<< Предыдущая

стр. 12
(из 24 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

нию слуха? «И если говорить об этом вообще,
ничто в такой мере не может способствовать
этому как будто бы падающему с неба своеоб­
разному ливню полезных и новых изобретений,
как может этому способствовать объединение
сведений об экспериментах, проводимых во мно­
гих видах технических искусств, в уме одного
человека или небольшого числа людей, которые
развивали бы их во взаимных обсуждениях,
чтобы с помощью того, что мы назвали перено­
сом эксперимента, все искусства могли бы
взаимно способствовать друг другу и как бы

86
зажигать друг друга взаимным смешением лу­
чей» ( 5 , 1, стр. 3 0 5 ) .
И н в е р с и я эксперимента имеет место тогда,
когда доказывается противоположное тому, что
уже известно из опыта. Н а п р и м е р , зеркала уси­
ливают интенсивность тепла, но, может быть,
и холода? Т а к а я постановка вопроса вытекала
из в з г л я д а Бэкона на холод как на нечто по­
зитивное, противоположное теплу, быть может
воспринятого из философии Т е л е з и о . Между
тем флорентийские академики действительно по­
ставили такой опыт: в фокусе одного вогнутого
зеркала помещался кусок льда, в фокусе друго­
го, расположенного н а п р о т и в , — термометр. П р и
этом наблюдалось понижение температуры.
П о д усилением эксперимента понимается до­
ведение его до потери исследуемого свойства.
Магнит притягивает ж е л е з о ; будем выяснять,
теряют ли они эту свою способность, например,
подвергая магнит и железо нагреванию или
действию сильных растворов. Сохранится ли
способность п р и т я ж е н и я , если железо заржавеет
или будет превращено в закаленную сталь? К а к
влияет на силу магнитного п р и т я ж е н и я та сре­
да, через которую действует магнит, и существу­
ет ли среда, н е й т р а л и з у ю щ а я его силу?
Соединение эксперимента — это объединение
в единое целое нескольких экспериментов,
«связь и сцепление их применений». Оно исполь­
зуется там, где отдельные опыты не приносят
желаемого результата, но в соединении с други­
ми дают нужный эффект. Т а к , если хотят полу­
чить поздние розы или фрукты, то д л я этого
срезают ранние почки; того же результата доби­
ваются, оставляя до середины весны корни
растений не покрытыми землей; однако намного

87
вернее цель будет достигнута, если соединить
оба этих способа. И л и , например, и лед, и се­
литра в ы з ы в а ю т охлаждение; если же их употре­
бить вместе, то результат оказывается еще бо­
лее значительным.
И Бэкон заключает рассмотрение научного
эксперимента такими замечательными словами:
«...не нужно падать духом и приходить в отчая­
ние, если эксперименты, которым отдано столько
сил, не приводят к желаемому результату. К о ­
нечно, успех опыта значительно приятнее, но и
неудача часто обогащает нас новыми знаниями.
И нужно всегда помнить о том (мы повторяем
это непрестанно), что к светоносным опытам
следует стремиться еще настойчивее, чем к плодо­
носным» (5, 1, стр. 310). Т е о р и ю «светоносных»
опытов Бэкон и з л о ж и л в «Новом Органоне»,
она по существу смыкается с его учением об
индукции.
VIII. ТЕОРИЯ ИНДУКЦИИ




Формулируя теоретические аксиомы и поня­
тия об изучаемых природных явлениях, не сле­
дует полагаться на абстрактные обоснования,
какими бы заманчивыми и справедливыми они
ни казались. Надо расшифровывать тайный
язык природы из документов самой же при­
роды, из фактов опыта. Иной альтернативы в
научном познании не существует. Самое глав­
ное — это найти правильный метод анализа
и обобщения опытных данных, позволяющий
постепенно проникнуть в сущность исследуемых
явлений. Аристотелевская логика здесь беспо­
лезна. И хотя в силлогизме заключена «некая
математическая достоверность», достаточно на­
полнить силлогистические доказательства пу­
таными, опрометчиво абстрагированными от ве­
щей и плохо определенными понятиями, как все
рассуждения рушатся. Это по существу. А по
видимости такая логическая организация пороч­
ных понятий может служить закреплению и со­
хранению ошибок, создавая иллюзию обосно­
ванности и доказательности там, где нет ни
того, ни другого. Так Бэкон изобличает мисти­
фикацию схоластической науки, один из приемов
любой схоластики — и старой, и новой.
Да и в физике, где задача состоит в анализе
89
природных явлений, а не в создании родо-видо­
вых абстракций и уже, конечно, не в том, чтобы
«опутать противника аргументами», силлогисти­
ческая дедукция не способна уловить «тонкости
совершенства природы». Позднее, в своем письме
к Баранзану он выскажет более терпимое отно­
шение к возможности аристотелевской логики.
«Силлогизм — это вещь, скорее неприменимая
в отдельных случаях, нежели бесполезная в боль­
шинстве их» (54, II, стр. 128). Он отметит его
роль в математике и согласится с мнением своего
корреспондента, что, после того как посредством
индукции введены хорошо определенные поня­
тия и аксиомы, вполне безопасно применение
силлогизма и в физике.
Но при всем том основным методом исследо­
вания в естественной философии является ин­
дукция. Это не та индукция, которая заключает
лишь на основании простого перечисления огра­
ниченного числа благоприятных случаев. Про­
стая перечислительная индукция чаще приводит
к ошибочным, чем к истинным, обобщениям
и в лучшем случае имеет эвристическое значе­
ние наведения на более или менее вероятное
предположение. И Бэкон ставит перед собой за­
дачу сформулировать принцип научной индук­
ции, «которая производила бы в опыте разделе­
ние и отбор и путем должных исключений и от­
брасываний делала бы необходимые выводы»
(5, 1, стр. 75).
Это очень важная установка. В случае ин­
дукции мы, вообще говоря, имеем незавершен­
ный опыт, и Бэкон понимает необходимость
вырабо,тки таких эффективных средств, которые
позволили бы, говоря современным языком, осу­
ществлять возможно более полный и глубокий
90
анализ информации, заключающейся в посылках
индуктивного вывода. Этот пункт станет основ­
ным в построении всех последующих логических
теорий индукции, и разные теоретические моде­
ли индукции, вообще говоря, будут р а з л и ч а т ь с я
принятием тех или иных средств и методов та­
кого анализа. Основоположники индуктивной
логики — Ф р . Бэкон, Д ж . Гершель и Д ж . Ст.
М и л л ь — так же, как и некоторые из последую­
щих и современных нам логиков — Д ж . Венн,
Г. Греневский и Н. Р е ш е р , — стремятся постро­
ить индукцию как строгое умозаключение напо­
добие дедуктивного. Е с л и при этом некоторые из
них и допускают неопределенность индуктивного
заключения, то не применяют к его оценке функ­
цию «вероятность». Д р у г и е же исследователи —-
П. Л а п л а с , Д ж . М. Кейнс, Р. К а р н а п и Г. Рей-
хенбах — подходят к построению ее теории с
точки з р е н и я вероятностной оценки индуктив­
ного обобщения.
Бэкону не только была чужда идея вероят­
ностного подхода к индукции, но он, кажется,
с излишним оптимизмом считал, что предлагае­
мые им средства индуктивного анализа я в л я ю т с я
достаточной гарантией необходимости и досто­
верности получаемого заключения. Вот в крат­
ких словах суть его индуктивного метода, его
Т а б л и ц О т к р ы т и я — Присутствия, Отсутствия
и Степеней. Собирается достаточное количество
разнообразных случаев некоторого «простого
свойства» (например, плотности, теплоты, тя­
жести, цвета и т. п.), закон или «форма» кото­
рого ищется. З а т е м берется множество случаев,
как можно более подобных предыдущим, но уже
таких, в которых это свойство отсутствует. З а ­
тем — множество случаев, в которых наблюдает-

91
ся изменение интенсивности интересующего нас
свойства. Сравнение всех этих множеств позво­
ляет исключить факторы, не сопутствующие по­
стоянно и обратимо исследуемому свойству, то
есть не присутствующие там, где имеется данное
свойство, или присутствующие там, где оно от­
сутствует, или же не усиливающиеся при его
усилении (соответственно, не ослабевающие, где
оно ослабевает). Т а к и м отбрасыванием в конце
концов получают определенный остаток, неиз­
менно и обратимо сопутствующий интересующе­
му нас свойству — его «форму».
А вот схема индуктивного исследования Бэ­
коном формы тепла. С обира ют с я все известные
примеры природы тепла в «самых различных
материях»: солнечные лучи; огненные атмосфер­
ные я в л е н и я ; воспламеняющие молнии; огонь;
раскаленные тела; естественные горячие источ­
ники; кипящие и нагретые жидкости; горячие
пары и воздух; искры, выбитые из кремня; те­
ла, воспламеняющиеся от сильного трения; плот­
но спрессованные зеленые и влажные травы;
смоченная водой негашеная известь; растворяю­
щееся в царской водке железо; внутренности
животных и т. д. и т. п. Весь этот список состав­
ляет таблицу Сущности или Присутствия. Да­
лее, для каждого примера этой таблицы ищутся
наиболее родственные случаи, в которых, одна­
ко, тепла не наблюдается: лучи Л у н ы и звезд,
северное сияние, з а р н и ц ы , болотные огни и све­
чение моря, жидкость в норме, пары масел и
воздух в норме, золото в царской водке, вну­
тренности растений. Не ко всем положительным
примерам Бэкон находит отрицательные. Он,
например, считает, что нет такого осязаемого
тела, которое явно не нагревалось бы от трения.

92
Иногда, не находя прямого отрицательного слу­
чая, он приводит не прямой — так раскаленным
телам он противопоставляет свечение гнилушек
и насекомых-светляков. Иногда же поиск от­
рицательных примеров заставляет его форму­
лировать задачу дальнейшего исследования: со­
провождаются ли теплом огни св. Эльма, в
каких местах и в какой почве обычно встреча­
ются горячие источники, почему преет и само­
возгорается спрессованное влажное сено? Т а к
составляется таблица От кло н ения или Отсут­
ствия в ближайшем. Д а л ь н е й ш у ю информацию
дает таблица Степеней или С р а в н е н и я . В длин­
ном списке примеров этой таблицы мы читаем,
что тела животных разогреваются от движения
и напряжения, что пламя не может возникнуть
и р а з в и т ь с я , если нет пространства, в котором
оно могло бы двигаться и играть, что и в других
случаях движение увеличивает теплоту, как это
видно на примере усиления жара горна по мере
нагнетания воздуха мехами или нагревания на­
ковальни под ударами молота и др. З д е с ь , как
и в предыдущих таблицах, встречается р я д
ошибочных, а то и фантастических утверждений.
Бэкон, например, ссылается на тех астрономов,
которые считают, что из планет самым горячим
после Солнца является Ма рс, затем Ю п и т е р ,
затем Венера. Он еще не освободился от пери­
патетических представлений о «собственной» и
«посторонней» теплоте тел и их интуитивной
градации различных тел по «наибольшей чув­
ствительности к теплоте» — воздух, снег и лед,
ртуть, растительные и животные масла, дерево,
вода, камни и металлы. На основе этих трех
таблиц можно приступить к исключению, от­
брасыванию многих предположений о форме

93
тепла. Ввиду как наличия, так и отсутствия теп­
ла в лучах разных небесных тел его форма не
может быть специфически небесной. Аналогич­
но, она не может быть специфически связана
с природой земного. Далее, из формы тепла
исключаются свойства светимости, быть живым
и т. д. и т. п. В конце концов Бэкон приходит
к выводу, что сущность или форму теплоты
составляет распирающее быстрое движение ма­
лых частиц тела, стремящихся к расширению
занимаемого ими объема, однако затрудненного
и сдерживаемого, а поэтому не равномерного
и происходящего в малых частях. «Если ты
сможешь вызвать в каком-либо природном теле
движение распространения или расширения,
обуздать это движение и направить его в себя

<< Предыдущая

стр. 12
(из 24 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>