<< Предыдущая

стр. 2
(из 4 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Зависимый страдает МИГРЕНЯМИ, потому что мешает себе быть самим собой, блокирует свое "Я есть". Он слишком суетится, прибегает ко всевозможным ухищрениям, лишь бы быть тем, кем его хотят видеть другие, или же практически полностью живет в тени людей, которые его любят.
Я заметила также, что зависимые очень часто притягивают к себе РЕДКИЕ БОЛЕЗНИ, требующие особенного внимания, или так называемые НЕИЗЛЕЧИМЫЕ БОЛЕЗНИ. Напомню, что когда медицина объявляет некоторую болезнь неизлечимой, то, фактически, она сообщает, что наука ЕЩЕ не нашла надежных средств против этой болезни.
Перечисленные выше болезни и недомогания могут наблюдаться и у лиц с иными типами травм, но у тех, кто переживает травму покинутого, они встречаются наиболее часто.
Если ты видишь у себя травму покинутого, то я должна напомнить тебе, что эту рану активировал твой родитель противоположного пола и что ее продолжает бередить каждый человек противоположного пола. И вполне естественной и человеческой реакцией является твоя злость на родителя и других лиц противоположного пола. Я повторю здесь то, что написано во многих других моих книгах:
Пока мы продолжаем злиться на родителя (даже бессознательно),
до тех пор наши отношения с людьми того же пола, что и этот родитель,
будут складываться трудно.
Я предлагаю тебе проверить и самому убедиться, что этот родитель пережил такую же травму со своим родителем противоположного пола (то есть того же пола, что и ты). Все эти травмы повторяются из поколения в поколение (чем объясняется и явление наследственности), и так будет впредь до тех пор, пока колесо кармы не будет остановлено; а для этого необходимо, чтобы все наши отношения строились и развивались в истинной любви.
Ты помнишь, что главная причина травмы кроется в неспособности человека простить себя за содеянное себе или кому-то еще зло. Ему трудно простить себя потому, что обычно он даже не осознает, что копит на себя злобу. Чем тяжелее твоя рана покинутого, тем достовернее она означает, что ты сам себя покинул (то есть сдался) или что покинул других людей, ситуации, проекты. Мы упрекаем других во всем том, что сами делаем, однако не желаем замечать. По этой причине мы и притягиваем к себе людей, которые показывают нам, как мы ведем себя с другими и с самим собой.
Еще одним средством осознания того, что мы покинули себя или другого человека, является стыд. Действительно, мы переживаем чувство стыда, когда хотим скрыться или скрыть свое поведение. Вполне нормально находить постыдным поведение, за которое мы осуждаем других. А особенно не хочется, чтобы в таком поведении нас уличили они.
Так что исключительно важно как можно скорее уладить свои отношения с родителями – только так мы можем перестать воспроизводить одну и ту же схему ситуации. Даже ученые медики и психологи выявили и объяснили повторение из поколения в поколение определенных форм поведения и разрушительных болезней. Они установили, что существуют династии диабетиков, сердечников, астматиков, а также семьи потомственных насильников, кровосмесителей, алкоголиков и т.д.
Если ты находишь в себе черты зависимого, но не считаешь, что был обделен вниманием родителя противоположного пола, – скорее наоборот, это внимание было избыточным, – то, вероятно, происходило вот что. Внимание, которое тебе оказывали, было не того сорта, какого тебе хотелось. Оно почти удушало тебя.
Я могу привести пример с моим старшим сыном; он уже взрослый, но его тело выдает травму покинутого. А ведь из моих троих детей именно он получил в детстве максимальное внимание с моей стороны, потому что в тот период у меня не было работы вне дома и я все время находилась с ним. С другой стороны, я была слишком жестка и сурова с ним в ситуациях, которые, по его мнению, этого не оправдывали. Я не давала ему спуску: я наблюдала за каждым его шагом, потому что хотела сделать из него совершенное человеческое существо – в соответствии с моими понятиями о совершенстве. Сегодня я понимаю, что это было совсем не то внимание, которого он жаждал. Он пережил травму покинутого, и я считаю нормальной его злость на меня в те годы. Я теперь знаю, что этот опыт составлял часть плана его жизни и что нам надлежало вместе понять некоторые вещи. Ему нужна была такая мать, как я, чтобы пройти процесс прощения того, кто его покинул, а мне нужен был такой сын, как он, чтобы помочь мне завершить подобную ситуацию с моим отцом. Мы еще вернемся к этой теме в главе о предательстве.
Духовные законы гласят, что если человек переживает некий опыт не в любви, то должен будет снова вернуться на Землю и снова переживать этот же опыт. Он возвращается с той же душой, но играет иные роли. И все это лишь затем, чтобы получить возможность решить задачи, которые не были им решены в предыдущих жизнях.
Не забудь,
что характеристики и типы поведения, описанные в этой главе,
возникают только тогда, когда страдающий травмой покинутого
принимает решение носить маску зависимого,
надеясь таким образом избежать выпавших ему страданий.
В зависимости от серьезности травмы и интенсивности боли,
маска может надеваться изредка или очень часто.
Типичные для зависимого формы поведения диктуются страхом возможности нового переживания травмы покинутого. Может, впрочем, случиться и так, что ты обнаружишь у себя некоторые, но не все из характеристик, которые я описала выше. Совпадение всех этих характеристик у одного человека почти невероятно. Каждой из пяти травм соответствуют свои формы поведения и внутренние установки. Способы мышления, чувства, разговорные и деловые манеры, характерные для каждой травмы, определяют реакцию человека на все, что происходит в его жизни. Человек в состоянии реагирования не сосредоточен, не уравновешен, не пребывает в своем сердце и не может быть ни благим, ни счастливым. Поэтому очень важно осознавать те моменты, когда ты являешься самим собой, а когда находишься в состоянии реагирования. Достигнув такого осознания, ты получаешь возможность стать хозяином своей жизни, а не отдавать управление ею своим страхам.
Целью этой главы было помочь тебе осознать твою травму покинутого. Если ты узнаешь себя в маске зависимого, то в последней главе найдешь всю информацию, необходимую для того, чтобы излечить эту травму, стать самим собой и не думать, что вся жизнь наполнена мучениями покинутых. Если ты не находишь у себя этой травмы, то я советую тебе обратиться к тем, кто тебя хорошо знает, и удостовериться в том, что они согласны с тобой. Как я уже упоминала, травма покинутого может быть незначительной; в этом случае ты можешь заметить у себя лишь отдельные характерные черты. Напомню, что в первую очередь следует доверять физическому описанию, поскольку физическое тело никогда не лжет, в отличие от нас – мы умеем очень легко обманывать себя.
Если увидишь эту травму у кого-то из твоего окружения, не пытайся переделать этого человека. Лучше используй все, что ты узнаешь из этой книги, чтобы воспитать в себе больше сочувствия к нему, чтобы глубже понять его реактивное поведение. Не пересказывай своими словами эту книгу; пусть лучше те, кто проявляет интерес к этой сфере, прочтут ее сами.
Характеристики травмы
ПОКИНУТОГО
Пробуждение травмы: Между одним и тремя годами, с родителем противоположного пола. Недостаток эмоционального питания или питания определенного типа.
Маска: Зависимый.
Тело: Вытянутое, тонкое, лишенное тонуса, обвисающее; ноги слабые, спина искривлена, руки кажутся чрезмерно длинными и свисают вдоль туловища, отдельные части тела выглядят дряблыми, провисшими.
Глаза: Большие, печальные. Притягивающий взгляд.
Словарь: "отсутствует" _ "один" _ "не выношу" _ "поедают" _ "не оставляют".
Характер: Жертва. Склонен к слиянию с кем-то или чем-то. Нуждается в присутствии, внимании, поддержке, подкреплении. Испытывает затруднения, когда приходится что-то делать или решать в одиночку. Обращается за советами, но не всегда им следует. Детский голос, болезненно воспринимает отказы. Печаль. Легко плачет. Вызывает жалость. То радостен, то печален. Физически цепляется за других. Нервный. Звезда эстрады. Стремится к независимости. Любит секс.
Больше всего боится: Одиночества.
Питание: Хороший аппетит. Булимия. Любит мягкую пищу. Ест медленно.
Типичные заболевания: Боли в спине _ астма _ бронхиты _ мигрени _ гипогликемия _ агорафобия _ диабет _ болезни надпочечников _ близорукость _ истерия _ депрессия _ редкие болезни (требующие длительного внимания) _ неизлечимые болезни.
Глава 4
ТРАВМА УНИЖЕННОГО
ТЕЛОСЛОЖЕНИЕ МАЗОХИСТА
(Травма униженного)
Посмотрим, что означает слово "унижение". Это действие, целью и/или результатом которого является грубое оскорбление, удар по собственному достоинству или достоинству другого человека. Ближайшие синонимы этого слова – стыд, оскорбление, притеснение, позор и др. Эта травма пробуждается и дает себя знать в ребенке в возрасте от одного до трех лет. Я употребляю здесь слово "пробуждается", поскольку, напоминаю, моя теория основана на том, что мы рождаемся с уже принятым решением о том, какие травмы намерены излечить, даже если после рождения не сознаем этого.
Душа, пришедшая на Землю, чтобы излечить эту травму, притягивает к себе родителей, которые будут ее унижать. Эта травма особенно прочно связана с физическим миром, с миром "иметь" и "делать". Она пробуждается во время осознания функций физического тела, то есть после года и до трех лет – период, в течение которого нормальный ребенок приучается самостоятельно принимать пищу, ходить в туалет, соблюдать личную гигиену, разговаривать, слушать и понимать то, что ему говорят взрослые, и т.п.
Пробуждение травмы происходит в тот момент, когда ребенок почувствует, что один из родителей стыдится его или боится стыда, когда он, ребенок, испачкался, когда что-то испортил (особенно при гостях или родственниках), когда плохо одет и т.д. Какими бы ни были обстоятельства, при которых ребенок почувствовал себя униженным, опозоренным, пристыженным, недостойным на физическом уровне, его рана пробуждается и углубляется. Представь себе, например, малыша, который играет со своими какашками и украшает ими всю кроватку или делает нечто подобное, не менее неприятное. Травма пробуждается, когда он слышит, как мама рассказывает папе о "маленькой грязной свинье". Даже грудной младенец способен уловить отвращение родителей и почувствовать стыд и унижение.
Мне крепко запомнился один случай из детства. Мне тогда было шесть лет, и я жила в монастырском пансионате вместе с другими девочками. Все мы спали в большой общей спальне, и одна малышка, случалось, просыпалась в мокрой постели; каждый раз после этого монахиня заставляла ее обойти все классы и всем показать мокрую простыню. Позоря и унижая ее таким образом, монахиня ожидала, что конфуз больше не повторится. Все мы знаем, что такое "воспитание" только ухудшает ситуацию. У любого ребенка, которому предстоит лечить травму унижения, подобный опыт лишь усилит эту травму.
Свою чашу унижения несет и сексуальная сфера. Например, когда мама застает маленького сына за попытками мастурбации и восклицает: "Ах ты, маленькая скотина! Не смей этого делать!", ребенок чувствует себя гадким, опозоренным, а впоследствии у него неминуемо возникнут проблемы сексуального плана. Когда ребенок случайно увидит кого-то из родителей обнаженным и почувствует, что этому родителю неловко и что он старается спрятаться, то дитя, естественно, сделает вывод, что своего тела нужно стыдиться.
Опыт этой травмы ребенок переживает в различных сферах в возрасте до трех лет, в зависимости от ситуаций, выпавших на его долю за этот период. Он испытывает унижение, когда чувствует чрезмерный контроль со стороны одного из родителей, когда постоянно наталкивается на запреты физически действовать и двигаться так, как хочется. Посмотри только на родителя, который бранит и наказывает своего ребенка за то, что перед самым приходом гостей он влез в лужу и испачкал праздничный костюмчик!
Унижение только усиливается, когда родители объясняют гостям причины маленького скандала. Подобные сцены могут убедить ребенка в том, что он отвратителен папе и маме. Унижение, стыд за собственное поведение становятся нестерпимыми. С другой стороны, нередко можно услышать, как люди, страдающие от травмы унижения, рассказывают о всевозможных запретных вещах, которые они совершали в детстве или подростками; создается впечатление, что они искали и провоцировали такие обстоятельства, в которых испытывали унижение.
В отличие от четырех других травм, которые переживаются с родителем своего или противоположного пола (или с лицом, играющим роль этого родителя), травма униженного чаще всего переживается с матерью. С отцом она переживается в тех случаях, когда именно он осуществляет контроль и выполняет функции матери, показывая ребенку, как соблюдать чистоту, гигиену и т.п. Возможно также, что травма унижения связана с матерью в сфере сексуальности и гигиены, а с отцом – в вопросах учебы, умения говорить и слушать. В таких случаях приходится восстанавливать и улаживать отношения и с отцом, и с матерью.
Ребенок, переживающий опыт унижения, создает себе маску МАЗОХИСТА. Мазохизм означает такое поведение, когда человек испытывает удовлетворение и даже удовольствие от страданий. Он ищет мучений и унижений, обычно бессознательно. Он буквально организует обстоятельства таким образом, чтобы доставить себе неприятности и наказать себя еще раньше, чем это сделают другие. Хотя я и говорила, что унижение и стыд, испытываемые мазохистом, находятся в сфере иметь и делать, он способен приложить все усилия, чтобы достичь уровня быть, особенно если этого ждут от него другие; но первый импульс его травме униженного дает то, что он делает или чего не делает, и то, что он имеет или чего не имеет. Я заметила также, что делать и иметь что-то являются или становятся его средствами компенсации травмы.
В дальнейшем, когда я буду использовать термин мазохист,
помни, что я имею в виду человека, который страдает от унижения
и носит маску мазохиста, чтобы избежать страдания,
избежать переживания той боли, которая у него связана с унижением.
Я повторяю то, что уже говорилось в предыдущих главах. Человек может переживать опыт стыда и унижения и в том случае, если у него нет разбуженной травмы униженного. С другой стороны, мазохист может переживать опыт отвергнутого и чувствовать себя не столько отвергнутым, сколько униженным. Да, любому из пяти исследуемых здесь типов характера случается испытывать стыд; особенно стыдно им, когда их (или они сами себя) поймают на том, что они причиняют другим людям переживания, которых сами боятся. Вместе с тем, по-видимому, именно люди с травмой униженных испытывают стыд чаще других.
Здесь я хочу остановиться на различии между стыдом и чувством вины. Я чувствую себя виноватой, когда нахожу плохим то, что сделала (или не сделала). Если же мне стыдно, то это значит, что я чувствую, что была неправа или некорректна в том, что сделала. Противоположной стыду является гордость. Если человек не горд собой, то ему стыдно, он обвиняет себя и хочет спрятаться, скрыться. Можно чувствовать себя виноватым и не испытывать стыда, но нельзя испытывать стыд и не чувствовать себя виноватым.
Перейдем теперь к физическому описанию маски мазохиста. Поскольку он считает себя низким, ниже других, нечистоплотным, бездушным, свиньей, то и выращивает большое, толстое тело, которого сам стыдится. Толстое тело – это не мускулистое тело. Можно весить на двадцать килограммов больше своего "нормального" веса и не быть толстым; скорее, о таком человеке скажешь, что он сильный, крепкий. Мазохист толст за счет излишнего жира. Его бочкообразное тело почти одинаково по толщине что в профиль, что анфас. Другое дело человек сильный, мускулистый: даже со спины бросаются в глаза его широкие плечи – значительно шире, чем все туловище в профиль; об этом теле никак не скажешь, что оно жирное или толстое. Это все в одинаковой мере относится и к мужчинам, и к женщинам.
Если толстыми, закругленными выглядят только некоторые части тела – например, живот, груди или ягодицы, – то это указывает на не столь сильную травму унижения. Маске мазохиста соответствуют и такие особенности: короткая талия, толстая, расплывшаяся шея, напряженность в области гортани, шеи, челюстей и таза. Лицо обычно округлое, глаза широко раскрыты и невинны, как у ребенка. Понятно, что наличие всех этих характерных физических признаков говорит об очень глубокой травме.
Я знаю по опыту, что травму униженного обычно труднее распознать и признать, чем любую другую. Я лично работала с сотнями мазохистов, особенно с женщинами, чья травма унижения была очевидной. Многим из них потребовалось около года, чтобы согласиться с тем, что они испытывают стыд или чувство унижения. Если ты находишь у себя физические, телесные признаки мазохиста, но не можешь обнаружить травму униженного, не удивляйся и дай себе время разобраться в этом. Между прочим, одной из характерных черт мазохиста является нелюбовь к скорости, поспешности. Ему действительно трудно действовать быстро, когда в этом возникает необходимость; ему становится стыдно, когда он не может действовать так же быстро, как другие, – например, идти. Ему необходимо научиться давать себе право на свою, привычную скорость.
Кроме того, у многих людей довольно трудно распознать маску мазохиста, поскольку они научились контролировать свой вес. Если ты принадлежишь к той категории людей, которые легко набирают вес и округляются, стоит им лишь ослабить контроль питания, то вполне возможно, что у тебя есть травма униженного, нов настоящий момент она скрыта. Ригидность, жесткость, которая позволяет тебе контролировать себя, будет рассмотрена в шестой главе этой книги.
Поскольку мазохист стремится доказать свою солидность, надежность и не хочет, чтобы его контролировали, он становится очень исполнительным и взваливает на себя массу работы. Ради этого он развивает могучую спину – она должна много вынести. Возьмем для примера женщину, которая, желая сделать приятное мужу, соглашается, чтобы свекровь жила вместе с ними. Через некоторое время свекровь заболевает; хозяйка считает себя обязанной ухаживать за ней. У мазохиста есть дар втягиваться в ситуации, в которых он должен кем-то заниматься, кого-то опекать, кому-то помогать. Он постепенно забывает о самом себе. Чем больше он взваливает на свои плечи, тем больше становится его физический вес.
Всякий раз, когда мазохист, казалось бы, хочет сделать все для других, он на самом деле стремится создать себе как можно больше ограничений и обязанностей. Пока он помогает другим, он уверен, что ему нечего стыдиться, но очень часто потом испытывает унижение от того, что его использовали. Он почти всегда считает, что его услуги не оценены по достоинству. Многие женщины-мазохисты любят жаловаться, что нет их сил больше, что хватит с них быть служанкой. Жалуются, но ничего не меняют: они не могут осознать, что сами себе создают неволю. Не один раз я слышала и такие высказывания: "После тридцати лет моей честной службы администрация списала меня, как старую повозку!" Такого типа личности считают себя очень преданными и не чувствуют надлежащего признания. Обрати внимание на то, как подчеркнуто унижение в этой фразе. Нормальный человек скажет просто: "После тридцати лет службы меня сократили" и не станет говорить о старой повозке.
Мазохист не осознает, что, делая все для других, он унижает их; он заставляет их чувствовать, что без него им не обойтись. Иногда мазохист даже специально заботится, чтобы другие члены семьи и друзья убедились, что господин Н. не смог без него обойтись, – и это объявляется в присутствии г-на Н., который, естественно, чувствует себя униженным вдвойне.
Мазохисту прежде всего следует понять, что ему нет нужды занимать так много места в жизни близких ему людей. Между тем он не замечает этой своей экспансии, поскольку чаще всего осуществляет ее утонченно и бессознательно. По этой же причине его физическое тело занимает все больше места. Оно толстеет пропорционально тому пространству, которое мазохист стремится занимать в жизни. Тело дано ему для того, чтобы отражать его верования. Когда мазохист узнает в глубине души, что он уникален и значим, ему больше незачем будет доказывать это другим. Признав себя, его тело перестанет стремиться занять так много места.
Кажется, что мазохист жестко контролирует себя, но его поведение мотивировано, главным образом, страхом стыда перед ближними или перед самим собой. Такой вид контроля принципиально отличается от того, который мы рассмотрим позже, когда пойдет речь о травме предательства. Мать-мазохистка склонна, например, контролировать одежду, внешность, опрятность своих детей и супруга. Такая мама всеми способами добивается чистоты и аккуратности даже от совсем маленьких детей – в противном случае она испытывает стыд за себя в роли матери.
Поскольку мазохист – будь то мужчина или женщина – часто отождествляет себя (сливается) со своей матерью, то он готов на все, лишь бы не причинить ей стыда. Мать имеет огромное влияние на него, часто неосознанное и невольное. Он столь же неосознанно воспринимает мать как тяжелый и неизбежный груз – еще одна существенная причина для того, чтобы создать себе крепкую, надежную спину. Это влияние иногда продолжается и после смерти матери. Обычно ее смерть сопровождается у мазохиста чувством облегчения (даже если это чувство вызывает у него стыд) – слишком обременительным был груз материнского контроля. Но окончательно этот контроль рассеется только тогда, когда травма унижения будет излечена.
Некоторым мазохистам смерть матери не только не приносит облегчения, но и вызывает, в силу их с ней отождествления, сильнейший кризис с приступами агорафобии (подробное описание см. в предыдущей главе). К сожалению, таким пациентам часто предписывают лечение от депрессии; а поскольку истинная болезнь не лечится, то выздоровление затягивается надолго. Различие между депрессией и агорафобией подробно рассмотрено в моей книге "Твое тело говорит: Люби себя!"
Мазохисту очень трудно выразить свои настоящие потребности и чувства, потому что с самого раннего детства он боится говорить – боится испытать стыд или заставить других испытать стыд. Родители ребенка-мазохиста часто говорили ему: все, что происходит в семье, никого не касается, и говорить об этом не следует ни с кем. Он должен держать язык за зубами. Постыдные ситуации и постыдные поступки членов семьи должны храниться в тайне. Не говорят, например, о дядюшке, который сидит в тюрьме, о члене семьи, попавшем в психиатрическую лечебницу, о брате-гомосексуалисте, о родственнике-самоубийце и т.п.
Один мужчина рассказывал мне, какой мучительный стыд переживал всю жизнь из-за того, что еще в детстве причинил матери жестокие страдания, воруя деньги из ее кошелька. Он не мог простить себе такое поведение в отношении матери, которая и без того ограничивала себя во всем ради детей. Он никогда никому об этом не рассказывал. Если представить себе сотни других подобных мелких секретов, то можно догадаться, почему у этого человека были проблемы с голосовыми связками и постоянное давление в горле.
Некоторые люди признавались мне, что им было очень стыдно за свои детские желания, когда они видели, как их мать лишает себя самого необходимого. Они не осмеливались заговорить об этих желаниях, особенно с матерью. Обычно мазохист доходит в этом поведении до той точки, где уже не чувствует собственных желаний, – столь сильны его опасения не понравиться маме. Он так хочет нравиться ей, что позволяет себе только те желания, которые ее обрадуют.
Мазохист обычно сверхчувствителен, малейший пустяк его ранит. Как следствие, он предпринимает все меры предосторожности, чтобы не ранить других. Кто бы из его близких, а особенно любимых, ни почувствовал себя несчастным, он уже считает себя ответственным за это. Он уверен, что должен был (или не должен был) делать или говорить то-то и то-то. Он не понимает, что столь активное внимание к проблемам и настроениям других людей не позволяет ему услышать собственные потребности. Среди пяти характеров мазохист меньше других прислушивается к своим потребностям, хотя довольно часто сознает, чего хочет. Пренебрегая собой, он таким образом обеспечивает себе страдания, а следовательно, продолжает подпитывать травму унижения и маску мазохиста. Он делает все для того, чтобы быть полезным. Это его способ скрыть от себя свою травму и уверить себя в том, что он не страдает от унижения.
По этой же причине мазохист часто становится признанным весельчаком, который всегда готов смешить других, выставляя себя объектом насмешки, насмехаясь над самим собой. Он очень экспрессивно излагает факты и ищет средства, чтобы сделать их смешными. Он не жалеет себя, играя роль мишени для чужих острот. Это мотивировано его бессознательным стремлением унизить, растоптать себя. И никто не догадывается, что под его шутками, возможно, скрывается страх стыда.
Малейшую критику в свой адрес он воспринимает с чувством унижения и собственной никчемности. Но еще сильнее его способность к самоуничижению. Он умеет видеть себя намного более ничтожным, никудышным, чем он есть в действительности. Он не может всерьез поверить, что другие считают его самостоятельной и значимой личностью. Я заметила, что в его словаре очень употребительны слова "маленький", "немножко": "Не уделишь ли ты мне немножко времени?", или "У меня есть небольшая идейка", или "Подожди маленько". Он пишет маленькими буквами, ходит маленькими шагами, он любит крохотные автомобили, маленькие дома, маленькие предметы, маленькие кусочки еды и т.д. Если ты узнаешь себя в портрете мазохиста и если тебе трудно проследить за употреблением этих слов, я советую тебе обратиться к окружающим с просьбой понаблюдать за тобой и послушать твои повседневные разговоры. Нередко близкие люди знают человека намного лучше, чем он сам знает себя.
Когда мазохист употребляет слово "толстый", то чаще всего для того, чтобы унизить себя. Когда он пачкается во время еды (что случается довольно часто), то говорит или думает при этом: "Какая же я большая свинья!" На одной вечеринке я оказалась рядом с дамой-мазохисткой; она была в очень красивом платье и даже решилась надеть свои самые роскошные украшения. Я сделала ей комплимент по поводу внешности, и она ответила мне: "А тебе не кажется, что я выгляжу как толстая купчиха?"
Человек, страдающий от травмы униженного, часто бывает склонен во всем обвинять себя и даже брать на себя вину других людей. Это его способ быть хорошим. Мужчина-мазохист рассказывал мне, что когда его жена чувствует какую-либо вину, то охотно позволяет убедить себя, что не она виновата, а он, муж. Например, она отправляет мужа по магазинам и дает ему список, где забывает указать одну из постоянных еженедельных покупок. Он возвращается без этой покупки. Она ему говорит: "О чем ты думал? Ты же прекрасно знаешь, что мы покупаем это каждую неделю!" Он чувствует себя виноватым: он действительно не подумал об очевидном. Он не понимает, что она обвиняет за то, что сама забыла отметить покупку в списке. Даже когда она говорит: "Я забыла указать это в списке", он все равно злится на себя за то, что не подумал об этом.
Вот еще один пример женщины с подобным поведением. Она едет в автомобиле и разговаривает с мужем, который сидит за рулем. Он отвечает жене на вопрос, переводит взгляд с дороги на нее и нарушает правила дорожного движения. Он обвиняет жену в том, что она его отвлекает. В подобных ситуациях жена считает, что ей следует извиниться перед ним. Когда мы анализируем с ней подробности инцидента и я спрашиваю, действительно ли она вела себя неправильно, она понимает, что ее вины нет; но когда муж говорит, что виновата жена, она готова считать себя виноватой.
Эти примеры прекрасно иллюстрируют склонность мазохиста брать на себя вину за то, в чем он не виноват, и осуждать себя. Если человек берет на себя чужую вину и извиняется, это никогда и никаким образом не решает проблему: каждый раз ситуация повторяется, и он снова обвиняет себя.
Важно помнить,
что другие люди никогда не могут заставить нас чувствовать вину,
так как это чувство появляется только изнутри,
Мазохист часто испытывает чувство беспомощности с людьми, которых любит или которые близки ему. Когда на него сыплются обвинения (а он мастерски, хотя и невольно, вызывает эту реакцию), он стоит, раскрыв рот, и не знает, что сказать в свою защиту. Он винит себя. Он может так сильно страдать, что бросит все и убежит. Потом он будет искать оправдания и объяснения, стараясь восстановить спокойствие. Обвиняя себя, он, естественно, считает своей обязанностью уладить ситуацию.
Я не утверждаю, что только мазохист испытывает чувство вины. Каждый из пяти характеров переживает чувство вины, только по разным причинам. Мазохист, по любому поводу чувствуя себя униженным, больше других прибегает к различным ухищрениям и еще больше страдает от своей вины.
Большое значение для мазохиста имеет свобода – она для него означает, что он никому ничего не должен, что его никто не контролирует и что он делает что хочет и когда хочет. В юном возрасте он почти никогда не чувствовал себя свободным, особенно с родителями. Они всегда могли, например, помешать ему с кем-то дружить, пойти куда хочется и т.п., а также принудить его к определенным обязанностям или работам по дому, заставить заниматься младшими детьми. Впрочем, следует заметить, что чаще всего он сам себе устраивает различные обязанности и повинности.
Когда он свободен, когда чувствует, что никто не ставит ему палки в колеса, он расцветает, живет полнокровной жизнью, ему нет преград. В такой момент он хватает лишку, причем сразу во многих сферах. Он много ест, он закупает и готовит слишком много пищи, чрезмерно много пьет, делает больше всех, он слишком многим хочет помочь, без меры работает, без меры тратит и слишком много говорит, он считает, что чрезмерно богат. Осознав это поведение, он стыдится себя, он переживает унижение от замечаний и взглядов окружающих. Поэтому он боится этого своего состояния – он убежден, что натворит постыдных вещей в плане сексуальном, социальном, в покупках, визитах и т.п. Кроме того, он считает, что если занимается собой, то уже бесполезен для других. И опять пробуждается его пережитое в детстве унижение, когда он пробовал отказаться служить другим. По этой причине в теле мазохиста заблокировано большое количество энергии. Если бы он умел позволить себе такую нужную ему свободу и не испытывать при этом ни вины, ни стыда, его тело стало бы стройнее, избавившись от запасов блокированной энергии.
Таким образом, самый большой страх для мазохиста – свобода. Он убежден, что не сумеет распорядиться своей свободой как следует. И бессознательно устраивает все так, чтобы не быть свободным; он практически всегда сам принимает такое решение. Он думает, что, принимая решения самостоятельно, он избежит контроля со стороны других людей, но его решения часто приносят противоположные результаты – еще больше ограничений и обязательств. Стремясь заниматься всеми теми, кого он любит, он думает, что обеспечит себе свободу, поскольку сам все контролирует, но на самом деле он сам себя порабощает. Вот примеры.
Господин К. считает, что волен завести себе столько подруг, сколько ему хочется, – и сразу создает себе кучу проблем: теперь ему необходимо так распорядиться своим временем, чтобы успевать побывать у каждой из них, и при этом чтобы ни одна не знала бы о существовании других.
Господин Л. чувствует себя дома как в тюрьме из-за неусыпного контроля со стороны супруги. Он находит себе две или три дополнительные работы в вечернее время, чтобы избежать контроля. Он думает, что свободен, но фактически у него нет времени ни на развлечения, ни на собственных детей.
Госпожа М. осталась одинокой и, чтобы быть свободной, покупает себе отдельный дом. У нее теперь нет времени на себя, так как на нее одну свалились все хозяйственные работы.
Все, что бы ни делал мазохист, стремясь освободиться в одной сфере, тут же оборачивается порабощением в другой. Кроме того, каждый день и каждый час он создает себе ситуации, в которых обязан выполнять работу, не отвечающую его потребностям.
Еще одно свойство мазохиста – умение наказывать себя, считая, что наказывает кого-то другого. Одна дама рассказывала мне, как она часто ссорилась с мужем из-за того, что он слишком любил погулять с друзьями, а ей уделял мало времени. Однажды, рассердившись, она воскликнула: "Если тебя раздражают мои слова, уходи!" Ему только того и надо было – он схватил плащ и убежал, а она еще раз осталась в одиночестве. Намереваясь наказать его, она наказала сама себя и осталась одна, а муж был только рад случаю сбежать из дома. Прекрасное средство для подпитки своей мазохистской субличности.
Мазохист обладает также даром самонаказания, осуществляя его раньше, чем это сделают другие. Он как бы хочет обрушить на себя первые удары кнута и таким образом подготовить себя к последующим. Эта ситуация возникает обычно тогда, когда он стыдится чего-то или боится испытать стыд перед другими. Ему настолько трудно доставить себе удовольствие, что, даже если он находит радость в какой-либо деятельности или общении, то тут же обвиняет себя в том, что злоупотребляет удовольствием. Мазохист делает все возможное для того, чтобы его не считали любителем удовольствий. Чем больше он карает себя за сластолюбие, тем сильнее жаждет сладкого его тело – и набирает вес.
Одна молодая мать как-то рассказывала мне: "Я поймала себя на том, что стараюсь не оставлять себе времени на удовольствия и устраиваю все так, чтобы не получать удовольствия от того, чем занимаюсь". Она добавила, что вечерами, когда муж и дети смотрят телевизионные передачи, она нередко тоже останавливается, чтобы взглянуть на экран. Захваченная сюжетом, она так и стоит до конца передачи; она не позволяет себе присесть, ей кажется, что это будет означать, что она ленивая, плохая мать. Чувство долга очень развито у мазохистов.
Мазохист часто выступает посредником между двумя лицами. Он выполняет роль буфера в ссорах – это еще один повод вырастить на теле хороший защитный слой. Во многих ситуациях он умудряется оказаться козлом отпущения. Мать-мазохистка, например, вмешивается в диалог между отцом (или учителем) и детьми, вместо того чтобы учить детей ответственности. На службе мазохист выбирает такую должность, где чувствует себя обязанным всюду вмешиваться и все улаживать, чтобы все были счастливы. В противном случае обвиняет себя в бездеятельности; ему стыдно, так как он считает себя ответственным за счастье других.
Когда он берет слишком много на свои плечи, это становится видно по его телосложению. Плечи поднимаются все выше – их везде нужно подставлять, появляются боли в спине. Тело сигнализирует также, что мазохист дошел до максимальной нагрузки. Его кожа словно натянута до предела, он зажат в своем теле, там больше нет места. В таком состоянии он и одежду выбирает слишком тесную. Кажется, что он слишком глубоко дышит и одежда вот-вот затрещит по швам.
Если это твой случай, значит, твое тело пытается сказать тебе, что твою травму унижения давно пора лечить, потому что ты больше не выдерживаешь.
Внешний вид имеет большое значение для мазохистов, хотя нередко, глядя на их одежду, можно прийти к противоположному выводу. В глубине души они очень хотят красиво одеваться и красиво выглядеть, но не позволяют себе этого, считая своим долгом страдание. Когда мазохист одевается так, что тесное платье подчеркивает его жировые складки, это верный признак, что его травма очень серьезна. Он намеренно усиливает свои страдания. Если же он позволяет себе покупать по собственному вкусу красивую, качественную одежду нормальных размеров, значит, его травма находится на пути к излечению.
У мазохиста есть дар притягивать к себе ситуации и личности, которые унижают его. Вот несколько примеров.
· Г-жа А. привлекает мужчину, который становится невыносимым в компании, когда выпьет лишнего.
· Г-жа Б. привлекает супруга, который бесконечно флиртует при ней с другими женщинами.
· Г-н В. находит себе подругу, которая шокирует своей грубостью, особенно его коллег по работе.
· У г-жи Г. постоянно пятна на одежде – либо от недержания мочи, либо от слишком обильных менструаций.
· Г-н Д. и г-жа Е. имеют обыкновение пачкать свою одежду во время еды за общим столом: он роняет пищу на галстук, она – на декольте. Она поясняет, что ей мешают нормально есть ее большие груди. Она не хочет осознать, что привлекает к себе унизительные или постыдные ситуации для того, чтобы обнаружить свою травму. Множество раз я слышала от мазохисток, когда мне приходилось сидеть с ними за столом: "Какая же я толстая свинья, опять испачкалась!" Они очень стараются стереть пятно, но оно у них почему-то только увеличивается.
· Г-н Ж. уволен, он идет за удостоверением безработного; стоя в очереди, он обязательно увидит кого-нибудь из знакомых или коллег по прежней работе. Он старается спрятаться.
Только лица, страдающие от унижения, переживают описанные выше ситуации таким образом. Другие люди в подобных случаях могут чувствовать себя отвергнутыми, покинутыми, преданными, жертвами несправедливости.
Вот почему так важно помнить,
что страдать тебя заставляет не то, что ты переживаешь,
а твоя реакция на то, что ты переживаешь,
обусловленная твоей неизлеченной травмой.
Очень знакомо мазохисту чувство отвращения. Он отвратителен сам себе или кому-то еще. Он создает себе ситуации, в которых будет переживать отвращение. В этих ситуациях первая его реакция – отбросить, отвергнуть то, к чему он чувствует отвращение. Я знала многих мазохистов, мужчин и женщин, которым были отвратительны их родители: мать грязная, толстая, ленивая или вульгарная; отец алкоголик, курит беспрерывно, от него дурно пахнет, он водится с подозрительными типами или с чужими женщинами. И дети не приглашают к себе домой друзей, тем самым сужая круг своих знакомств.
До какой степени мазохисту трудно осознать и ощутить собственные потребности, можно увидеть по тому, как часто он делает для других то, чего не делает для себя. Вот несколько примеров.
Г-н И. помогает сыну покрасить дом, но у него нет времени покрасить собственную квартиру.
Г-жа К. очень аккуратно убрала и украсила дом для приема гостей, но, оставаясь одна, она не делает этого, хотя и любит, когда в доме чисто и убрано. Она не считает себя достаточно важной персоной.
Г-жа Л. любит красиво выглядеть, она со вкусом одевается ради общества, но сама у себя дома надевает "лохмотья". Если кто-то неожиданно нагрянет, ей будет стыдно за свой вид и она попытается спрятаться.
Как и всякий душевно травмированный человек, мазохист делает все, чтобы не осознавать своего страдания: он слишком боится переживать боль, связанную с травмой. Но при этом он старается любой ценой сохранить достоинство. Он часто употребляет выражения "быть достойным" и "быть недостойным". Он часто считает себя недостойным – недостойным любви, недостойным уважения. А осудив себя как недостойного, он уже не заслуживает удовольствий – хуже того, он заслуживает страданий. Все это происходит, как правило, бессознательно.
В сексуальной жизни мазохисту нелегко из-за собственного стыда. Если вспомнить все табу, навязанные детям в процессе сексуального воспитания, то неудивительно, что на стыдливого человека сильнейшее влияние оказывают понятия греха, грязи, разврата, связанные с сексуальной жизнью.
Возьмем для примера ребенка, который родился у незамужней девушки. Если этого ребенка называют дитя стыда, травма просыпается очень рано – настолько рано, что к зрелому возрасту она становится еще тяжелее. С самого момента зачатия это существо получает ложное представление о сексуальном акте.
Я знаю, что в наше время сексуальная жизнь стала намного свободнее, чем прежде; однако не строй себе на этот счет иллюзий. Все чаще и чаще девочки и мальчики подросткового возраста страдают ожирением, и многим это мешает вести нормальную и приятную сексуальную жизнь. Этот сексуальный стыд передается из поколения в поколение, и излечить его можно, только излечив травму унижения. За многие годы практики я убедилась, что почти все люди, страдающие травмой унижения, происходят из семей, все члены которых нуждаются в психологическом лечении сексуальной сферы. И притягиваются эти люди друг к другу не случайно.
Подросток-мазохистка склонна к жесткому сексуальному самоконтролю – она боится причинить стыд своей матери, очень строгой на этот счет. Девочка усваивает, что секс отвратителен, и ей придется выполнять длительную работу над собой, чтобы избавиться от этого верования. Одна школьница рассказала мне, какой стыд она пережила после того, как позволила целовать себя и касаться своего тела четырнадцатилетнему мальчишке. На следующий день, в школе, ей казалось, что все на нее смотрят, что все знают, что она натворила.
А сколько девочек испытывают чувство унижения, когда у них наступают первые менструации и набухают груди! Некоторые девчонки пытаются даже перевязывать груди, не дать им расти большими.
Подросток-мазохист также чувствует над собой сексуальный контроль. Он очень боится быть застигнутым за мастурбацией. Чем больше он верит, что это постыдно, тем сильнее хочет прекратить эту практику и тем сильнее его тянет мастурбировать. Он также притягивает к себе унизительные и постыдные сексуальные ситуации с родителями и друзьями. Обычно самые сильные унижения переживаются в ситуациях с матерью и девочками. Чем больше человек верит, что секс – дело постыдное и грязное, тем сильнее притягивает к себе сексуальные преследования и насилие, особенно в детстве и отрочестве. Ему так стыдно, что он не смеет никому об этих вещах говорить.
Многие женщины с различными уровнями мазохизма в характере рассказывали мне, как, набравшись немыслимой смелости, признавались матери, что их изводят сексуальными домогательствами или что они практикуют инцест; и что же они слышали в ответ? "Ты сама виновата, ты слишком сексуальна", или "Это ты его провоцируешь!", или "Конечно, ты сама этого добивалась". Такая материнская реакция способна только усилить чувство унижения, стыда, вины. И когда женщина сооружает себе добротную защиту в виде толстого слоя жира вокруг бедер, ягодиц и живота, то есть вокруг самой сексуальной части тела, у нее можно заподозрить страх перед сексуальностью, обусловленный пережитым насилием.
Поэтому меня не удивляет, что многие девочки, а в последнее время и все больше мальчиков, начинают толстеть именно в тот период, когда особенно ярко проявляются их сексуальные желания. Это хороший способ перестать возбуждать желание у других, избавиться от домогательств, а заодно (бессознательно) и лишить себя сексуального удовольствия. Многие женщины говорят мне: "Если бы у меня была красивая стройная фигура, я, наверное, изменяла бы мужу" или: "Вот оденусь привлекательно, стану сексуальнее, и муж будет ревновать". Я установила, что большинство толстяков – и мужчины, и женщины – очень чувственны. Поскольку они считают, что не заслуживают личного удовольствия, то и действуют таким образом, чтобы лишить себя всякой радости, в том числе и в сексуальной сфере.
[Академия Знакомств [Soblaznenie.Ru] - это практические тренинги знакомства и соблазнения в реальных условиях - от первого взгляда до гармоничных отношений. Это спецоборудование для поднятия уверенности, инструктажа и коррекции в "горячем режиме". Это индивидуальный подход и работа до положительного результата!]
Весьма вероятно, что у многих людей, страдающих от унижения, бывают галлюцинации, хотя они никогда не решаются об этом рассказывать – стыдно. Мазохисты не только чувственны, они также сексуальны. Они занимались бы любовью очень часто, если бы могли позволить себе делать все, чего им хочется, и, в особенности, если бы дали себе время осознать свои настоящие потребности в этой сфере (как, впрочем, и в других). Я много раз слышала признания женщин в том, что, когда у них возникает любовное желание, они не смеют говорить об этом партнеру, для них это немыслимо – беспокоить другого ради собственного удовольствия.
Мужчина-мазохист тоже обычно не живет той сексуальной жизнью, какой он желает. Он либо слишком робок в интимных отношениях, либо одержим ими и повсюду ищет их. У него нередко возникают проблемы с эрекцией или даже с преждевременной эякуляцией.
Когда мазохистская личность дает себе право любить секс и находит партнера (партнершу), с которым может позволить себе все, чего желает, ей все равно не удается полное самозабвение; ей стыдно показать, что ей нравится в сексе, стыдно дать себе волю и, например, издавать звуки, показывающие, насколько ей приятны те или иные действия.
Исповедь оказалась еще одним источником стыда для тех, кого к ней принуждали в юности, – особенно для молодых девушек, которые должны были рассказывать о своих сексуальных проблемах мужчине; им полагалось исповедоваться даже в дурных мыслях. Нетрудно представить, насколько мучительно было – особенно для девушки-мазохистки – сознаться в том, что она предавалась любви до замужества. Глубоко верующие еще больше стыдились БОГА, они считали совершенно неприемлемым разочаровать Его, и рассказывать об этом священнику было чрезвычайно унизительно. Такое унижение оставляло глубокий отпечаток в душе, который не сглаживался в течение многих лет.
Серьезное усилие требуется от мазохиста – как мужчины, так и женщины, – чтобы при полном освещении обнажить свое тело перед новым возлюбленным. Они боятся своего стыда, когда партнер будет смотреть на них, – и это при том, что в глубине души именно мазохисты ищут и испытывают самое острое удовольствие от собственной наготы – когда им удается это себе позволить. Они очень чувственные по натуре, и чем крепче веруют, что секс-свинство, тем сильнее жаждут этого свинства в своей сексуальной деятельности. Возможно, это трудно понять не-мазохистам, зато очень понятно тем, кто принадлежит к этой категории. Впрочем, это же относится и ко всем другим типам характера. Нужно пережить опыт душевной травмы, чтобы понять это по-настоящему.
Вот перечень типичных болезней и недомоганий мазохиста.
Очень часто отмечаются боли в СПИНЕ и ощущение тяжести на ПЛЕЧАХ, потому что мазохист слишком много взваливает на себя. Боль в спине обусловлена преимущественно его чувством несвободы. Боль в нижней части спины связана, как правило, с материальными проблемами, в верхней – с эмоциональной сферой.
У него могут возникнуть заболевания ДЫХАТЕЛЬНЫХ ПУТЕЙ, когда его удушают чужие проблемы.
Часто случаются неприятности с НОГАМИ и СТУПНЯМИ – ВАРИКОЗЫ, РАСТЯЖЕНИЯ, ПЕРЕЛОМЫ. Когда он боится, что не сможет передвигаться, то навлекает на себя физические неприятности, которые действительно не дают ему передвигаться.
Нередко нарушается работа ПЕЧЕНИ, так как он чрезмерно озабочен проблемами других людей.
Боли в ГОРЛЕ, АНГИНЫ и ЛАРИНГИТЫ – неминуемые спутники мазохиста, потому что он постоянно сдерживает себя, когда ему хочется что-нибудь сказать, а особенно – спросить.
Чем труднее ему осознать свои нужды и заявить о своих требованиях, тем выше у него вероятность заболевания ЩИТОВИДНОЙ ЖЕЛЕЗЫ.
Кроме того, неумение слышать собственные потребности часто провоцирует ЧЕСОТКУ, КОЖНЫЙ ЗУД. Известно, что выражение "Мне так и чешется..." означает "Мне страшно хочется...", но мазохист подавляет свое желание – ему стыдно желать собственного удовольствия.
Еще одна физическая проблема, которую я часто наблюдаю у людей мазохистского типа, – плохая работа поджелудочной железы и, как следствие, ГИПОГЛИКЕМИЯ и ДИАБЕТ. Эти болезни проявляются у лиц, которые с трудом позволяют себе сласти и удовольствия, а если и позволяют, то их мучит чувство вины и унижения.,
Мазохист предрасположен к СЕРДЕЧНЫМ ЗАБОЛЕВАНИЯМ, потому что недостаточно любит себя. Он не считает себя настолько значимым существом, чтобы доставлять себе удовольствие. Сердечная сфера у человека прямо связана с его способностью получать удовольствие, радоваться жизни.
Наконец, твердо убежденный в неизбежности страдания, мазохист довольно часто обрекает себя на ХИРУРГИЧЕСКОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО.
Хочу напомнить, что все перечисленные болезни подробно описаны в моей книге "Твое тело говорит: Люби себя!"
Если ты сталкиваешься с одной, а тем более с несколькими из этих физических проблем, высока вероятность того, что они вызваны поведением, которое диктует твоя маска мазохиста. Эти болезни могут поражать и людей с иными типами травм, но чаще других они встречаются, очевидно, у лиц, страдающих от унижения.
Что касается питания, то здесь мазохист обычно впадает в крайности. Он может заглатывать огромные порции, но может есть и крохотными кусочками, чтобы убедить себя, что ест мало (ему стыдно). Впрочем, маленьких кусочков оказывается очень много, так что в итоге он все-таки переедает. У него бывают минуты волчьего голода, и тогда он ест тайно, однако по-настоящему не осознает, что он ест. Он хватает пищу стоя, например прямо с кухонного стола. Ему кажется, что так он съест меньше, чем сидя за столом. Пищу предпочитает плотную, жирную.
Обычно он испытывает сильное чувство вины и стыда за неразборчивость в еде, особенно за пристрастие к продуктам, от которых, как считается, полнеют (шоколад). Одна участница моих курсов рассказывала, что самые трудные минуты переживает в бакалейном отделе магазина: когда она подходит к кассе и перебирает все лакомства в своей корзине, ей становится очень стыдно – что подумают о ней люди в очереди! Она уверена, что они называют ее про себя "толстой свиньей".
Если мазохист считает, что слишком много ест, это никак не способствует уменьшению его веса: как тебе известно, с нами всегда происходит то, во что мы верим. Чем больше человек верит и чувствует, что виноват в переедании, тем больше веса прибавит ему съеденная пища. Если другой человек съедает много и не прибавляет в весе, это означает, что у него совсем иная внутренняя установка, другое верование. Ученые говорят, что у этих двух людей различный метаболизм. Конечно же, существуют различные типы метаболизма, различные системы желез внутренней секреции, и все это отражается на физическом теле, но я остаюсь при своем убеждении: именно система верований определяет систему желез, тип метаболизма и тип пищеварительной системы, а не наоборот.
К сожалению, пища для мазохиста является средством компенсации. Это его спасательная соломинка, его попытка вознаградить себя. Если он начнет делать это другими средствами, у него уменьшится потребность утолять свою боль пищей. И обвинять себя за переедание ему не следует, ибо до сих пор оно действительно спасало его, оно помогло ему выжить.
Согласно статистическим данным, 98% людей, которые переходят на специальную диету для похудения, восстанавливают прежний вес, к тому же с небольшой добавкой, вскоре после возвращения к обычному питанию. Ты замечал, что лица, желающие похудеть, говорят обычно, что они хотят потерять вес или что они потеряли столько-то килограммов? Человеку свойственно использовать все возможности, чтобы найти потерянное. Поэтому я советую употреблять слово "похудеть" вместо "терять вес".
Я заметила также, что после многочисленных диет те, кто часто терял и восстанавливал вес, все с большим и большим трудом его сбрасывают и все легче набирают снова. Складывается впечатление, что физическое тело утомляется от работы, к которой его принуждают. Намного разумнее примириться с этим весом и заняться работой над травмой унижения, как это описано в последней главе настоящей книги.
Для того чтобы полнее осознать свою травму униженного, мазохист должен увидеть, до какой степени он стыдится себя и других и сколько других людей испытывали стыд за него. Кроме того, он должен осознать все те многочисленные случаи, когда сам себя унижал, сам себе не давал поднять голову, считал себя недостойным. Так как мазохист часто склонен к крайностям, он вначале, как правило, не видит и не признает никаких постыдных ситуаций, а потом видит их неимоверное количество. Когда наступает эта последняя стадия, его первой реакцией является шок от картины стыда и унижений, но затем он смеется над собой. Это начало выздоровления. Еще один способ осознания – выяснить, не из тех ли он мазохистов, которые постоянно стремятся взвалить на свои плечи побольше чужих обязанностей и ответственности.
Если ты находишь у себя травму унижения, помни, что в первую очередь и главным образом тебе надлежит работать на уровне психики, души, то есть освободить себя от душевной травмы униженного. Если же ты работаешь только на физическом уровне, тщательно контролируя себя, чтобы похудеть или не толстеть, значит, ты не в согласии с планом твоей жизни и должен будешь перевоплотиться снова – быть может, в еще более толстое тело. Пока ты здесь, разумнее сделать все возможное, чтобы освободить свою душу.
Важно понять, что твой отец или твоя мать тоже переживают свою травму унижения. Они переживают ее с родителем того же пола, что и ты. Если сумеешь открыть в себе сострадание к родителю, переживающему эту травму, тебе и самому станет легче.
Не забывай, что основная причина травмы заключается в неспособности простить себе то, что причинил себе сам, и то, что заставил пережить других. Нам трудно прощать себя, ведь обычно мы не сознаем своего самоосуждения. Чем тяжелее твоя травма униженного, тем вернее указывает она, что ты сам себя унижаешь, сравнивая себя с другими и сгибаясь перед ними, или что ты унижаешь других, стыдясь за них или пытаясь все делать за них. Мы упрекаем других во всем том, что сами делаем и чего не желаем замечать. По этой причине мы притягиваем к себе личности, которые показывают нам, как мы поступаем с другими и с самими собой.
Я упоминала выше, что маску мазохиста труднее распознать и признать, чем любую другую. Если ты находишь у себя только физические характеристики этой маски, но не видишь других, я советую тебе перечитать эту главу несколько раз в течение ближайших месяцев. Постепенно в памяти всплывут ситуации, в которых ты пережил стыд и унижение. Важно дать себе время, необходимое для признания этой травмы в собственной душе.
Напомню,
что признаки и формы поведения, описанные в этой главе,
проявляются только в том случае, если человек носит маску мазохиста,
стараясь таким способом избежать страданий униженного.
В зависимости от тяжести травмы и интенсивности боли,
эта маска может надеваться лишь на несколько минут в неделю
либо практически не сниматься.
Типичные для мазохиста формы поведения диктуются страхом повторного переживания травмы унижения. С другой стороны, вполне возможно, что ты узнаешь себя в некоторых, но не во всех описанных здесь формах поведения. Наличие одновременно всех признаков у одного человека практически невозможно. Каждая из травм, описанных в этой книге, обусловливает соответствующие внутренние установки и формы поведения. Каждой травме соответствуют свои особенности мышления и чувств, манеры говорить и действовать – все вместе они определяют реакцию личности на все происходящее в ее жизни. Личность в состоянии реакции не уравновешена, не сосредоточена в своем сердце и не может знать ни благополучия, ни счастья. Вот почему так важно осознавать мгновения, когда ты являешься самим собой, и отличать их от мгновений, когда ты реагируешь. Достигнув такого осознания, ты обретаешь возможность стать хозяином своей жизни, а не позволять своим страхам управлять ею.
Целью этой главы было помочь тебе осознать твою травму униженного. Если ты узнал себя в описании этой травмы, то в последней главе найдешь всю информацию, которая понадобится тебе, чтобы излечить травму, стать самим собой и не думать больше, что жизнь наполнена муками униженных.
Если ты не находишь у себя этой травмы, я советую тебе обратиться к тем, кто тебя хорошо знает, и убедиться, что они согласны с тобой. Я уже говорила, что травма униженного может быть совсем небольшой; в этом случае ты найдешь у себя лишь отдельные ее признаки. Напомню также, что в первую очередь следует полагаться на физические признаки, поскольку физическое тело никогда не лжет, в отличие от нас самих – мы умеем очень легко обманывать себя.
Если ты обнаружишь эту травму у кого-то из окружающих, не пытайся переделывать этого человека. Лучше используй все, чему ты научился в этой книге, чтобы проявить к нему больше сочувствия, лучше понять его реактивное поведение. Не пересказывай эту книгу своими словами; пусть лучше те, у кого появится интерес к этой теме, прочтут ее сами.
Характеристики травмы
УНИЖЕННОГО
Пробуждение травмы: в период от одного до трех лет, с родителем, который занимается физическим развитием ребенка (обычно это мать). Недостаток свободы. Чувство унижения из-за контроля со стороны этого родителя.
Маска: Мазохист.
Тело: Толстое, округлое, низкий рост, толстая плотная шея, напряженность в области горло, шеи, челюстей и таза. Лицо круглое, открытое.
Словарь: "достойный" _ "недостойный" _ "маленький" _ "толстый".
Характер: Часто стыдится себя или других или боится причинить стыд. Не любит быстрой ходьбы. Знает свои потребности, но не прислушивается к ним. Много взваливает на свои плечи. Прибегает к контролю, чтобы избежать стыда. Считает себя неопрятным, бессердечным, свиньей, хуже других. Склонен к слиянию. Устраивается так, чтобы не быть свободным, поскольку "быть свободным" для него означает "быть несдержанным". Когда он несдержан, то боится переступить черту дозволенного. Любит роль матери. Чрезмерно чувствителен. Наказывает себя, полагая, что наказывает кого-то другого. Стремится, хочет быть достойным. Часто испытывает отвращение. Повышенная чувственность сочетается со стыдом в сексуальном поведении. Не считается со своими сексуальными потребностями. Отыгрывается в еде.
Больше всего боится: Свободы.
Питание: Любит сытную, жирную пищу, шоколад. Прожорлив или, наоборот, ест маленькими порциями. Стыдится покупать для себя и употреблять "лакомства".
Типичные болезни: Боли в спине _ плечах, горле _ ангины _ ларингиты _ заболевания дыхательных путей _ ног _ ступней _ варикозы _ растяжения связок _ переломы _ нарушения функций печени _ щитовидной железы _ кожный зуд _ гипогликемия _ диабет _ сердечные заболевания.
Глава 5
ПРЕДАТЕЛЬСТВО
ТЕЛОСЛОЖЕНИЕ КОНТРОЛИРУЮЩЕГО
(Травма предательства)
Предавать и переживать предательство можно по-разному. Согласно словарям, "предать" означает "перестать быть верным кому-то или чему-то, покинуть или сдать кого-то". Ключевой термин, связанный с предательством и противоположный ему по смыслу, – верность. Быть верным – значит выполнять свои обязательства, быть лояльным, не изменять. Верному человеку можно доверять, на него можно полагаться. Когда верность нарушена, это становится причиной страданий человека, которого предали.
Эта травма пробуждается в возрасте от двух до четырех лет, когда развивается сексуальная энергия и возникает эдипов комплекс. Эта травма переживается с родителем противоположного пола. Душа, стремящаяся излечить эту травму, привлекает к себе родителя, с которым у нее возникнет сильная любовная связь и сильное взаимное влечение – то есть комплекс Эдипа.
Несколько пояснений для тех, кто хочет глубже разобраться в теории эдипова комплекса, разработанной психоаналитиком ЗИГМУНДОМ ФРЕЙДОМ. Согласно его представлениям, все мы переживаем этот комплекс, только в различной степени. Каждый ребенок, особенно в возрасте от двух до шести лет, влюбляется в родителя противоположного пола или в другое лицо, играющее роль этого родителя, ибо как раз в этом возрасте развивается сексуальная энергия ребенка. В этот период ребенок входит в контакт со своей жизненной силой, сексуальной энергией, творческой способностью.
Вполне естественно, что с момента рождения ребенок отождествляет себя с матерью и в высшей степени зависит от ее внимания и забот. Мать же должна по-прежнему выполнять свои повседневные обязанности и заботиться о других членах семьи так же, как это было до рождения малыша. Если мать слишком старательно удовлетворяет все капризы младенца, становясь иногда почти его рабыней, он начинает думать, что может заменить отца во всех отношениях. В таком случае, согласно Фрейду, ребенок не пройдет через очень существенную в его развитии эдипову фазу, что самым неблагоприятным образом отразится впоследствии, в зрелые годы, на его психике и сексуальности.
Правильный переход через эдипову стадию означает, что всякий ребенок должен осознать существенную роль отца в его, ребенка, сотворении. Даже если отец отсутствует, мать должна дать понять ребенку, что этот отец существует и что он столь же необходим, как и мама. Как только ребенок поймет, что для его зачатия необходим был союз двух полов, у него просыпается интерес к противоположному полу. Развивается бессознательное желание создать ребенка с родителем противоположного пола. Как раз в это время и развивается его творческое начало. Этим объясняется поведение маленьких девочек, которые пробуют соблазнить папу, точно так же как и мальчики – маму. Они прилагают все усилия, чтобы добиться любви родителя противоположного пола. Кроме того, они стараются защищать этого родителя, даже если их надежды на его внимание не оправдываются. Когда родитель одного с ребенком пола обижает родителя противоположного пола, ребенок переживает это очень тяжело. Некоторые дети доходят до того, что желают смерти родителя, которого осуждают.
К сожалению, в большинстве случаев фаза эдипова комплекса проходит далеко не лучшим образом, поскольку мать слишком склонна считать сына своей собственностью, как и отец – дочь. Чем сильнее обесценен отец (иногда его полностью игнорируют), тем труднее впоследствии распутывать эдипов комплекс. Я убедилась, что те, кто страдает травмой предательства, не разрешили свой эдипов комплекс в юном возрасте. Это означает, что их привязанность к родителю противоположного пола слишком велика, что сильно влияет на эмоциональные и сексуальные отношения таких личностей в более позднем возрасте. Они всегда будут сравнивать своего партнера с родителем противоположного пола и всегда будут ожидать от него того, чего не получили от этого родителя. В сексуальном акте эти личности не могут дать себе полную свободу; они сдерживают себя, так как боятся принадлежать другому.
Когда душа воплощается с целью излечить травму предательства, она выбирает родителей, которые используют соблазн в отношениях с ребенком и которые сосредоточены преимущественно на самих себе. С родителями такого типа ребенок склонен чувствовать, что они в нем нуждаются; ему особенно хочется, чтобы родителю противоположного пола было хорошо. Всеми средствами ребенок добивается особого расположения со стороны этого родителя. Один мужчина, страдающий травмой предательства, рассказывал мне, что, когда он был мальчишкой, мать и две сестры расхваливали его работу: никто, по их словам, не мог до такого блеска начистить ботинки и натереть паркет в доме, как он. Выполняя эти две работы, он, конечно, ощущал себя особенным существом. Он не понимал, что его просто используют, им манипулируют посредством соблазна. Это яркий пример того, как можно в детстве бессознательно переживать предательство.
Ребенок чувствует, что его предал родитель противоположного пола, всякий раз, когда этот родитель не сдерживает своего обещания или когда он злоупотребляет его, ребенка, доверием. Особенно тяжело он переживает предательство, связанное с любовными или сексуальными отношениями. Так, опыт инцеста почти в любом случае переживается как предательство. Как предательство ребенок переживает и ту ситуацию, когда чувствует, что родитель одного с ним пола предан другим родителем. Ребенок воспринимает такое предательство так, словно предали его самого. Чувство предательства вспыхивает и тогда, когда отец отстраняет от себя маленькую девочку, поскольку появился новый ребенок – мальчик.
Когда ребенок начинает переживать опыт предательства, он создает себе защитную маску – как и в случаях других травм. Это маска КОНТРОЛИРУЮЩЕГО. Мазохист тоже контролирует, но это разные типы контроля с различной мотивацией. Мазохист контролирует для того, чтобы не испытывать стыда или чтобы не причинять стыда другим, тогда как контролирующий контролирует для того, чтобы обеспечить выполнение взятых на себя задач, сохранить верность, оправдать ответственность, или же требует всего этого от других.
Контролирующий создает себе тело, которое излучает силу, мощь и как будто говорит: "Я отвечаю за все, вы можете мне довериться". Контролирующего мужчину можно узнать по красивым, широким – шире бедер – плечам. Иногда разница в ширине плеч и бедер незначительна, но, как я уже говорила в одной из предыдущих глав, ты должен доверять своей интуиции. Если при первом взгляде на человека ты просто чувствуешь силу, исходящую от верхней части его тела, это признак того, что предательство причиняет ему не слишком большие страдания. Но если у мужчины широкие красивые плечи, большие бицепсы, грудь выпячена и он носит тесную тенниску, подчеркивающую его мускулатуру, значит, у него очень серьезная травма предательства.
У контролирующей женщины эта сила сосредоточена в области бедер, ягодиц и живота. Форма бедер типа "галифе" свидетельствует о травме предательства у женщины. Нижняя часть тела у женщин обычно шире, объемистее, чем плечи. Если тело напоминает по форме грушу, то чем отчетливее выражена утолщенная часть груши, тем серьезнее травма предательства.
Иногда, впрочем, наблюдается обратная картина: у мужчины бедра и ягодицы оказываются шире плеч, а у женщины бывает мужское тело – широкие плечи, узкие бедра и таз. В результате многочисленных наблюдений и проверок я пришла к выводу, что их травмы предательства были пережиты с родителем своего пола, а не противоположного. Их эдипов комплекс развивался не обычным путем с родителем противоположного пола; они были слишком привязаны к родителю своего пола и практически не знали второго родителя. С другой стороны, я должна отметить, что такие случаи встречаются довольно редко. Поэтому я рассказываю в этой главе о тех, чья травма предательства переживается с родителем противоположного пола. Если ты видишь, что у тебя обратный случай, тогда тебе нужно всего лишь поменять пол родителя при анализе травмы.
В общем, личности с маской контролирующего уверенно занимают свое место и выглядят очень развитыми физически. На них словно написано: "Смотрите на меня". Нередко их вес несколько превышает норму, но нельзя сказать, что они толстые; скорее, их относят к сильным личностям. Они не выглядят толстыми со спины; однако при взгляде спереди можно отметить излишне округлый живот. Это их способ заявить о своей силе; их живот говорит: "Я способен". В странах Востока это ценится как сила Хара.
Я хочу подчеркнуть, что излишний вес у любого человека связан с его ментальной установкой: человеку кажется, что он занимает слишком мало места в жизни. Поэтому чрезмерный вес нельзя автоматически относить на счет травмы унижения, описанной в предыдущей главе. Для мазохиста его вес является дополнительным средством, чтобы чувствовать себя униженным. При других типах травм прибавка в весе связана с верованием, что это поможет занять больше места в жизни. Обрати внимание, что беглец и зависимый, будучи щуплыми и худыми, не желают занять больше места: беглецу это помогает быть невидимым, а зависимый выглядит более слабым и таким образом добивается помощи от других.
Взгляд контролирующего пристален, но он соблазняет: под этим взглядом человек чувствует себя особенной и значительной личностью. Контролирующий схватывает ситуацию очень быстро: пристальный взгляд позволяет ему сразу увидеть все, что происходит вокруг. Этот взгляд держит опасного недруга на расстоянии, а слабого парализует, прощупывает, запугивает. Так контролирующий защищается, скрывая под этой маской свою слабость, уязвимость, беспомощность.
Напомню, если у человека отмечается лишь один из перечисленных признаков, его травма не столь глубока. Определить, в какой сфере человек контролирует и боится предательства, можно по той части его тела, которая производит впечатление силы и власти. Например, если у мужчины или женщины очень мощные бедра и выдающийся вперед живот (защитные укрепления!), это говорит об озлоблении против противоположного пола, особенно на сексуальном уровне. Вероятно, эта личность страдала в детстве от сексуальных домогательств или даже была жертвой насилия, чем и объясняется возведение такой формы сексуальной защиты.
Если ты узнаешь себя в физическом портрете контролирующего, но по своему характеру ты преимущественно интроверт, то вполне возможно, что тебе будет трудно распознать себя в поведенческих характеристиках, которые описаны ниже, поскольку твой контроль носит более скрытый, неявный характер, и его, естественно, труднее осознать. В этом случае тебе могут помочь люди, которые тебя хорошо знают; пусть они прочтут следующие страницы и скажут, носишь ли ты маску контролирующего. У человека-экстраверта контроль более очевиден и легче поддается осознанию.
Что касается поведения и внутренних установок контролирующего, то общей характерной чертой всех лиц, страдающих травмой предательства, является сила. Поскольку им особенно трудно принять какую бы то ни было форму предательства, как чьего-то, так и собственного, они делают все, что в их силах, чтобы быть ответственными, сильными, особыми и значительными людьми. Таким путем контролирующий удовлетворяет свое эго, которое не желает видеть, сколько раз в неделю он предает себя или кого-то другого. В большинстве случаев он не осознает этого, ибо предательство для него настолько неприемлемо, что он просто не допускает мысли, что сам способен на него. Если он и осознает, что предал кого-то, например, не сдержав обещания, то найдет сколько угодно извинений, даже прибегнет ко лжи, чтобы забыть об инциденте. Он может, скажем, утверждать, что думал об этом, тогда как на самом деле тривиально забыл о своем обещании.
Не забудь, что каждая наша травма существует для того, чтобы напоминать нам: если другие причиняют нам страдания, то и мы причиняем страдания другим, а также самим себе. Этого эго не может ни понять, ни принять. Если ты узнаешь себя в маске контролирующего и испытываешь чувство некоторого сопротивления при чтении этих строк, то знай: это сопротивляется твое эго, а не твое сердце.
Среди пяти травмированных характеров контролирующий отличается самыми большими ожиданиями, поскольку любит все предвидеть и, таким образом, контролировать. Я упоминала ранее, что зависимый тоже слишком многого ожидает от других, но его ожидания связаны с потребностью в помощи и поддержке, с его травмой покинутого; он надеется, что это поможет ему чувствовать себя важным. Ожидания контролирующего по отношению к другим мотивированы желанием проверить, хорошо ли они делают то, что должны делать, может ли он на них положиться. Кроме того, он очень точно угадывает ожидания других. Ему часто случается сказать или ответить что-то такое, что явно соответствует ожиданиям другого человека, хотя у него не было ни малейшего желания этому человеку угодить.
Контролирующий – сильная личность. Он активно утверждает то, во что верит, и ожидает от других полного приятия его верований. Он быстро составляет мнение о другом человеке или о ситуации и твердо уверен в своей правоте. Свое мнение высказывает категорическим тоном и во что бы то ни стало хочет убедить других. Часто употребляет выражение "Ты понимаешь?", чтобы убедиться, что выразился достаточно понятно. Он уверен, что, если собеседник его понял, значит, согласился с ним – что, увы, далеко не всегда соответствует действительности. Я проверяла многих контролирующих – я спрашивала их, отдают ли они себе отчет в том, насколько интенсивно стараются убедить меня, когда высказывают свое мнение; они всегда отвечали отрицательно. Все маски травмированных имеют одно общее свойство: когда человек носит маску, он не сознает этого. Окружающие же, наоборот, различают чужую маску легко.
Контролирующий избегает конфликтных или спорных ситуаций, в которых опасается потерять контроль. Сталкиваясь с личностями, которые кажутся ему ловкими и сильными, он ретируется из страха, что не сможет противостоять им.
В своих действиях контролирующий любит скорость. Он понимает или стремится понимать быстро, раздражается, когда ему что-либо долго объясняют или рассказывают. Он часто перебивает собеседника и отвечает раньше, чем тот закончит свою фразу. Если же таким образом кто-то поступает с ним, он говорит твердо: "Дайте мне сказать, я не закончил!"
Он разносторонне одарен и быстро осваивает новинки; соответственно, нетерпелив с медлительными людьми. Ему приходится делать над собой усилия, чтобы дать им спокойно заниматься своим делом. Часто пытается контролировать других. Если автомобиль впереди едет слишком медленно, он нервничает и злится. Контролирующий отец требует от детей, чтобы они все делали быстро и быстро учились. Те же требования он ставит и перед собой. Если у него что-то не ладится или ему мешают непредвиденные обстоятельства, он впадает в гнев. Очень любит заканчивать дело первым, особенно если это соревнования. Закончить первым для него важнее, чем сделать как следует. Иногда стремится даже изменить правила игры так, чтобы они способствовали его выигрышу.
Когда события развиваются не так, как он ожидал, легко становится агрессивным, хотя не считает себя агрессивным человеком. Он видит себя скорее как сильную, самоутверждающуюся личность, которая не позволит кому-то топтаться по ее ногам. У контролирующего бывает больше перепадов настроения, чем у любого другого из пяти характеров. Он может сиять любовью и вниманием, а через минуту пылать гневом из-за пустяка. Окружающие никогда не знают, с какой ноги он начнет танцевать. Некоторые переживают такой тип поведения как предательство.
Таким образом, перед контролирующим стоит проблема терпения и терпимости. Особенно это заметно, когда обстоятельства не соответствуют его намерениям или ожиданиям. Например, когда он болеет, то принимает все меры к тому, чтобы скорее выздороветь и возобновить свои занятия, но если болеет кто-то из близких или связанных с ним определенными обязательствами, его терпение быстро иссякает.
Контролирующий склонен к "футуризации", то есть пытается все предвидеть и предусмотреть. Его интеллект очень активен. Чем сильнее его травма, тем настойчивее старается он все контролировать, чтобы избежать страданий от предательства, и тем важнее для него предвидеть будущие события. Главное уязвимое место этой внутренней установки в том, что он хочет, чтобы все происходило так, как он предвидел: он слишком преисполнен ожиданиями относительно будущего. Это мешает ему нормально жить в настоящем. Например, во время работы он занят планированием отпуска, а в отпуске обдумывает служебные задачи, или ему не дают покоя домашние проблемы. Он обычно настолько озабочен планированием и предвидением, а также соответствием происходящего тому, что ожидается, что почти не осознает сути настоящего.
Контролирующий любит приходить раньше времени, чтобы обеспечить себе удобство контроля. Он не любит опаздывать; его раздражают те, кто опаздывает, хотя это для него хороший повод поупражняться в контроле – он пытается изменить этих людей. Он становится нетерпеливым, когда опаздывает с окончанием работы или кто-то другой сдает ему работу с опозданием. Особенно заметны такие затруднения в отношениях с лицами противоположного пола – с ними он нервничает больше, притом по менее серьезным причинам. Из-за чрезмерной требовательности он часто не дает достаточного времени, в том числе и себе самому, для выполнения определенной работы.
Он испытывает дискомфорт, когда приходится поручать работу другому человеку, даже если он этому человеку доверяет; по всякому поводу и без повода проверяет, все ли делается в соответствии с его ожиданиями. Он раздражается, если необходимо обучить кого-то, как выполнять задание, а этот человек медленно усваивает. Он не может позволить себе терять время. Если он и поручает дело кому-то, то это должно быть легкое дело или такое, за которое ему не пришлось бы краснеть. Вот почему контролирующий должен быть очень быстрым: он сам делает почти все, а если и поручает что-то, то занят тем, что наблюдает за своими помощниками.
Кажется, что у него две пары ушей и четыре пары глаз – он должен видеть и слышать все, что делают другие, и убедиться, что они все делают так, как должно. Он более требователен к другим, чем к себе. С другой стороны, он больше доверяет лицам своего пола, зато чаще и жестче контролирует лиц противоположного пола. Я хочу напомнить, что травма предательства у контролирующего пробуждается всякий раз, когда он видит, что кто-то нарушает верность своим обязательствам.
Контролирующий считает себя трудолюбивым и ответственным, поэтому с трудом переживает безделье. По его мнению, человек не имеет права бездельничать, пока не завершит всю работу, за которую отвечает. Когда он видит кого-то, не занятого работой, особенно если это лицо противоположного пола, его царственные нервы не выдерживают. Он заносит этого несчастливца в список лодырей и не доверяет ему. Сам же он старается, чтобы все знали, чем он занимается, что он сделал и как сделал; все должны знать, что он человек ответственный и что ему можно доверять. Когда контролирующему не доверяют, он серьезно страдает. Он считает себя столь талантливым и ответственным, что доверять ему должны все. И в то же время он не видит, с каким трудом даже в мелочах сам он доверяет другим.
Для лиц, носящих маску контролирующего, очень важно показать всем свою силу, а особенно – смелость. Они чрезвычайно требовательны к себе, когда дело касается демонстрации их способностей. Всякое проявление слабости, например недостаток мужества, они переживают как предательство. Они ненавидят себя, когда бросают начатое дело на полдороги, когда им не хватает храбрости довести его до конца. Так же тяжело переносят они слабости других.
Контролирующий с трудом доверяется кому бы то ни было, потому что боится, что его информация будет однажды использована против него. Конфиденциальные отношения он допускает только с очень близкими и проверенными людьми. С другой стороны, он легко рассказывает другим то, что ему доверили, и, разумеется, находит этому очень веские причины.
Он любит добавить свою "щепотку соли" в то, что делают или говорят другие. Например, когда мама читает сыну нотацию, контролирующий папа, проходя мимо, вставит: "Ты понял, что тебе мама сказала?" Ситуация может не иметь к нему никакого отношения, но он обязательно вмешается. Если такой эпизод случается с маленькой девочкой, она, скорее всего, переживет его как предательство, особенно если она папина дочка, а папа не защищает ее от разгневанной мамы. Вообще, контролирующий любит, чтобы его слово было последним, поэтому легко находит, что добавить к любому, или почти любому, разговору.
Он часто занимается не своими делами. Поскольку он быстро понимает, что происходит вокруг него, и считает себя сильнее других, то легко за все берется. Он уверен, что должен помогать людям организовать их жизнь. Он не осознает, что его действия продиктованы желанием контролировать. Занимаясь другими, он может контролировать, что, когда и как они будут делать для него. Это замаскированный способ показать собственную силу. Когда человек по-настоящему не верит в свою силу, он делает все, чтобы убедить других в ее существовании. Очень удобное средство для достижения этой цели – заниматься слабыми.
Контролирующий очень чувствителен, но эта чувствительность не всегда заметна, потому что он слишком занят доказательством своей силы. Из предыдущих глав мы знаем, что зависимый занимается другими, чтобы обеспечить себе их поддержку и помощь, а мазохист делает то же самое с целью быть хорошим и избежать стыда. Что касается контролирующего, то он занимается делами других людей, чтобы не страдать от предательства или чтобы быть уверенным, что другие будут отвечать его ожиданиям. Если ты находишь, что относишься к категории людей, которые считают своим долгом устраивать жизнь всех, кого они любят, то я советую тебе внимательно проверить свои мотивации.
Эго контролирующего легко берет верх, когда кто-то исправляет его работу: он не любит надзора над собой, особенно со стороны другого контролирующего. Ему трудно ладить с властными личностями, он считает, что они стремятся контролировать его. Он любит все делать по-своему и всегда находит этому оправдание и веские причины. Он очень неохотно признает свои страхи и не желает говорить о своих слабостях. С раннего детства у контролирующего появляется фраза: "Оставьте меня, я сам могу это сделать". Он любит все делать сам и по-своему, но ему хочется, чтобы другие признавали и одобряли его работу, в крайнем случае – хотя бы замечали ее.
Он не хочет показывать свою уязвимость или ранимость из страха, что кто-нибудь воспользуется этим для контроля над ним. При всех обстоятельствах он любит показать себя бодрым, смелым, сильным.
Он поступает по-своему почти всегда. Он говорит другим то, что они должны делать, но сам поступает так, как считает нужным. Вот пример. Как-то мы с мужем наняли одного контролирующего для ремонтных работ в доме. Я объяснила этому господину, что именно нужно делать и с чего, по моему мнению, ему следовало бы начать. Я увидела, что он со мной не согласен и что ему не нравятся мои указания, поскольку мастером по ремонту помещений является он, а не я. Он попытался убедить меня в своей правоте, не считаясь с приоритетами. Я сказала ему, что понимаю его точку зрения, но что мы с мужем смотрим на это иначе и предпочитаем, чтобы было по-нашему. "Очень хорошо", – ответил он мне. А через два дня я обнаружила, что он все делает по-своему. Когда я выразила ему свое недовольство тем, что он не выполняет моих требований, у него уже были готовы все оправдания. Его слово оказалось последним, потому что уже поздно было что-либо переделывать.
Я упомянула выше, что контролирующий не любит властных людей; однако он не замечает, как часто сам приказывает другим или, не моргнув глазом, принимает за них решения. Я с большим удовольствием наблюдаю за контролирующим при исполнении им служебных обязанностей, когда он осуществляет руководство или надзор в многолюдном заведении – больнице, ресторане, магазине и т.п. Он должен знать все, что происходит вокруг; он высказывает свое мнение без просьбы и без нужды; похоже, он не в состоянии удержаться от комментариев, когда другие что-то делают или говорят.
Однажды в ресторане я наблюдала, как контролирующий официант распекал другого официанта, по всем признакам – беглеца, и не отставал от него, без конца объясняя, кого и как тот должен обслуживать и вообще как себя вести. Беглец время от времени тайком поднимал глаза к небу в знак отчаяния. Едва я успела сказать мужу, что, кажется, дуэт этих двоих очень близок к взрыву ругани, как молодой беглец, обслуживавший наш столик, направился к нам и принялся рассказывать, как тяжело ему все это выносить и что он собирается уволиться в ближайшее время.
Зная природу таких травм, я не удивилась его словам. Беглец, болезненно переживающий опыт отвергнутого, предпочитает уйти от подобной ситуации, лишь бы не бередить лишний раз свою рану. Самое же интересное в этой сцене было то, что контролирующий не был ни начальником, ни даже более опытным официантом – одного ранга с беглецом, он взял на себя труд сделать последнего таким же безупречным, каким считал себя. Контролирующий выглядел хозяином ситуации, он действительно неплохо контролировал процесс обслуживания посетителей. Он был явно горд собой и, судя по всему, не замечал своего контролирующего поведения. Он все время старался продемонстрировать хозяину свои профессиональные качества, показать, что тот может доверять ему в любой ситуации. По его мнению, тот, другой официант, должен быть признателен ему за помощь. То, что мы называем контролем, он называет помощью.
Нам с мужем часто приходится обедать в ресторанах в связи с нашими переездами, поэтому мое знание типов человеческих травм служит нам хорошую службу – оно помогает установить хороший контакт с официантом. Например, если я сделаю нелестное замечание контролирующему официанту или укажу ему его ошибку, он тут же начнет себя выгораживать и может даже солгать ради того, чтобы спасти свою репутацию и не потерять место. Допустив по отношению к нему контролирующее поведение, я не получу желаемого результата. Он должен быть уверен, что инициатива исходит от него, а не от клиента. Бывали случаи, когда официант заставлял меня ждать только затем, чтобы показать мне, кто из нас важнее.
Когда кто-то пробует внушить контролирующему новую идею, его первой реакцией обычно бывает скепсис. Самое трудное для него – попасть в неожиданное положение, не успеть подготовиться. Если он не подготовлен, то рискует потерять контроль, а значит, сам может оказаться под контролем.
Поскольку неожиданность несет контролирующему неприятные переживания, то он всегда предпочитает уйти от нее и быть начеку. Он должен быть готов ко всем случайностям, поэтому любит все хорошо обдумывать наперед. Он не отдает себе отчета в том, как часто сам меняет свои намерения и в последнюю минуту ставит близких людей перед неожиданным поворотом событий. Когда решения принимает он сам, то легко дает себе право на такие перемены.
Одна женщина с травмой предательства рассказывала мне, что в детстве постоянно и мучительно старалась предугадать реакцию отца: когда она ожидала побоев за плохое поведение, он ее не трогал; когда же предвкушала похвалу за хорошие оценки в дневнике, на нее внезапно обрушивались оплеухи, и она не могла понять, почему отец гневается. Это яркий пример общей закономерности: ее травма предательства притягивает к ней ситуации с такого типа поведением, а травма предательства у отца, в свою очередь, заставляет его именно такое поведение практиковать. Отцу словно доставляло сомнительное удовольствие захватить дочь врасплох, не оправдать ее ожиданий, которые он, похоже, прекрасно угадывал. Все это объяснимо, если учесть слияние, отождествление между отцом и дочерью или между матерью и сыном, которые переживают травму такого рода. Всякое непредсказуемое поведение родителя обычно вызывает у ребенка контролирующего типа чувство предательства.
Из-за своего глубокого недоверия контролирующий слишком легко обвиняет других в лицемерии. С другой стороны, благодаря его манипулятивному поведению, он и сам очень часто выглядит лицемером. Если, например, дела идут не так, как ему хотелось бы, он вовсю и при всех ругает причастного к этому человека... за его спиной. И не понимает, что сам в эту минуту лицемерит.
Контролирующий терпеть не может, когда ему лгут. "Мне легче вынести пощечину, чем вранье", – говорит он. А сам он часто врет, но с его точки зрения это не вранье. Он легко находит весомые причины для искажения действительности. Его ложь, чаще всего довольно утонченная, необходима ему, как он считает, чтобы достичь поставленной цели или оправдаться. Например, как я уже упоминала, он легко угадывает ожидания других и говорит им то, что они хотят услышать. К сожалению, он не всегда держит слово, поскольку берет на себя обязательства, не думая о том, сможет ли их выполнить. Потом он находит массу убедительных извинений, вплоть до заявления, будто не помнит, что брал на себя эти обязательства. Другие воспринимают это как ложь и переживают как предательство. Сам же контролирующий никакой лжи в этом не усматривает. Он может объяснить свое поведение, например, как выражение его границ. Он не всемогущ, и все тут. Парадоксально, но он с великим трудом воспринимает ситуацию, когда ему не верят. Если кто-то не доверяет ему, он считает, что его предали. И ради того, чтобы избежать болезненного переживания предательства, он всеми средствами старается завоевать доверие.
Я нередко выслушиваю на моих занятиях жалобы женщин на своих мужей, которые манипулируют ими и контролируют их, часто используя для этой цели ложь. Проверяя факты, я установила, что в большинстве своем эти мужья оказываются контролирующими. Я не могу сказать, что все контролирующие лгут, но, по-видимому, у них это случается чаще, чем у других. Если ты подозреваешь у себя травму предательства, я настоятельно советую тебе быть очень внимательным на этот счет, потому что чаще всего лгун не верит, что его ложь действительно ложь, либо даже не отдает себе отчета в том, что лжет. Ты можешь даже попросить близких тебе людей сказать тебе, нет ли у них ощущения, а может быть, и фактов, что ты иногда лжешь.
А еще контролирующий не выносит плутовства. Правда, когда он сам плутует, например при игре в карты, то делает вид, что это ради шутки или чтобы проверить бдительность партнеров. Плутуя в налоговой декларации, он легко отмахивается – а, все так делают.
Контролирующий не любит ситуаций, когда он должен докладывать о действиях других людей, например коллег по службе. Он знает, что если бы докладывали о его поведении, то он воспринимал бы это как предательство, поэтому и сам не хочет выглядеть предателем. Несколько лет назад одна новенькая служащая в бюро центра СЛУШАЙ СВОЕ ТЕЛО, которой было поручено отвечать клиентам по телефону, стала давать им неправильную информацию. Дезинформация продолжалась в течение нескольких недель, прежде чем я узнала об этом от другой служащей. Проверяя факты, я спросила третьего сотрудника, работавшего в той же комнате, замечал ли он, что происходит. Он признался, что знал об этом с первого дня, но в его обязанности не входит бегать с докладами. Можешь представить себе, какой гнев обуял мою контролирующую субличность, которая всегда так истово пеклась о доброй репутации нашего центра!
И то правда, репутация для контролирующего – превыше всего. Когда кто-то скажет или сделает нечто такое, что может повредить столь ценимой и лелеемой им репутации, он чувствует себя оскорбленным, он переживает это как тяжкое предательство. Он может даже лгать, лишь бы спасти или защитить свое доброе имя. Для него нет ничего важнее репутации человека надежного, ответственного, который хорошо делает свое дело. Когда он говорит о себе, то не особенно откровенничает; он предпочитает рассказывать только о том, что подтверждает его высокую репутацию.
Он очень неохотно выступает поручителем, когда кто-то у кого-то занимает деньги: он боится за свою репутацию в случае, если должник не сможет заплатить. Если после обстоятельных размышлений он все же отваживается поручиться за третье лицо, а это лицо потом оказывается несостоятельным, то он переживает это как страшное, немыслимое предательство. Сам контролирующий не любит долгов, а если и бывает вынужден взять в долг, то стремится расплатиться как можно скорее, чтобы не уронить свою добрую репутацию.
Я заметила также, что контролирующие родители больше заботятся о своей репутации, чем о счастье детей. Детей они пытаются убедить в том, что все делается для их блага, но дети не столь наивны – они знают, когда родители думают о них, а когда о себе. Контролирующий родитель решает за детей, тогда как родитель поистине заботливый не жалеет времени, чтобы разобраться вместе с детьми, какое решение сделает их счастливыми.
Контролирующий не любит оказываться в положении, когда он не может ответить на вопрос. Поэтому, как правило, он охотно учится, проявляет интерес ко многим темам. Когда ему задают вопрос, он старается ответить во что бы то ни стало, даже рискуя наговорить невесть что; сказать "Я этого не знаю" для него невообразимо тяжело. Собеседник, сразу почувствовав, что правильного ответа не будет, может подумать, что его пытаются обмануть. В тех случаях, когда обычно говорят: "Я не знаю...", контролирующий считает едва ли не своим долгом ответить: "Я это знал. Не помню, где я это читал, но я это знал" пли проще: "Я читал об этом в такой-то книге". К сожалению, и это не всегда правда. Контролирующий слишком часто употребляет выражение "Я это знал".
Он возмущается, когда кто-то занимается его делами без разрешения. Например, он негодует, обнаружив, что кто-то читает его почту. Столь же болезненно реагирует он, когда кто-то вмешивается и отвечает вместо него в его присутствии, так как ему кажется, что это подрывает доверие к нему. Но он не замечает, что сам часто вмешивается и говорит вместо других. Например, контролирующий муж постоянно рассказывает зависимой жене (травма покинутой), что, как и почему она должна делать. Печально, но такого типа женщины сносят это молча.
Я должна добавить, что в супружеской паре, где один из партнеров является контролирующим, а другой – зависимым, первый нередко зависит от слабости и зависимости второго. Он считает себя сильным, поскольку контролирует партнера, но на самом деле имеет место другая форма зависимости. Когда пару составляют двое контролирующих, то вся их совместная деятельность определяется соотношением их сил.
Все приведенные выше примеры переживаются контролирующим как предательство. Если это тебя удивляет, значит, твое понимание слова "предательство" слишком узко. Что касается меня, то я пришла к осознанию этого понятия после многих лет работы. Я хорошо видела по своему телу, что страдаю травмой предательства, но никак не находила связи между этой травмой и всем тем, что происходило в моей жизни. Особенно трудно мне было увидеть роль моего отца, по отношению к которому у меня был глубокий эдипов комплекс. Я обожала отца и никак не могла взять в толк, почему я должна переживать предательство с его стороны, а тем более допустить, что я держу зло на него.
Прошло немало лет, прежде чем я смогла согласиться с тем, что он не отвечал моим ожиданиям, моим представлениям об ответственном мужчине. Я вышла из семьи, где решения традиционно принимали женщины, а мужчины их лишь повторяли. Я видела этот порядок у моих родителей, то же самое правило действовало среди дядюшек и тетушек. Из этого я заключила, что вся ответственность лежит на женщинах, поскольку они и сильнее, и практичнее. Мужчины в моих глазах, соответственно, выглядели слабыми, так как не контролировали ничего. На самом деле моя концепция была ложной: человек не принимает решения вовсе не потому, что он безответствен. И тогда мне пришлось переопределять слова "ответственность" и "обязательство".
После того как я дала себе время осмыслить все то, что происходило во времена моего детства, я поняла, что моя мать действительно принимала почти все решения, но отец всегда выполнял свои обязательства перед ней и принимал на себя ответственность. Если какое-то из решений матери оказывалось не самым лучшим, отец принимал его последствия вместе с ней. То есть он был человеком ответственным.
Для того чтобы достичь полного понимания ответственности, я привлекла к себе первого мужа и двух сыновей, которых считала безответственными и пыталась контролировать в течение очень длительного времени, прежде чем поняла, что мои представления обо всех мужчинах одинаковы и не отличаются от общепринятых. Стало понятно, почему я всегда настороже с противоположным полом – как, впрочем, и все контролирующие. Чтобы скорее излечить мою травму предательства, я привлекла к себе второго мужа, страдающего такой же травмой. Благодаря ему, я теперь имею возможность каждый день проверять ход лечения и степень уменьшения травмы. Я вижу огромную разницу в моем поведении с ним и с моим прежним мужем.
Контролирующий боится обязательств, и это идет от еще более сильного страха – страха отказа от обязательства. Он считает, что не сдержать слова и отказаться от своего обязательства равносильно предательству. Поэтому он считает своим долгом держать слово, и если он возьмет на себя слишком много обязательств, то окажется связанным по рукам и ногам. Чтобы не отказываться от своих обязательств, он предпочитает вовсе не брать их на себя. Один мой знакомый постоянно требует, чтобы другие брали на себя заботу позвонить ему по телефону. При этом он желает знать, в какой день и в котором часу они будут звонить. Если кто-то забывает ему позвонить, то он звонит этому человеку сам, попутно делая внушение за невыполненное обязательство. И в упор не видит, что слишком многого требует от других, а сам таким образом фактически избегает обязательств. Наблюдая за ним, я поняла, сколько энергии ему приходится тратить, чтобы все контролировать в таком стиле. Эта форма поведения только усугубляет его травму предательства.
Многие люди, страдающие травмой предательства, стали жертвой этой травмы
потому, что родитель противоположного пола не выполнял свои обязательства
в соответствии с ожиданиями ребенка
и его представлениями об идеальном родителе.
Я вспомнила, между прочим, об одном господине, которому сейчас уже за шестьдесят. В детстве он остался без отца, и они жили вдвоем с матерью, которая не отказывала ни одному мужчине, если тот не скупился на деньги. Когда мальчику было пятнадцать лет, мать ушла к одному из таких мужчин, поскольку тот согласился положить к ее ногам все свое состояние. Сына она определила в пансион, что принесло ему двойную травму – покинутого и преданного. Когда он стал взрослым, его способом привлечения женщин стала трата денег на них; при этом он не берет на себя никаких обязательств. Ему кажется, что таким образом он мстит матери, но в действительности он поддерживает в себе такую же травму, как и те ненавистные мужчины, которые соблазнили деньгами его мать.
От участниц моих семинаров я часто слышу рассказы о том, как, узнав об их беременности, виновник пугается обязательств и настаивает на аборте. Если у женщины есть травма предательства, то такая ситуация эту травму резко усиливает. Женщине очень трудно воспринять тот факт, что ее партнер отказывается брать на себя ответственность за нового человека.
Я упоминала ранее, что контролирующий не склонен к доверию. С другой стороны, он становится более доверчивым, когда в отношениях отсутствует сексуальный интерес. Он умеет и любит соблазнять, но, если его травма глубока, то дружеские отношения с противоположным полом предпочитает любовным. Он больше доверяет друзьям. Он часто использует соблазн, чтобы манипулировать другими, и обычно это у него здорово получается. Он мастерски владеет разнообразными приемами соблазна. У кого-то, например, он окажется любимым зятем – он соблазнит женщину милыми разговорами. В присутствии другого соблазнителя держится враждебно и настороженно; он узнает его сразу и безошибочно, когда тот безуспешно пытается соблазнить и его. Говоря о соблазне, я имею в виду не только сексуальный уровень; соблазн действует во всех сферах жизни.
Сильнейший страх у контролирующего вызывает РАСПАД, РАЗЪЕДИНЕНИЕ в любой его форме. Этот тип личности наиболее трудно переживает семейный развод – для него это распад, то есть очень серьезное поражение. Если разрыв отношений идет от него, он ужасается собственному предательству, если от партнера – обвиняет его в предательстве. Кроме того, разрыв напоминает ему, что он не контролирует отношения. С другой стороны, похоже, что именно контролирующие чаще других переживают разрывы и разводы. Если они так боятся брать на себя обязательства, то одной из причин этого является страх последующего разрыва. Этот страх вынуждает их выбирать партнера или возлюбленного, который не может брать на себя обязательств, так как сам связан. Для них это хороший способ скрыть от себя, что они сами не хотят брать на себя обязательства.
Когда двое контролирующих живут вместе и их отношения не складываются, они постоянно оттягивают момент объяснения и признания, что им лучше разойтись. В семейной паре контролирующий чувствует себя либо вполне единым с партнером, либо вполне отдельным от него. Либо слияние, неотъемлемая часть другого, либо разъединенность, разрыв, особенно если контролирующий не вполне соответствует вкусу партнера. Контролирующий ощущает разъединение так, словно он отрезан "по живому" от партнера или сам разодран на две части. Слово "отделить" постоянно встречается в его речи: "У меня такое чувство, словно я отделен(а) от своего тела". Одна женщина когда-то рассказывала мне, что каждый раз, когда у нее бывает размолвка с мужем и ее охватывает отчаяние и страх развода, она чувствует себя разрезанной на две части. В такие минуты она теряет всякую веру в собственные силы. Эта женщина страдала еще и травмой покинутой, что удваивало ее страх перед возможным разрывом.
По моим наблюдениям, травма покинутого у большинства контролирующих развивается раньше, чем травма предательства. Те, кто в детстве принял решение не видеть и не принимать свою зависимую часть (травма покинутого), развивают силу, необходимую для маскировки своей травмы покинутого. В этот же период они начинают строить и маску контролирующего. Если хорошенько присмотреться к такому человеку, можно увидеть и его маску зависимого – печальные или опущенные глаза, опущенные уголки рта, свисающие или лишенные тонуса некоторые части тела.
Легко представить себе маленького ребенка, который, чувствуя себя покинутым или не получая достаточного внимания, принимает решение всеми доступными ему средствами соблазнить родителя противоположного пола, чтобы привлечь к себе его внимание и, главное, обеспечить себе его поддержку. Дитя убеждает себя в том, что оно настолько очаровательно и приятно, что родитель не может не заниматься им специально. Чем настойчивее пытается оно контролировать родителя таким способом, тем сильнее его ожидания. Когда же оружие дает осечку и ожидания ребенка не оправдываются, он переживает это как предательство. И после этого постепенно становится все более и более контролирующим, выстраивает себе мощный панцирь силы, полагая что укроется в нем, если его предадут или покинут. Это контролирующая субличность поощряет зависимую субличность стать независимой.
У некоторых людей преобладает травма покинутого; у других, наоборот, доминирует травма предательства и, соответственно, маска контролирующего. В главе о травме покинутого упоминается мужчина, который накачал себе мощную мускулатуру, но его тело расползается и обвисает, стоит лишь ему прекратить физические упражнения; это яркий пример человека, у которого есть обе травмы – и покинутого, и преданного.
Если ты узнаешь себя в описании маски контролирующего, но не видишь в себе зависимого, я предлагаю тебе все же не торопиться с выводами. Останься открытым для той идеи, что у тебя может быть и травма покинутого. Доминирующей в теле является та травма, которая чаще активизируется в повседневной жизни.
Мои многолетние наблюдения убедили меня в том, что человек может переживать травму покинутого, но не обязательно страдать от предательства, но если травма предательства есть, то обязательно есть и травма покинутого. Кроме того, я неоднократно наблюдала людей, чье тело в молодые годы показывало главным образом травму покинутого, но с возрастом в нем появлялось все больше признаков травмы предательства. Возможен и противоположный процесс; тело преобразуется непрерывно и тем самым показывает, что происходит внутри нас.
Если ты заметил, существует много общего между людьми, которые боятся быть покинутыми, и людьми, которые боятся предательства. Помимо указанных выше общих черт характера, оба эти типа любят привлекать к себе внимание. Зависимый привлекает внимание ради самого внимания, он хочет, чтобы им занимались; контролирующий же хочет удерживать контроль над ситуацией, демонстрировать силу характера, впечатлять. Зависимый тип мы часто наблюдаем у актеров и певцов, контролирующий более присущ циркачам, юмористам – тем, кто любит смешить других. Оба типа любят играть ведущую роль, но по разным причинам. У контролирующего часто бывает репутация личности, которая занимает много места. Как правило, он не любит, когда много места занимает его партнер или партнерша.
Одна участница наших семинаров рассказывала мне, что, когда ее муж занят своими делами, между ними царит мир и согласие. Стоит ей заинтересоваться его проблемами, а тем более что-то сделать лучше, чем он, пусть даже в другой сфере, – отношения портятся. В конце концов эти отношения превратились в соревнования. И тогда он почувствовал, что его предали, а она стала обвинять себя в том, что покинула его.
Еще одна типичная черта контролирующего характера – явные затруднения с выбором, когда ему кажется, что в результате неправильного выбора он может что-то потерять, особенно контроль над ситуацией. Вот почему контролирующему бывает трудно на что-то решиться, иногда его даже обвиняют в тугодумии. Когда он уверен в себе и в своем контроле над ситуацией, никаких трудностей с выбором или решением у него не возникает.
Боль разделения, расставания проявляется и в работе. Если он руководит собственным предприятием, то может загнать себя в очень трудное положение, например в долги, прежде чем признается себе, что не может справиться с этим делом. Работая по найму, он обычно занимает руководящие должности. Оставить фирму ему всегда тяжело. Он может это сделать, но не с легким сердцем. То же самое происходит в обратной ситуации: когда облеченный доверием и работающий на него человек собирается его оставить, он переживает это болезненно, часто с проявлениями гнева и агрессивности.
Контролирующий обычно является лидером по своей природе, он любит руководить другими людьми. Он боится прекратить контроль, так как считает, что в этом случае не будет больше лидером. В действительности все как раз наоборот: когда контролирующий прекращает контроль и оставляет за собой только руководство, он становится прекрасным лидером. Контроль и руководство – различные вещи. Контролировать – значит вести, администрировать, управлять, находясь под давлением страха. Руководить (быть лидером) – то же самое, но без страха. Руководить – значит указывать направление, не требуя, чтобы все непременно делалось по указанному тобой способу. Можно быть лидером и учиться у своих подчиненных.
Душа лидера нередко увлекается и берет на себя роль руководителя предприятия, но его ожидания и вмененный самому себе в обязанность контроль создают ему массу стрессов. Контролирующему очень трудно ослабить это напряжение, и именно поэтому прекращение контроля и снятие напряжения становятся самыми актуальными его задачами.
Еще один великий страх контролирующего – ОТРЕЧЕНИЕ. В его представлении, если от него отреклись, значит, его предали. С другой стороны, он не замечает, как часто сам отрекается от других, вычеркивая их из своей жизни. Например, он не любит давать шанс тому, кто каким-то образом потерял его доверие. Чаще всего он не станет с ним даже разговаривать. Когда он охвачен гневом, и особенно – когда не оправдываются его ожидания, он способен повернуться к человеку спиной в самый важный момент спора или бросить трубку во время разговора по телефону. Я уже говорила, что он терпеть не может расхлябанности, лжи и лицемерия. Он отрекается от каждого, кто допустил подобную слабость. Это отречение часто проявляется после разрыва; обычно в такой ситуации от контролирующего можно услышать: "Я больше знать ничего не хочу о..." Когда контролирующий отрекается таким способом от других, он, как правило, не осознает этого.
Поскольку контролирующий является соблазнителем, его сексуальная жизнь наполняется смыслом только тогда, когда он соблазняет партнера. Вот почему контролирующие так часто влюбляются. В их отношениях непременным компонентом является страсть. Когда его страсть начинает убывать, он находит средство для того, чтобы идея разрыва пришла первой в голову партнера. Тогда его самого нельзя будет обвинить в предательстве.
Контролирующая женщина боится отдать себя во власть мужчины. Поэтому она настороже. Она предпочитает любовную связь, которая исходит от нее, когда она позволяет себя соблазнить или сама соблазняет партнера. Контролирующий мужчина тоже любит, чтобы инициатива исходила от него. Когда контролирующий (мужчина или женщина) желает любовной связи, а партнер ему отказывает, он переживает это как предательство. Он не может понять, что партнер, хотя и любит его, не желает слияния, отождествления с ним через любовный акт. Сексуальные проблемы личности чаще всего проистекают из того, что в свое время у нее возникло слишком сильное слияние с родителем противоположного пола, и эдипов комплекс не нашел своего нормального разрешения. Родитель противоположного пола был настолько идеализирован, что теперь ни один партнер не может соответствовать ожиданиям этой личности. Несмотря на свои сексуальные проблемы, именно личности, страдающие травмой предательства, больше других жаждут иметь любовника. Они не понимают, что только усиливают свою травму, разжигая в себе это желание – мысленно или реальными действиями.
Поэтому и происходит так часто блокировка на сексуальном уровне – вспомни, в начале этой главы я говорила, что контролирующий обладает значительной сексуальной силой, но страх, развивающийся в нем с возрастом, может блокировать значительную часть этой энергии. Блокировка энергии проявляется физически в том, что вся тазовая область увеличивается, как бы раздувается. Контролирующий может дойти и до крайности – полностью отказаться от сексуальной жизни; он сумеет найти этому веские причины.
Принимать пищу контролирующий любит быстро, так как не в его правилах терять время. Когда он поглощен важным делом, может вообще забыть о еде. Он говорит, что еда для него особого значения не имеет. Это не помешает ему, когда он решит сесть за стол, съесть много и с удовольствием. Он может даже потерять контроль и съесть значительно больше, чем требуется его телу. Среди пяти типов характера он больше других любит солить и сдабривать блюда пряностями. Многие контролирующие солят свою еду раньше, чем пробуют, – так они утверждают свое последнее слово даже в кулинарии.
Вот типичные болезни, чаще других наблюдаемые у контролирующих.
АГОРАФОБИЯ обусловлена его фузионной* субличностью, как и у зависимого. С другой стороны, агорафобия, которую испытывает контролирующий, отмечена преимущественно страхом безумия, тогда как с маской зависимого связана агорафобия, мотивируемая скорее страхом смерти. Я хочу подчеркнуть здесь, что врачи часто путают агорафобию со спазмофилией (определение агорафобии приведено в главе 3).
* Склонной к слиянию, отождествлению. – Прим. перев.
Контролирующий особенно привлекает к себе болезни контроля, управления – всевозможные нарушения работы СУСТАВОВ во всем теле, а чаще всего КОЛЕННЫХ.
Наиболее склонен он к болезням с потерей контроля в некоторых органах тела – КРОВОТЕЧЕНИЯ, ПОЛОВОЕ БЕССИЛИЕ, ДИАРЕЯ и др.
Когда он чувствует себя совершенно беспомощным в какой-то ситуации, его может разбить ПАРАЛИЧ.
У него часто возникают проблемы, связанные с ПИЩЕВАРИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМОЙ, особенно с ПЕЧЕНЬЮ и ЖЕЛУДКОМ.
Склонен он и к болезням, название которых заканчивается на -ит. Здесь я отсылаю тебя к моей книге "Твое тело говорит: Люби себя!", где подробно рассказано, что эти болезни особенно характерны для лиц, которые под влиянием своих многочисленных ожиданий склонны к нетерпению, гневу и разочарованию.

<< Предыдущая

стр. 2
(из 4 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>