<< Предыдущая

стр. 18
(из 52 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

миром, остальные же миры (если только они есть) содержатся
внутри этого мира или этим миром. Поэтому, как известно,
называют мирами сферу луны или солнца, или остальных так
называемых планет в отдельности; также называют миром в
частности высшую сферу, именуемую (аплане). Наконец, в
качестве свидетельства в пользу этого утверждения ссылаются
даже на книгу пророка Варуха, где ясно говорится о семи мирах,
или небесах. Но выше так называемой сферы (аплане), говорят,
есть еще иная сфера, которая, при своей огромной величине и
невыразимой обширности, своею величественной окружностью
обнимает пространства всех сфер, подобно тому, как у нас небо
содержит всю поднебесную; таким образом, по этому
представлению, все находится внутри той сферы подобно тому,
как эта наша земля находится под небом. Думают, что эта
именно сфера называется в Священном Писании землею благою
и землею живых; она имеет свое высшее небо, на котором
написываются или написаны, по слову Спасителя, имена
святых; этим небом содержится и замыкается та земля, которую
Спаситель в Евангелии обещает кротким и смиренным. От
имени той земли, говорят, получила свое название и эта наша

107
земля, прежде именовавшаяся сушею, так же, как и эта твердь
названа небом по имени того неба. Но относительно мнений
этого рода мы рассуждали полнее в другом месте, когда
исследовали значение слов, что в начале Бог сотворил небо и
землю (Быт. 1.1), так как Писание указывает, что есть иное небо
и иная земля, помимо тверди, сотворенной, как сказано, по
истечении двух дней, и помимо суши, впоследствии названной
землею. Некоторые говорят об этом мире, что он тленен, так как
сотворен, и что он однако не разрушается, потому что крепче
и сильнее тления - воля Бога, сотворившего мир и сохраняющего
его от господства тления. Но они с большим правом могут
думать это в приложении к тому миру, который мы назвали
раньше сферой (аплане) потому что, по воле Божьей, он не
подлежит тлению, так как не может даже принимать условий
тления: это - мир святых и достигших высшей чистоты, а не мир
нечестивых, как наш (мир). Нужно рассмотреть, не это ли
разумел апостол, когда сказал: «Когда мы смотрим не на
видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое
вечно. Ибо знаем, что когда земной наш дом, эта хижина,
разрушится, мы имеем жилище от Бога на небесах, дом
нерукотворенный, вечный» (2 Кор. 4.18,5.1). В самом деле, в
другом месте Писание говорит: «Взираю я на небеса Твои -дело
Твоих перстов» (Псал. 8.4), и о всем невидимом Бог сказал через
пророка: «Все это соделала рука Моя» (Исайи 66.2); между тем
вечное жилище, которое (апостол) обещает святым на небесах,
он называет нерукотворенным Этим (апостол), без сомнения,
показывает, что тварь разделяется на видимую и невидимую Не
одно и то же - то, чего мы не видим, и то, что невидимо.
Невидимое не только не видится, но и по природе не может быть
видимо; греки называют это (асомата), т.е. бестелесным; то же,
о чем Павел сказал «невидимое» (2 Кор. 4.18), это по природе
может быть видимо и только еще недоступно зрению тех, кому
обещано это зрение.
7. (Из письма Иеронима к Авиту: «Итак, нам представляется
три предположения о конце мира; которое из них истинно и
которое лучше, пусть исследует читатель. Или мы будем жить
без тела, когда, покорившись Христу, будем покорены Богу и
Бог будет все во всем; или когда покоренное Христу с Самим
Христом будет покорено Богу и соединится в один союз, когда
сообразно с этим всякая субстанция придет в наилучшее
состояние и разрешится в эфир, чистейший и простейший по
природе; или же сфера, названная выше (аплане) и все, что

108
объемлется ее окружностью, обратится в ничто, а та сфера,
которою объемлется и опоясывается (антисоне), будет названа
землею доброю также и сфера, вращающаяся около этой самой
земли и называемая небом, будет сохранена для обитания
святых»).
Наметивши эти три мнения о конце всего и о высшем
блаженстве, мы представляем каждому читателю тщательно и
подробно обсудить, можно ли избрать или одобрить какое-
нибудь из них. А эти мнения, повторяем, следующие. Или
разумные существа будут вести бестелесную жизнь после того,
как все будет покорено Христу и через Христа Богу Отцу, когда
Бог будет все и во всем. Или после покорения всего Христу и
через Христа Богу, с Которым разумные твари, как духовные по
природе, будут составлять один дух, самая телесная субстанция,
соединившись с наилучшими и чистейшими духами, сообразно
с качеством и заслугами их, перейдет в эфирное состояние и
просияет, по слову апостола: «И мы изменимся» (1 Кор. 15.52).
Или же форма видимого прейдет, всякое тление уничтожится
и очистится, и все это состояние мира, с его планетными
сферами, окончится и перестанет существовать; поверх же
с ф е р ы , называемой ( а п л а н е с ) , будет р а с п о л о ж е н о
местопребывание благочестивых и блаженных как бы на доброй
земле и на земле живых, которую получат в наследие кроткие
и смиренные; при этой земле будет небо, своим величественным
кругом обнимающее и содержащее самую землю, - то небо,
которое называется поистине и в собственном смысле небом.
Это небо и земля и будут служить безопасным и вернейшим
местопребыванием всех разумных существ в окончательном и
совершенном состоянии их; а именно: одни существа заслужат
обитание в той земле после исправления и наказания, которое
они перенесут за грехи для очищения от них, и после исполнения
и уплаты всего, другие же существа, бывшие покорными слову
Божьему и уже здесь научившиеся воспринимать Премудрость
Божью и повиноваться ей, удостоятся, говорят, царства неба
или небес. И так достойнейшим образом исполнятся слова:
«Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю» и «Блаженны
нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Матф. 5.5,3), и
слова псалма: «Он вознесет тебя, чтобы ты наследовал землю»
(Псал. 36.34) - ибо на эту землю, как говорится, нисходят, а на
ту, вышнюю, возносятся. Таким образом, преуспеянием святых
как бы открывается некоторый путь с той земли к тем небесам,
так что на той земле они (святые), по-видимому, не столько

109
пребывают, сколько находятся временно, чтобы потом, по
достижении должной степени совершенства, наследовать царство
небесное.

Глава четвертая

О ТОМ, ЧТО О Д И Н БОГ ЗАКОНА И П Р О Р О К О В
И О Т Е Ц ГОСПОДА ИИСУСА ХРИСТА

1. Изложивши это по порядку и, насколько возможно,
кратко, дальше, как было предложено с (самого) начала, мы
должны опровергнуть тех, которые думают, что Отец Господа
нашего Иисуса Христа есть иной Бог, а не Тот, который давал
вещания закона Моисею или посылал пророков и Который есть
Бог отцов: Авраама, Исаака и Иакова; в этой истине веры нам
нужно утвердиться прежде всего. Итак, следует обратить
внимание на часто встречающееся в Евангелиях изречение,
которое прибавляется к некоторым отдельным деяниям Господа
и Спасителя нашего, а именно на изречение «Да сбудется
сказанное через пророка» то-то и то-то. Конечно, ясно, что
пророки - от того Бога, Который сотворил мир. Отсюда уже
самая последовательность требует того заключения, что именно
посылавший пророков предрек также и о Христе то, что нужно
было предсказать (о Нем). И несомненно, что эти (пророчества)
о Христе возвещал не кто-нибудь чуждый Христу, но Сам Отец
Его. Да и то обстоятельство, что Спаситель и Его апостолы
часто приводят свидетельства из Ветхого Завета, также
доказывает, что Спаситель и Его ученики придавали значение
древним (свидетельствам). Спаситель, призывая учеников к
любви, говорит: «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш
Небесный; ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над
злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных»
(Матф. 5.18,15). Эти слова даже самому малосмысленному
человеку яснейшим образом внушают мысль, что Спаситель
предлагает Своим ученикам для подражания не иного какого-
нибудь Бога, но именно творца неба и подателя дождей.
Спаситель также учит, что молясь надо говорить: «Отче наш,
сущий на небесах» (Матф. 6.9) - и этим показывает, конечно,
не что иное, как то, что Бога надо искать в лучших частях мира,
т.е. творения Его. Определяя наилучшие установления
относительно клятвы, Он говорит: «Не клянись вовсе: ни небом,
потому что оно престол Божий, ни землею, потому что она

по
подножие ног Его» (Матф. 5.31-35); но разве не очевидно
позднейшее согласие этого изречения с пророческими словами:
«Небо - престол Мой, земля же - подножие ног Моих» (Исайи
66.1)? Изгоняя из храма продавцов овец, быков и голубей и
опрокидывая столы меновщиков, Спаситель сказал: «Возьмите
это отсюда и дома Отца Моего не делайте домом торговли»
(Иоанн 2.16). Без сомнения, Отцом Своим (Спаситель) назвал
Того, во имя Которого Соломон построил великолепный храм.
Спаситель также сказал (о воскресении мертвых): «Не читали
ли вы реченного вам Богом: Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог
Иакова. Бог не есть Бог мертвых, но живых» (Матф. 22.31-32).
Эти слова яснейшим образом научают нас, что Бога патриархов,
именно Того, Который говорил через пророков: «Я Господь, и
нет иного; нет Бога, кроме Меня» (Исайи 45.5) - Спаситель
называл Богом живых, так как патриархи были святы и живы.
Конечно, Спаситель знал, что Бог Авраама есть Тот, о Котором
написано в законе, - Тот Самый, Который говорит, что «Я
Господь, и нет иного; нет Бога, кроме Меня». И если Спаситель
исповедует (Своим) Отцом Того Бога, Который не знает, что
есть иной Бог, выше Него, - как это допускают еретики, - то Он
заблуждается, провозглашая Отцом Того, Кто не знает
Высочайшего Бога. Если же (этот Бог) знает, но обманывает,
говоря, что нет иного Бога, кроме Него, то тем более заблуждается
Спаситель, исповедуя (Своим) Отцом лжеца. Из всего этого
вытекает та мысль, что Спаситель не знает иного Отца, кроме
Бога - Создателя и Творца всего.
2. Долго будет, если собирать свидетельства из всех мест
Евангелий, где высказывается учение о тождестве Бога закона
и Евангелий. Однако мы коснемся кратко свидетельства Деяний
апостольских (Деян. гл.7), где Стефан и апостол обращают свои
мольбы к Богу, сотворившему небо и землю и говорившему
устами святых пророков Своих, и при этом называют Его Богом
Авраама, Исаака и Иакова - Богом, изведшим народ Свой из
земли египетской. Эти изречения, без сомнения, очевиднейшим
образом направляют нашу мысль к вере в Творца и внушают
любовь к Нему тем, которые с благочестием и верою приняли
это учение о Нем. И Сам Спаситель, когда спросили Его, какая
заповедь величайшая из всех в законе, ответил, говоря: «Возлюби
Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею,
и всем разумением твоим; сия есть первая и наибольшая
заповедь, вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как
самого себя», и к тому прибавил: «На сих двух заповедях

ш
утверждается весь закон и пророки» (Матф. 22.37-40). Каким
же образом, спрашивается, Спаситель тому человеку, которого
Он научал и старался сделать Своим учеником, прежде всех
заповедей указывает на ту заповедь, которою возбуждается
любовь, без сомнения, к Богу закона? Ведь то же самое учение
и теми же самыми словами проповедовал именно закон. Конечно,
вопреки всем этим очевиднейшим доказательствам можно
допустить, что слова «Возлюби Господа Бога твоего всем
сердцем твоим» и проч. Спаситель мог сказать об ином - не знаю
только, каком - Боге (а не о Творце). Но если закон и пророки,
как говорят они, принадлежат Творцу, т.е. иному Богу, а не
тому, которого Спаситель называет благим, то как тогда
согласить с этим положением то изречение, которое присоединил
к Своим словам Спаситель, а именно, что на этих двух заповедях
утверждаются закон и пророки? Каким образом может
утверждаться на Боге чуждое и внешнее по отношению к Богу?
Да и Павел, когда говорит: «Благодарю Бога моего, Которому
служу от прародителей моих с чистою совестью» (Деян.
23.1,24.14,16), - ясно показывает, что он перешел не к какому-
нибудь новому Богу, но к Христу. Ибо каких иных прародителей
Павла нужно разуметь здесь, как не тех, о которых сам он
говорит: «Они евреи? и я. Израильтяне? и я». Также и
предисловие к посланию его к римлянам разве не показывает
ясно всем тем, которые умеют понимать писания Павла, какого
именно Бога проповедует Павел? Он говорит: «Павел, раб
Иисуса Христа, призванный апостол, избранный к благовестию
Божьему, которое Бог прежде обещал чрез пророков Своих, в
святых писаниях, о Сыне Своем, который родился от семени
Давидова по плоти и открылся Сыном Божьим в силе по духу
святыни, чрез воскресение из мертвых, о Иисусе Христе,
Господе Нашем» (Римл. 1.1-4), и прочее. Он еще говорит: «Не
заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог? Или,
конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано, ибо кто
пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен
молотить с надеждою получить ожидаемое» (1 Кор. 9.9-10). И
в словах апостол ясно показывает, что именно Тот Бог, Который
дал закон, говорит ради нас, т.е. ради апостолов: «не заграждай
рта у вола молотящего «, - потому что у Него была забота не о
волах; но об апостолах, проповедовавших Христово Евангелие.
В другом месте, проникаясь уважением к обетованию закона,
тот же самый Павел говорит: «Почитай отца твоего и мать: это
первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо и будешь

112
долголетен на земле, которую Господь Бог твой дает тебе»
(Ефес. 6.2-3, Исх. 20.12). Здесь апостол, без сомнения,
заявляет, что ему любезны закон и Бог закона, и Его обетования.
3. Но так как последователи этой ереси обыкновенно
соблазняют сердца простых верующих некоторыми обманчивыми
софизмами, то, я думаю, не излишне, представив обман и ложь
их, опровергнуть то, что они обыкновенно приводят в своих
доказательствах. Они говорят: написано - «Бога не видел никто
никогда» (Иоанн 1.18); Бога же, проповедуемого Моисеем,
видел и сам Моисей, и предшествующие ему Отцы, а Бога,
возвещаемого Спасителем, совершенно никто не видел. Но
спросим их и себя: видимым или невидимым признают они того,
кого исповедуют Богом, в отличие от Бога - творца? Если они
скажут, что Бог - видим, то пойдут против учения Писания,
свидетельствующего о Спасителе, что Он есть «образ Бога
невидимого, рожденный прежде всякой твари» (Колос. 1.15), и,
кроме того, придут к нелепому учению о телесности Бога. В
самом деле, предмет может быть видимым не иначе, как через
форму, величину и цвет, что составляет отличительные свойства
тел. Но если Бог, по их учению, есть тело, то, значит, Он состоит
из материи, так как всякое тело состоит из материи. Если же
Он состоит из материи, а материя, без сомнения, тленна, то и
Бог тогда будет подлежать тлению. Еще спросим их: сотворена
ли материя или нерожденна, т.е. не сотворена? Если они
скажут, что материя сотворена, т.е. нерожденна, то должны
будут признать, что Бог составляет одну часть (этой) материи,
а мир другую часть (ее). Если же они ответят, что материя
сотворена, тогда, без сомнения, получится то заключение, что

<< Предыдущая

стр. 18
(из 52 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>