<< Предыдущая

стр. 10
(из 10 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

УТЯ. Я на праздники уезжала в Сумы, была в гостях у друзей. Один из них совершенно разбит, раздавлен жизнью... Слушаю его, незаметно зеркалю, через пару минуту меня создается образ — «паровоз гудит». Я говорю: «Продолжай свой "плач Ярославны", а когда увидишь, что я поднимаю руку, вставляй в рассказ слова — "паровоз гудит"». Он посмотрел на меня странновато, но продолжает рассказ. Я сижу, рукой машу. Он попытался вставить один раз, другой, потом запнулся, говорит: «Прекрати махать руками, ты мешаешь мне сосредоточиться, сбиваешь с мысли». На этом мы и закончили. Он сказал, что все это... не хочу повторять.
Б. А почему? Вы знаете, почему он так сказал? Потому что — «паровоз гудит». Этот образ был считан скорее всего не из его нутра, а придуман вами. Если бы вы точно отзеркалили своего друга и точно выдали то, что прочитали в нем: его собственного, скрытого за игровыми пластами симпатягу, — он, безусловно, узнал бы его и принял. И, может быть, в его жизни начался бы просвет...
У. А вот во второй раз — там же, в Сумах — у меня получилось. Прихожу к подруге, она вся зеленая от головной боли. Подруга гипотоник, и если у нее это начинается, то минимум на два-три дня, а то и больше. Посидев с ней две минуты, я нашла для нее образ попрыгунчика с самурайским мечом. Вылепила его из джема, расколотила его в минералке и уговорила ее выпить этого попрыгунчика. Через десять минут мы с ней смеялись, она не помнила, болела ли голова вообще... На следующий день звонит мне в Киев: «Слушай, она и не собирается болеть». Я говорю: «Вспоминай этого попрыгунчика, и все у тебя будет в порядке».

ПОНЧИК-С-ВЕЕРОМ. На этой неделе мне нужно было побывать на деловой встрече. Ужасная погода, холодюка... Но я чувствовала себя прекрасно. Приезжаю в тот район, захожу в здание с соответствии с адресом, записанным у меня. Там сидит странный кривоглазый охранник, он мне сразу не понравился, но делать нечего, спрашиваю: «Мне нужен № 1-6 по такой-то улице. Я туда попала?» Он говорит: «Это № 1, а 1-6 в ту сторону, вдоль завода восемьсот метров». Ветрюганище, открытая совершенно местность... Вот елки зеленые! Но встреча уже впритык. Иду себе в полной уверенности, что я в нужном направлении, дохожу до конца квартала, вижу ворота, зданий офисных ни одного, уже смутная догадка, что иду не туда... Возле ворот стоит охранница в телогрейке. Говорю: мне надо 1-6. Она: «Так ведь это назад, откуда вы пришли, восемьсот метров». Иду обратно, потихонечку негодуя, на дворе холодеет еще больше, ветер завывает... Думаю, мы в Симороне или нет? Останавливаюсь на углу, достаю из сумки первую бумажку попавшуюся и начинаю с ее помощью зеркалить, изображать это недовольство свое, этот ветер холодный, сомнения, может, мне идти туда не надо... Дошла до ручки — придумала, что так и замерзну здесь, ветер разорвет меня в клочья, и — бумажку эту соответственно рву остервенело... Люди проходят мимо, смотрят на меня, кто-то шарахается. Ой, меня это так веселит... Собрала клочки, сложила из них такой пончик с веером... Дохожу обратно, к тому зданию с кривоглазым, и вижу где-то за ним, над крышей, возвышается что-то наподобие антенны... очень похожей на мой пончик. Обхожу дом с тыла — там стоит здание поменьше, двухэтажное, явно казенного типа. Захожу — попадаю куда надо. Меня встречают с распростертыми объятиями, несмотря на то что я опоздала, поят меня чаем...
Б. Вначале, говорите, все было прекрасно. Не заметили, в какой момент вы соскользнули с трассы?
П-С-В. Может, это связано с кривоглазым? Я впечатлилась им...
Б. По-видимому. Он чем-то напомнил вам каких-то людей, оставивших в вашей душе неприятное воспоминание... и сразу пошла игра. Можно ли было предупредить, предотвратить это? Конечно. Как только вы приблизились к этому человеку — еще не прикоснулись, еще не рассмотрели его, но уже потянулись к нему с вопросом, то есть уже настроились на зависимость от обстоятельств, — нужно было немедленно остановиться, вспомнить о том, что вы — Симорон, — и вас бы сразу повело в нужном направлении. Или — быстро отзеркалили его... Может быть, охранник в эту минуту отвлекся бы, ушел по нужде — у вас бы не было повода обратиться к нему. А если бы он и сказал вам что-то, то уж наверняка не соврал бы... Но вы позволили себе войти во вторую стадию, и в третью... Стремительно. Еще хорошо отделались, а представьте, что вы не симпатизировались...
П-С-В. Там можно было долго блуждать...
Б. ...И нарваться на более неприятные контакты, заболеть и все что угодно.

ВОПРОС. Несколько дней назад я пошла к стоматологу: коронка слетела, и оказалось, что я влетела в серьезную очень ситуацию. Так вот, не могу понять, как я проглядела, как я допустила, что полностью зуб разрушился, а я ничего не знала? Ищу истоки, причину — и не могу вспомнить...
Б. Если вы пропустили первые стадии и сразу обнаружили себя в третьей, когда зуб у вас уже разгулялся, занимайтесь освобождением непосредственно из этой стадии. Корней своего приключения ни в коем случае искать не следует, потому что вы создаете себе новую проблему на фоне прежней. При любом поиске люди незаметно влезают в такую кутерьму игровую, на фоне которой их текущие игры становятся каплей в море. Голова поглощена безысходными исследованиями, повергающими в круговерть, из которой нет выхода. Ибо кажущийся выход — это лишь повод для следующей серии исканий...

СОЛЕХАРДСКИЙ-КАМЗОЛ. Помните, мы запускали симпатяг в будущее, за пределы тех событий, в которых мы принимаем участие? Я установила пятнадцатое марта. Почему именно этот срок? На двенадцатое марта у нас был назначен апелляционный суд. Я решила — трех дней сверх этого достаточно. Суд должен был решить следующий вопрос. За два года соседи сверху дважды затопили мою квартиру, и наш долгий ремонт, в который мы до этого вложили массу денег, пошел прахом. Но соседи говорят: «Мы не виноваты, обращайтесь в ЖЭК, мы ничего вам не должны». Первый суд я выиграла, но они подали апелляцию» Как мне сказали знакомые, такие дела почти не выигрываются, моральные ущербы скашиваются на нет... В общем, суд начался. Соседи наняли себе уже адвоката. Посмотрев на него, я превратила его в асфальтный каток, который хочет по нашим телам проехать, но рассыпается от усердия на винтики-болтики. Соседа своего, который хотел спрыгнуть со всех оплат, я повесила на шнурок в виде воздушного шарика, чтобы он раздулся там и лопнул. Его родичей, сидевших за ним толпой, начала разбирать по частям, всех по очереди, по мере того, как кто-то из них вставал выступать. Дело решилось за полчаса. Но... не в мою пользу. Более того, меня обязали оплатить все расходы, связанные с проведением этого суда, и за себя, и за них... Можете представить, как соседи злорадствовали... В чем моя ошибка?
Б. Симорон освобождает от любых ограничений, вы же с первой минуты ограничили свое бытие датой «пятнадцатое марта». То есть — поставили барьер на пути к своему «Я»... Почему, зачем вы это сделали — известно только вам. Мы же рекомендуем забрасывать «лассо» на самый дальний «сук» в своем возможном будущем. Далее, вы поставили перед собой задачу выиграть в суде, в то время наша задача — разгрузить себя от любых задач. Третье. Ситуация четвертой стадии: перед вами объекты, которым вы хотели бы предписать, как себя вести, в противном случае вы их уничтожите... и уничтожили в воображении. А надо было высмеять себя в этом своем пристрастии и — избавиться от него... В совокупности, словом, сделано все возможное, чтобы получить удар в спину.
С-Х. В принципе, я согласна, примерно так я и думала. И вот — представьте себе, мне выдали компенсацию в размере куда большем, чем я ожидала.
Б. Как вы этого добились?
С-Х. Поступила именно так, как вы только что говорили. Обогналась, рассмеялась, симпатизировалась. И вдруг однажды звонок в дверь, на пороге — они, соседи. В руках — пакет. Развернула, а там... На все мои вопросы по этому поводу - молчание. Совершенно случайно узнала, что они сектанты и их «гуру» повелел рассчитаться со всеми долгами...

БОЖЬЯ-КОРОВА-ИЛИ-БЫК. Я - училка, как принято говорить. Мне досталось наследство — не дай господь... Прежняя учительница, не выдержав, ушла и оставила мне три десятка бандитов. Это такой кошмар и ужас — кроме меня никто в эту клетку войти не может. Я и зеркалила их всех, и симпатяг рисовала... Возникло временное затишье, и вдруг сегодня страшный казус: один из детей очень жестоко побил другого, очень жестоко — ногами в лицо. Разбил в кровь, до сотрясения мозга. Вроде бы дети начали выравниваться, но вот этот всплеск агрессии я не могу никак объяснить...
Б. Обычнейший игровой стимул: вам предоставили ужасный класс, вы от них ожидали чего угодно и дождались. Внешне, формально симпатизировались, но внутри остался вирус ожидания...
Б-К-И-Б. Что же я должна была делать в этой ситуации?
Б. Что ей нужно было делать в этой ситуации?
АУДИТОРИЯ. Ей нужно было выложить на столе какие-то предметы и вложить им в уста свои страхи. Например, что вот этот учебник — Иванов, он активен, агрессивен, он говорит окружающим: я сейчас вас побью, я вам уши оторву...
Б. Не совсем так. Нужно в центре игры представить себя. Свои взгляды на то, что такое хорошо и что такое плохо. Вы ведь именно это хотели бы внушить детям, хотели бы, чтобы они прислушались к вам, стали паиньками... Вот и начинайте. Окружите себя стульями, читайте им мораль. Пусть они в конце упадут на колени перед вами, будут молиться на вас (сами позаботьтесь об этом). Когда надоест, — сделайте из них симпатягу и отправляйтесь в класс. Потом расскажете нам, что вы там увидите...
Б-К-И-Б. Дети станут паиньками?
Б. Да нет, не в этом дело... Перед ними явится другой человек. Независимый, излучающий внутреннее знание о том, что ничего драматического случиться не может. Что в жизни этих ребят отныне начнутся открытия, которые сделают каждого из них реальным суперменом. Они будут прислушиваться к вам, у вас найдутся и слова, и аргументы, и все остальное, что поможет им перешагнуть порог, отделяющий наследников каменного века от существ третьего тысячелетия...

СИДОРКИН-ЛЕС-№ 14. На прошлой неделе позвонил мой очень хороший друг и пригласил к себе на свадьбу. Я планировал уехать и вернуться в понедельник. Получилось так, что вернулся лишь в четверг. А дело в том, что мой непосредственный начальник — очень крупный чин. Устраивает на работе два раза в месяц собрания, где всем выдает по первое число. И вот, приехав со свадьбы, я узнаю, что в этот день как раз будет такое собрание. Сидим мы все в конференц-зале. Многие уже свое получили — сидят понурив голову, остальные ждут... Я плавно подзеркаливаю своего шефа: он ногу на ногу положит — и я положу он руку — и я тоже. В то время, когда по списку доходит очередь до меня, я успеваю перенести его нос на место водопроводного крана в углу зала, а кран — на место носа. И тут происходит странная вещь: начальник начинает кашлять, пить воду, хочет мне что-то сказать, но не может остановиться... Ему налили еще воды, поднесли стаканчик, он перестал кашлять. Ну, думаю, пропал, не сработало... В это время ни с того ни с сего начинает издавать звуки этот водопроводный кран, внимание всех устремляется к нему, потом снизу из раковины как хлынет струя фонтаном... Народ сбежался, говорят, что-то с сантехникой, сейчас затопит зал из канализации... Пошли выяснять, что к чему, собрание смялось на этом, закончилось, а втыка я так и не получил.

ЧИ-У. Можно ли с одной проблемой работать разными способами? Допустим, есть вот какая-то проблема. Я сделала сладкий самообгон, удовлетворения не почувствовала. Потом поработала с куклой... потом инсценировала с разными предметами... Корректно ли это?
Б. Представьте себе, что вы сидите над тарелкой супа и ужинаете. И ложка, которой вы черпаете суп, оказалась или чайной, крохотной, или дырявой, суп проливается через нее. Но — кое-как съели его... Теперь вы говорите: «Из-за этой ложки я не насытилась. Буду есть поварешкой». Но супа-то уже нет. Возникла новая проблема — пустая тарелка. Понимаете, в чем дело? Вы продолжаете есть суп, которого нет. Нет прежней проблемы — как есть дырявой ложкой, появилась новая ситуация: где взять суп? И вот, вместо того чтобы заняться данной темой, вы продолжаете копаться в прежней: загребаете поварешкой пустоту. Естественно, голод не утолен, и вы начинаете думать: почему я не насытилась? Ага, подсказывает ваша слепота: нужно взять ложку еще большего формата... лопату! Берете и черпаете ею воздух в тарелке... Не похоже ли все это на то, о чем вы нам рассказывали? Сделали самообгон, не получилось — забудьте, с чего стартовали, займитесь новой темой: растерянность в связи с тем, что не получилось. Способ, при помощи которого вы выйдете из этой ситуации, не имеет значения — лишь бы вышли... Не получится и на этот раз — еще одна свежая проблема: не могу выйти из той проблемы. И — новый поход...
ЧИ-У. Но так же может быть бесконечно...
Б. Ну нет. Надоест. Рано или поздно вздохнете свобод-но; потянетесь и увидите мир без шор на глазах...

- Я - ПОЛОСАТАЯ-ПТЫХА-В-КРАСНЫХ-ТЕЛЯШКАХ.
АУДИТОРИЯ. Может, птаха? Может, в тельняшках?
П-П-В-К-Т. Нет, все правильно. У моей сестры сын был в тяжелом состоянии. Два дня не мог есть, и даже глоток воды у него вызывал рвоту Я поработала, и выработала для сестры инструкцию — распустить шапочку. «Какую? — спрашивает она.—У нас шапочек довольно много». — «Первую, — говорю, — которая попадется под руку». Нашла она какую-то, начала распускать, потом звонит мне: сзади шов, распустить трудно... «Неважно, — отвечаю, — распускай». — «Из-за шва, — говорит, — все время получаются петли». — «Распускай!» Сидит, возится, бормочет, домашние на нее смотрят с соболезнованием: что-то, мол, случилось с головой у бедняги... Наутро она уже собиралась поднимать всех на ноги вплоть до диспансера, тем более что племянник там стоит на учете. И вдруг он встает и первое, что говорит: «Мама, я так хочу кушать!» Для нее это было откровением. И практически с того дня он очень хорошо себя чувствует.

БЕЗ-ИМЕНИ. Я — без имени. Объясню, почему. Вы говорили, симпатягу — и себя в роли симпатяги — имеет смысл как-то называть.
Б. Не называть, а описывать при желании соответствующий образ, чтобы затем, в случае сужения, встречаться с его продолжениями — светлячками — на жизненных дорожках.
Б-И. Ну вот, все это у меня работало, а вот сейчас выработался какой-то самостоятельный набор словосочетаний, который постоянно лезет в голову. Начинаешь свободно компоновать предметы, заканчиваешь самообгон... И на ум приходят не картинки, а какие-то слова, причем знакомые, где-то кем-то использованные. Например: «Тише едешь — дальше будешь», «Любви все возрасты покорны»... И так далее. Все это ужасно мешает. Я уже перестал рисовать образы, боюсь появления слов...
Б. Известное явление. Провокация нашего социального опыта, дабы удержать нас в болоте. Человечество держится за слова, придавая им самоценную значимость, играет ими, как символами мира, наделенными особой энергией. И потому - способными управлять миром, воздействовать на него качественно... Но все это — лишь звуки и только звуки. Да, от громкого крика можно оглохнуть, а от приятных вибраций, резонансных нашему организму, прийти в блаженное состояние... Слова же, при помощи которых эти вибрации передаются, — лишь конверты для доставки сообщения. Конечно, можно среагировать и на сам конверт, игнорируя его содержимое, — мы с вами это умеем... В том-то и суть провокации. Скажите аборигену Африки по-русски: «Позор олигархам!» — заденет ли это его душевные струны? Обратитесь к своей собачке, порвавшей ваши новые туфли, с гневными речами, но лишите их эмоциональной окраски, — поймет ли она вас? Мы же смотрим на бесстрастные значки на бумаге и заливаемся слезами или смехом... Итак, уважаемый «без-имени»», как только вы заметите, что вступила в силу вербализация, подмена картин словами, что внимание ваше удерживается на словах, — немедленно зеркальте возникающие фразы, мысли. Не ждите повторного приглашения — третьего, четвертого, пятого. Прошелестело в вашей голове — «любви все возрасты...» - тут же воспроизведите это вслух. Можете добавить еще красок, типа: «Платонической любви, а также чувственной, эротической покорны возрасты, начиная от тинейджерского, до глубоко пенсионного...» И так далее.
Б-И. А если уже пошло повторение?
Б. Зеркальте это повторение. Не ставя вопросов, почему, как, зачем. По-обезьяньи.
АУДИТОРИЯ. Вот у меня, например, все время сидит в голове строчка из песни: «И зеленый попугай...» Без конца распевается.
Б. Как только зазвучала внутри эта песня — допойте ее намеренно, вслух, а еще лучше — изобразите этого зеленого попугая. Можете два раза это сделать, можете три... Даже в присутствии народа. Помните, как в фильме «Пять вечеров» герой Любшина ни с того ни с сего подпрыгнул вдруг и сообщил всем: «Это бывает». Никто вас не осудит. Может, даже присоединятся. После чего — спокойно создаете симпатягу.

3. ПОЛЕТ ПО TPAССE, ПРОЯСНЕНИЕ, СИМОВАНИЕ

НИКА-ВИКА. Прошлое занятие было чудесное, и погода была чудесная. После окончания занятий сажусь в метро, проезжаю мимо Гидропарка... Ой, такой соблазн выйти и погулять чуть-чуть... Вышла. Боже, какое это было чудо! На Днепре нагромождение льдин разных, как пирамиды под разными углами в солнечном блеске. Стою, любуюсь и автоматически уже симпатягу из них делаю... Тут какая-то дама и направляется прямо ко мне: «Посмотрите, что там горит?» Я глянула — да, что-то в кустах горит, дымит. И тут вижу в очертаниях дыма симпатягу, которого я только что вылепила из льдин. Улыбаюсь, говорю даме: «Не волнуйтесь, там есть люди, разберутся». — «Откуда вы знаете?» — «Знаю».
Если бы я не была симоронисткой, я бы уже включилась, сказала бы: черт-те что, разжигают мусор, травят нас, никто ни за чем не смотрит, никому дела нет, правители набивают себе карманы, государство обмануто и т. д. И это бы заняло как минимум полчаса или час, и мы бы пошли с ней, уныло что-то обсуждая... Но она хмыкнула, отошла. Я стою, смотрю на солнышко, греюсь... Через некоторое время, смотрю, подходит опять, говорит: «Огонь угасает... Наверное, потушили».

САЛАМАНДРА, ЛЕТЯЩАЯ НА РОЗОВОЙ КОРОВЕ. Была у нас в семье драма похлеще Санта-Барбары. С родным братом мы не разговаривали целый год. И вот, после прошлого занятия, когда мы учились двигаться и петь в режиме ясного, просто из «ниоткуда» раздается его звонок, и будто ничего такого у нас и не было...
Вторая тема — мои хронические опаздывания на работу. Я, как школьница, придумывала события, пожары... И тут после нашего практикума у меня впервые не спрашивают, почему я опоздала. Причем это было не на пятнадцать минут, а ровно на час. Встречает меня начальник в коридоре и, вместо упрека, говорит: «Вы сегодня хорошо выглядите». И еще: клиент, которому я выполнила работу, долго уклонялся от оплаты. Под разными предлогами. Вдруг явился и заплатил в три раза больше. Я не просила, но и не отказалась.
Б. Нормальная жизнь нормального человека. Который не тратит ни грамма времени на борьбу за существование. И потому существование его наполняется другим содержанием. Мы уверены, что в вашей жизни за этот период произошло что-то еще, о чем вы не рассказываете. Нечто более существенное, нежели примирение с братом или тройной гонорар... Не припомните?
С-Л-Н-Р-К. Не знаю... Ничего такого не было. Может быть... Я нашла у себя старый, давний свой дневник. Наткнулась на запись: «Если птицы поют ночью, значит...» Дальше стерто, непонятно. Но на днях меня разбудил на рассвете чей-то голос. Было еще темно... Кто-то пел. Нет, не птица... Может, соседи включили телевизор, не знаю... Я поднялась, тихо прошла на кухню. Села за стол, облокотилась. И тихо, тихонько запела... какую-то мелодию, незнакомую... но я будто слышала ее тысячу лет назад. В это время солнце вышло из-за соседнего дома, луч скользнул по столу, по моим ладоням... Это оно? То, о чем вы говорите?
Б. Это только начало...

ПЯТКА-КАЛИГУЛЫ. Мы улетали в Турцию - по дипломатическому коридору, то есть без деклараций, особых таможенных проверок. Так как мы направлялись на серьезный прием в высоких инстанциях, я напялила на себя все, что у меня было дорогого, красивого, дочка тоже. Через несколько дней собираемся лететь назад, нам звонят из Киева и говорят: «Тот коридор, по которому вы летели, закрыт, будут все проверять». Я понимаю, что все, что на мне надето, будет либо конфисковано, либо меня заставят заплатить такую пошлину, что... Рассказывать им, что эти вещи куплены еще в советские времена двадцать лет назад, — бесполезно. У меня уже был такой опыт в прошлом, когда пришлось оставить им шубу! Мы возвращались с юга, я была в легкой куртке и с собой везла шубу: намеревалась переодеться по прибытии в наши морозы... Прилетели, я стою и ругаюсь: «Это моя вещь, не купленная»... Меня водили на досмотр, оскорбляли, все было по полной программе... Вот и теперь зять говорит: «Будем прятать». Дочка тоже: «Мама, ты как хочешь, но я прячу». А прятать надо куда-то в чемодан и сдавать его в багаж. Ненадежное дело, потому что в Турции просмотр тоже идет по телевизору, как у нас, и кто его знает, как у них это поставлено. А потом еще и по телевизору в Бориспольском аэропорту... В общем, с горем пополам запихнули мы все, куда могли, завернули, попрятали. Сидим в самолете, я учу дочку симоронить. Сначала сладкий самообгон сделали — о том, как турки не только ничего не тронули, но еще заложили к нам в чемоданы свои драгоценности в подарок. А наши в Борисполе, мол, добавили к ним еще украшения, снятые с себя, и голенькие устроились работать стриптизерами... Вышла я на трассу и — пошла гулять: тетя Клава надевает носки на помидорную картошку, потому что лабидрон строит мотылька из Братской ГЭС, в то время как варенье из почтового ящика нахлобучивается на щеки Калигулы... и все такое. Всю дорогу, пока летели, шептала ей это на ухо, она смеялась, потом устала, уснула. Прибываем в Киев. Нас пропускают без деклараций, отдают наши вещи — все в полном порядке. И вдруг подходит старший, какое-то их начальство: «У нас акция, всем, кто прилетает сегодня между двенадцатью и тринадцатью, положен приз, примите». Смотрю: на часах двенадцать часов семь минут. Ну не бог весть какой там приз, но — приятно...

БЕЛЫЙ-ПАРОХОД. В воскресенье у меня было огромное желание попасть на мероприятие, на которое проникнуть невозможно, потому что ограниченный круг людей туда приглашался. Пригласительного я, конечно же, не имела и не рассчитывала на него. Поэтому заставила себя забыть о своем желании, наметила разные дела на этот день... Но все они отменились, потому что мне позвонили, что-то перенесли, в чем-то отказали. Вот тебе и раз, думаю, ни то ни се... И вдруг звонят люди, с которыми я не общалась уже тысячу лет, и предлагают два пригласительных на то самое мероприятие!
Б. Вы воспользовались обоими пригласительными?
Б-П. Пятью! Дело в том, что, как только я туда пришла, мне предложили ещё три пригласительных, то есть вместо одного мероприятия я, можно сказать, одновременно посетила пять. Я сидела в центральной ложе, меня приняли, наверное, за президента. Или резидента.
Б. Вас за симоронавта приняли! И на законных основаниях. Смотрите, вы ведь ничего не сделали, чтобы осуществить свое намерение, наоборот — пытались сами себе помешать всякими делами. Не получилось. Почему? Потому что трасса была построена до того — и построена качественно. Вам оставалось только направиться по этой дорожке... Вы же помните, что желания, возникающие у симпатизированных людей, соответствуют их природе, призванию и — не могут не исполниться. Конечно, если бы вы купили билет на автобус и из принципа, назло кондуктору, пошли пешком...

ЛАБЕЛИЯ-РОМАШКА. У нас на кухне сломался кран. Как обычно, женщина стала бы пилить мужа. Но я прояснилась... и на всякий случай подумала, что надо попросить знакомого сантехника помочь выбрать подходящий смеситель и установить его. Прошли буквально сутки. Я совершенно забыла о своем намерении. Прихожу домой, муж устанавливает кран без всякого сантехника. На кухне теперь чудесный смеситель, и вода совершенно не течет.
Б. Ваш муж в принципе склонен к таким подвигам или это произошло неожиданно?
Л-Р. Первый раз в жизни. Раньше, если и брался за что-нибудь такое, всегда ломал. Я его на пушечный выстрел отгоняла...
Б, То есть вы сейчас не просили, не уговаривали...
Л, Ни минуты.
Б. Вот видите — что значит проясниться! Открываются все заслонки у тех, кто нас окружает, они тоже движутся по беспрепятственной трассе...
Л. У меня внутри был восторг. Я сказала мужу: «Симпатяга» — и бросилась к нему на шею...
Б. Мы с вами в этом похожи. Стоит нам, Петру и Петре, взглянуть друг на друга, как хочется броситься...
(Петр обнимает Петру. Она кричит: «Задушишь!..»)

ОЛЬГА-БОЛЬГА-МОЛЬГА. Когда я пришла в понедельник на работу... У нас там стоит цветок возле ксерокса, и мне кажется, что он говорит: «Ну полей же меня наконец...» Я его полила. И теперь, когда у меня возникает проблема какая-нибудь, он как бы о себе напоминает — светлячками, появляющимися вокруг, то есть чем-то похожим на него. Так сказать, поддерживает меня, подмигивает: не бойсь, я рядом!
То же происходит с собаками. Как-то я прорабатывала историю о том, как сильно испугалась собаки. И вот сейчас повсюду вижу собак, они мне виляют хвостами, как знакомой... Мало того, одна провела меня прямо до дома. Но я ее не боялась, чувствовала, как свою... Потом вынесла ей поесть. Она поела, вильнула хвостом и ушла себе.
А потом еще на прошлом занятии я затронула тему уродства, и к нам на фирму пришла женщина... ну, с сильными физическими дефектами. По какому-то делу пришла. Я еще забыла сказать, я сняла линзы и сейчас вообще без очков. Когда общаешься с людьми и видищь их хорошо, то видишь их как бы снаружи. А когда без очков, то чувствуешь их изнутри, понимаешь их внутреннее. И вот я общалась с этой женщиной и увидела, как она прекрасна в душе... После этого мне стали попадаться другие женщины, чем-то похожие на эту, но они снаружи такие, как та внутренне...
Б. Ну что ж, очень показательно. Если мы симпатизируем себя и свое окружение, то наблюдаем продолжение своего симпатяги в тех вещах, явлениях, которых раньше вообще не замечали или которые могли быть враждебны нам, оппозиционны. Эти цветы, собаки, эти встречные женщины теперь носители вашего симоронского начала. Мы ж не говорим о том, что покидаем этот мир, делаем себе харакири, нас ничего не интересует. Нет. Мы присутствуем в общепите, но теперь любое блюдо, с которым мы сталкиваемся, наполнено другим содержанием. Нам открываются иные возможности по сравнению с предшествующими, мы выходим из рамок среднего человеческого статуса...

ПТИЧКА-С-ТРЕМЯ-КРЫЛЬЯМИ. В прошлые выходные мы с братом ездили к себе на родину, во Львов. Я хотела найти на кладбище могилу свекрови. Мне не довелось побывать на похоронах, и я не знала, на каком она кладбище. Родственников не оказалось в городе — были на даче. Брат говорит: «Поедем в коммунальную службу, все там узнаем». Но я его остановила, отошла в сторонку и... нарисовала себе: солнечная погода, город — молодой, только что построен, башни сверкают свежими красками... Население — дети, одни дети... или эльфы? Они окружают нас, ведут вокруг хоровод... Я схватила брата за руку, стала кружить. Остановились прохожие, улыбаются — почти как эльфы... Я и их в хоровод, нескольких... Тут подъехал автобус, люди стали его заполнять, я втолкнула брата туда: «Поехали!» Он привез нас прямо на кладбище. Выходим, меня потянуло влево... через минуту нахожу могилу свекрови.
АУДИТОРИЯ. Что же произошло? Как это все связано с Симороном?
П-С-Т-К. Нарисованная и исполненная мною картина — это самообгон. Львов видится мне именно таким, я воплотила свое видение... Не знаю, удалось ли выйти на симпатягу, — я этого не заметила, потому что точно знала: нужно сесть в этот автобус. И когда мы оказались на кладбище, не сомневалась, что иду правильно. Хотя брат все же зашел в контору, ему там сказали: 26-й квадрат, направо пойти. Но я почему-то была убеждена — нужно в другую сторону. Брат пошел направо, а я — влево... Буквально через несколько секунд кричу: «Иди сюда!» Он пришел и говорит: «Да, ну это фантастика просто...»
Б. Просто — да. Но не фантастика. Мы ведь оказываемся в той позиции, когда наблюдаем безошибочно всевозможные пути-дороги. «Внутренним» зрением наблюдаем...

Б. Кто вы, ежели это не вселенская тайна?
— Я уже не помню, честно говоря.
Б. Значит, так и будет: «Я-УЖЕ-НЕ-ПОМНЮ-ЧЕСТНО-ГОВОРЯ».
Я-У-Н-П-Ч-Г. Субботним ранним утром я взял свою работу законченную, запихнул в ящик стола, тут же выбросил ее из памяти и пошел шляться по Киеву. Весна расцвела, юбки у барышень начали подниматься выше, птички запели. А мне почему-то грустно... Авитаминоз, наверное. Иду и по ходу исполняю горький самообгон: смотрю на всех с виноватым видом, протягиваю руку, милостыню прошу... Мне оттоптали все ноги, потом в моей любимой кафешке заварили такую гадость под названием «кофе», что я чуть не отравился. Понял — все, хватит. Вылил ту бурду на землю — разлилась такая красивая симпатяжная загогулина... И сразу настроение поднялось.
Пошел пешочком в Печерскую Лавру. На входе, смотрю, тётка собирает плату за вход. Думаю, елки, я за Лавру никогда не платил. Достаю носовой платок и начинаю протирать плитки под ногами... Контролерши смотрят на меня квадратными глазами. Я им: «Девочки, что ж вы не убираете, смотрите, сколько мусора, сейчас интуристы здесь пойдут». Они: «Извините, сейчас уберем». Запросто прошел на шару. И всю Лавру так шел, мне чуть не кланялись по дороге...
Б. И каков был конечный итог этой прогулки?
Я-У-Н-П-Ч-Г. Вся неделя после этого — сплошной свет, удача за удачей, я не знаю, чего там еще возможно... Нет, знаю, во мне шевелится одна идея — даже не догадывался, что я способен на это. Думал, что такое только в голове у гениев может появиться... Исполню — тогда расскажу.
Б. Боитесь сглазить?
Я-У-Н-П-Ч-Г. Не в этом дело. Просто я не знаю еще, как это рассказать... какими словами... у меня впервые такое...

АУДИТОРИЯ. Можно еще разок о ЯСном — что это такое?
Б, ЯСный — это наше догравитационное состояние. Когда мы с вами только приближались к этой планете, мы еще не знали, что такое притяжение Земли. Потому что не обладали массой, телом. И вот теперь мы начинаем своим нынешним телом и голосом описывать поведение, которое тогда было свойственно нам, бесплотным, невиди-. мым, в пространстве над Землей. Если делать это качественно, в нас пробудится воспоминание о том бытии. Тело наше при этом ведет себя не так, как в условиях земного тяготения, голос наш, речь наша не поддержаны теми правилами, к которым нужно прислушиваться здесь...
Вот, смотрите: сейчас из моих уст звучат слова, которые, если бы вы не изучили данный язык, были бы для вас пустыми звуками. Вы приезжаете в другую страну, в Африку, дикие племена там себе щебечут. Вы и не пытаетесь их понять — это невозможно. То же самое моя речь: щебет — не больше. Попытайтесь воспринять ее как африканскую, не вслушиваясь в смысл слов, не расшифровывая их в своей голове, — и вы уже почти на трассе...
Перестанем поддерживать себя в той игровой условности, в которой мы с вами присутствуем день и ночь, расформируем жесткие структуры — и мы подготовим почву для своего тотального освобождения. Пусть формы и правила, которые для нас как-то значимы, станут частными в отношении к общему — ЯСному. Потому он и ЯСный, что помогает все увидеть, все услышать. Причем, как мы убедимся погодя, не только в сегодняшних пространственно-временных координатах, но и в прошлом, и в будущем. Мы однозначно выходим из обязательств присутствовать в данной школе, в зале на четвертом этаже, в субботу такого-то числа...

ТРЕУГОЛЬНИК. У меня странное ощущение. Проблемы, которые меня очень волновали, после всяких симоронских проработок практически ушли, стали мне не интересны. Но взамен возникла какая-то пустота эмоциональная... Я как-то выпала из того мира, в котором варилась.
Б. Вам неприятно это ощущение?
Т. Нет, почему, но просто непривычно очень. Я в некоторой растерянности.
Б. Что мы делаем, если возникает растерянность? Неважно, по какому поводу. Можно растеряться, когда задыхаешься, а можно — из-за обилия воздуха, озона... В том и в другом случае — обгоняемся. Ведь это просто новая проблема, и выход из нее — такой же, как из любых других, Оказавшись на трассе, мы не в состоянии зафиксировать свое состояние (простите за каламбур). Нет полноты, нет пустоты. Все это — лишь этикетки нашего участия в кулинарной игре. На трассе есть лишь новое качество бытия, которому нет аналогов, нет названий. Бескачественное качество.

СЕЛЕДКА-ИЗ-БАНАНОВЫХ-ШКУРОК. Получился очень интересный эффект. Ходил я с друзьями на концерт Deep Purple в субботу. Людей набилось множество на площади перед Дворцом спорта, но милиция окружила его и пускала всех туда узкими ручейками. Нас прижали к поручням, струйка слева проходит вперед, струйка справа... А мы зажаты посредине к парапету. И не попадаем ни влево, ни вправо. Я понимаю, что соскользнул незаметно с трассы... Выхожу к ЯСному и негромко двигаюсь так в загогулистом рисунке, пою... Тут же начинается какое-то шевеление и меня выносит в левую струйку, за мной — друга. Словом, мы нормально заходим во Дворец... Но дальше в раздевалку его не пускают: у него в руках пакет здоровый, подозрительный... Я продолжаю проясняться... он просто уходит вместе с этим пакетом на трибуны, а я попадаю прямо на сцену. И весь концерт смотрю в двух шагах от артистов...

МИССИС-ГРАСС. Сегодня утром я встала. Не вдаваясь ни в какие подробности, сразу вышла на трассу — стала петь ЯСный. У меня было ощущение... такое, наверное, как у собаки, которая хвостом виляет, ощущение щенячьего почти восторга. Я прожила весь день с этим чувством, я слышала его в себе, пыталась удержать... Но потом случилась одна ситуация... и поехало: много, много раз намотались разные неприятности... Я оказалась в такой луже... до сих пор не могу из этого вылезти. Пытаюсь двигаться и петь, как тогда утром... но все как-то натужно, искусственно. Анализирую, что со мной происходит... и еще хуже себя чувствую...
Б. Помнится, вы на протяжении занятий часто интересовались: что нужно почувствовать после исполнения той или иной симоронской техники. Что мы вам говорили?
М-Г. Ничего не надо чувствовать.
Б. Правильно. Желание что-то конкретное ощутить, застолбить — это озабоченность. Выходя из одной, проблемной озабоченности, вы меняете ее на другую. Какая разница? На трассе не может быть никаких ощущений, мыслей, чувств, вообще ничего статичного не может быть. Там лишь полетность, процесс... Как только вы зафиксировались на чем-то — всё.
М-Г. Но я же приятное фиксирую...
Б. Приятное — относительно чего-то неприятного? Иначе — какое же оно приятное? Все в сравнении. А значит — в тылу вашего сознания остается возможность неприятного. Готовность к встрече его. То есть вы от него не ушли, не избавились... Осуществили лишь временную мутацию: «В данную минуту я — счастливый человек». Что будет завтра? Следующая мутация? Любая наша формулировка, определенность — это очередная мутация... Ну какая разница — вы положили на тарелку кусок колбасы или кусок сыра. Это все равно кусок. Все равно пища. Сегодня наш аппетит требует колбасы, завтра — сыра... Но для того чтобы состоялся пищеварительный процесс, не имеет существенного значения, отправили мы в живот колбасу или сыр.
М-Г. Тогда — какой смысл в ЯСном? Получается, «прояснение» — альтернатива «затемнению». Одно невозможно без другого.
Б. Как сказать. Ясность — это как бы исходное, базовое состояние всех вещей, состояние, в котором они могут пребывать бесконечно, не нуждаясь в затемнении, вообще. не зная, что оно возможно... Затемнение же — верхний слой краски, не проникающей вглубь и легко смывающейся. Примерно та же картина, что с нарядным костюмом, который случайно прикоснулся к побелке: достаточно стряхнуть следы мела ладонью — и пиджак вновь чист. Так вот, проясняясь, мы стряхиваем не только данный мел, но и любую другую грязь, которая, может быть, прилипнет когда-нибудь. Возвращаем костюму его первозданный вид... Вы же, уважаемая миссис, почистив костюм, заслонили его грудью на случай возможного прикосновения к белой стене. Стали подсознательно высматривать: где она, с какой стороны ждать ее коварного приближения... И дождались, конечно. Не первый раз, насколько мы помним.
М-Г. Что же теперь делать?
Б. Точнее — что же теперь не делать. То, что мы вам советовали всегда. Не останавливаться, не впечатляться лужей, в которой вы оказались. Так же как ярким солнцем.

ФИФАТРОН. У меня есть одна очень хорошая знакомая, которую я знаю много лет. Это циник, человек, который вообще ни во что не верит. И вот вчера мы с ней встретились, я ее еще раз приглашала в Симорон... Но она никак не может понять, что это такое, кричит на меня, ругается. Хорошо, подумала я, сейчас я тебе покажу Симорон. Представила, что у нее где-то брови уехали, уши куда-то пошли... и вышла к ЯСному. Мы с ней сидели в «Макдональдсе», и я начала проясняться. Сидя, экономно, чтобы не привлекать внимания окружающих... Хотя, честно говоря, не очень об этом думала.
Б. И правильно делали. У нас была одна симоронистка, которая жила на Березняках, на берегу озера Тельбин. Каждое утро она выходила к озеру делать симоронскую зарядку на ЯСном. Сначала тети и дяди, выгуливающие собак, смотрели на нее с опаской, но постепенно приобщились к ней, и вскоре по утрам уже целая компания выделывала на берегу такое...
Ф. Ну вот... Вы бы увидели, как изменилось лицо этого человека. Немая сцена из «Ревизора». Потом она начала смеяться... многие годы я не видела у нее улыбки. Это было необыкновенно. Я чувствовала, какая она внутри, как глубоко скрыто ее «Я»... Только не могла вытянуть это наружу А тут случилось само собой...
Ну и вообще, мне очень нравится идти по улице в режиме ясного. Все, что я вижу,— не отдельные предметы, вещи, а как бы сразу их сумму их суть, — все это я пою. Я заметила: попоешь вот так какое-то время, голова становится светлее, настроение совершенно другое, я чувствую себя хорошо. У меня всегда была повышена слегка температура, последние две недели она стала нормальной — тридцать шесть и восемь. И знаете, я заметила за собой особенность: какие-то мотивы и движения ЯСного запоминаются, их хочется повторить...
Б. Вот тут-то и возникает «затемнение», о котором мы говорили. Повторяемость элементов в чем бы то ни было всегда вызывает у нас скуку, оскомину. Повторяющиеся типовые проекты домов, тираж однотипных одежек, мыслей, чувств... ЯСный — это взлом всех повторов. Почему некоторым трудно свободно развивать рисунок ЯСного? Потому что они настолько адаптировались среди стереотипов, настолько смотрят на себя глазами размноженного в толпе стандарта, что опасаются вольного или невольного осуждения, исключения из человеческого сообщества. И стоят скованные, не в силах ничего сделать. Отказывайтесь от соблазна повторов всегда и во всем.

ВЕРТОЛЕТИК-С-АВОСЬКОЙ. В понедельник оставалось три дня, чтобы сдать отчетность полугодовую. Начальник не хотел подписывать из-за исправленных цифр. Я из-за этого сильно нервничала: мне надо было забрать у него материалы и поехать в налоговую. Еду к нему, по дороге зеркалю все, что попадает в поле зрения... Потом руки сами по себе пошли в ЯСный... Ну в какой-то момент я слепила ими в воздухе узор — симпатягу. Приезжаю, начальник совершенно спокойно говорит: «Мы уже все решили» — и все мне подписывает. Я еду в налоговую, заранее готовясь к объяснениям по поводу исправлений в документах... Вдруг подумала: чем я таким занимаюсь? И — давай проясняться... Захожу в налоговую, очереди нет, инспектор моя вся такая цветущая, яркая. Увидела меня, говорит: «Здравствуйте, не надо мне ничего показывать, я после отпуска, вот там положите — и все».

ДИНОЗАВРИК-БЕСКОЗЫРКИН. Моя сотрудница купила дико дорогой фотоаппарат, попользовалась им недели две, и он начал барахлить. Она была в полном трансе и говорит: «Поеду на базар, устрою там скандал, может, мне его поменяют». О том, что деньги вернут, и речи не было. Я слушаю ее, симую — получилось два сама. Думаю: «Ничего у тебя не выйдет, езжай». Можно было, конечно; сразу поработать, но я как-то замоталась... Приезжает обратно вся в расстроенных чувствах: ее там еще и обругали, сказали, что все из-за плохой пленки, надо еще пощелкать и т. д. На другой день она говорит: «Ну попробую сегодня еще раз сходить». Я ей: «Так, стоп, Людочка...» Отзеркалила ее, пошла в ЯСный, потом просимовала — вышло восемь. «Ладно, — говорю ей, — иди». Она приходит и говорит: «Представляете, мне деньги вернули! Только небольшой процент взяли — комиссионные...»

КАР-КАР-В-ПЕРЛАМУТРОВОЙ-ПРОСТЬНКЕ. Из-за того что я сильно занята, почитать художественную литературу редко когда выходит. Мне посоветовали на работе, на кафедре, посмотреть японского автора Харуки Мураками. Взяла я «Норвежский лес». Обычно проникаюсь тем, что читаю: автор плачет — я плачу, автор веселится — и я веселюсь. И вот это произведение оказалось очень грустным: четыре героя покончили жизнь самоубийством. Но я, на удивление, все время, пока читала, почему-то видела за всеми этими событиями цифру десять по симоронской шкале... И ни разу не поддалась депрессивному настроению, которое должна была, по идее, вызвать эта книга. Наоборот, она вызвала у меня чувство подъема...
Б. Вроде бы ничего, но напоминаем: симование не выводит из игры, а лишь помогает увидеть перемещение игрока из одной позиции в другую. Если вы исполняете роль игрока, можете не сомневаться: сегодняшний подъем превратится завтра в упадок...

КАНДЕЛЯБРИСТАЯ-МЕЗОПОТАМА. Я зашла в метро, там сидят шесть человек. Занимают полностью сиденья. Мне не очень хотелось сидеть. Но все равно думаю: «Интересно, кто сейчас первый встанет из этих всех?» И — симую по очереди всю шестерку... Сначала, конечно, проЯСнилась, потом стала «спотыкаться» о каждого, на кого смотрела. Получилось последовательно: шесть... три... семь... девять. Женщина, которая выдала девять симов, встала первой. Я села на ее место и решила: буду наблюдать дальше. Следующим встал тот, кто показал семь симов. В общем, получалось так, что кто ближе к десятке, тот раньше и встает.

МАЛЕНЬКИЙ-СИНЕНЬКИЙ-САМОЛЕТИК. У меня дочь учится в 10-м классе, блистательно по гуманитарным предметам, по всем языкам и литературам... И настолько же бездарно осваивает точные науки, особенно — химию. В понедельник урок химии у них первый. У меня понедельник — выходной. Я имею возможность побыть дома. Решила попробовать с бумажками, просто проверить себя в симовании. Свернула одинаковые бумажки, на одной из них записала вопрос, принесет ли дочка что-то путное из школы. Вторая бумажка, как было рекомендовано, пустая. Поработала, на одной бумажке получилось восемь симов, на другой — девять. Разворачиваю: восьмерка — на листке, где я записала задание, девятка — на пустом листке. Через полчаса приходит моя дочь и говорит: «Я получила по химии "хорошо"». Для нее это — блестящий успех! Но, если я не ошиблась, впереди у нее будет что-то еще лучшее: я же увидела девять симов...

ПУКУНТУАКЕН. Я на днях работала по ЯСному, это так спонтанно получилось. Я бухгалтером работаю, позвонил инспектор, у меня недоимка, это мне грозит солидными штрафами. Накладывают на директора, на меня любимую, на всех. Иду туда, все равно никуда не деться, надо идти. Пришла — ее нету где-то у них собрание. Зашла в туалет, благо там никого не было, давай журчать, мычать, изображать унитаз, ведра, швабры, все, что там было в окружении, в конце концов вышла к танцу живота в сочетании с неаполитанским танцем. То есть совершенно не помню, что там происходило... Но точно знаю, что это был ЯСный, — иначе я запомнила бы хоть одно па, хоть какой-то рисунок танца. Если бы кто-то зашел, меня бы точно в дурнушку отправили. Выхожу оттуда такая удовлетворенная, мне весело и приятно... и иду прямехонько к себе на службу Директор сразу: ну как, что?.. А я: «Порядок, Иван Николаевич, никаких штрафов, жизнь продолжается». На следующий день на всякий случай звоню инспектору: «Вы меня не хотите видеть?» — «С какой стати?» — спрашивает. Вот так.

ДЕЛЬТИК. Муж звонит с работы: «Ты знаешь, я опять потерял (в третий раз) мобильный телефон. Не могу нигде найти, поищи дома, может, я забыл». Он ему очень нужен для работы. Ля... я уже так разленилась из-за Симорона, что ходить где-то искать, шарить, переворачивать... Да ну его! Легла спокойненько на тахту и приказала своему Дельтику: «Ищи»! Дельтик — это мой симпатяга, я когда-то разместила его в углу нашей комнаты, на тумбочке: положила там в виде салфетки загогулистый рисунок. Если что нужно — мысленно обращаюсь к нему, и все получается... Другое дело, что обращаться практически не приходится: проблем нет ни в чем. Но в этот раз — надо же мужу помочь... Через несколько минут он звонит, говорит: «Знаешь, меня почему-то понесло на улицу к машине... Вышел и нашел телефон рядом с машиной — я его там обронил».
Б. Как «по щучьему веленью»...
Д. Непонятно только, как он, Дельтик, с мужем поработал, да еще на расстоянии. Ведь это же мой личный джинн...
Б. Муж с вами — в одной «упряжке», вы соединены слышимостью, как родные люди. Поэтому ваша симпатизация распространилась на него. Но... советуем все же оставить Дельтика в покое. Симпатяга, превращаемый в «джинна», — это симпотент. Знаете, вольный уссурийский тигр до поры до времени будет выполнять наказы дрессировщика, но однажды все же цапнет его...
Д. Но вы же предлагали помнить о том, что наше симоронское «Я» — там, впереди...
Б. «Я» — это я. Стану ли я обращаться к самому себе за подмогой? Станет ли правая рука заигрывать с левой? Помнить и поклоняться — это разные вещи...

ЗУМУРУДАН. Я, может быть, внесу диссонанс во всеобщее ликование, но у меня происходили довольно странные вещи. После того как я создавала своих симпатяг, я впадала в ступор, сидела, и мне не хотелось ничего... Я выпадала настолько из этого мира, что он мне был не интересен. И что самое удивительное — реальность откликнулась на мое состояние: дела мои тоже замерли. Пропали заказчики, с которыми уже вроде договорилась встретиться, подписать документы, исчезли куда-то и те, для которых работа сделана, надо было встретиться, передать им... Я им звоню — их нет, и сами не звонят. Вся неделя у меня прошла абсолютно безмолвно. Я не волновалась, внутреннее состояние у меня было абсолютно спокойным.. Мне ничего не хотелось, и у меня ничего не происходило...
Б. Вы предложили своей личности программу, с которой она еще не познакомилась до конца. Предположим, вы всегда ходили задом наперед, а теперь развернулись передом назад. Сразу может не получиться. Надо остановить сначала весь свой механизм. Не так просто совершить этот поворот, многих начинает просто трясти, они себя вырывают из контекста привычного существования и в этом взвешенном состоянии чувствуют себя некомфортно. Некоторые кричат: «Пустите нас назад, нам неуютно без кандалов!» А тут зависла мадам — и спокойно себе висит. Слава богу, что ничего не происходит. Вы достигли за неделю такого совершенства. Так что аплодируйте себе. Наслаждайтесь покоем. Через пять минут или пять дней клиенты будут отвечать вам. Правда, может быть, совсем другие клиенты. И совсем по другим делам. Которыми вы еще на занимались. И которые откроют для вас новые перспективы...

ТУЗИК-В-КЕФИРЕ. Я насчет ЯСного. Двигаться у меня не очень получается — есть какая-то природная скованность. Но вот петь мне понравилось безумно, и я просто всю неделю пела. Еду в маршрутке — пою дорогу. Жарю кабачки — каждый кабачок я пою. И потом незаметно отрываюсь от конкретностей и пою просто так — без подсказки... Если бы кто записал эти мелодии, большие деньги заработал бы: ни одной знакомой песни, все новое, авторское... Во-первых, то, что я готовлю на кухне, получается невероятно вкусно, а во-вторых... Обычно, когда стоишь, готовишь, думаешь: надо потом пойти постирать, потом поубирать, потом еще уроки сына проверить, — короче, ты уже эмоционально устаешь от самой прокрутки всего этого в голове, и к концу приготовления ужина уже ни на что не способен. А тут — наоборот: кушать приготовила, а сил еще — можно наперстком море вычерпать и не заметить. И неделя вся, несмотря на то что я не симоронила ни над чем конкретно, не делала никаких симпатяг, неделя прошла совершенно удивительно... Появился заказчик — таких у меня никогда не было, на качественно другом уровне, даже дизайн делала, свою работу, привычную, обычную — она получилась совершенно не в моем ключе, не в стиле, на порядок, на тон выше. Просто так...
Б. К этому рассказу можно добавить: вам только кажется, что вы не используете в ЯСном движение. Звук, производимый вами, осуществляется благодаря работе целого ряда физических органов тела, которые, в свою очередь, неразрывно связаны с другими органами. Все тело участвует в создании этого звука, аккомпанирует ему; Вы просто не замечаете этих процессов, потому что пение у вас лично приоритетно. Ничего страшного, никто не говорит, что нужно скакать до потолка. «Танец» в ЯСном может быть весьма экономным, так же как и вокал, — в тех случаях, когда для кого-то движенческий аспект более естествен.
Вспомним, когда у нас хорошее настроение, мы всегда напеваем что-то — работаем, занимаемся своими делами и одновременно мурлычем себе. И часто ловим себя на том, что напеваем какие-то неизвестные мелодии, не слышанные нами раньше... Это естественный процесс симпатизации: мы симпатизируем все вещи, которые проходят в это время через наши руки, и они получаются особенно вкусными, качественными, удачными... Возьмите это на вооружение. Чтобы взять разгон, распевайте все, с чем сталкиваетесь постоянно: каждый обьект на улице, в метро... Входите в метро - у вас жетон, вы поете этот жетон, бросаете его в дырочку — поете этот турникет, подъезжает вагон — поете этот вагон, входите, и сколько там ног, внутри этого вагона, — поете все ноги, руки, лица, особенно утром, когда вас впихивают туда... Не обязательно заливаться соловьем, не обязательно подражать Паваротти — просто тихонько напевайте. Через какое-то время уже не будете отталкиваться от наружной среды, все будет делаться автоматически, вы себя поддержите тем самым в режиме симпатизации. И заметите, что все вокруг — и люди, и животные, и деревья, и облака — подпевают вам, потому что все они благодаря вам в это время на трассе...

РА-ТА-ДИЛ-ГО-СЫУР. Мне тоже как-то проще зеркалить вещи звуком, чем их изображать. Я их сначала пою и потом перехожу уже от звучания к пластике — все у меня получается намного лучше. И ритм в звучании ломать легче: несет тебя, ты не думаешь, как тебе двигаться, а просто идешь за звуком — и звук подсказывает рукам-ногам, как работать.
Б. Ну, это индивидуально, у некоторых наоборот: они от пластики больше идут, а потом звучат. Можно вообще только звучать, а можно только двигаться. Все зависит от того, какой у вас аппарат приоритетен, более выразителен. Чему вы больше доверяете, с тем и работайте, на ваше усмотрение.
РА-ТА-ДИЛ-ГО-СЫУР. Я постоянно звучу, на улице тоже, и даже вот плохая мысль забирается, я сразу: «Тру-ти-там» — и загогулину... Больше всего с тревогами мимолетными. Один раз в гостях была у архитектора известного, у него какой-то нереальный санузел, с кранами, как маленькие самолеты. Я начала петь с этими кранами, баллончиками... Не заметила, как я там час просидела, за мной уже все бегали, а мне не хотелось выходить, я забыла нормальную жизнь вообще...
Б. Это был пропускной пункт между общепитом и Симороном, вы отшлюзовались через него...
РА-ТА-ДИЛ-ГО-СЫУР. Несомненно. В другой раз у дочки был день рождения, ну, понятно там, уборка, готовка, все такое. А среди гостей должны были быть люди, с которыми... ну, не очень мне хотелось общаться. Они вечно меня воспитывают. Я вообще не люблю, когда меня воспитывают. Думаю, надо подготовиться к их приходу. Мою посуду и одновременно пою ее... Незаметно начала и танцевать по-симоронски — лицом, головой... И «оливье» получился у меня фантастический по вкусу — все это потом оценили. А пирог — как никогда... Приходят те самые кумовья, извиняются: «Ой, ой, караул, извините на этот раз, мы спешим, вот вам подарок, цём-цём». И исчезли.

РЫБКА-ВУАЛЕХВОСТКА. Я практически уже не занимаюсь симпатизацией, специальными прояснениями — просто пребываю на трассе. И все, что нужно, случается, находится само по себе. Ну например, внучке были нужны черные колготки, она в садике ворону играет. И невестка не может купить для пятилетнего ребенка этих черных колготок. Я забыла совершенно об этом, пошла просто в магазин за продуктами и иду себе, прохожу мимо какого-то киоска и вижу черные колготки — одни-единственные и как раз нужный размер. Или такой случай: я собиралась испечь торт — у сына день рождения. Не было дома нужного количества маргарина и яиц не хватало, а в магазин идти облом. И тут звонит приятельница — она большая болтуха — и без всяких просьб с моей стороны диктует рецепт торта, который она где-то узнала, и все, что нужно для этого торта, у меня под рукой. Причем вкуснятина получилась — потрясающая...
А самое главное — это чудеса, которые у меня теперь на каждом шагу Например, никогда в руках кисти не держала, вообще не могла качественно даже рожицу кривую нарисовать. И вот попала в художественную мастерскую к знакомым, просто так взяла кисть, чего-то намалевала... Они выставили эту работу на вернисаже вместе со своими картинами и — не поверите! — именно моя мазня была оценена кем-то в огромную сумму (не скажу, какую) и куплена...

<< Предыдущая

стр. 10
(из 10 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ