<< Предыдущая

стр. 81
(из 208 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>


Не исключено, что из "Северной" симфонии берет начало тот залихватский свист, в
котором соревнуются Бегемот и Коровьев-Фагот на Воробьевых горах: "Воланд
кивнул Бегемоту, тот очень оживился, соскочил с седла наземь, вложил пальцы в
рот, надул щеки и свистнул... Мастер вздрогнул от свиста, но не обернулся, а стал
жестикулировать еще беспокойнее... - Мессир, поверьте, - отозвался Коровьев и
приложил руку к сердцу, - пошутить, исключительно пошутить... - тут он вдруг
вытянулся вверх, как будто был резиновый, из пальцев правой руки устроил какую-
то хитрую фигуру, завился, как винт, и затем, внезапно раскрутившись, свистнул.
Этого свиста Маргарита не услыхала, но она его увидела в то время, как ее вместе
с горячим конем бросило саженей на десять в сторону. Рядом с нею с корнем
вырвало дубовое дерево, и земля покрылась трещинами до самой реки".

У Б. "тут выпрыгнул из чащи мой сосновый знакомец, великан. Подбоченясь, он
глумился надо мной...
Свистал в кулак и щелкал пальцами перед моим глупым носом. И я наскоро собрал
свою убогую собственность. Пошел отсюда прочь...
Большая луна плыла вдоль разорванных облак...
Мне показалось, что эта ночь продолжается века и что впереди лежат
тысячелетия..."

Именно это место "Северной" симфонии послужило толчком для разработки многих
важных эпизодов и мотивов "Мастера и Маргариты": глумления Коровьева-Фагота
над Иваном Бездомным после гибели Михаила Александровича Берлиоза,
растянувшейся на неопределенно долгое время полночи на Великом балу у сатаны,
тысячелетий грядущего бессмертия, которые предчувствует Понтий Пилат.

Параллели "Мастера и Маргариты" и третьей симфонии Белого
Пустыня в глазах
"Симпатяга Пилат" и свинья в пальто
Созвучие замыслов Белого и Булгакова
Читайте далее>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 5 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Третья симфония Б., "Возврат", помимо эпизода с первой женой Мастера, оставила
Персонажи
и другие следы в последнем булгаковском романе. Ее основное действие,
Произведения
заключенное, как и в "Северной" симфонии, в "надмирное" обрамление, происходит
Демонология
в Москве в начале XX в. Главный герой, молодой ученый-химик Евгений Хандриков,
Великий бал у Сатаны
наделенный автобиографическими переживаниями Б., - земное воплощение Бога-
Булгаковская Москва
Сына, непорочного ребенка. Он, как и булгаковский Мастер, находится в
Театр Булгакова трагическом противоречии с окружающим миром и становится жертвой козней
Родные и близкие завистника - доцента Ценха, земного воплощения Змея. Хандриков, как и герой
"Мастера и Маргариты", заболевает манией преследования и ищет спасения в
Философы
санатории для душевнобольных.
Булгаков и мы
Булгаковедение
В "Возврате" есть описание мраморного бассейна в банях, украшенного чугунными
Рукописи изображениями морских обитателей, причем вода в бассейне сравнивается с
Фотогалереи рубинами, и черпают ее серебряными шайками. На Великом балу у сатаны вода в
одном из бассейнов рубинового цвета, из него черпают серебряными черпаками, а
Сообщество Мастера
струю в бассейн выбрасывает гигантский черный фонтан в виде Нептуна. В банях
Клуб Мастера
Хандриков встречает старика - земное воплощение Бога Отца. У Булгакова
Новый форум
сходными деталями оснащена сцена, где главная героиня встречает Воланда -
Старый форум
антипода Бога.
Гостевая книга
СМИ о Булгакове Земная жизнь Хандрикова, как и рыцаря и его возлюбленной в "Северной"
СМИ о БЭ симфонии, оканчивается самоубийством. Точно так же прекращается земное бытие
Мастера и Маргариты. Переход Хандрикова из надмирности в мир и обратно дан как
Лист рассылки
переход из одного пространства в другое. В "Мастере и Маргарите" главные герои
Партнеры сайта
переходят из современного московского мира в вечный потусторонний мир, а в
Старая редакция сайта
финале соприкасаются и с древним ершалаимским миром.
Библиотека
Уход Мастера дан как освобождение человека, изнемогшего от страданий.
Собачье сердце
Возвращение Хандрикова к старику Богу - это желанное освобождение от земных
(иллюстрированное)
мук. Эти муки в начале симфонии предсказывает старик ребенку: "Ты уйдешь. Мы
Остальные произведения
не увидим тебя. Пустыня страданий развернется вверх, вниз и по сторонам. Тщетно
Книжный интернет-
ты будешь перебегать пространства - необъятная пустыня сохранит тебя в своих
магазин
холодных объятьях..." Такую пустыню видит и Маргарита в глазах Мастера:
Лавка Мастера
"Смотри, какие у тебя глаза! В них пустыня...".

Но между "Возвратом" и "Мастером и Маргаритой" есть принципиальное различие. У
Б. надмирные персонажи просто имеют земное воплощение и в финале
возвращаются обратно в надмирность, меняя ипостаси. У Булгакова персонажи
разных миров только функционально подобны друг другу, как, например, Воланд и
Понтий Пилат, Иешуа Га-Ноцри и Мастер, но не переходят друг в друга, что
доказывается и финалом "Мастера и Маргариты", где все перечисленные герои
одновременно участвуют в действии.

Интересно, что в редакции 1929-1930 гг. персонажи разных миров переходили из
одного воплощения в другое, и безумный Иван Бездомный видел, как Воланд на
Патриарших прудах превратился в Понтия Пилата: "Трамвай проехал по Бронной.
На задней площадке стоял Пилат, в плаще и сандалиях, и держал в руках портфель.
"Симпатяга этот Пилат, - подумал Иванушка..."

Садящийся в трамвай и пытающийся оплатить проезд кот Бегемот появился не без
влияния четвертой симфонии Б. "Кубок метелей", где воображение героя поразил
образ свиньи в пальто, садящейся на извозчика и ведущей себя вполне по-
человечески. Отсюда же, быть может, превращение нижнего жильца Николая
Ивановича в борова в "Мастере и Маргарите".

К "новому искусству", к попыткам преодолеть реализм в литературе и театре,
олицетворением чего во многом было творчество Б., Булгаков относился без
большой симпатии. В фельетоне "Столица в блокноте" он критиковал чрезмерную
усложненность формы в постановке В. Э. Мейерхольда (1874-1940): "Пускай - гений.
Мне все равно. Но не следует забывать, что гений одинок, а я масса. Я - зритель.
Театр для меня. Желаю ходить в понятный театр".

Автор "Мастера и Маргариты", несомненно, считал, что не только театр - для
зрителей, но и литература - для читателей. Писатель, выстраивая сложную
структуру своих произведений, в особенности последнего романа, предусматривал
в них, наряду со сложными философскими и литературными аллюзиями для
посвященных, уровень восприятия массовым читателем. Последний вполне может
прочесть главное булгаковское произведение как забавный юмористический и
фантастический роман, ориентированный на успех у самой широкой публики.

Б. на такой успех не рассчитывал и ничего, соответствующего уровню массового
восприятия, в своих вещах не оставлял. В 1930 г. критик А. К. Воронский (1884-
1937), в "Литературной энциклопедии" характеризуя творчество Б., справедливо
заметил: "Ритмическая проза вносит в его манеру однообразие, монотонность, в его
ритмике есть что-то застывшее, рассудочное, слишком выверенное, манерное. Это
часто отталкивает от Белого читателя".

Вместе с тем, многие замыслы Б., осуществленные и неосуществленные, созвучны
булгаковским. В предисловии к "Московскому чудаку", первому роману эпопеи
"Москва", Б. отмечал, что это эпопея "наполовину роман исторический. Он
живописует нравы прошлой Москвы, разложение дореволюционного быта. В этом
смысле первая и вторая часть романа ("Московский чудак" и "Москва под ударом")
суть сатиры-шаржи...". "Сатирами-шаржами", только уже на послереволюционную
действительность, стали такие произведения Булгакова как "Похождения Чичикова",
"Дьяволиада", "Роковые яйца", "Дом No13. - Эльпит-Рабкоммуна", "Собачье сердце"
и др.

О тяге к сверхъестественному, мистицизме и о письме Правительству,
плодах булгаковской фантазии и "уродствах нашего быта", а также о том,
что Белый "всю жизнь писал дикую ломаную чепуху" написано далее>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 6 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
И у Б., и у Булгакова имелась несомненная тяга к сверхъестественному. Вспоминая
Персонажи
в книге "На рубеже столетий" годы, проведенные в Поливановской гимназии, Б. ярко
Произведения
описывал, как он и его товарищи импровизировали: "Мы, постоянные
Демонология
импровизаторы, мифотворцы сюжетов, рисующих драматическую борьбу света и
Великий бал у Сатаны
тьмы (начала с концом); миф - события, происходящие с нами и с нашими
Булгаковская Москва
знакомыми; место действия: Арбат, Новодевичий монастырь, Поливановская
Театр Булгакова гимназия; перелагая знакомых в свой миф, мы выращивали всякую фантастику в
Родные и близкие стиле Гофмана и Эдгара По; фантастику реализма; нужна нам не сказка; не
тридесятое царство: нам нужен Арбат, Неопалимовский переулок; и для съемок
Философы
местностей зорко оглядываем топографию переулков, чтобы в наших рассказах друг
Булгаков и мы
другу соблюсти иллюзию натуры… Перекидывали, точно мячик, сюжет, сочиняемый
Булгаковедение
миф - настоящее сюжетное наводнение: становился трилогией, тетралогией он;
Рукописи
тема ширилась до всемирной истории; центром же оставалась Москва;
Фотогалереи договорились до мирового переворота, в Москве начинаемого".
Сообщество Мастера
Б. - мистик, хотя в советское время ему приходилось всячески открещиваться от
Клуб Мастера
такого определения сути своего мировоззрения и утверждать, намекая на
Новый форум
полученное образование, что "типичные мистики не бывают смолоду перепичканы
Старый форум
естествознанием". И арест второй жены Б. был связан с обвинениями ее в
Гостевая книга мистицизме. До октября 1917г. Б. имел возможность более свободно высказываться
СМИ о Булгакове на эту тему.
СМИ о БЭ
В предисловии ко второй, "Драматической" симфонии он отмечал, что "здесь
Лист рассылки
осмеиваются некоторые крайности мистицизма. Является вопрос, мотивировано ли
Партнеры сайта
сатирическое отношение к людям и событиям, существование которых для весьма
Старая редакция сайта
многих сомнительно. Вместо ответа я могу посоветовать внимательнее
Библиотека приглядеться к окружающей действительности".
Собачье сердце
Несомненно, для Б., помимо крайностей, существовала и некоторая "здоровая"
(иллюстрированное)
основа мистицизма. Можно согласиться с мнением литературоведа Т. Н.
Остальные произведения
Хмельницкой в предисловии к собранию стихотворений Б. в Большой серии
Книжный интернет-
"Библиотеки поэта" (1966): "Белый... который диалектически сам видел предмет
магазин
своих заблуждений, никогда ни от чего не отходил. Для него и разоблаченные
Лавка Мастера
иллюзии продолжали жить... Для Белого одновременно предстает и уродливо-
гротескный образ явления, и его "святая" суть. Мистики второй симфонии только
доводят до абсурда идеи Вл. Соловьева, но сами идеи для Белого, в их высшем
смысле, продолжают быть значительными и высокими".

Надо признать справедливой и точку зрения религиозного философа П. А.
Флоренского. В рецензии на "Северную" симфонию, появившейся в No3 журнала
"Новый путь" за 1904 г., он отмечал: "Для автора "Симфонии" Бог реален до
осязательности: "На вечерней заре сам Господь Бог, весь окутанный туманом,
бродил вдоль зарослей и качал синим касатиком". Поэму Белого законно назвать
"поэмою мистического христианства".

Для Булгакова мистическое играло несколько другую роль. В письме правительству
28 марта 1930 г. он называл главными чертами своего творчества "выступающие в
моих сатирических повестях: черные и мистические краски (я - МИСТИЧЕСКИЙ
ПИСАТЕЛЬ), в которых изображены бесчисленные уродства нашего быта, яд,
которым пропитан мой язык, глубокий скептицизм в отношении революционного
процесса, происходящего в моей отсталой стране, и противопоставление ему
излюбленной и Великой Эволюции, а самое главное - изображение страшных черт
моего народа, тех черт, которые задолго до революции вызывали глубочайшие
страдания моего учителя М. Е. Салтыкова-Щедрина".

"Мистическим писателем" Булгаков называет себя здесь в ироническом смысле, а
мистическое для него - только художественный прием, призванный помочь
созданию современной сатиры. Незадолго до смерти писатель признался своему
другу драматургу Сергею Ермолинскому (1904-1984): "Я не церковник и не теософ".
Воланд и другие представители потусторонних сил в "Мастере и Маргарите" -
целиком плод фантазии, они подчеркнуто отделены от действительности.

Б. же, будучи мистиком, был убежден в возможности постижения реального
существования как Бога, так и дьявола. Поэтому даже в целиком фантастической
"Северной" симфонии бытие Бога написано автором вполне реалистично: Б.
подобным образом представлял себе надмирность. В романах эпопеи "Москва"
инфернальными чертами наделены персонажи дореволюционной московской
жизни: автор как бы намекает читателям на возможное воплощение в них сил зла.

В период создания эпопеи Б. в письме к литературоведу и критику Р. В. Иванову-
Разумнику (1878-1946) 23 октября 1927 г. так отзывался о К. Н. Васильевой: "Она -
первая меня поняла в моей антропософии... Она одна из всех москвичей с

<< Предыдущая

стр. 81
(из 208 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>