<< Предыдущая

стр. 134
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

основное содержание и положения диссертации.
Все вышеизложенное позволяет сделать заключение о том, что
диссертация Романенко Ю. М. удовлетворяет требованиям, предъ­
являемым к исследованиям подобного типа, а ее автор заслуживает
искомую степень доктора философских наук по специальности:
09.00.01 — онтология и теория познания.
Отзыв обсужден и утвержден на заседании кафедры философии
Российского государственного педагогического университета
им. А. И. Герцена 2 июня 2000 года. Протокол № 9.

Заведующий кафедрой философии РГПУ
им. А. И. Герцена проф. Стрельченко В. И.

На разосланный автореферат диссертации поступил один отзыв:
— Действительного члена Российской академии образования,
зав. кафедрой философской и психологической антропологии фа­
культета философии человека РГПУ им. А. И. Герцена, д. ф. н., про­
фессора Королькова А. А. Отзыв положительный, замечаний нет.


ОТЗЫВ ОБ АВТОРЕФЕРАТЕ

диссертации Ю. М. Романенко «Онтология и метафизика как типы
философского знания» на соискание ученой степени доктора фило­
софских наук по специальности 09.00.01.

Работа Ю. М. Романенко посвящена исследованию важной И
актуальной философской проблемы — определения условий само-
СТЕНОГРАФИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ 745

обоснованности философского знания. Автор ставит задачу изучения
генезиса и взаимосоотношения онтологии и метафизики как основ­
ных познавательных форм философии. Автореферат диссертации
дает представление о сложившейся целостной концепции, основные
тезисы которой отражены в положениях, выносимых на защиту,
и в пункте о научной новизне результатов исследования. Автор
демонстрирует широкую эрудицию, умение тонко анализировать
историко-философский материал и делать на основе этого серьезные
теоретические обобщения. Содержание диссертации упорядочено в
четкой структуре, образовавшейся в результате последовательного
разбора основных онтологических и метафизических систем извест­
ных философов.
Обращает на себя внимание то, что диссертант учитывает до­
стижения российских философов в осмыслении оснований онтоло­
гии и метафизики, проводя сравнительный анализ отечественного
и зарубежного способов философствования по поводу этой реальной
проблемы. Авторский подход дает возможность найти общий язык
общения и взаимопонимания между различными традициями. Од­
ной из ведущих тем работы является изучение мифа как необхо­
димого момента развития философского знания, которое определя­
ется границей между рациональным и внерациональным.
Вызывает поддержку намерение диссертанта рассматривать про­
блему бытия в антропологическом контексте, исходя из человечес­
кого опыта переживания различных пограничных ситуаций. Слож­
ность и неоднозначность проблем, перед которыми стоит автор,
заставляют его внимательно работать с языком, которым выража­
ются онтологические истины. В этом отношении можно согласиться
с авторским положением, что онтология по сути основана на прин­
ципе единства бытия, мышления и языка, «утверждающем воз­
можность выражения мышления бытия словом» (с. 5). В самом
деле, одной из существенных задач для философа является воз­
можность представить мысль в адекватной вербальной форме. Ав­
тору в достаточной степени удалось решить поставленные задачи.
Диссертация, несомненно, является самостоятельным и оригиналь­
ным исследованием, помогающим с новой точки зрения, по-особому
понять основополагающие принципы, категории и методы онтоло­
гии и метафизики в их взаимообусловленности.
Ю. М. Романенко известен своими публикациями, в том числе
весьма основательной книгой «Бытие и естество. Онтология и ме­
тафизика как типы философского знания», которая живо обсуж­
далась петербургскими философами. В сущности, автор мог бы
защищать диссертацию в форме научного доклада, то есть по со­
вокупности опубликованных работ. Считаю, что Ю. М. Романенко —
известный специалист в области онтологии и теории познания,
работа его соответствует критериям, предъявляемым ныне в России
746 Ю. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
?. ?????????.

к докторским диссертациям, и автор достоин присуждения ему
ученой степени доктора философских наук. 20.06.2000.

Действительный член Российской академии образования зав.
кафедрой философской и психологической антропологии факультета
философии человека РГПУ им. А. И. Герцена доктор философских
наук профессор А. А. Корольков

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ
Юрий Михайлович, Вам предоставляется слово для ответов на
замечания ведущей организации.

????????? Ю. М.
Я благодарю ведущую организацию — кафедру философии Рос­
сийского государственного педагогического университета имени
А. И. Герцена за обстоятельную характеристику моей работы. В от­
зыве указано на четыре недостатка, я по порядку попытаюсь отве­
тить на эти замечания.
Что касается первого замечания о том, что обоснование отдель­
ных положений дается неотчетливо и абстрактно, неразвернуто,
заставляя читателя додумывать не высказанное явно. Мне следует
согласиться с этим замечанием. Дело в том, что сам текст диссер­
тации является сокращенным и переработанным вариантом двух
томов моей монографии: первый том уже опубликован, а второй в
рукописи лежит в столе и ждет своего издания. Поэтому в диссер­
тации мне приходилось сокращать аргументацию, обоснование не­
которых положений, рассчитывая на знакомство читателя с соот­
ветствующим материалом, текстами, на которые я ссылался, и
контекстами. Вот те вопросы, которые здесь сегодня возникали,
они как раз вызваны тем, что неразвернуты контексты обсуждаемых
тем.
Во втором замечании говорится об отсутствии описания
конкретно-научных открытий, концепций и конкретно-научного
контекста, которые, несомненно, так или иначе влияли на постро­
ение и понимание онтологии и метафизики в соответствующие
эпохи не только в исторической форме, но и в теоретической. В этом
я полностью согласен с авторами отзыва. Но я еще раз повторю,
что моей проблемой была проблема самообоснования философского
знания. Хотя, разумеется, не вызывает сомнений то, что философия
черпает материал из разных источников: науки, религии, мифа,
здравого смысла повседневной жизни (то, что называется мнением).
Поэтому я, не будучи большим специалистом в области философских
вопросов естествознания, от подробного решения этого вопроса воз­
держивался. Я только учитывал наработки по этой проблеме таких
специалистов по истории науки, как А. В. Ахутин, П. П. Гайденко
747
СТЕНОГРАФИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ

и др. В целом, это очень важная задача — выяснение взаимоотно­
шений между философией и наукой. Здесь требуется отдельная
большая работа.
Третье замечание — о недостаточной характеристике Канта и
Гуссерля. На это можно ответить следующее. У меня, действительно,
нет отдельных параграфов, посвященных Канту и Гуссерлю. Но,
так или иначе, некоторые идеи этих авторов по данной проблематике
мною учитывались, и они представлены в разных местах моего
текста при решении того или иного вопроса. Кроме этого, я не стал
специально посвящать им отдельные параграфы по следующим
причинам. Кант, как известно, критически относился к метафизике,
Гуссерль по-своему понимал онтологию, в какой-то степени воздер­
живаясь от радикальной онтологической постановки. А то, что
пошло после них: после Канта — Фихте, Гегель и Шеллинг, после
Гуссерля — Хайдеггер, проявивших сравнительно большую онто­
логическую и метафизическую амбицию в полном объеме, — мне
это было более интересно исследовать. Хотя, бесспорно, имена Канта
и Гуссерля имеют важное значение для данной темы, без них,
вероятнее всего, не состоялись бы Гегель и Хайдеггер. Им посвящен
весьма большой круг современной специальной литературы, данные
которой я старался использовать.
И последнее замечание о сближении научного и мифического
компонентов в философском познании. Это, действительно, вызы­
вает дискуссию. Существует научный подход к изучению мифа, но
и в самой науке есть мифическая компонента, как в генезисе
научного знания, так и в реальном его функционировании. Я этой
темой достаточно давно занимаюсь — на философском факультете я
читаю спецкурс «Онтология мифа», отталкиваясь от идей А. Ф. Ло­
сева. По вопросу о соотношении науки и мифа можно сослаться
на существенную лосевскую работу «Античный Космос и современ­
ная наука», где делается попытка показать, как современная наука
собственными средствами подтверждает мифические интуиции
античных философов. Эту же тему, очень спорную, но и весьма
эвристическую, я пытался развивать в своей работе.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ
Переходим к отзывам официальных оппонентов. Слово предо­
ставляется первому официальному оппоненту — доктору философ­
ских наук, профессору О. Е. Иванову.

ИВАНОВ О. Е. — д. ф. н., проф.
(Оглашает отзыв о диссертации.)
748 Ю. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
?. ?????????.

ОТЗЫВ

Официального оппонента на диссертацию Ю. М. Романенко
«Онтология и метафизика как типы философского знания»,
представленную на соискание ученой степени доктора
философских наук по специальности
09.00.01 — онтология и теория познания

Работа представляет из себя обширное исследование, автор ко­
торого поставил перед собой цель, исходя из современной ситуации,
еще раз обратиться к исследованию, казалось бы, таких давно
известных и постоянно (первое чаще, второе реже) употребляемых
понятий, как онтология и метафизика.
На первый взгляд само их разделение может показаться стран­
ным, так как метафизика в историческом смысле собственно вопрос
о бытии, онтологический вопрос, и ставила. «Что есть сущее?» —
вопрошает она и у Хайдеггера, как бы указывая, что за пределами
сущего есть нечто, что собственно это сущее е с т ь . Однако ход,
предпринимаемый автором, при его продумывании все же обнару­
живает свою плодотворность, утверждая, что хотя метафизика и
имеет отношение к бытию, но все же дистанцирована от него,
понятийно с ним не сливается, поэтому за пределами метафизики
следует говорить об онтологии как о самостоятельном взгляде на
вещи, точнее дисциплине, которая может складываться в относи­
тельной независимости от метафизического дискурса. Интерес он­
тологии непосредственно устремлен к бытию, и тому, что безусловно
есть, поэтому онтология может делать своим предметом не только
традиционные философские реальности и действовать не только по
правилам «естественного разума», но и обращаться к тем областям,
которые, будучи за пределами собственно философии, открывают
бытие с большей интенсивностью, нежели сама философия. Хотя
общие правила философского дискурса все же сохраняются и скорее
следует говорить о нетрадиционных в метафизическом смысле их
применениях. Здесь к а к бы возникает ситуация, когда философия
включает в себя нечто от себя отличное, но в самом широком
смысле все же остается философией, удерживая за собой собствен­
ные, соответствующие понятию «любви к мудрости» рубежи. Ме­
тафизика в этом отношении гораздо более строга и действует ис­
ключительно в соответствии с правилами «естественного разума».
Оттого за ней, если перенести данные рассуждения в собственный
контекст диссертации, закреплена область не собственно бытия, а
сущего, если пользоваться хаидеггеровскои терминологией, что и
сам диссертант очень охотно делает, сопоставляя с хаидеггеровским
«сущим» собственное понятие «естества».
СТЕНОГРАФИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ 749

Таким образом, «свобода» от метафизики позволяет онтологии
ввести в круг собственных построений религию и сделать это именно
потому, что главным ее (онтологии) интересом является бытие, и
если в религии бытие оказывается более соответствующим своему
понятию, то эта область органически принадлежит онтологии. Дан­
ные утверждения мы и встречаем по ходу изложения диссертаци­
онного исследования Ю. М. Романенко, например: «Исторически
философия достигает ступени онтологии не сразу. Так было в
Древней Греции, когда Пармениду предшествовал этап мифологии.
Так было и в России. Определяющим фактором выхода философии
в фазу онтологии является наличие теизма. Собственно говоря, в
эпоху античности были созданы только предпосылки, условия воз­
можности трансформации философии в онтологию, включающие в
себя создание необходимого терминологического аппарата. О кон-
ституировании онтологии как таковой можно говорить только в
контексте теоцентризма эпохи Средневековья» (с. 169).
Что же касается структуры диссертации, то в онтологической
части после философской главы «Угадывание образа бытия: Пред­
посылки возникновения онтологии в античности» логически следует
вторая: «Доверие воле Творца бытия: Онтология в контексте сред­
невекового теизма», где формулируются такие темы, как выражение
принципа творения в Библии, диалектика апофатики и катафатики
в «Ареопагитиках», роль онтологического аргумента в схоластике,
понимание творения как синергии в традиции паламизма. После
этого следует вновь традиционно философская глава «Расположен­
ность к феномену бытия: Утраты и обретения онтологии в Новое
и новейшее время», начинающаяся с рассмотрения немецкой клас­
сической философии. Тем самым диссертант преодолевает к сожа­
лению еще бытующий предрассудок о радикальной инаковости
философии и религии, о «ненаучности» последней, что делает не­
возможным ее сопоставление с каким-либо видом рациональности.
Но нелишне напомнить, что М. Хайдеггер, авторитет которого все
еще достаточно высок среди современных интеллектуалов, саму
философию достаточно резко разводил с наукой, тем самым «путь
к бытию» вовсе не необходимо связан с научностью.
Кроме того, и в русской традиции философской мысли мы
встречаем пример исследования, в котором, несмотря на отсутствие
резкой границы между философским и богословским содержанием,
все же присутствует единство подхода, притом обнаруживающегося
именно на философских основаниях. Мы имеем в виду труд
С. Н. Трубецкого «Учение о Логосе в его истории», который состоит
из двух неразрывно связанных между собой частей: «История идеи
Логоса в древней философии» и «Исторические основы христиан­
ского Богопознания». Я не хочу сказать, что диссертант столь же
тщательно разработал свою проблему, как и С. Н. Трубецкой, но
Ю. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
750 ?. ?????????.

общность в отношении понимания предмета исследования безус­
ловно есть. И там и там он исследуется как единое целое, лишь
рассматриваемое в разных исторических ракурсах — дохристиан­
ском и собственно христианском. При этом философия от этого
нисколько не пострадала, напротив, ее предмет выделился четче и

<< Предыдущая

стр. 134
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>