<< Предыдущая

стр. 100
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

1
существование, которое есть само понятие». Эти слова Гегеля —
одно из самых четких в истории философии определений онтологии.
Понятие получает в философии Гегеля статус имени, обладающего
творящим потенциалом.
Гегель утверждает, что «следует рассматривать в качестве метода
лишь движение самого понятия» 2 для того, чтобы статика образа
соединилась с его динамикой, благодаря чему «метод расширяется
в систему». 3 По видимости, Гегель отводит воображению подчинен­
ное место в мышлении и даже говорит, что «бытие не нуждается
... в показе». 4 Однако эти оговорки и запреты не должны вводить
нас в заблуждение. Мы-то видим воочию, какой удивляющий образ
мысли (или мысле-образ) выразил Гегель, намеренно предъявив его
к показу. Вероятнее всего, Гегель имел в виду, что бытие не
нуждается в показе в небытии, но чтобы пребывать в собственной
форме — сфере, оно должно показаться самому себе, чтобы видеть
собственный образ в некоем зеркале, которое и есть данная сфера.
Спекулятивность диалектического метода Гегеля, о которой он не­
однократно сам говорил, состоит в пре-ображении мышления по­
средством во-ображения, т. е. вхождения во образ единого бытия.
Круговая модель диалектики бытия и мышления Гегеля хра­
нится силой образа и имени или, иначе говоря, во имя образа.
В качестве убеждающего примера — характерные слова Гегеля:
« И м е н н о таким о б р а з о м (разрядка моя. — Ю. Р. — Именно
вот таким образом — в образе вот этого имени!) каждый шаг вперед
в процессе дальнейшего определения, удаляясь от неопределенного
начала, есть также возвратное приближение к началу, стало быть,
то, что на первый взгляд могло казаться разным, — идущее вспять
обоснование начала и идущее вперед дальнейшее его определение, —
сливается и есть одно и то же». 5
Персонификация Абсолютной Идеи Гегелем («понятие есть не
только душа, но и свободное субъективное понятие, которое есть
для себя и потому обладает личностью») 6 отражается в персонифи­
кации метода (не случайно существует имя собственное — Мефодий).
Абсолют Гегеля отнюдь не безымянен, что ему ставили в упрек,
просто звучание этого Имени рассеяно между строк его текста, и
требуется особая настройка слуха, чтобы услышать его, для чего
нужно, к а к поясняет Гегель, «вслушиваться в себя»,' читая внешне
начертанные строки, написанные посторонним субъектом.

1
Там же. С. 290.
2
Там же. С. 290.
3
Там же. С. 304.
4
Там же. С. 292.
* Там же. С. 307.
6
Там же. С. 288.
7
Там же. С. 289.
556 Ю. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
?. ?????????.

Персонификация метода открывает новое его качество. Так воз­
никает экземплификационно-ономатологический метод, о необхо­
димости которого было сказано нами выше. Применение образа и
имени в качестве метода дает возможность описать о б р а з о в а н и е
в творении из небытия сущего, откликающегося на зов его из
небытия по и м е н и . Это двуединство образа и имени в методе
Абсолютной Идеи составляет естество (природу) последнего. Гегель
пишет по этому поводу следующее: «В силу указанной выше при­
роды метода наука представляется некоторым замкнутым в себя
кругом, в начало которого — в простое основание — вплетается
путем опосредствования [его] конец; причем круг этот есть круг
кругов, ибо каждый отдельный член, как одухотворенный методом,
есть рефлексия-в-себя, которая, возвращаясь в начало, в то же
время есть начало нового члена». 1 Гегель не случайно употребил
выше выражение «природа метода». Чтобы быть абсолютным, метод
должен быть естественно развивающимся. Несмотря на то, что
Гегель вынес «природу» за скобки «сферы чистой мысли», на деле
логика метода привела к открытию природы самой логики. Не
только ее бытия, но и естества. Не случайно здесь также употреб­
ление метафоры «плетения» к а к одного из устойчивых символов
естественной деятельности природы (вспомним богинь Мойр, пле­
тущих ткань судьбы).
Если начало без конца пусто — с чего начал Гегель «Науку
логики», — то совпадение начала и конца являет собой полноту
начала. Этой констатацией «Наука логики» завершается. «Метод
есть чистое понятие, относящееся лишь к самому себе; поэтому он
простое соотношение с собой, которое есть бытие. Но теперь это и
наполненное бытие, постигающее себя понятие, бытие к а к конкрет­
ная и равным образом совершенно интенсивная целокупность». 2
Прежде чем перейти от «Науки логики» к «Философии приро­
ды», Гегель утверждает принцип тождества идеи и природы —
последняя потенциально содержится в первой: «Идея к а к целокуп­
ность в этой форме есть природа». 3
Природа естественно вызрела в сфере и стихии чистой мысли
и стала быть готовой выйти из нее. Образ наполнился целиком, и
возникло «побуждение снять эту субъективность». 4 Создался про­
стор свободы для реализации воли к творению по своему образу и
подобию; поименовав себя самое изнутри, Абсолютная Идея пред­
лагает собственные имена иному. Если на зов по имени воспоследует
отклик из небытия, то одновременно с этим возникнет зеркальное

1
Ф. Наука логики. Т. 3. С. 308-309.
Гегель Г. В.
2
Там же. С. 309.
3
Там же. С. 310.
4
Там же. С. 309.
КНИГА П. ГЛАВА 2. § 3. ГЕГЕЛЬ 557

взаимоотражение двух предстоящих друг другу сфер в обоюдном
показе их явленных образов. Наметился переход от «сферы чистой
мысли» к «сфере природы», что зафиксировал Гегель: «чистая
истина как последний результат становится также началом другой
сферы и [другой] науки. Этот переход требуется здесь еще только
наметить». 1
Гегель набрасывает переход от онтологии к метафизике, и здесь
перед нами снова феномен интерамбулы — неподвижного движения
переступания через порог — из одной сферы в другую. Необходимо
только помнить, что хотя сфер две, но граница у них одна и та
же — естество. Завершив работу мышления бытия, Абсолютная
Идея позволяет себе отдохновение в отпуске на природе. «Переход,
стало быть, следует здесь понимать скорее так, что идея сама себя
свободно отпускает, абсолютно уверенная в себе и покоящаяся
внутри себя». 2
Ничто уже не сможет потревожить покой, силу и волю Абсо­
лютной Идеи, защищенной сферой, потому что она знает метод
возвращения к себе самой. Ею уже пройден круг отождествления,
в каждой точке которого совпали начало и конец кружения. Однако
начало и конец не только тождественны, но и различны, поэтому
в точке их схождения находится и точка их расхождения, из
которой выходят две линии в обратные стороны. Сомкнутся ли эти
линии в новый круг, уже не в круг тождественного, а в круг иного,
как выразился бы Платон, — осталось последней интригой, завер­
шающей «Науку логики». Выяснению последнего вопроса Гегель
посвятил изложение своих «Философии природы» и «Философии
духа», образующих содержание «круга иного», повторяющего с
точностью до наоборот (т. е. в обратном направлении) движение
сферы чистой мысли.
Итак, в «Науке логики» Гегель пытался реализовать амбицию
познающего разума логически «изобразить» Бога до акта творения
и даже представить это объемно — как «логический слепок» Веч­
ности. По завершении «Науки логики» оказалось, что для того
чтобы полностью удостоверить истинность полученного результата,
необходимо применить к нему не только внутренний критерий, но
и внешний, т. е. не только необходимый, но и достаточный. Абсо­
лютная Идея, убедившись в собственной целостности и самодоста­
точности в логической сфере, должна проверить свою преизбыточ-
ность и неуничтожаемость в небытии.
Завершив «Науку логики» идеей творения, Гегель с этой же
идеи начинает «Философию природы», повторно ставя вопрос: зачем
необходимо творение, если бытие и так есть? «Если Бог всецело

1
Там же. С. 309.
2
Там же. С. 310.
558 Ю. ?. ?????????. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО

довлеет себе, ни в чем не имеет нужды, то как он приходит к тому,
чтобы решиться сотворить нечто неподобное ему? Отвечаем: боже­
ственная идея именно и состоит в том, что она решается положить
из себя это иное и снова вобрать его в себя, чтобы стать субъек­
тивностью и духом. Философия природы сама составляет часть
этого пути возвращения, ибо она-то и снимает разъединение (die
Trennung) природы и духа и дает духу возможность утвердить свою
сущность в природе».'Вечность идеи состоит в том, что она есть
«в-себе-и-для-себя-бытие, т. е. она есть возвратившееся в себя бы­
тие». 2 Понятие «возвращения» очень существенно для Гегеля, без
него невозможна конкретизация творения и, как следствие, замы­
кание философского знания в целостную систему. «Таково место,
занимаемое природой в системе целого. Ее отличительной чертой
является то, что идея определяет самое себя, т. е. полагает в самой
себе различие, некое иное, но полагает его таким образом, что она
в своей неделимости является бесконечной благостью и сообщает,
дарит инобытию всю свою благость». 3
Следуя традиции теистического креационизма, Гегель характе­
ризует творение через понятие «воля» («идея р е ш а е т с я положить
из себя иное — природу»), а также понятие «дар». Однако насколько
бескорыстным оказался дар в понимании Гегеля? Этим вопросом
затронуто все содержание его «Философии природы». Если Идея
подарила природе «всю свою благость», то в последней после акта
творения находится все, что имелось в первой и чего в ней уже не
имеется, ибо отдано все. Откуда все-таки берется новое?
В свете этих вопросов проведем текстологический анализ геге­
левской «Философии природы». Гегель вторит античному (герак-
литовскому) пониманию природы к а к загадки: «Что такое приро­
да?.. Природа стоит перед нами как некая загадка и проблема, и
мы столь же чувствуем потребность разрешить загадку природы,
сколь и отталкиваемся от этого. Природа влечет нас к себе, ибо
дух предчувствует свое присутствие в ней; она нас отталкивает к а к
нечто чуждое, в котором наш дух не находит себя. Аристотель
поэтому говорит, что философия началась с удивления». 4
Однако античный метод угадывания не удовлетворяет Гегеля,
и он стремится применить иную методологию к природе. Разум не
должен ограничиваться чутьем прячущейся природы, но должен
выманить ее из укрытия. «Наблюдая ее процессы, видя ее превра­
щения, мы хотели бы постигнуть ее простую сущность, заставить

1
Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. ?. 2. Философия
природы. М.: Мысль, 1975. С. 25.
2
Там же. С. 33.
3
Там же. С. 25.
' Там же. С. 10.
КНИГА II, ГЛАВА 2. § 3. ГЕГЕЛЬ 559

этого Протея приостановить свои превращения и открыться нам,
высказаться перед нами так, чтобы он нам не только показывал
многообразные, каждый раз новые формы, но более просто, на
языке сознания обнаружил бы, что он такое (was er ist)». 1 В конце
«Философии природы» Гегель признается, что целью его исследо­
вания было «дать изображение природы, с тем чтобы одолеть этого
Протея, найти в этом внешнем бытии лишь зеркало нас самих,
увидеть в природе свободное отражение духа, познать Бога не в
рассмотрении духа, а в этом его непосредственном наличном бы­
тии». 2 Осталось только добавить, что природа, будучи «зеркалом»
духа, является не искусственно-пассивным его отражением, но
именно свободным, «живым зеркалом», активно влияющим на него.
И сам дух является таким же «зеркалом» природы. Так получается
система направленных друг на друга зеркал в процессе применения
спекулятивного метода.
Человек находится в срединной точке этой системы зеркал, но
в силу своего устройства он может видеть непосредственно только
один из экранов. Чтобы увидеть все, ему необходимо сделать полный
оборот, окинуть взглядом весь горизонт, храня в памяти прежде
виденное. А затем суметь совместить все контуры отражений в
едином образе. В этом — цель деятельности творческого воображе­
ния.
Застывший и односторонний взгляд на природу уничтожает ее.
«Практическое отношение к природе обусловлено вообще вожделе­
нием, а последнее эгоистично. Потребность стремится к тому, чтобы
употребить природу для своих нужд, стереть ее грани, истощить,
короче говоря, уничтожить ее». 3 Но такой же умерщвляющий
взгляд присущ самой природе; вспомним взгляд горгоны Медузы.
Человек всегда находится в опасности, пребывая в природе, однако,
«какие бы силы ни развивала и ни пускала в ход природа против
человека — холод, хищных зверей, огонь, воду, — он всегда находит
средства против них, и при этом он черпает эти средства из самой
же природы, пользуется ею против нее же самой, хитрость его
разума дает ему возможность направлять против одних естественных
сил другие, заставлять их уничтожать последние и, стоя за этими
силами, сохранять себя». 4 Понятие «хитрость разума» — одно из
основных в гегелевском философском воображении. Если «хит­
рость» перевести на греческий я з ы к как «махинация», откуда
возникло и слово «механизация», то вышеприведенная цитата яв­
ляется определением экспериментально-технического отношения к

1
Там же. С. 11.
2
Там же. С. 579.
3
Там же. С. 12.
4
Там же. С. 13.
560 Ю. ?. ?????????. БЫТИЁ И ЕСТЕСТВО

природе. Вспомним также, что райский змей был самым хитрым
животным.
Экспериментатор «предоставляет природе мучиться, спокойно
наблюдает и малым усилием управляет целым: хитрость. На ши­
рокую сторону мощи нападают острым концом хитрости». 1 Вооб­
ражение Гегеля увлечено очень эффектным образом. Но что про­
изойдет, если «широкую сторону мощи» развернуть и ударить
перпендикулярно по «острому концу хитрости»? Такие экспери­
ментальные обстоятельства Гегель не предполагал. Гегель видит
недостатки, ограниченность и ущербность экспериментального от­
ношения к природе («только тогда, когда мы учиняем насилие над
Протеем, т. е. когда мы не заботимся о чувственном явлении, он

<< Предыдущая

стр. 100
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>