<< Предыдущая

стр. 89
(из 121 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

сущность, которая, по его мнению, обладает таким набором признаков или качеств, который
является необходимым и достаточным для того, чтобы эта сущность могла быть
идентифицирована с помощью этого термина. Предположим, далее, что наш посетитель выставки
узнал в статуэтке персонаж русского фольклора и произносит "Клоун!" или "Искусство!" Чем
будет в данном случае различаться применение этих обозначений? За исключением
индивидуальных представлений говорящего о качественных свойствах родов, подобные широкие
теории референции, кажется, не располагают никакими концептуальными средствами, которые
могли бы эксплицировать различие между референциальными свойствами употребленных
родовых терминов "золото", "искусство" и "клоун". Вопрос будет скорее заключаться в том,
являются ли термины "искусство" и "клоун" родовыми — иными словами, является ли Петрушка
клоуном тем же способом, что Шер Хан тигром, или тем же способом, что Дон Жуан холостяком?
Дон Жуан может жениться, оставаясь при этом Дон Жуаном; Шер Хан не может перестать быть
тигром, не перестав при этом существовать в качестве Шер Хана. В самом деле, Петрушка
является Петрушкой, а его имя является нарицательным постольку, поскольку он является
клоуном. Однако можно задать такое расширение контекста — например, реалистический или
постмодернистский роман о Петрушке, — в котором он покидает балаган, поступает в лакеи к
Чичикову, затем женится на подруге детства, становится уважаемым членом общества Петром
Петровичем, ведет политическую деятельность и т.д.; но для жены он по-прежнему остается
ярмарочным весельчаком Петрушкой, и по вечерам, запершись в спальне, пляшет для нее под
бубенчики. Поэтому возникающий в такой связи вопрос уместнее будет сформулировать так:
является ли термин "клоун" родовым здесь, в данном контексте, для данной концептуальной
схемы?
Тогда, если родовой термин T употребляется для указания на объект O, который является
проявлением родовых свойств K1 — Кn, то T указывает (прежде всего) на тот из этих родов,
который является наиболее релевантным для ассоциируемой концептуальной схемы W.
Поэтому вряд ли корректно было бы сказать, что в контексте, например, истории о женитьбе
Петрушки термин "клоун" уже не будет родовым: скорее следует сказать, что в этой истории не
задан контекст (в данном случае — обычно являющийся фоновым для этого термина),
позволяющий термину "клоун" проявиться, актуализоваться, осуществиться в качестве родового.
Такая актуализация реализуется через каузальную фиксацию термина в качестве жесткого
десигнатора, который выбирает один и тот же индивид в каждом возможном мире.



11.4.3 Индексикалы
Если собственные имена являются жесткими десигнаторами, то выбор индивида при
установлении референции к нему зависит от "каузальной истории" использования данного имени,
а она восходит к некоторому акту первоначального именования — "так окрестили". В своей
типичной форме этот первоначальный акт устанавливает референцию посредством указательного
местоимения или прямого указания на объект реального мира. Если принять эту точку зрения, то,
очевидно, следует считать, что интенсионал собственного имени не фиксирован на каком-либо
одном представлении в головах говорящих, общем для всех, кто использует это имя как единицу
данного языка.
Х.Патнэм показал, что подобный процесс имеет место в очень многих случаях; в частности, с
естественно-родовыми терминами. Если в язык успешно внедряется такой термин — например,
"тигр" — то этот процесс в типичной форме включает в себя два первичных фактора:
указывающую (остенсивную) референцию к одному или более тиграм и правильную презумпцию
первоначальных пользователей этого термина о том, что индивиды, о которых идет речь, —
представители некоторого естественного класса, скажем, одного биологического вида. Носители
языка, употребляющие такой термин, обладают прагматически надежным критерием для
отождествления тигров – "стереотипом тигра"; последний, вообще говоря, может быть
недостаточен для отличения тигров от других возможных видов с внешне сходными признаками,
но термин все же будет, в силу своей "каузальной истории" в языке, сохранять референцию к
актуально данному виду, к тиграм, поскольку она была установлена в первоначальном акте
внедрения термина. Такое действие было названо Барбарой Холл Парти установлением функции
актуальной интерпретации.
Вообще можно сказать, что для каждого термина, введение которого в язык хотя бы частично
было основано на остенсивном акте фиксации референции, интенсионал этого термина частично
устанавливается на основе свойств объекта (или объектов) реального мира, первоначально
вовлеченных в акт введения термина. В таких случаях незнание говорящим экстенсионала
термина или "причинной истории" термина ведет к незнанию интенсионала, но не мешает термину
иметь интенсионал в языке говорящего.
Согласно Патнэму, границы между экстенсионалами устанавливаются более или менее
произвольно: в этом смысле содержание существующего технического определения может быть
конвенционально. Основная идея здесь состоит в том, что термины естественных родов подобны в
своем поведении не определенным дескрипциям, а индексикалам — словам вида "я", "ты", "он",
"это вещество", референция которых зависит от обстоятельств их употребления. Фактически
Патнэм утверждает, что почти все слова нашего языка функционируют как индексикалы (indexical
words), и, следовательно, термины естественных родов совсем не отличаются от других типов
общих терминов. Патнэм придерживается весьма широких взглядов на референцию: согласно
нему, говорящий может успешно указывать на вязы и буковые деревья, даже если он не может
отличить их друг от друга; он может обозначать H2O раньше, чем была развита химия, и он может
обозначать тигров, даже если многие из его идентификационных представлений относительно
тигров ложны. Природа причинной референциальной связи между родовым термином и
референтом определяется тем, что родовые термины содержат индексикальный компонент.
Патнэм использует свою теорию родовых терминов для объяснения референции через
экстенсионал общих терминов (под последним понимается множество объектов, относительно
которых общий термин является истинным).
Возражения Патнэма против традиционных теорий значения основываются на двух
фундаментально несовместимых, с его точки зрения, тезисах. Один из них заключается в том, что
экстенсионал определяет значения общего термина, т.е. то, относительно чего термин истинен. В
соответствии с этим тезисом, два термина с одинаковым значением имеют одинаковый
экстенсионал. Согласно другому фундаментальному тезису, существуют определенные
психологические состояния людей, соответствующие определенному уровню знания значения. О
философах, придерживающихся данной позиции (например, Фреге и Карнап), Патнэм говорит
следующее: "Никто из этих философов не сомневался, что понимание слова идентично
пребыванию в определенном психологическом состоянии". По мнению Патнэма, Карнап "зашел
очень далеко" в своем утверждении, что знание значения общего термина позволяет распознать
его экстенсионал.
Таким образом, подход Крипке — Патнэма противостоит фрегеанской теории значения
естественно-родовых терминов в следующем отношении: согласно этому подходу, экстенсионал
не определен ментальным состоянием говорящего. Фрегеанская теория значения предполагает,
что
(1) знание значения состоит из нахождения в соответствующем ментальном состоянии, и что
(2) значение определяет экстенсионал.
Иными словами, знание значения определяет экстенсионал термина; ментальное состояние
определяет интенсионал, а интенсионал определяет экстенсионал. Патнэм полагает, что такая
картина существенно ущербна. По его мнению, само существование реальных сущностей
устанавливает, что значения находятся "не в голове".
Поэтому для того, чтобы определить экстенсионал терминов естественных родов, необходимо, как
и в случае с индексикалами, уточнить обстоятельства, в которых употребляются термины, т.е.
определить еще один компонент (вид компонентов) языкового процесса — то, что Р. Якобсон
называет интерпретантой. Правильная семантическая интерпретация терминов родов требует
понимания ситуации, в которой они используются. Мы не можем, например, оценить
истинностное значение предложения "Идет дождь" без привлечения дополнительной информации,
поскольку его истинностное значение зависит от того, когда и где оно произносится. Само
определение термина как жесткого десигнатора или индексикала выступает интерпретантой,
поскольку управляет именно его интерпретацией.
О релевантности факторов стабилизации интерпретации свидетельствует аргумент "Дубль-Земли"
Патнэма. Предположим, что мы знаем традиционное значение такого термина естественного рода,
как "вода", т.е. нам известны некоторые свойства, с помощью которых мы можем распознать воду.
Далее, представим, что где-то в космосе существует "Дубль-Земля", которая очень похожа на
нашу планету. Дубль-Земля подобна Земле во всем, за исключением того, что там субстанция,
называемая людьми "водой", подобна H2O в обычных свойствах, но имеет отличную
(гипотетическую) молекулярную структуру хуz.
Имеется "свойство", которое люди долго связывали с чистой водой и которая отличает
ее от воды Дубль-Земли [хуz], и это свойство — свойство подобия любому другому
образцу чистой воды из нашей окружающей среды... Субстанция, которая проявляет
себя не так, как эти образцы, не будет считаться той же самой субстанцией... Но
"свойство" "проявлять себя так же, как данное вещество" не является таким свойством,
какие философы называют вполне "качественными" свойствами. Его описание требует
специфического примера....
У индивидов на Земле и на "Дубль-Земле" возникают одинаковые ментальные состояния
относительно Н2О и хуz, достаточные для определения экстенсионалов в указанных
обстоятельствах.
Допустим, что Джон и его физически тождественная копия с Дубль-Земли, Дубль-Джон, ничего не
знают о химических свойствах веществ, которые они называют термином "вода"; что в таком
случае является значением термина "вода" в их соответствующих идиолектах? Согласно взглядам
Патнэма на референцию, Джон указывает на что бы то ни было, проявляющее себя подобно тому,
как проявляет себя H2O, а Дубль-Джон указывает на что бы то ни было, проявляющее себя
подобно тому, как проявляет себя хуz. Поскольку "вода" по-английски — твердый десигнатор, то
этот термин обозначает H2O во всех возможных мирах, в которых H2O существует. И поскольку
термин "вода" на Дубль-Земле — также твердый десигнатор, то "вода" в дубль-английском языке
относится к хуz во всех возможных мирах, в которых хуz существует. Таким образом, даже если
Джон и Дубль-Джон физически тождественны, значение термина "вода" в их идиолектах
различно.
Этот аргумент также представляет описанный подход Крипке—Патнэма к родовым терминам и
опирается на расширенную теорию референции: Джон указывает на H2O, а Дубль-Джон — на хуz
даже в том случае, если они вообще не осведомлены о сущностной природе того, о чем они
говорят. Термин "вода" в идиолектах Джона и Дубль-Джона должен быть твердым десигнатором.
В силу этого предположения, термин "вода" в идиолекте Джона не указывает на хуz на Дубль-
Земле, даже если Джон был бы расположен утверждать, что этот предмет имеет свойства воды, и
термин "вода" в идиолекте Дубль-Джона не относится к H2O на Земле, даже если он был бы
расположен утверждать, что это — дубль-вода.
Хотя ментальные состояния индивидов, выражающие знание значения терминов, идентичны, это
не означает, что хуz тождественно Н2О; хуz – это другое вещество, которое просто похоже на воду.
Следовательно, чтобы правильно определить экстенсионал термина "вода", мы должны знать, о
какой конкретной планете идет речь. Никакое ментальное состояние индивида, соответствующее
определенному уровню знания значения, не может выделить экстенсионал единственным образом,
и это свидетельствует о том, что термины родов индексикальны по отношению к конкретному
месту. Чтобы интерпретировать такой термин, как "вода", мы должны знать, для указания на какое
вещество этот термин используется, а это требует знания того, в какой ситуации и в каком месте
используется термин. Можно, вероятно, найти множество примеров того, чтo еще мы должны
знать для правильной семантической интерпретации терминов естественных родов. Так,
представители какого-либо рода могут изменить свои наблюдаемые свойства, не меняя при этом
существенных характеристик (например, эволюция видов в животном мире.) Следовательно,
семантическая интерпретация терминов должна учитывать и фактор времени. Это означает, что
термины родов индексикальны не только относительно места, но и конкретного времени.
Например, "вода" относится к тому, что содержат сейчас океаны, реки и озера и что может со
временем измениться.
Таким образом, для любого объекта 0, если С1, С2, С3 являются концептуальными компонентами
значения знака S и если S указывает на 0 в какой-то ситуации, то оно указывает за счет того, что
референт обладает свойствами с1, с2, с3. Далее, если в процессе эмпирических открытий 0
обогащается за счет с4, с5...сn, то соответственно и значение S изменяется от С4 до Сn. Только в
рамкаx такой упрощенной концепции связи значения и указания оказалось возможным
представление терминов естественных родов как индексикалов. В данной ситуации представление
S в качестве индексикала означает фиксирование однозначной связи между каким-либо
компонентом S, например С3, и свойством с3. Тогда индексикал можно определить как
концептуальное средство, подобное твердому десигнатору и устанавливающее однозначную связь
между семантическими компонентами слова и эмпирическими свойствами его референта.
Экстенсионал при таком подходе выводится не из знания какого-либо необходимого и
достаточного количества свойств представителей родов, а из фактов действительного
употребления терминов. Патнэм, по-видимому, принимает аргумент Крипке, согласно которому
первоначально идентифицирующие род признаки могут в дальнейшем оказаться случайными и
даже ошибочными. При правильном семантическом анализе термины родов ближе к
индексикальным выражениям типа "это вещество", чем к выражениям "это желтое вещество", в
которых смешаны дескриптивные и индексикальные элементы.
Тогда компонентами значения термина естественного вида являются, например,

• правила употребления конкретных слов, с помощью которых мы распознаем стереотип вида, но
не выделяем экстенсионал, и
• индексикалы, точно определяющие экстенсионал термина естественного вида.
Патнэм считает, что мы фиксируем референцию термина, индексикально указывая только на
образец вещества или стереотип вида, не пытаясь при этом выразить все его индивидуальные
характеристики. Если определение терминов естественных видов через дескрипции направлено на
выделение объекта или экстенсионала именно через указание их индивидуальных характеристик,
то в подходе Патнэма — Крипке выделение объекта происходит не через указание совокупности
индивидуальных свойств объекта, а через описание тех обстоятельств, в которых однозначная
связь термина и объекта не подвергается сомнению. В теории Крипке единичность указания
достигается при условии адекватной передачи обстоятельств церемонии "первого крещения" в
ходе различных социальных коммуникаций. Другими словами, в семантике Крипке имена
индивидов непроизвольны в том отношении, что они получены в ситуации "первого крещения",
независимо от обнаруживаемых новых свойств в ходе развития научной мысли. С точки зрения
Патнэма, наоборот, правильная семантическая интерпретация термина возможна только тогда,
когда мы учтем все обстоятельства, сопутствующие конкретному употреблению термина.
Для нас здесь важно различение априорных свойств, которые устанавливают референцию, и
необходимых свойств, которыми обладает вещь. Первые здесь очевидным образом не являются
данными, "контекстно независимыми". Поскольку употребление языка — это динамический
процесс, продолжающийся и постоянно меняющийся, постольку высказывания, составляющие их
слова и понятия, а также способ их передачи — все это обусловлено как непосредственной
ситуацией, так и всеми прежними событиями. Восприятие сообщения реципиентом подобным же
образом предопределяется и данным речевым актом и всеми предшествующими информациями,
которые он получал; ответ на данное сообщение, в свою очередь, повлияет на поведение первого
говорящего. Это указывает на известную методологическую трудность в описании природы языка,
состоящую в том, что данные, взятые из живых языков и диалектов, не ограничены и не
составляют закрытого класса. Адекватное и прагматически релевантное описание языка должно не
только удовлетворительным образом представлять уже сказанное и написанное, но также и то, что
может быть сказано и написано на этом языке. Иначе говоря, оно имеет дело не только с
актуальными предложениями, но также и потенциальными — и, соответственно, с условиями
актуализации последних.
Поскольку нельзя полностью реконструировать коммуникационный процесс, осуществляющийся
в каждый данный момент, то описание системы языка оказывается перед необходимостью
создавать идеализированную статическую картину процесса, которая позволяет реконструировать
в существенной степени составные элементы и природу коммуникации. Представление языка в
категориях системы знаков, фонологии, лексики и грамматики является не чем иным, как именно
такого рода моделированием. Описание условий актуализации потенциальных высказываний на
исследуемом языке оказывается при этом связанным, в частности, с усмотрением единых
оснований описания исторического развития языка и описания его различных версий,
локализованных в пространстве — т.е. с единством подхода к анализу обстоятельств
употребления языковых выражений.



11.4.4 Внутренняя реконструкция и внешнее сравнение языковых
явлений
Заключение о том, что значения не являются мысленными сущностями и не фиксируются
свойствами психики носителей языка, органично для философа, работающего в русле логической
традиции, поскольку в этой традиции семантика скорее рассматривается как дисциплина об
отношениях между выражениями языка и внеязыковыми объектами, о которых говорят эти
выражения, чем как дисциплина об отношениях между выражениями языка и действующими в
сознании правилами и представлениями, составляющими языковую компетенцию носителей
языка. Но для лингвиста это заключение может на первый взгляд показаться парадоксальным:
ведь значения должны быть фиксированы для данного языка носителями этого языка, поскольку
естественные языки — это создание человека, они отличаются друг от друга и изменяются с
течением времени. Даже если предположить, что интенсионалы сами по себе, как функции от
возможных миров к объектам различного вида, являются абстрактными объектами, могущими
существовать независимо от людей, подобно числам, то все равно следует признать, что то, чем
определяется, что некоторый интенсионал является именно интенсионалом некоторой
лексической единицы в некотором естественном языке, должно зависеть от явлений и фактов,
связанных с данным естественным языком, и, следовательно, должно зависеть от свойств людей
— носителей этого языка.
Этот парадокс снимается с помощью понятия "каузальной истории" и социолингвистической
гипотезы о "лингвистическом разделении труда", выдвинутой Патнэмом. Согласно последней
родовые термины могут передаваться от одного носителя языка к другому таким же образом, как
имена собственные. Вопрос о том, насколько универсально дальнейшее применение
первоначально использованных идентифицирующих особенностей, является эмпирическим
вопросом; исследование обычно улучшает наше понимание идентифицирующих особенностей
(эмпирический опыт может раскрыть "реальную сущность"). Действительно, то, чем являются
актуальные интерпретации лексических единиц в данном языке, определяется свойствами
носителей этого языка, но не исключительно свойствами их психики. Равно важны
взаимодействия носителей языка с внешним миром, которые сопровождают введение слов в язык,
и важны также необходимые интенции говорящих использовать слова языка стабильно,
тождественным и постоянным способом. Если в момент введения слова вода в язык в
определенном отношении к носителю языка находилось вещество Н2О, а не хуz, то это
обстоятельство является определенным фактором в фиксации интенсионала слова вода. Этот
фактор решающим образом вовлекает в процесс говорящего, а не только вещество воды и слово
вода; ведь без первоначального намерения говорящего использовать слово, например water, для
обозначения вещества данного образца, это слово в английском языке не имело бы референции к
данному веществу. Таким образом, свойства говорящих, вводящих слова в язык, являются
решающим фактором, но это не их психические свойства.
С такой точки зрения, принцип "лингвистического разделения труда" Патнэма работает на
обоснование, например, того лингвистического факта, что различие знаков вода — вада в русском
языке характеризует различия диалектов одного времени на разных территориях и одновременно
различия одного диалекта на одной территории в разные эпохи его существования.
Согласно современным лингвистическим представлениям, синхронное описание современного
состояния языка есть не что иное, как проникновение через эмпирически фиксируемые факты в
систему этого языка, скрытую от непосредственного наблюдения. Тем самым синхронное
описание, выявляющее систему языка, оказывается первым этапом исторической реконструкции.
С такой точки зрения, восхождение от наблюдаемых явлений к глубинной структуре в данном
синхронном состоянии языка есть одновременно и углубление внутренней реконструкции

<< Предыдущая

стр. 89
(из 121 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>