<< Предыдущая

стр. 23
(из 29 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Так хочется увидеть Это, заполнить и пронести через все воплощения в памяти своей.
брат Н.
7. Через века прошли мы вместе с Тобой, мой Друг.
Наполнившись терпением, ведешь меня, не уставая в
Обитель Света.
Когда опасность рядом, стучишь Ты, словно колокол,
в груди моей.
Направь взор мой к звёздам, ликуем вместе мы с Тобой!
В глубинах Твоих происходит рождение Вселенной,
И Радость небесная тоже рождается там!
сестра В.
8. Сердце моё, Ты самое дорогое, что есть у меня.
Ты устремляешь меня в будущее.
Ты прокладываешь тонкую ниточку к Дальним Мирам.
Ты даришь мне Светлую Мысль, которая помогает
не только мне, но и окружающим меня.
Ты — моё самое прекрасное Терпение.
Ты терпеливо учишь создавать Тишину внутри меня.
Сердце моё, Ты — золото моё, дарующее мне Свет.
Ты — Любовь для Всех, живущих во Вселенной.
Ты — Сила питающая.
Низко голову склоняю перед Тобой в своей Благодарности.
сестра М.
9. Сердце моё, завтра Мы отправимся в путь!
Нет в мире надежды ни на друга, ни на жену, ни на брата...
Только на Тебя положусь, только Ты мне сможешь помочь.
Для Тебя завтра — один большой День, ибо Ты всегда с
Владыкой.
брат А.
10. Тук, тук, тук... это Ты, моё Сердце.
Почему я раньше на Тебя не обращал внимания, а только тогда слышал, когда Ты стучало так сильно, что этот стук разносился как барабанный бой?
Наверное, был невнимательный, а может чёрствый — я
плохо помню...
Но теперь слышу тебя в каждой клетке моего тела.
Ты и я — Мы одно целое!
Ты — мой компас души, и я следую Твоему направлению.
Я знаю, что Ты не обманешь и не предашь меня никогда,
И только Ты приведешь меня к Творцу,
За что я Тебе очень Благодарен.
брат Н.
11. Что может сказать разум мой Тебе, Сердце моё?
Ведь Ты — источник Любви, Силы, которую даровал Бог каждому человеку.
Разум мой желает соединиться с Тобой, Сердце моё, в едином устремлении к Свету.
Разум мой просит Тебя не черстветь и не взращивать в себе жестокость в трудные мгновения жизни. Не может Сердце принести Благо, если не наполнено Любовью и Благостью. Тебя призывает Суть Духа моего в немой просьбе: не допусти в себя равнодушие, не допусти в себя угнетение, не допусти в себя жестокосердие.
Не превращайся в камень и яд,
Но превращайся в Огонь.
сестра О.
12. Мой ласковый, нежный Друг, Сердце мое безграничной Щедрости,
Жизнь и Любовь в Себе Ты несёшь, взамен ничего не требуя.
сестра А.
13. Спасибо, Сердце, за то, что Ты есть, что Ты у меня одно,
Такое огромное и наполненное Любовью и Добротой.
Прости меня, Сердце, за то, что я творила, не слушая Тебя!
Я люблю Тебя, Сердце моё!
сестра Н.
14. Бессмертие — это Вечный Труд Жизни.
Каждый человек каждое мгновение творит либо благо, либо зло. Великое Преображение мира произошло, если бы люди применили дружно, сообща прекрасные возможности Светлой Мысли и приложили бы к ним трудолюбивые действия на Общее Благо.
Трудолюбие есть Качество Психической Силы.
Взращивая Качество Трудолюбия, человек накапливает прекрасный потенциал, идущий в сокровищнииу Духа.
Благая Мысль, сотрудничая с Трудолюбием, может сотворить Великое Благо.
"Учитесь мыслить!" - говорит нам Учение, а значит, взращивать в себе Трудолюбие Мысли.
сестра О.
15. Мой ключ к бессмертию — незнание.
Моё незнание невинно. г Моё незнание как бесконечная дорога.
Если бы я сказал: "Знаю ", — то я бы поставил на этой дороге камень, и тогда дальнейший путь был бы невозможен.
Незнание постоянно со мной, и оно всё время меня заставляет идти вперёд. В этом движении вперёд и существует бессмертие, и если это
не так, то нам остаётся только умирать...
брат М.
16. Когда ты правдив сам с собой, перед тобой открываются врата в Бессмертие..
. Ведь так часто происходит борьба Внутренних Сил, и какая Сила победит, зависит от правдивости к самому себе. Так не хочется принять свою собственную мерзость, а нужно...
Ибо как же побороть зверя, когда даже не можешь правдиво признаться, что этот зверь в тебе?
Вырвав с корнем то, что мешает движению к Свету, смогу
Миру служить и день и ночь, ибо Мысли и Чувства, и всё Существо моё будет наполнено Светом.
сестра А.
17. Дух благородства — это Высшее Я человека,
это чистота помыслов и чистота действия,
это то, что звучит в твоём Сердце и заставляет
отступить тёмные силы. Слава благородству!
сестра О.
18. Вспомни своё рождение — ты пришёл из Тишины.
Тишина была твоим домом.
Домом, где не было слов, где были только чувства.
Ты пришёл из Тишины, ты приветствовал этот мир своим криком...
Это был твой первый звук, и с этого момента ты вошёл в мир слов.
И каждый новый день приносил тебе новые звуки и новые слова.
Вскоре слов стало очень много.
И они заполнили тебя, вытеснив Тишину.
Постепенно чувства твои притупились, и ты стал пренебрегать ими, отдавая предпочтение холодному рассудку.
Но слова, на которые ты променял Тишину, лживы. Разум, на который ты променял чувства, пребывает в заблуждениях.
Подумай о своём возвращении домой.
Твой последний звук будет выдох... и Тишина вновь примет тебя.
Что принесёшь ты в дом свой?
Подумай об этом сейчас.
Подумай в Тишине...
брат М.
19. Вдохновение — собиратель всего лучшего в чашу Амриты, и сияющий опыт прошлых жизней.
Вдохновение есть возможность действия Духа через Духовную Силу, что есть, конечно же, Сила Психическая. От земных трудов придём к пониманию Космического Труда и именно Трудом Вдохновения очистим планету от всей мерзости, и от всего наносного хлама.
Итак будет происходить Преображение земного Мира. Конечно, Вдохновение есть неотъемлемый элемент Подвига.
брат Э.
20. Никому, наверное, не приходила мысль в голову начать войну с соседним государством из-за того, что на языке этого народа слова "истина, любовь, мать, отец... " звучат иначе, чем на твоём языке. Также нелепы всякие религиозные распри и споры об именах Бога, которые сопровождают историю всего человечества.
Каждое из имен Господа отражает одно из Его качеств, поэтому утверждение одного из Его имён и отрицание другого есть ни что иное как хула на самого Бога.
Если было бы возможно собрать вместе Кришну, Будду, Христа и Мухаммеда, между Ними не произошло бы никаких противоречий. Но религиозные фанатики продолжают свои бессмысленные споры об истинности той или иной веры. При этом они считают себя последователями этих Учителей Света. Но Учитель не давал никаких рекомендаций по разведению костров инквизиции. Он говорил о Любви, а не о пытках...
Религия будущего — это объединение Всех светлых Учений, каждое из которых проливает Свет Истины и помогает человечеству двигаться по пути эволюции.
Но изучать их нужно, полагаясь на Сердце.
21. Идя на свидание с девушкой, вряд ли можно добиться её расположения, подарив ей синтетические цветы. Они могут быть очень красивыми, но в них нет жизни.
Цветы как символ Живой Любви, синтетической любви быть не может...
Обращаясь к Богу с чужой молитвой, ты обращаешься к Нему с мёртвой молитвой.
Молитва — символ Живой Любви к Богу.
Живая молитва идёт от Сердца.
Слова — это не главное, главное — чувства.
Младенец в храме поёт свою песню... Его песня абсолютно не в такт церковному хору, слова не те, не те звуки... Но это его пес
Пой, малыш!
Пусть мать твоя не испытывает чувства вины, ведь песня твоя — Богу.
Когда сын вырастет и научится говорить, возможно, он будет стоять в этом же хоре и петь общие песни, и голос его затеряется среди других голосов. Но сейчас он поёт свои песни, которые режут слух священников и прихожан. Никого не раздражает полудремлющий служка, он никому не мешает.
Но песня этого ребёнка дойдёт до Бога.
Пой, мальчик.
Пой свои песни, пока тебя не научили повторять чужие песни и чужие молитвы...
брат М.
22. Господи! Да не устанет стучать моё Сердце.
Мне так многому нужно ещё научиться!
И только Оно может помочь мне в этом. Только Оно.
Мне надо научиться слышать ветер в ночи, помнить себя... Научиться видеть за окутывающим туманом иллюзии реальность этого бытия, реальностъ каждого дня, каждого мгновения. Мне надо научиться любить каждую живую травинку, живую душу, находить радость в каждом дне... И всё это приходит через Сердце. Всё то, что я когда-то пережила и что переживаю сейчас — это даётся через Сердце. Всем этим я обязана Сердцу. Я .благодарна ему за всё, всё, что с Ним пережито прекрасного, но ещё более за то, что пережито болезненного, ибо и это прошло через Сердце.
Сердце, ты — мой Учитель.
Ты меня учило, как жить, как ступать по нашей ласковой Земле, чтобы стараться не повредить на ней ни травинки, ни цветочка. Ты — мой Спаситель, Сердце. Ты меня спасало и выручало... И сейчас только Ты, Сердце моё, даёшь мне чувствовать себя счастливой и окрылённой.
Благодарю тебя.
сестра Н.
23. На воспитании чувств, мыслей и на очищении понятий взращивает крылья Дух мой, чтобы на гребне Великой волны Нового Сознания влиться в океан Любви. И одухотворённая планета займёт предназначенное ей место в цепи Иерархии.
Россия есть символ будущего...
брат О.
24. Убелённый сединами старец в рубище, опираясь на посох, передаёт молодому воину-богатырю свиток и говорит последнее перед битвой напутствие.
Старец — это Индия.
Молодой воин — Россия.
Вот юноша садится на коня, сияют его серебряные доспехи.
На щите Знак Солнца.
Меч ковался лучшими Мастерами Востока.
Туго прилегает к седоку колчан со стрелами. Воин трогает тетиву — звенит, дрожа от натуги.
Битва будет суровой.
Цена её — Жизнь на земле,
Жизнь лучшая и светлая под новым небом утренней Зари Подвига во имя Общего Блага, во имя звёздной Неведомой Беспредельности.
Во имя Любви — в путь!
брат А.
25. Россия — это дом моего воплощения. Россия Многострадальная от этого и крепка Духом. Я люблю свою Родину, люблю её бескрайние просторы, Мягкосердечие и Великую Терпимость её.
И как бы нас ни трясло и ни кидало из крайности в крайность, Дух её народа не будет сломлен, и она придёт к Свету.
брат Н.
26. Я назову нашу Родину многострадальной не потому, что наш народ пережил революции и войны, репрессии и концлагеря, а потому что истинная Родина каждого человека находится внутри него. Неотделимо понятие Родины от того, Г чем внутри себя живут люди.
Много страдает сейчас русский человек, много страдает моя Родина Россия. Страдает сейчас от всей той нечисти, невоспитанности, хамства и цинизма, что поселились внутри человека, ожесточённого душою и сердцем против себе подобных. Сейчас, как никогда, нужно подойти к понятию воспитания, иначе, невоспитанные и не развитые Любовью, мы погубим себя и свою Россию, И потому каждый несёт ответственность за себя, а значит и за всех, ибо понятие ответственности прямо пропорционально внутреннему росту. То, что сейчас происходит в России, есть показатель нашей внутренней жизни: чем живём и для чего... Стыдно признаться, наверное, многим, что даже слово "патриотизм " для нас звучит сейчас как-то отвлечённо.
Значит, нужно воспитать отношения в семье, воспитать отношения в школе, воспитать отношения в рабочих коллективах, воспитать нашу армию - защитницу...
И тогда спасём мы Нашу Родину, Нашу Россию.
Нелегко это понять, труднодоносимо это до сознания, но внутренним чутьём русский человек знает эту боль, и эта боль неотделима от самой России.
Брат Э.
27. Сострадание есть непрекращающийся поток Доброй Воли, воспитанной на осознавании Бессмертия всей Жизни, всего Сущего.
Я хочу продолжить один из моих рассказов, который постоянно будет дополняться со временем, Я не могу рассказать его сразу, целиком... Вероятно потому, что ещё сам не знаю, с чего начнётся следующая его страница, и на чём она прервётся.
Какое он имеет отношение к самой книге, и вообще, почему он здесь?
Голоса героев, как бы сквозь толщу лет долетают до моего сознания, и я начинаю писать о происходящих с ними событиях. Но тонкое звучание так часто прерывается тем, что я отвлекаюсь на настоящее, на грохочущее и безумствующее настоящее, которое грубо вмешивается и заслоняет собою свет серебряной нити...
28. Друзья спросили у Оран-бека: "Когда же ты собираешься отправляться в путь на поиски священного города?"
Оран-бек ответил: "Я ищу Учителя, который бы мне ответил, где его искать, и тогда я буду знать наверняка... Когда же я найду своего Учителя, тогда мне не придётся спрашивать каждого встречного, в какую сторону мне ехать".
Прошло несколько лет.
Оран-бек побывал во многих опасных путешествиях, но мысль об Учителе не покидала его. Но нигде он не нашёл даже учеников Учителя.
"Почему, — думал Оран-бек, — я не могу найти ни Учителя, ни учеников его? Неужели прошло время, когда они рождались? И из всех Учителей, которых я знаю по священным книгам, последний приходил лет двести назад. Но ведь должны остаться ученики тех великих Учителей?"
"Эй, почтеннейший!" — вдруг кто-то окликнул его, и Оран-бек, вздрогнув от неожиданности, осадил коня и чуть не оказался на земле, выброшенным из седла,—так заволновалось животное...
Перед ним стоял по виду ремесленник, может быть плетельщик корзин, или плотник, так как на плече этого человека висела большая дорожная сумка, а из сумки виднелись деревянные ручки инструмента.
Люди, следовавшие за Оран-беком, остановились и положили руки на рукоятки мечей.
Незнакомец засмеялся и показал пальцем на стражников.
"Твои воины так сильны, что думать о друзьях у них нет никаких возможностей, и потому везде их встречают враги".
"Что тебе нужно?" — спросил его Оран-бек.
"Хочу предложить тебе одну сущую безделицу", — ответил незнакомец и, вытащив что-то из своей дорожной сумки, протянул ему.
Оран-бек взял в руки протянутый предмет и увидел, что это обыкновенный камень, может быть когда-то поднятый с дороги, и теперь от долгого нахождения в сумке он даже отполировался в некоторых местах.
Оран-бек нахмурился. Ему было не до шуток.
Он подумал: "Этого мастера всяких шуток надо огреть плёткой, и посильнее, чтобы впредь знал, как насмехаться над людьми". И он уже хотел было исполнить свою мысль, как вдруг незнакомец, словно угадывая его намерение, сказал: "Мысли людей не длиннее плётки и не дальше плуга идут, и оттого, наверное, процветает вокруг вражда и ненависть их друг к другу. А ты как думаешь?" — и он обратился с этим вопросом к Оран-беку.
Оран-бек был застигнут врасплох, и застыл от неожиданного вопроса.
"Я? — переспросил он. — Что я думаю?"
"Да-да, ты, — подбодрил его незнакомец, — ты думаешь, как бы меня огреть, да посильнее. Я подарил тебе камень, но сделал это от чистого Сердца, но ты не знаешь историю этого камня, и для тебя он — просто камень, просто булыжник с пыльной дороги, подобранный мною. Ты бы обрадовался больше, если бы я протянул тебе золотой перстень с алмазом, и всё твоё внимание поглотилось бы драгоценным перстнем, и Сердце прилепилось бы к нему. А я оставил твоё Сердце свободным, и если я тебе буду нужен, ты найдёшь меня в городе. Только спроси — где найти Мастера, — и тебе покажут дорогу".
И незнакомец, зашагал прочь, оставив озадаченного Оран-бека размышлять над происшедшим событием.
Через некоторое время Оран-бек нашёл незнакомца на базарной площади, торгующего плетёными корзинами.
"Ты торгуешь корзинами?" — спросил он.
"Да, — ответил тот и спросил в свою очередь Оран-бека, — а ты что делаешь?"
Оран-бек не знал, как ответить на этот вопрос.
"У меня большой дом", — сказал он.
Незнакомец кивнул и продал корзину подошедшему покупателю.
"Я занимаюсь поставками, и у меня есть земли", — продолжил Оран-бек.
Незнакомец опять кивнул и продал ещё одну корзину.
"Сегодня — хороший день, — сказал он весело. — Пока ты думал, что же мне ответить, я продал две корзины".
"Не вижу никакой связи, — нахмурился Оран-бек. — При чём тут твои корзины, и какое отношение к ним имею я".
"На первый взгляд — никакого, — подтвердил плетельщик, — но они связаны на совесть, крепки и в ходу".
И н замолчал, рассчитываясь с очередным покупателем.
Оран-бек удивился. Он стоял всего лишь несколько минут рядом с плетельщиком, а продано было уже с полдюжины изделий.
"Его корзины пользуются спросом, — подумал он. — Верно, он хороший мастер, но я никак не пойму, что меня к нему привело, не покупать же корзины!"
"Конечно, нет", — вдруг сказал незнакомец и засмеялся.
Оран-бек вздрогнул от неожиданности.
"Ты, верно, думаешь, — сказал мастер-плетельщик, — что тебя привело ко мне, не покупать же корзины?"
"Как ты можешь угадывать мысли?" — спросил Оран-бек.
"Они написаны на твоём лице", — ответил плетельщик.
Оран-бек машинально дотронулся рукой до своего лица, но тут же отдёрнул руку, сожалея, что попался на такой трюк.
Но мастер не обратил внимания на движение его руки и продолжил: "Много можно узнать о человеке, если наблюдать за его лицом внимательно, но люди невнимательны друг к другу и редко смотрят друг другу в глаза, из-за страха быть узнанными".
Оран-бек внимательно посмотрел на плетельщика, и вдруг его ударило словно молнией. Ему стало жарко от одной только мысли, что он нашёл именно того человека, которого так долго искал. Но может ли такое быть! Обыкновенный плетельщик корзин? Учитель для него был всё равно, что народный правитель и вождь, всегда окружённый почитаемыми учениками. Здесь же, перед ним, стоял просто...
Оран-бек раздосадованный от собственных мыслей покинул рыночную площадь и долго находился в душевных муках, не разговаривая ни с кем. Он продолжительное время не выходил из дому, оставив все свои дела по землевладению.
Бросив пригоршню песка в реку, Оран-бек тоскливо посмотрел на расходящиеся волны и зажмурил глаза. Земной мир исчез, и только слух и ощущения остались соединять его с ним.
"А если заткнуть и уши?" — подумал он и стал искать по сторонам что-либо, позволяющее ему это сделать.
Но не найдя ничего поблизости он решил просто заткнуть их пальцами. Он сделал это. Он закрыл глаза и заткнул уши пальцами. Но этого ему показалось мало, и тогда он лёг на спину. И как будто бы откуда-то издалека до него донеся голос: "За всё то время, что прошло с нашей последней встречи, я сделал и продал огромную кучу своих корзин, а ты забросил все свои дела и думаешь исчезнуть из этого мира?"
Оран-бек не поверил, что только что услышал.
Он резко сел и огляделся по сторонам. Вдоль берега реки шёл человек, но солнце загораживало зрение, и невозможно было разглядеть, кто идёт...
29. Я смеюсь, сын Мой. Где ты увидел горе, и где вы увидели, друзья Мои, несчастье? Несчастье, когда люди, не щадя Сердце своё, обрекают себя на ненависть и, убивая друг в друге Любовь, медленно поднимаются на эшафот. Но знаем, как на плаху поднимались Сердца, наполненные Любовью к своим палачам. Не имеет значения то, что в жизни считается наиболее важным и наиболее насущным для выживания тела. Самое важное в человеке — это душа, и самое драгоценное в человеке — это Сердце. Не наполнить Сердце ненавистью и не поранить человеческую душу предательством самой Любви, считаю особо важным, когда по всей земле развито человеконенавистничество.
Я смотрю на своих детей и радуюсь. Дети Мои, ваши пути — пути Любви, и если вы хотите по-настоящему Любить, и по-настоящему быть преданными Любви, то умейте сохранить её в любых условиях, как бы вам тяжело ни было, как бы жизнь ни давила, и что бы вам ни предлагали взамен. Всё, что даётся и предлагается взамен Любви, ведёт к смерти самой духовной вашей природы. Если бы люди расставались в Любви, само понятие расставания перестало бы существовать. Расставания исчезают, их нет, отсутствует сама болезнь, которая пододвигает людей на расставания друг с другом.
Можете посчитать все симптомы самой болезни при расставании. Это диагноз мёртвого человека — отсутствие Любви. А это драгоценный эликсир самой жизни. И если отсутствует Любовь, значит, отсутствует и сама жизнь. Ваши земные расставания в ненависти и в неприязни друг к другу — это кладбище, это дорога в никуда, это путь, где самым лучшим лекарством люди предпочитают забвение. Забыть всё — это невозможно. Сердце не может забыть всё. Оно преданно хранит все лучшие Огни, всё то лучшее, что могла дать душа человека человеку, миру, земле, людям...
Я понимаю, как трудно. Земная мера тяжела. Но если жизнь свою мерить земною мерою, то немного останется для самой жизни времени, время так беспощадно и неумолимо...
Ваша мера должна быть невесома, ваше время...
Кто-то уже спрашивает: "Когда же наступит время Любви?"
Спросим и его—неужто в ненависти всё своё время проводите?
Так дорога каждая капля жизни,
Жизни, чьё имя — Любовь.
Сердца, чьё имя — Благодарность.
Благодарность.
Умейте благодарить даже за нанесённые вам раны.
30. Понимание исчезает, когда ослаблена зоркость, и когда центром внимания становится, как кажется на первый взгляд, несправедливость всего происходящего с человеком. Но никто иной как сам человек слаживает всю цепь причин и следствий собственными мыслями и поступками, заковывая порою свою свободу на века. И идёт злоумышленник и злодей из воплощения в воплощение, расплачиваясь за каждую боль, за каждое злодеяние, за каждое насилие над своими братьями.
31. Мастер-плетельщик сел рядом с Оран-беком и тоже стал смотреть на водный поток. Всё это время, пока он смотрел, у Оран-бека было такое чувство, что рядом с ним не простолюдин, не ремесленник, а его родной брат сидит и слушает, как внизу у обрывистого берега перекатываются речные волны.
"Странно, отчего у меня возникло такое чувство, словно я с этим человеком знаком уже многие долгие годы", — подумал он и спохватился. Он вспомнил, что мастер может читать мысли,
Но мастер не шелохнулся и даже не повернул в сторону Оран-бека голову, а также спокойно сидел и о чём-то думал.
"У нас странная встреча, — сказал Оран-бек. — Я словно тебя знаю уже сотни лет, хотя на самом деле со времени нашего знакомства не прошло и двух недель. Кроме того, ты запросто разговариваешь со мной, так, как будто ты — мой родной брат, но я не имею ничего против, и это чувство меня самого удивляет".
"Я знаю, что ты хочешь найти город богов и бредишь этим уже во сне. Скажи мне, откуда ты знаешь, что он существует, и что это — не выдумка человеческого ума?" — спросил плетельщик корзин.
Оран-бек задумался. Он думал: "Стоит ли вообще разговаривать на эту сокровенную тему с мало знакомым человеком".
"Я просто это знаю, — ответил он и положил руку на Сердце, — я знаю это просто как удары моего Сердца".
Мастер внимательно посмотрел на Оран-бека. Он почувствовал что-то едва уловимое, но это было тоньше мысли, которые он слышал раньше, и это что-то заставило более внимательно приглядеться к своему новому другу.
В сокровенных своих думах плетельщик грезил найти Учителя, найти того, кто мог бы открыть перед ним все существующие тайны земли и научить Великой Божественной Мудрости и Силе. Он читал некоторые древние книги об этом. Все свои заработанные деньги он тратил на чтение таких книг, и всё своё время он проводил в размышлениях о смысле самой жизни. Но то, что он читал в древних книгах, уже давно прошло, и все те Учителя древности давно исчезли и не живут на земле. И эта мысль иногда приносила его Сердцу тоску и печаль.
Но странные слова распорядителя земель вывели его из грёз и заставили задуматься.
"Это может быть человек, которого я так долго ищу, и это может быть даже Учитель", — подумал он, и эта мысль подбросила его с земли.
Ему захотелось танцевать и петь, и он сделал то, что хотел.
Он запел и стал танцевать вокруг Оран-бека. Это была песня радости...
Оран-бек опешил и продолжал, ничего не понимая, сидеть на земле.
"Этот плетельщик какой-то сумасшедший, а я уже чуть ли не в братья к нему записался", — подумал он.
"Что ты делаешь? — спросил он плетельщика. — Зачем ты танцуешь вокруг меня как девушка?"
Мастер засмеялся и ответил: "Скажу, что я даже сам не знаю, что со мной произошло. Мне вдруг захотелось исполнить вокруг тебя танец и спеть тебе песню. Разве ты сам не испытывал никогда таких чувств к кому-нибудь?"
Оран-бек задумался.
"Нет, — сказал он, — может быть, когда я был влюблён, но это было давно".
"А сейчас ты разве не влюблён? — спросил его мастер. —г В эти деревья, цветы, небо?"
"Влюбиться можно только в женщину, — ответил Оран-бек, — а ты говоришь о том, что совсем не относится к любви".
Теперь пришлось мастеру задуматься.
"Странно, но этот человек, — подумал он, — говорит не как Учитель, но в то же время иногда он говорит как Учитель... Может быть, в его голове просто иногда вспыхивают искры мудрости?"
"Почему же это невозможно любить?" — спросил плетельщик корзин и сделал широкий жест рукой в пространство.
"Это не вызывает во мне таких бурных чувств, как чувство, которое вызывает во мне женщина", — ответил Оран-бек.
"А разве любовь к женщине не пододвигает тебя любить всё то, что окружает тебя? Разве тебе не хочется совершить ради любимой благородный поступок или подвиг, и постоянно заботиться о ней?" — спросил мастер.
"Да, да, да, всё это так! — воскликнул Оран-бек. — Но где то, от чего я должен защищать её и совершать подвиги ради любви к ней? Я продаю и скупаю земли, и я их снова продаю и снова скупаю, и так проходит моя жизнь и жизнь той женщины".
"Я тоже продаю корзины каждый день, — сказал мастер, — а потом я вновь плету их и снова продаю, и так продолжается уже долгое время. Я не знаю, сколько ещё это будет продолжаться и что ожидает меня в будущем, но я думаю, что наша с тобой встреча произошла не просто так и не совсем случайно".
"Ты думаешь, мы встретились, чтобы изменить наши жизни?" — спросил Оран-бек.
"Иногда о малый камешек ломаешь ногу, так и одна мысль может изменить направление всей твоей жизни", — ответил мастер.
Распорядитель земель поднялся с земли и посмотрел на мастера- плетельщика.
"Ты говоришь как Учитель. Может быть, ты и есть тот Учитель, которого я так долго ищу?" — сказал он.
Мастер засмеялся. "Ну вот, — ответил он, — а я-то думал, что Учитель - ты, и моя встреча наконец-то состоялась, вот я и затанцевал вокруг тебя и даже спел для тебя песню".
"Мы с тобой думаем и говорим об одном и том же, — удивился Оран-бек, — и ищем одного и того же человека".
Мастер положил свою руку на его плечо.
"Мне пора спешить, — сказал он. — Завтра жаркий день будет, и нужно приготовить весь товар на продажу".
"Но мы ещё встретимся?" — спросил Оран-бек.
Мастер засмеялся. "У меня такое чувство, что мы никогда с тобой и не расставались", — ответил он.
32. Будь внимателен и к мыслям, и к чувствам своим.
Школа воспитания — суровая школа, и постоянная борьба за чистоту своего мышления. Убить дракона можно только в себе, и как бы плохо ни было, и что бы ни происходило с тобой — нить серебряная не должна прерываться. Много людей встречаются на пути, и каждый несёт своё качество, собранное на протяжении многих воплощений. Оно бывает трудно переносимо. Но держать небо и овладеть собой, несмотря на всю тяжесть встреч, необходимо. Необходимо воспитывать в себе Любовь и трогательно сохранить каждую её каплю.
Знаем, какие ножи направлены в спину, но если будете сплочены, все они сломаются о камень Добра. Уже писали вам в предыдущих Наших письмах о Доброжелательстве. Потому и труден путь Учения, и тернист, и высока сама ответственность идущего. Некто полагает, что с движением должна возрастать и неуязвимость. Но неуязвимость не означает бесчувственность и отупение, наоборот, — чувствительность повышается необычайно, и все чувства обостряются до боли. Переносить боль с Мужеством и Любовью к человеку, наносящему тебе эту боль, есть воспитание в себе Мудрости и Преданности.
Как же взойдём на костёр, и как же взрастим Огни Подвига, если даже от малых уколов звереть начинаем?
Не от страха ли прячемся собственного, и чего боимся?
Может быть, забыли в Сердце своём, что Бессмертны?
Что может случиться, и как можно уничтожить тебя, когда знаешь, что Бессмертно само Существование, сама Внутренность твоя, Сердце твоё и Дух твой?
Потому говорю — бейтесь за Истину под щитом Бессмертия. Только он спасёт.
Мысль о Бессмертии даст неуязвимость всей Сущности шишей.
Тогда что потерять боимся, и что все боли вместе взятые?
Сказано — не умрём, но изменимся.
Мысль о Бессмертии сохраните.
33. Урган-дар, скажи мне, далеко ли до сияющей горы?
Что взять в путь с собой, и от чего оберечься?
Путь далёк до сияющей горы, и нужно взять самое необходимое:
Необходимость Терпения и Мужества,
Необходимость Любви и Сострадания,
И Необходимость Преданности.

<< Предыдущая

стр. 23
(из 29 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>