<< Предыдущая

стр. 36
(из 52 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

кажется, указывает на некоторую особенную премудрость
каждого отдельного князя мира сего. И опять, когда он говорит:
«проповедуем Премудрость Божью, тайную, сокровенную,
которую предназначал Бог прежде веков к славе нашей», то
нужно рассмотреть следующее: эта Премудрость Божья, которая
была скрыта от прочих веков и поколений и не была известна
сынам человеческим так, как она открыта теперь святым
апостолам ее и пророкам, та же ли самая премудрость, по словам
апостола, какая была и до пришествия Спасителя, от которой
был мудрым Соломон? Слово Самого Спасителя возвещает, что
учение Спасителя больше мудрости Соломона; именно
(Спаситель) говорит «здесь больше Соломона» (Матф. 12.42).
Эти слова показывают, что те, которых учил Спаситель,
научились чему-то большему, чем (то, что) знал Соломон. Если
же кто скажет, что Спаситель, хотя и знал больше, но другим
не передавал больше, чем Соломон, то как согласовать (с этим
мнением) и признать последовательными следующие слова Его:

218
«Царица Южная восстанет на суд с родом сим и осудит его, ибо
она приходила от пределов земли послушать мудрости
Соломоновой; и вот, здесь больше Соломона». Таким образом,
существует мудрость мира сего, а может быть, есть премудрость
и у каждого отдельного князя мира сего. Относительно же
Премудрости единого Бога, мы думаем, можно сказать то, что
она меньше действовала в древних и ветхозаветных людях, но
больше и яснее открылась через Христа. Впрочем, вопросом о
Премудрости Божьей мы займемся в своем месте.
2. Теперь же рассуждаем о противных силах, именно о том,
каким образом они воздвигают те брани, посредством которых
человеческим умам внушается ложное знание, и души, думая
найти (в нем) премудрость, вводятся в обман. Поэтому я считаю
необходимым сказать и определить, что такое мудрость мира
сего и что такое премудрость князей мира сего, чтобы через это
определение мы могли узнать, кто отцы этой мудрости или же
этих мудростей. Итак, я думаю, как сказано выше, что мудрость
мира сего отлична от мудростей, принадлежащих князьям мира
сего: посредством этой мудрости, кажется, уразумевается и
постигается то, что относится к этому миру; но она вовсе не
занимается познанием о божестве или о сущности мира, или о
каких-нибудь высших предметах, или об устроении доброй и
блаженной жизни. Таково, например, все искусство поэтическое,
таковы грамматика, риторика, геометрия, музыка, вместе с
которыми (к этому роду мудрости), может быть, нужно
причислить еще медицину. Во всех этих искусствах, нужно
думать, и заключается мудрость мира сего. Под премудростью
же князей мира сего мы разумеем, например, египетскую, так
называемую тайную и сокровенную, философию, астрологию
халдеев и индийцев, обещающих высшее знание, а также
многоразличные и разнообразные мнения греков о Божестве. В
Священном Писании мы находим, что у каждого народа есть
свой князь; так у Даниила (гл. 10) читаем, что есть какой-то
князь царства персидского и другой князь царства греческого,
причем последовательность самого рассказа ясно показывает,
что это не люди, но некоторые силы. Также и у пророка
Иезекииля весьма ясно указывается, что князь Тира есть
некоторая духовная сила (Иезек. гл. 26). Вот эти-то и другие
силы такого же рода имеют каждая свою мудрость и
устанавливают свои догматы и различные мнения. Когда они
увидели Господа и Спасителя, обещающего и проповедующего,
что Он пришел в этот мир разрушить все догматы, ложно

219
носившие имя знания, то, не зная, кто скрывался в нем, они
тотчас стали строить ему козни: «восстают цари земли, и князья
совещаются вместе против Господа и против Помазанника Его»
(Псал. 2.2). Зная эти козни их и понимая замыслы их против
Сына Божьего, потому что они распяли Господа славы, апостол
говорит: «Мудрость же мы проповедуем между совершенными,
но мудрость не века сего и не властей века сего преходящих. Но
проповедуем Премудрость Божью, тайную, сокровенную, которую
предназначал Бог прежде веков к славе нашей, которой никто
из властей века сего не познал; ибо если бы познали, то не
распяли бы Господа славы» (1 Кор. 2.6-8).
3. Нужно исследовать, внушается ли мудрость князей мира
сего, которою они стараются напоить людей, внушается ли она
людям противными силами с желанием уловить и повредить,
или же она преподается (им) только по ошибке, т.е. без всякого
намерения вредить тому или иному человеку: может быть, сами
князья мира считают свою мудрость истинною, а потому также
и других желают научить тому, что сами признают за истину?
Последнее я считаю более вероятным. Ведь, например, греческие
писатели или начальники различных ересей сначала сами
принимают заблуждение ложного учения за истину и для себя
самих решают, что именно в этом учении заключается истина,
а потом уже стараются и других убедить в том, что сами
признали за истину. Точно так же, нужно думать, делают и
князья мира сего, в каковом мире известные духовные силы
получили начальство над определенными народами, и потому
названы князьями мира сего. Кроме этих особенных князей,
существуют еще некоторые энергии мира сего, т.е. некоторые
духовные силы, имеющие определенную деятельность,
выполнение которой они выбрали себе сами, по свободе своего
произволения. К этим силам принадлежат князья, производящие
мудрость мира сего; так что, например, существует некоторая
особая энергия, и сила, которая внушает поэзию, есть другая
сила, внушающая геометрию, и так каждое искусство и каждую
науку этого рода сообщает особая сила. Очень многие из греков
думали, что поэтическое искусство (даже) не может существовать
без исступления ума, поэтому в их историях рассказывается,
что иногда так называемые у них прорицатели внезапно были
исполняемы духом какого-то безумия. Затем у греков есть еще
так называемые божественные (divini), которые, под воздействием
управляющих ими демонов, дают ответы искусно размеренными
стихами. Равным образом так называемые маги или чародеи,

220
призвавши демонов на мальчиков еще малого возраста, иногда
заставляли их говорить стихами поэмы, удивительными и
изумительными для всех. Это совершается, нужно думать,
следующим образом. Как святые и непорочные души, с полным
расположением и со всякою чистотою посвятившие себя Богу,
сохранившие себя неприкосновенными от всякой демонской
заразы, очистившиеся через сильное воздержание и напоенные
благочестивыми и религиозными познаниями, через (все) это
получают участие в божестве и удостаиваются благодати
пророчества и прочих божественных даров: так, нужно думать,
и люди, которые делаются удобными для противных сил, именно
- деятельною жизнью или учением, любезным и приятным для
них, получают от этих сил вдохновение и делаются причастниками
их мудрости и учения. Вследствие этого и происходит, что они
исполняются внушениями тех, кому сначала поработили себя.
4. Не излишне обратить внимание и на тех, которые учат о
Христе иначе, чем позволяет правило Писаний: с коварным ли
намерением работали против веры Христовой противные силы,
когда выдумывали какие-нибудь баснословные и вместе
нечестивые мнения, или же они, услышавши слово Христово,
не в силах были ни извергнуть его из тайников своей совести,
ни сохранить в чистоте и святости, и именно поэтому ввели
различные заблуждения, противные правилу христианской
истины, через посредство соответствующих им сосудов и, так
сказать, через своих пророков? Лучше думать, что силы,
отпадшие от Бога, эти отступники и беглецы, сочиняют эти
заблуждения ложного учения и (эти) обманы вследствие самой
испорченности своего ума и воли или по зависти к тем, кому
предстоит возвышение, через познание истины, в ту степень,
откуда сами они писали, сочиняют для того, чтобы
воспрепятствовать такому преуспеянию. Итак, из многих
указаний ясно открывается, что человеческая душа, пока
находится в этом теле, может воспринимать разные воздействия,
т.е. воздействия различных духов, злых и добрых. При этом
действия злых духов душа воспринимает двояко. Иногда духи
совершенно овладевают умом людей, так что совсем не дозволяют
одержимым ничего понимать или думать; таковы, например, те,
кого обыкновенно называют одержимыми, которых мы видим
безумными и исступленными; таковы были те, которые по
рассказу Евангелия, были исцелены Спасителем. Иногда же
злые духи посредством, враждебного внушения, развращают
чувствующую и размышляющую душу разнообразными
221
помыслами и лукавыми советами: примером служит Иуда,
внушением дьявола приведенный к преступлению предательства,
как возвещает Писание, говоря: «дьявол уже вложил в сердце
Иуде Искариоту предать Его» (Иоанн 13.2). Напротив, когда
человек побуждается и призывается к добру и вдохновляется к
небесному и божественному, тогда он воспринимает энергию,
т.е. воздействие доброго духа. Так действовали святые ангелы
и Сам Бог в пророках, призывая и увещевая их к добру святыми
внушениями, причем, однако, желание или нежелание следовать
тому, кто призывал к небесному и божественному, оставалось,
конечно, в воле и распоряжении человека. Из этого ясного
различения мы узнаем, каким образом душа побуждается
присутствием доброго духа: под влиянием вдохновения она не
подвергается возмущению или повреждению ума и не лишается
свободного решения своей воли. Примером могут служить все
пророки или апостолы, которые служили божественным ответам
без всякого возмущения ума. Что добрые духи своими
внушениями вызывают человеческую память на воспоминание
о лучших вещах, это мы уже показали выше, когда упомянули
о Мардохее и Артаксерксе.
5. Я думаю, дальше нужно исследовать также то, по каким
причинам человеческую душу побуждают то добрые, то злые
силы? Я предполагаю, что причины этого обстоятельства
предваряют даже это телесное рождение, как показывает
Иоанн, который играл и скакал во чреве матери, когда голос
приветствия Марии дошел до ушей Елизаветы, матери его, как
доказывает это и пророк Иеремия, который еще прежде
образования во чреве матери был познан Богом, и прежде чем
вышел из утробы, был освящен Им, и, еще будучи мальчиком,
получил благодать пророчества. И, наоборот, известно, что
некоторые с раннего возраста находились во власти противных
духов, а именно, некоторые родились с демоном, другие, по
сообщению достоверных историй, с детства прорицали, иные же
с детства страдали от демона, именуемого Пифоном, т.е.
чревовещателем. Кто утверждает, что все, совершающееся в
мире, управляется промыслом Божьим, как учит и наша вера,
тот может ответить относительно всех этих явлений так, чтобы
устранить всякое обвинение промысла в несправедливости, но
только, мне кажется, может ответить не иначе, как признавши
для этих явлений некоторые предшествующие причины, именно,
какие-нибудь преступления, которые совершили души мыслями
или делами своими еще до рождения в теле, за что и были по

222
справедливости осуждены Божественным промыслом на это
страдание. Душа всегда обладает свободным произволением,
все равно находится ли она в этом теле или вне тела, и свобода
произволения всегда направляется или к добру, или ко злу; без
всякого же движения, доброго или злого, разумная мысль, т.е.
ум или душа, существовать никогда не может. Эти-то движения,
вероятно, служат причинами для заслуг даже прежде, чем души
сделали что-нибудь в этом мире, и сообразно с этими-то
заслугами или провинностями Божественный промысел
определяет души, от самого рождения и даже, можно сказать,
прежде рождения к перенесению или добра, или зла. Это
сказано о том, что происходит с людьми, по-видимому, от самого
рождения или даже прежде появления (их) на этот свет.
Относительно же того, что внушается душе, т.е. человеческой
мысли, различными духами и что направляет ее или к добру, или
ко злу, должно думать так, что и для этих внушений иногда
существуют некоторые причины, предшествующие телесному
рождению. Но иногда бодрственный ум привлекает к себе
помощь добрых духов и тем, что отвергает от себя все злое, и,
напротив, ум нерадивый и ленивый, будучи менее осторожным,
дает место тем духам, которые, как разбойники, подстерегают
тайно и стараются нападать на человеческие души, как только
увидят место, предоставленное им нерадением, как говорит
апостол Петр: «противник наш. дьявол ходит как рыкающий лев
ища кого поглотить» (1 Петр. 5.8). Поэтому днем и ночью
должно хранить свое сердце со всякою осмотрительностью и не
должно давать места дьяволу, но следует делать все так, чтобы
в нас нашли место слуги Божьи, т.е. духи, призванные к
наследию спасения, чтобы они с удовольствием вошли в обитель
нашей души и, обитая у нас, направляли бы нас (своими)
советами, если только найдут обиталище нашего сердца
украшенным одеждою добродетели и святости. Но достаточно
этих наших посильных рассуждений о силах, враждующих с
человеческим родом.
(Из письма Иеронима к Авиту: «Но должно исследовать и
то, почему человеческую душу побуждают к различному то те,
то другие силы? Он думает, что заслуги некоторых людей
предшествовали соединению их с телами, как показывает это
пример Иоанна, который взыграл во чреве матери своей, когда
Елизавета в ответ на приветствие Марии признала себя
недостойною собеседования с нею. Затем он (Ориген) прибавляет:
«Наоборот, даже дети и почти грудные младенцы бывают

223
исполнены злыми духами и (от них) получают вдохновение
прорицателей и гадателей, так что даже демон Пифонский
овладевает некоторыми с детства. Но нельзя утверждать, что
они оставлены промыслом Божьим, хотя не сделали ничего
такого, за что им следовало бы переносить такое безумие,
нельзя утверждать этого тому, кто признает, что ничего не
совершается без Бога, но все управляется Его правдою»).


Глава четвертая

О ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ИСКУШЕНИЯХ

1. Теперь, думаю, не должно умолчать также и о человеческих
искушениях, рождающихся иногда от плоти и крови, или от
мудрости плоти и крови, которая, говорят, враждебна Богу.
После изложения учения о тех искушениях, которые называются
более чем человеческими, т.е. которые мы испытываем от
начальств и властей, и правителей тьмы века сего, и от небесных
духов непотребства, а также от злых духов и нечистых демонов,
мы скажем и о том, справедливо ли мнение некоторых, будто у
каждого человека - по две души. В этом вопросе, думаю, уместно
исследовать, есть ли в нас, людях, состоящих из души и тела,
и жизненного духа, еще что-нибудь иное, что имеет собственное
возбуждение и волнение, влекущее ко злу? Некоторые
обыкновенно ставят именно такой вопрос: не должно ли
признать в нас как бы две души: одну - божественную и
небесную, другую же - низшую? Или же мы склоняемся и
привлекаемся ко злу, приятному для тела, по тому самому, что
мы соединены с телами? А тела, как известно, по своей природе
смертны и совершенно неодушевленны, потому что материальное
тело оживляется нами, т.е. душами, и оно, конечно,

<< Предыдущая

стр. 36
(из 52 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>