<< Предыдущая

стр. 46
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

«Язык есть дом», следовательно, в нем есть внешнее и внутреннее
измерения, переходящие друг в друга в особых створах, которые
нужно уметь открывать и закрывать. Топология окружения языком
бытия нетривиальна, в ней есть своя изнанка, мнимые поверхности,
складки и наслоения, которые скрывают-открывают путь бытия.
На вопрос «что делает язык?», являясь домом бытия, Хайдеггер
отвечает просто: я з ы к говорит. Ведь именно я з ы к помог Пармениду
высказать онтологический тезис «бытие есть». Существует своеоб­
разный лингвистический онтологический аргумент: если язык го­
ворит, следовательно, бытие есть. Поэтому выделим для начала
одну из возможных установок Хаидеггера в отношении к бытию,
которую можно обозначить как специфическую дисциплину, а имен­
но онтолингвистику, с ее соответствующими разделами: онтосеман-
тикой, онтосинтактикой, онтопрагматикой и онтолексикой. В ана­
лизе философии Хаидеггера нас будет интересовать прежде всего
эта сторона.
Онтология является «словом бытия» и «бытием слова», или,
впуская союзы, «словом о бытии» и «бытием в слове». Последний
комбинаторный вариант очерчивает сферу применимости онтолинг-
вистики. Онтология становится онтолингвистикой, если слово стало
языком. В чем отличие их друг от друга? Онтологически бытие
есть одно слово, и взаимообратимо — слово выражает одно бытие.
С точки зрения бытия слово едино, неделимо, неизменяемо и т. Д.,
255
КНИГА I. ГЛАВА 3. § 2. ХАИДЕГГЕР

, е. оно обладает всеми парменидовскими атрибутами. На фоне
т
небытия слово становится языком — многообразно растиражиро­
ванным, рассеявшимся словом. Под знаком категории творения
язык начинает творчески действовать, т. е. говорить, но уже не о
бытии как таковом, о об отношении бытия и небытия. Если языку
удается в своем бесконечном говорении воспроизвести звучаще-
молчащую границу между бытием и небытием, значит, я з ы к по­
строил акустический дом для бытия. Подвержен ли этот дом раз­
рушению? Это второй большой вопрос. Сейчас достаточно того,
чтобы было хотя бы какое-то жилище для временного пристанища.
Хайдеггер соорудил многокомнатное строение. Воспользуемся его
приглашением и, соблюдая все гостевые приличия, попробуем осво­
иться в некоторых помещениях, чтобы перенять опыт проектиро­
вания, исполнения и потребления тех благ, которые предоставляет
дом. Следует помнить, что в «Доме Отца Небесного обителей много»,
и мы сейчас, может быть, находимся в одной из них, не обязательно
предназначенной специально для нас. Следует также помнить, что
в каждом доме есть свой домовой, и его дух нужно предварительно
задобрить. Ж и л и щ е является глубинным символом человеческого
существования, и не случайно один подвижник «умной молитвы»
задолго до Хайдеггера говорил, что келья всему научает.
Всякий дом начинают строить с фундамента. Так и Хайдеггер
намерен создать некую «фундаментальную онтологию» в замысле
своего знаменитого трактата «Бытие и время». Фундамент необхо­
дим для того, чтобы скрепить основания и послужить опорой для
возведения несущих конструкций. Материалом для выкладки фун­
дамента, как мы уже знаем, являются слова языка. Способом
строительства является наложение слов друг на друга, подгонка
их друг под друга и склеивание для прочности. Больше ничего не
дано. Слипание слов должно быть естественным, поэтому для стро­
ительства необходимо знать закономерности «естества», но мы об­
ращаем сейчас внимание только на онтологический аспект созида­
ния.
Вообще философствовать можно по разным моделям: к а к будто
путешествуешь, как будто ведешь торг, как будто играешь в футбол,
как будто занимаешься любовью, к а к будто воюешь, к а к будто
лечишься, как будто готовишь пищу и т. п. Если нет хотя бы
какого-нибудь жизненного опыта ведения подобных дел, то нет и
возможности для опыта философствования, хотя, как правило,
философский метод и не сводится к какой-либо одной из моделей,
а является их сочетанием и чередованием. Любопытно было бы
создать философский паноптикум, где демонстрировались бы клас­
сические фигуры философа-танцора (с набором соответствующих
па), философа-торгаша (задешево купившего понятие, слегка под-
реставрировавшего его в интерпретации, а затем продавшего по
256 Ю. ?. ?????????. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО

завышенной цене), философа-эротомана (допуск к осмотру с воз­
растным ограничением), философа-едока (только гурмански погло­
щающего философемы, но не генерирующего их — таковым явля­
ется большинство из нас, но это тоже философское состояние, пусть
и пассивно-потребительское) и др. Поставить на каждой фигуре
этого паноптикума конкретное имя не составит особого труда. На­
чать можно с идентификации философа-танцора с именем Ницше.
Сейчас мы в качестве подмастерьев Хайдеггера строим дом.
Не башню, не стену, не котлован, а именно дом. Хайдеггер не
случайно сказал, что я з ы к есть дом бытия, а не, скажем, башня
бытия. Это отослало бы нас к символу Вавилона. В отличие от
строителей Вавилонской башни, Хайдеггер является «невольным
каменщиком», строителем по необходимости, а не по произволь­
ности. Хотя «камни» используются одни и те же — размноженное
в языке слово.
Представляется, что человеку пристало строить дом, а не башню.
Но узнал он об этом только тогда, когда башня уже была разрушена.
В этом негативном результате было и позитивное приобретение.
Строителям остались даровые обломки, которые необходимо очис­
тить от пыли времени и найти способ правильной пригонки друг
к другу. Этимологизирование служит первоначальной подготовкой
слова-первокирпичика к тому, чтобы оно могло соединиться с дру­
гим словом.
Итак, чтобы начать строить, первым делом нужно приобрести
материал. Частично он всегда есть под рукой — «подручно», как
выражается Хайдеггер. Но не обязательно под рукой у строителя,
а зачастую в руках у перекупщика, который заламывает завышен­
ную цену. Приходится вести торг и, чтобы сбить цену, порочить
товар методом скептическо-критической деконструкции. Поневоле
философу приходится заниматься спекуляцией. Научиться этому
можно, например, у Гегеля, который, как известно, спекулировал
понятием на философском торжище. (Слова «торговать» и «торже­
ствовать» имеют один корень. 1 )
Хайдеггер не изобрел основные онтологические понятия, т. е.
не сотворил их из небытия. Они предданы ему традицией, истоки
которой теряются в тумане необратимого прошлого. Но он берет
на себя смелость использовать их, заимствуя напрокат, в надежде
расплатиться в дальнейшем, когда будет получена прибыль в виде
построенного дома.
Итак, нужно включиться в говорение и для начала хотя бы
что-то сказать слушающим. Но вот оказывается, что когда мы
начинаем рефлексировать над актом речи, становится понятно, что

1
Фасмср М. Этимологический словарь русского языка: В 4-х т. Т. 4.
СПб., 1996. С. 82-83.
257
КНИГА I. ГЛАВА 3. § 2. ХАИДЕГГЕР

ничего сказать невозможно. Все, что можно было сказать, уже
сказано, и в лучшем случае остается повторить по-новому прежде
произнесенное. Мышлению Хайдеггера чужд прогрессизм. Если
бытие есть, то оно есть всегда, во всех философических высказы­
ваниях, даже если специально над этим не задумываются. Вопрос
о бытии инвариантно присутствует в умах и на устах у философов,
и каждый из них встраивается в когорту себе подобных, однажды
задав этот вопрос.
Вопрошание есть один из излюбленных методических приемов
Хайдеггера, одновременно являясь стилевой особенностью его пись­
ма. Язык говорит в пределах напряжения, задаваемого полюсами
вопроса и ответа. Хайдеггеровское вопрошание — это не просьба,
не приказ, не требование, не мольба. Вопрос есть ожидание под­
ключения к источнику энергетического питания. Или попросту,
вопрошание — это зов, откуда бы он ни исходил. Зов является
манифестацией бытия, и поскольку человек каким-то образом при­
надлежит бытию, то зов является сущностным определением чело­
века. «В той же мере, в какой бытие обращает призыв к человеку,
взывает и человек...» 1
Однако на всякий вопрос есть не только ответ, но и контрвопрос:
если мы признаем, что человек вынужден выступить в зону пре­
дельного вопрошания, являющегося последней его возможностью,
то не попадаем ли мы в вопросительную ловушку, заставляющую
нас все спрашивать и спрашивать, упиваясь самим процессом во­
прошания и даже уже не собираясь услышать ответ. Ведь по
определению, во всяком вопросе, правильно поставленном, нахо­
дится свой ответ или хотя бы половина ответа. В зове слышится
вопрошание, отклик ответствует. «Неважно, где и как мы встре­
чаемся с сущим, но тождество окликает нас. Не будь этого окли-
кания, сущее никогда бы не явилось в своем бытии». 2
Что случается, если на вопрос получен ответ? Взаимоустраня­
ются ли они, размыкая энергетическую сеть говорящего языка?
По всей видимости, да. В. В. Бибихин, переводчик и толкователь
хаидеггеровских текстов на русском языке, считает, что «собственно
дело Хайдеггера по-настоящему не просто спрашивание». 3 В самом
Деле, я з ы к — необходимое, но недостаточное условие узнавания
того, что бытие есть. Проблема бытия находится в сфере компе­
тенции мышления. «Собственное дело мысли — не вопрос, пусть
даже самый неотступный. Собственное дело мысли — это дело,

Хаидеггер М. Закон тождества // Хайдеггер М. Разговор на просе­
лочной дороге. М., 1991. С. 76.
" Там же. С. 71.
л
Бибихин В. В. Дело Хайдеггера /7 Философия Мартина Хайдеггера
и современность. М., 1991. С. 168.
??. ?. ?????????. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
258

поступок, который не столько делает сам человек; который скорее
впервые делает человека участником того, в чем он только и может
осуществиться как человек, — участником события, в начале ко­
торого всегда лежит простейшее событие мира». 1
Соотношение языка и мышления заключается не в том, что
первый — это форма, а второе — содержание. Может быть так,
что все случается наоборот. Мышление выражает себя не только
во множественном языке, но и в одном слове. Входить и пребывать
в области всеединства слова-языка можно дважды: через единое
слово и через языковое многообразие. Вес того и другого одинаков.
Я з ы к спрашивает, слово отвечает. В сфере этой вопросо-ответной
синергии живет мысль, которая, согласно парменидовскому тезису,
есть само бытие. Вопрошание необходимо, чтобы вопрошающего
посетила мысль бытия. Тогда уже не нужны усилия языка, чтобы
сформулировать вопрос: само бытие начинает говорить. «Осмысле­
ние требуется к а к то со-ответствие, которое забывается в ясности
неотступного вопрошания, отдавая себя неисчерпаемости того, о
чем стоит спрашивать и благодаря чему со-ответствие в урочный
час, в момент события теряет характер спрашивания и становится
простым сказом». 2
Таким образом, кроме бытия есть еще со-бытие, о котором также
немало рассуждает Хайдеггер. Переведем термин «со-бытие» на
я з ы к синергийной динамики: со-бытие и есть син-ергия. Энергия
вопроса и энергия ответа умиротворили друг друга и излились в
новую форму бытования — сказ. О нем мы немало рассуждали
раньше, и в настоящий момент определяем его в контексте хай-
деггеровской философии.
По Хайдеггеру, сказ проявляет себя в языке в форме тавтоло­
гии — слова о том же самом, о самотождественном, т. е. о бытии.
Хайдеггер-ответчик собрал большую коллекцию таких тавтологий:
бытие бытийствует, ничто ничтожествует, время временится, мир
мирует, почва почвует, свет светит, я з ы к говорит и т. д. Вопро­
шающий ожидает получить ответ в форме тавтологии. Например,
ответ на фундаментальный онтологичесии вопрос о бытии сущего
Хайдеггер формулирует таким загадочным тавтологическим спосо­
бом: «Ответ на этот вопрос, который до сих пор не был поставлен
из-за того, что он слишком прост, звучит так: бытие сущего означает
присутствие присутствующего, наличие наличествующего. Этот от­
вет — прыжок в неизвестное». 3


1
Бибихин В. В. Дело Хайдеггера. С. 169.
2
Там же. С. 171.
,!
Хайдеггер М. Что значит мыслить? // Хайдеггер М. Разговор на
проселочной дороге. С. 143.
259
КНИГА I. ГЛАВА 3. § 2. ХАЙДЕГГЕР

Еще один пример тавтологического ответа. На вопрос: «каким
способом существует вещь?» — Хайдеггер отвечает: «Вещь веще-
ствует». И далее конкретизирует эту тавтологию: «Веществование
собирает. Давая сбыться четверице, оно собирает ее пре-бывание в
1
нечто присутствующее: в эту вот, в ту вещь». Таким образом,
тавтология «вещь веществует» является языковым аналогом ука­
зующего и касающегося перста к «этой вот вещи». А если быть
совсем точным — к «именно этой вещи». Тавтология выявляет
потенциал имени в слове. Хайдеггер как бы пытается пригласить
читающего и слушающего держать и пользовать мысленно вещь.
Тавтология взывает к опыту, к персональному испытыванию. «Речь
о том, что надо попросту испытать, т. е. обратиться к тому Собст­
венному... что мы называем Событие (Ereignis). Слово "Событие"
выросло из органичности я з ы к а » . 2
Сказ — это уже не говорящий язык, а слово бытия, однако не
только в ипостаси Логоса, который, в истолковании Хайдеггера,
со-бирает рассеивающиеся слова. У Логоса есть близнец — Мифос,
и оба свидетельствуют о своем родителе — целостном мышлении
целостного мира. В. В. Бибихин напоминает: «Мир-целое, мир-
согласие, мир-покой — это первое дело мысли и вместе то, что она
куда-то дела, не успев запомнить, куда и как она его дела, или
куда он девался, целый мир, — тот, с которым в своем младенчестве
мысль вела беседу, когда она была еще мифом. Наш я з ы к снова
здесь с нами. Мысль — то же слово, что греческое ?????, ???????? —
миф. Об этом мы имели, конечно, право забыть. Но мы не имели
права забыть, — без того, чтобы многим заплатить за забывчи­
вость, — другое: что мысль в своем начале имеет дело с целым
миром, что она в своем начале сама же и есть мир к а к целое: миф.
Мысль между тем успела стать сознанием и пренебрежительно
оттолкнула от себя миф — сама себя, свое начало. Мы уверенно
говорим: "Становление философии происходит в борьбе мысли про­
тив мифа". Мы не задумываемся, что мысль сделала этой своей
3
борьбой с мифом, с собственным началом».
Русское слово «мысль» этимологически, действительно, коре­
нится в греческом слове «мифос». Русский язык для чего-то со­
хранил эту связь. Иначе обстоит дело с немецким языком, в доме
которого расположилась бытийная мысль Хайдеггера. Между тем,
по оценке многих хайдеггероведов, я з ы к позднего Хайдеггера ми-
фопоэтичен. Сам по себе миф в своем начале естествен, и Хайдеггер
хочет вернуть языку эту выразительную спонтанность мифа, но,

Хайдеггер М. Вещь // Историко-философский ежегодник'89. М.,
1989. С. 275.
" Хайдеггер М. Закон тождества. С. 76-77.
3

<< Предыдущая

стр. 46
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>