<< Предыдущая

стр. 30
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>


поднажать, улучив время на то, чтобы протянуть гласную и напрячь
слух, это будет истинным... Бог хранит. Таким образом он сохраняет
себя — объявляя войну... которая была в начале. Объявлять есть
акт войны, он объявил войну в языке, языку и языком, что в
результате дало я з ы к и : вот истина Вавилона, когда Яхве произнес
эту вокабулу, Бавель, о которой трудно сказать, было ли это какое-то
имя, имя собственное или имя нарицательное, сеющее смешение». 1
Переводчик данного текста А. Гараджа так комментирует этот
рефлекс джойсовской манифестации: «Однако бог этот — уже не
YHWH Моисея, но НЕ WAR Джойса: не какое-то присутствие,
пусть даже прошедшее или грядущее, но след присутствия, исче­
зающий в абсолютном прошлом, теряющийся в предшествующем
будущем. Бог (присутствие, начало и т. д.) манифестируется лишь
в различии, точнее differance: его имя (раздирает) "война"». 2 В по­
добной практике деконструктивной грамматологической интерпре­
тации структурно выводится один из необходимых диалектических
моментов динамики принципа «всеединства», а именно тот нега­
тивный момент, когда после и з ъ я т и я «одного» из «многого» мно­
жество распалось и еще не вернулось в обновленное «единым»
«всё», а рассеивается на уже не встречающиеся друг с другом
« многие » « одни ».
Еще одно «изнаночное» истолкование имени Яхве, вероятно,
предпринимают гностики. Для них Господь Бог Ветхого Завета
представляется злым демиургом, сотворившим падший и тленный
материальный мир, который должен аннигилироваться. Повод к
негативному толкованию дает, кажется, сам Яхве, изрекая, что
именно Он создает добро и творит зло как единственный Абсолют.
Эта антитеодицея была необходима гностикам для того, чтобы
разделить Ветхий и Новый Заветы и разрушить животворящую
всеединую линию преемства между ними.
Экзегетический комментарий библейского текста с точки зрения
онтологической монотриады предполагает отдельное истолкование
в ее свете каждого символа. Собственно говоря, библейский текст
сам себя истолковывает. И это онтологическое самополагание-
самоистолкование начинается с первых строк Священного Писания.
Потребность онтологического и феноменологического истолкования
акта возникновения мира породила в начале Средневековья попу­
лярный жанр «Шестодневов», где философско-богословскими ме­
тодами интерпретировалась символика первых шести дней творе­
ния, изложенная в книге «Бытия». Мы возьмем в качестве предмета
изучения «Беседы на Шестоднев» св. Василия Великого.

1
Деррида Ж. Два слова для Джойса // Ad Marginem '93. ?., 1994.
С. 355-356.
2
Там же. С. 355 (прим. А. Гараджи).
167
КНИГА I. ГЛАВА 2. § 1. БИБЛИЯ

Название первой книги Пятикнижия Моисеева (Тора — «Уче­
ние»), принятое в русском языке, звучит рсак «Бытие». Не следует,
однако, сразу, исходя из названия, отождествлять и проводить
однозначное соответствие «Бытия» П я т и к н и ж и я и «бытия» фило­
софской онтологической триады. Первое есть запись божественного
Откровения, а второе — философская концептуальная схема, пред­
назначенная для мысленного отображения. Тем более что русский
(церковно-славянский) перевод не совсем точен древнегреческому
традиционному переводу Септуагинты, звучащему как ??????? (что
есть, скорее, «происхождение», «порождение» или просто «гене­
зис»). В свою очередь «Генезис» Септуагинты является не совсем
прямым переводом названия, согласно Масоретскому изводу —
bere'sTt — буквально: «В начале» — именно те слова, которыми
начинается Писание. 1
Между словами «Бытие», «Происхождение», «В начале», есте­
ственно, нет тождества, но они по-разному говорят о чем-то одном
в состоянии рассеянных языков. Допустимо, вероятно, объединить
эти отдельные обозначения в одном сочетании — «Происхождение
Бытия в Начале». Это позволит представить данное словосочетание
как онтологическую монотриаду «бытие—ничто—творение».
Итак, в который раз начнем с начала. «В начале сотворил Бог
небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною,
и Дух Божий носился над водою» [Быт. 1, 1—2]. Уже в этих первых
двух стихах заключена вся онтологическая триада с ее мыслитель­
ным потенциалом, а также присутствует понятие «естество». Весьма
проблематично перевести слова-символы Библии на уровень поня­
тий без невольных потерь содержательного характера. Все же по­
пытаемся указать ключевые точки философско-онтологической ин­
терпретации.
Василий Великий, пользуясь переводом Аквилы первого стиха
(?? ???????? ??????? ? ???? ??? ??????? ??? ??? ???), так интерпрети­
рует слова «В начале сотворил»: «Итак, чтобы мы уразумели вместе,
что мир сотворен хотением Божиим не во времени, сказано: в
начале сотвори. В означение сего древние толкователи, яснее вы­
ражая мысль, сказали: вкратце (?? ????????) сотвори Бог, то есть
вдруг и мгновенно». 2 (Буквально ?????? означает «голова».) С по­
нятием «вдруг» (внезапно, сразу, вкратце и т. п.) мы уже знакомы
по философии Платона, в которой диалектический момент «вдруг»
характеризует перепад одной размерности бытия в другую через

1
Шифман И. Ш. От Бытия до Откровения: Учение. Пятикнижие
Моисеево. М., 1993. С. 3.
2
Василий Великий. Беседы на Шестоднев /7 Творения иже во святых
отца нашего Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской.
Ч. 1. М., 1991. С. 11.
168 Ю. ?. ?????????. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО

небытийную границу. Василий Великий истолковывает слова «в
начале» через философский термин «вдруг», а не «архе» (последний
термин выражает иной аспект начала творения, с точки зрения
категории «естество»). Если Платон дедуцирует диалектическую
необходимость момента «вдруг» в рациональной схеме и оговаривает
вместе с тем его иррациональный («странный») характер, то Библия
начинается именно с этого «странного по своей природе "вдруг"».
Странность «вдруг» заключается в непрерывной вибрации «бытия»
и «небытия», пока они еще четко не отделились друг от друга.
В этом длящемся вечность миге шансы у них равновелики. Стран­
ность эта также подразумевает, что есть некто отстраненный от
этого со-бытия «бытия» и «небытия», который может положить
предел вибрирующему «подвижному покою» (как любил выражать­
ся А. Ф. Лосев) и сделать выбор в пользу бытия. Все теперь зависит
от Его благой воли. Могло бы статься так, что ничего бы не было,
если бы можно было рассуждать с точки зрения «небытия». Но
если все стало быть (в чем мы в данный момент не сомневаемся),
это ставшее бытие сохранило в себе след первоначального творчес­
кого акта. Библейское «в начале» вневременно в том смысле, что
здесь впервые задается универсальная единица измерения време­
ни — цикл, который творческим ударом (????????? с греч. означает
также «ранить в голову») расслаивается в спираль.
О точке сингулярности, из которой произошла вся Вселенная,
астрофизики судят по ее следу — реликтовому излучению. О том,
что было «в начале» не просто в физическом смысле, но
онтологическо-религиозном, человек узнает из «Откровения» (греч.
ektroma). «Откровение» — еще один существенный отличительный
признак библейского подхода к принципу творения. Глагол ??????
означает «дрожать», «страшиться»; отсюда славянское слово: тре­
петать, с дополнительным значением «обращаться вспять». Родст­
венно этим словам ?????? (травма) — «рана». В таком смысле
началом мудрости, воспроизводящей начало творения мира, соглас­
но притчам Соломоновым, является трепетный страх при воспри­
ятии Божественного Откровения, и это принципиально похоже на
древнегреческое понимание начала философии к а к удивления
(thayma), так как и в нем присутствует момент болевого шока.
«Начало мудрости — страх Господень... глупцы только презирают
мудрость и наставление» [Притч. 1, 7]. В Откровении приоткры­
вается гармоническая осцилляция бытия и небытия.
В Септуагинте для выражения «творения» (BHS br') выбран
термин «пойезис» (epoiesen). Можно буквально прочитать первый
стих так: «В начале Бог поэтизирует небо и землю». Это отразилось
в русской пословице: «Бог — поэт земли и неба». Уже отмечалось,
что выбор в пользу «поиезиса» связан с традиционным античным
разделением искусств на практические, теоретические и поэтичес-
169
КНИГА 1. ГЛАВА 2. § I. БИБЛИЯ

кие (собственно творящие). В теоретическом искусстве ум направлен
на самого себя и не выходит вовне для создания чего-то нового,
все его действия направлены на постоянное воспроизводство образа
самого себя. Согласно Аристотелю, искусство творения направлено
на созидание чего-то с использованием умозрительных знаний и
естественных орудий. «Пойезис» — производящая деятельность.
Причем ее продукт по инерции продолжает существовать какое-то
время, в идеале бесконечное, если тому сопутствуют естественные
условия. Голос — это естественное орудие, которым можно поль­
зоваться именно как орудием, производящим нечто существующее
объективно. Если Голос абсолютен, то и его продукт — Слово-Имя —
также не может не быть абсолютным и извечным, по нему узнается
о существовании Владельца Голоса. Именно этот смысл имеется в
виду в прологе Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово, и
Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога.
Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что
начало быть» [Ин. 1, 1-3].
«В начале» Евангелия от Иоанна уточняет «В начале» книги
Бытия. Экзегеза поясняет, что «слова "в начале" заключают в себе
прикровенное указание на предвечное рождение от Отца Второй
Ипостаси Святой Троицы — Сына Божия, в Котором и через Ко­
торого было совершено все творение». 1 Богословский комментарий
находит здесь «указание на мысль о совечном Отцу рождении Сына,
2
или Логоса, и об идеальном создании в Нем мира».
В библейском повествовании о шести днях творения творческий
акт отражен несколько раз в виде последовательности замкнутых
циклов, которые по идее одновременны в их онтологической су­
перпозиции. Письменное и устное изложение вообще вынуждено
выражать последовательно то, что дано одновременно («вкратце»).
Хотя возможно такое письмо и такой звук, которые могут одно­
временно передавать единовременный творческий акт. Вернее ска­
зать, они и есть сам этот творческий акт.
Сущее творится не только Голосом Творца, вызывающим его
по имени из небытия, но и таким естественным «орудием», как
«взгляд». Чтобы действительно состоялось творение, между «голо­
сом» и «взглядом» должна быть трансцендентная граница, и тогда
творение будет заключаться в скачке, трансцензусе через эту гра­
ницу. Последовательное описание мгновенного скачка между двумя
равноабсолютными творческими циклами, вложенными «в начале»
друг в друге, дается в третьем, четвертом и пятом стихах первой
главы книги «Бытия»: «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

1
Новая толковая Библия: В 12-ти т. Т. 1. Л., 1990. С. 263 (экзеге­
тический комментарий).
2
Там же.
170 Ю. М. РОМ АН ? ? КО. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО

И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И
назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро:
день один».
Творение есть акт совпадения Голоса и Видения. С одной сто­
роны, Свет тварен по Слову — в третьем стихе. С другой стороны,
одновременно Свет нетварен для Видения, оттого он «хорош» — в
четвертом стихе, где также оговаривается творящее разделение
бытия (света) от небытия (тьмы). Когда Голосом «сказал Бог: да
будет свет» — свет просто есть. Но только через Взгляд узнается (но
не постфактум, а сразу, вдруг), что свет отделен от тьмы. Голос не
видит, что свет хорош и что каким-то образом есть тьма. Последо­
вательность внутри цикла трехчастна: 1) сказал: да будет, и стало —
значит «услышало» (онтологическая акустика — третий стих);
2) увидел, что хорошо, и разделил взглядом (онтологическая опти­
ка — четвертый стих); 3) назвал по имени разделенные части, и
тем самым цикл стал работать самопроизвольно в собственном
режиме непрекращающегося действия, естественно — «день пер­
вый» творения.
«Второй день» полагает творение осязанием, хотя теперь уже
понятно, что первый и второй дни — одно и то же. В стихах 6, 7, 8
наблюдается та же последовательность взаимоналагающихся цик­
лов, синтезирующихся в целое. 1) «И сказал Бог: да будет
твердь...» — повеление Голосом; 2) «И создал Бог твердь... И стало
так» — создал онтологическим «касанием»; 3) «И назвал Бог твердь
небом» — «день второй» закончен — цикл задан, но не самозамкнуто
от остальных, а с отсылкой к первому циклу, описанному в первом
стихе: «сотворил небо» [Быт. 1, 1] и «назвал небом» [Быт 1, 8]
перекликаются и налагаются друг на друга. «Называние» привносит
новый момент — «твердь» неба функционирует как граница между
бытием и небытием, отделяя их в виде отделения воды от воды,
света от тьмы. Далее описывается действие творящего вкуса: «да
произрастит земля... дерево плодовитое» [Быт. 1, 11].
Таким образом, бытие в начале творится одновременным задей­
ствованием всех типов чувств, что при изложении воспроизводится
последовательно. Начиная с творящего обоняющего дыхания («Дух
Божий носился над водой»), задержка которого привела к выделе­
нию звука, который сразу произвел свет, видение которого устано­
вило твердь, прикосновение к которой вызвало вкусовое впечатле­
ние. И все это одновременно, «в начале». А то, что мы, утеряв
«естество» чувств, вынуждены читать эту абсолютную одновремен­
ность к а к последовательность скачков через небытие, прибегая к
рациональному дискурсу, с неизбежными искажениями, лишний
раз подтверждает истину принципа творения.
Онтологический анализ первых трех дней творения позволяет
задать только схему интерпретации символов творения. Каково их
?????? I. ГЛАВА 2. § 1. БИБЛИЯ 171

материальное содержание, можно выяснить с учетом метафизичес­
кого понятия «естество».
В первые «три дня» задается образ творения и совершается про­
цесс космогонии. По этому же образу осуществляется и творение че­
ловека. Космогонический образ «держания тверди» Вседержителем
представляется в антропогоническом измерении творческим актом
лепки первого человека Адама (это имя этимологически связывают
с «красной землей»), с одновременным «отверзанием» глаз, ушей,
«вдуванием» в ноздри дыхания жизни — души. Один антропоген­
ный цикл наложен на другой. О возникновении человека в Библии
рассказывается дважды: в первой главе создание человека осущест­
вляет Элохим по своему образу и подобию, вероятно, эманативным
способом, не дифференцируя пока его органы чувств, но наделяя
функцией размножения. Во второй главе вновь создается человек,
тот же самый, но теперь Богом Яхве, уже чисто креативным спо­
собом.
Результатом творящей деятельности Яхве стал также Эдем —
отовсюду огороженное и изолированное ото всего место обитания
первочеловека. Все органы чувств человека открываются впервые,
и теперь он может фиксировать, как бытие творится из небытия.
Лепка земли, вдувание воздуха жизни, зов по имени, открытие
глаз свету — взаимосвязаны друг с другом, но не полностью замк­
нуты. Через один из циклов серии творческих актов происходит
размыкание творения человека и выведение его вовне — отпускание
в полную свободу и рас-творение в мире с себе подобными. Это дей­

<< Предыдущая

стр. 30
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>