского принципа» в различных
культурных областях (в истории, различных видах искусства, медици-
не, юриспруденции). Однако в диссертации доказывается, что несмот-
ря на уникальность подхода, предпринятого Зиммелем к рассмотре-
нию женщины как возможного субъекта культуры, заканчивает он
свои рассуждения по сути признанием фундаментальной неконструк-
тивности данного подхода, когда в конце всех прогнозов склоняется к
утверждению, что «объективная женская культура» является все же,
скорее всего, «contradictio in adjecto» (противоречие в определении),
что существует «принцип несоответствия формы женской сущности

9
Simmel G. Das Relative und das Absolute im Geschlechter Problem. //
Philosophische Kultur. Leipzig. 1919.S.72.
25



объективной культуре вообще». Поэтому рассмотрение работ
Г.Зиммеля в параграфе заключается положением о том, что несмотря
на уникальность концепции женской природы с ее основной интенци-
ей выявить особенности женского мировосприятия в его автономной
и самобытной ценности, несмотря на фундаментальное открытие не
нейтрального, а «полового» (мужского) измерения всей нашей циви-
лизации, позиция данного мыслителя не меняет общей картины пони-
мания женской природы в европейской философии, поскольку тради-
ционное разделение между полами приоритетных сфер бытия - при-
родной и культурной — не только не опровергается, но, напротив, по-
лучает новое теоретическое подкрепление. На примере философии
Э.Фромма показывается, как эта традиция продолжается и в XX сто-
летии.

Глава заканчивается выводом о том, что при всей разнице теоре-
тических оснований анализа природы женщины, всех мыслителей ев-
ропейской философии объединяет убеждение в невозможности реали-
зации «женского принципа» в культуре, женщина в философских док-
тринах философов самых различных эпох и направлений оказывается
за рамками культурного творчества, и ее значимость в культуре опре-
деляется только степенью ее влияния на мужчину. В заключении под-'
черкивается также, что подобный взгляд на природу женщины, зако-
номерно вытекающий из того универсального факта, что для филосо-
фа женщина всегда была «другим», всегда рассматривалась в позиции

<< Предыдущая

стр. 3
(из 7 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>