<< Предыдущая

стр. 91
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

абсолютного информационного пространства символы «сита», «паш­
ни», «зеркала» и т. п. тождественны и метафорически взаимопе-
реводимы друг в друга.
С совпадением всех необходимых и достаточных условий осу­
ществляется творение. Его действующую естественную модель позд­
нее живописно вообразил неоплатоник Плотин в «Эннеадах» в виде
прозрачного шара безраздельного света: «Представив таким образом
мысленно прозрачный шар, заключающий в себе вещи, которые
или движутся, или покоятся, или попеременно то движутся, то
покоятся, вы затем, сохраняя без изменения вид этого шара, уни­
чтожьте его массу, удалите из него протяженность и вообще всю
материальность, не уменьшая, однако, его величины, и тогда при­
зовите Бога, создавшего тот мир, образ которого вы теперь имеет
пред вашим мысленным взором» (Эннеады. V 8, 9. Перевод Г. В. Ма-
леванского).
В этом светящемся зримом слиянии с Единым Плотин видит
цель ж и з н и мудреца. Он пишет: «Вот что созерцает Зевс и те из
них, кто, следуя за ним, пылает любовью к тому горнему миру.
После всего прочего тут предстает созерцающих сама красота, ко­
торая сияет всей полнотой своего блеска во всех сущностях и во
всем, что в них участвует, ибо она своим блеском освещает весь
сверхчувственный мир, распространяет его даже на тех, кто созер­
цает ее... Тут созерцаемый предмет и душа составляют не две друг
другу внешние вещи, но одно...» (Эннеады. V 8, 10).
Плотин предвосхищает конгениального ему Н. Кузанского и го­
ворит о «живом зеркале» следующими словами: «Кто удостаивается
такого единения, тот видит Бога, видит в нем самого себя, насколько
это возможно (для нашей природы), видит себя просветленным в
сиянии духовного света; даже более: видит себя к а к чистый, тонкий
свет. Ему кажется, что он к а к бы обратился в божество vt есть
божество, что он весь пламенеет, как огонь; когда же минует это
состояние, он вновь отягощается и затухает» (Эннеады. VI 9, 9).
Совпадение двух частей «нетки» в явлении Единого представлено
в «Эннеадах» так: «Хотя [тут] имеются созерцающий и созерцае­
мое — два, а не одно, — однако, хотя такая речь смела, можно
сказать, что созерцатель, собственно, не созерцает, ибо сам стано­
вится тем же, что созерцаемое; он не усматривает, не различает
никаких "двух", став совсем иным, перестав быть тем, чем был,
ничего не сохранив от прежнего себя. Поглощенный [созерцаемым],
он становится одно с ним, как центр совпадает в одной точке с
другим центром; они составляют одно, поскольку совпадают в одной
точке, и в то же время их два, поскольку они центры двух разных
507
КНИГА II. ГЛАВА 2. § 1. ПЛАТОН

кругов; в том же смысле мы и [о душе] говорим, что она иное [чем
Бог]. Понятно, что трудно передать (на словах) такого рода созер­
цание, ибо как, в самом деле, созерцатель представит созерцаемого
отличным от себя, когда он созерцал не иное, а единое с ним
самим» (Эннеады. VI 9, 10).
Созерцать Единое можно, только задействовав мантическую спо­
собность, то есть подключив к процессу «экспериментального» ви­
дения «естественные гадательные зеркала», конструкцию и техно­
логию производства которых невозможно выразить прямо вербаль-
но. Это нужно видеть в тишине, плодоносящей прорицания. Плотин
предупреждает: «Вот откуда обычное в мистериях запрещение де­
литься тайнами с непосвященными: поскольку [единое] невыразимо,
неописуемо, запрещается толковать о божественном с теми, кто не
удостоился еще созерцать его. Так как в момент созерцания исчезает
всякое "два", и созерцающий настолько отождествляется с созер­
цаемым, что, собственно, не созерцает его, а сливается с ним
воедино, то, понятно, лишь тот может удержать в себе его образ,
кто сохранит в целости воспоминание, к а к и м он сам был во время
созерцания [единого]... Мудрейшие из прорицателей посредством
различных символов давали намеки, к а к и м образом происходит
созерцание Бога, и мудрый священнослужитель, разумеющий эти
намеки, проникнув в святилище, может увидеть истину, ибо он
убежден, что тут должно находиться нечто невидимое — источник
и начало всего, а потому видит это начало и соединяется с ним
тем, что в нем самом подобно ему» (Эннеады. VI 9, 11).
Сверкающий эффект «нетки» скоротечен. Виной этому, вероят­
но, является материя, которая своей вибрацией доводит до возник­
новения и вибрацией же разрушает созданное. Интеллигибельная
материя перемещает вспышку феномена в иную размерность, дей­
ствуя как сито. По этому же принципу действуют, кстати, прини­
мающая поверхность глаза и внутренняя «обратная» сторона экрана
телевизора — приемников и передатчиков информации.
Итак, Платон выделил в механизме «живого зеркала» три части:
«то, что рождается, то, внутри чего совершается рождение, и то,
по образцу чего возрастает рождающееся. Воспринимающее начало
можно уподобить матери, образец — отцу, а промежуточную при­
роду — ребенку» (Тимей. 50d). Творение представлено мифологемой
Священного Брака. И здесь мы подошли к третьему показательному
примеру описания «нетки» на основе соотношения ее частей —
мужского и женского начал. Хаос «мужского» и хаос «женского»
друг без друга — ничто. Мужское начало представляет из себя
хаотический выпуклый клубок, который может явиться в своем
идеальном образе, если он отразится в хаосовидном же вогнутом
зеркале женского начала. Без их дополнительности, предоставлен­
ные сами себе, они обречены на деградацию — даже не в хаос (они
БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
??. ?. ?????????.
508

и так есть две ипостаси продуктивного хаоса) — а в ничтожество-
вание. Платон выразительно показывает их плодотворное общение:
«Вот почему природа срамных частей мужа строптива и своевольна,
словно зверь, неподвластный рассудку, и под стрекалом неперено­
симого вожделения способна на все. Подобным же образом и у
женщин та их часть, что именуется маткой, или утробой, есть не
что иное, к а к поселившийся внутри них зверь, исполненный дето­
родного вожделения; когда зверь этот в поре, а ему долго нет случая
зачать, он приходит в бешенство, рыщет по всему телу, стесняет
дыхательные пути и не дает женщине вздохнуть, доводя ее до
последней крайности и до всевозможных недугов, пока наконец
женское вожделение и мужской эрос не сведут чету вместе и не
снимут как бы урожай с деревьев, чтобы засеять пашню утробы
посевом живых существ...» (Тимей. 91b-d).
Совпадение возможностей обеих частей «нетки» имеет свой ре­
зультат — существо, присвоившее образ Космоса. Однако этот ре­
зультат хотя и возникает креативно — сразу (вдруг), но его появ­
лению предшествует специфическая естественная подготовка. До
того момента, к а к это существо воссияет, оно проходит этап опро-
бывания всех своих возможностей по всем степеням свободы.
Процесс настройки «нетки» Платон демонстрирует во фрагменте,
где повествуется о «состыковке» («подгонке», «подлаживании»)
души и тела. Их сопряжение должно было привести к возникно­
вению живого существа, но до тех пор, пока жизнь не возникла,
«все это существо было подвижно, однако устремлялось куда при­
дется, беспорядочно и безрассудно; к тому же, обладая возможно­
стью всех шести движений: вперед—назад, направо—налево и
вверх—вниз, оно продвигалось в шести направлениях и на все лады
блуждало» (Тимей. 43а-Ь). Платон красочно рисует действие твор­
ческого хаоса, используя метафоры: когда душа стала «вступать»
в смертное тело, то материальные возможности последнего стали в
свою очередь действовать на душу и ее идеальные круговращения
так, что «расстроили до такой степени, ...что пошли вкривь и вкось,
всемерно нарушая круговое движение; ...движение это было беспо­
рядочным: они то сталкивались, то двигались наискосок, то опро­
кидывались» (Тимей. 43d-e).
В дальнейшем, к а к только искра жизни засветилась, одушев­
ленное тело естественно разрастается и приобретает специфический
ему облик, в котором энергия хаоса усмирилась. Творение осущест­
вляется и сразу, и постепенно. Платон «ясно видит» в «гадательном
зеркале» зарождение, явление и дление жизни: «душа и теперь,
вступив в смертное тело, поначалу лишается ума; когда же, однако,
поток роста и питания ослабевает и круговращения, дождавшись
затишья, возвращаются на свои стези и со временем все более
выравниваются, тогда каждый из кругов направляет свой бег со-
509
КНИГА П. ГЛАВА 2. § 1. ПЛАТОН

гласно природным очертаниям и все они изрекают справедливое
суждение и об ином, и о тождественном, так что носитель их
окончательно становится разумным существом. Если же к этому
добавится правильное воспитание, он будет цел, невредим и здоров,
избегнув наихудшего из недугов...» (Тимей. 44Ь-с).
Следует особо отметить, что Платон реконструирует не только
статический образ Космоса, но и учитывает его динамические ха­
рактеристики, пытаясь дать его в естественно присущем ему дви­
жении. Глаз видит не только неподвижные очертания вещи, но и
пределы возможных ее движений, которые и задают ее идеальный
образ. Даже если бы и существовала какая-нибудь абсолютно не­
подвижная вещь, то глаз в силу собственного колебания придал
бы ей движение в видении. Это тема отдельного разговора, который
впоследствии будет вести Аристотель о неподвижном перводвига-
теле. Видеть движение — это значит угадывать динамические воз­
можности вещи, заданные ее образом: «Это чувство похоже на то,
что испытываешь, увидев каких-нибудь благородных, красивых
зверей, изображенных на картине, а то и живых, но неподвижных:
непременно захочется поглядеть, каковы они в движении и как
они при борьбе выявляют те силы, о которых позволяет догады­
ваться склад их тел» (Тимей. 19Ь).
Случаев действия «неток» в обычном повседневном опыте боль­
ше, чем мы об этом догадываемся. Человек угадывает целостный
образ вещи не потому, что он еще не обладает всевидением или
что он пока не познал умом данную вещь. Угадывание — это не
недостаток гносеологического трансцендентального субъекта, вы­
нужденного затыкать пробелы непознанного досужими догадками,
а его норма, соответствующая его природе и природе вещей, с
которыми он сосуществует в едином Космосе.
Каждый, кто умеет сказать о себе в личном местоимении един­
ственного числа — «Я», уже так или иначе прошел опыт «неточного»
эффекта. Психологами описан этап обретения ребенком самоосо­
знания в период первой реальной встречи с зеркалом. Даже искус­
ственное зеркало обладает необходимым минимумом действия. Эле­
ментарная догадка, что отражение во внешнем зеркале — «это я»
(так называемая идентификация) — настолько приевшаяся вещь,
что о ней дополнительно не рефлектируют. Но уже нетривиальной
и чрезвычайно трудной оказывается ситуация, когда пытаешься
вспомнить — как эта догадка пришла впервые и укоренилась в
субъекте.
«Неточные» эффекты естественных зеркал, функционирующих
в живом организме, предстают как симптомы, но не болезни, а
здоровья, как бы это парадоксально не звучало. Обычно говорят,
что органы организма чувствуются тогда, когда находятся в больном
или патологическом состоянии. Здоровые органы просто не ощу-
510 Ю. М. РОМАН EH КО. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО

щаются, а работают себе согласно их природе. Это наблюдение
наполовину справедливо. Но есть еще и моменты таких состояний
живого организма, проявляющиеся как проблески «живых зеркал»,
о которых можно сказать, что это симптомы здоровья. А если быть
совсем точным — симптомы выздоровления, выхода из болезни и
настройки на норму.
Проблема «болезни—здоровья» имеет существенное значение в
тексте «Тимея». Можно даже осмелиться сказать, что это своеоб­
разное терапевтическое пособие. Здесь описываются условия исце­
ления благодаря «видению образа» здоровья. Дело в том, что че­
ловек, согласно Платону, появляется в Космосе априори больным,
или, во всяком случае, с момента рождения его жизнь проходит
как постоянное заболевание — душевное или телесное.
Даже завязка сюжета диалога начинается с констатации болезни.
« С о к р а т . Один, два, три — а где же четвертый из тех, что
вчера были нашими гостями, любезный Тимей, а сегодня взялись
нам устраивать трапезу?
? и м е й. С ним приключилась, Сократ, какая-то хворь, уж
по доброй воле он ни за что не отказался бы от нашей беседы.
С о к р а т . Если так, не на тебя ли и вот на них ложится долг
восполнить и его долю?
? и м е й. О, разумеется, и мы сделаем все, что в наших силах!»
(Тимей. 17а).
В этой зашифрованной увертюре практически задана арифмо-
логическая схема всего текста. Тетрактида символически знаменует
целостный воплощенный Космос, в апогее его здоровья. Но четвер­
того участника как раз нет среди собравшихся поговорить об образе
Космоса — он болен. Его долю нужно восполнить, т. е. его нужно
исцелить, действуя самым щадящим способом на расстоянии —
магией воображения. Можно догадаться, что когда собеседники под
присмотром Сократа завершили обсуждение темы Космоса, прори-
цательно настроив его идеальный образ, четвертый отсутствующий
участник вернулся совершенно исцеленным в компанию философов.
Они зрительно вызвали его в точку пересечения их взглядов.
Классификация «недугов» занимает в диалоге несколько страниц
(см.: Тимей. 82а—88Ь). В живом существе душа и тело больны
друг другом. Поэтому единственным кардинальным средством при­
обретения здоровья является постоянное подлаживание их друг к
другу, преодолевающее психические и соматические болезни: «От
того и другого есть лишь одно спасение — не возбуждать ни души
в ущерб телу, ни тела в ущерб душе, но давать обеим сторонам
состязаться между собой, дабы они пребывали в равновесии и
здравии» (Тимей. 88Ь).
Полностью здоровое живое существо, если таковое есть в пре­
делах Космоса, имеет прозрачное тело, светящееся во весь свой
КНИГА II. ГЛАВА 2. § 1. ПЛАТОН 511

объем чистым светом. Душа и тело его пребывают в гармонии.
Здесь необходимо отдельно сказать о теории света Платона. В диа­
логе «Государство» говорится о том, что свет является чем-то тре­
тьим в акте видения, обладающим силой связывать зрение со
зримым. Онтологическое преимущество в процессе видения Платон
отдает именно свету, говоря, что «свет драгоценен» (Государство.
508а).
В процессе действия механизма «нетки» именно свет осущест­
вляет подгонку двух ее частей. Происходит это потому, что в свете
есть какие-то свои структурации — сверкания, сияния, которые
влияют на расположения, искривленность и гладкость «естествен­
ных зеркал». Если при пользовании искусственным зеркалом свет
дает возможность увидеть отображение извне, то творящий Свет
находится внутри системы живых зеркал. Сущность Света состоит
в том, что он способен распространяться с бесконечной скоростью
по всем возможным направлениям благодаря собственному само­
умножению. Благодаря этому живой организм действительно пред­
ставляет собой самонастраивающуюся оптическую систему. Для
того чтобы организм знал себя как здоровый, не нужны никакие
внешние рентгеновские лучи, лазеры и тем более ядерные излуче­
ния.
Платон несомненно обладал даром пророчества, и ему удалось
проникнуть в тайну Космоса, угадав его образ благодаря естествен­
ному зеркалу. Однако чувствуется, что это еще не все. Что-то еще
осталось в умолчании, в последней догадке. Мало ли к а к и м и спо­
собностями обладает человек, умудряясь довести их в упражнениях
до сверхвозможностей. Способностей у человека много, и каждая
из них может быть развита до совершенства изолированно от других.
Но что их связывает воедино? Апостол Павел, человек новой эпохи,
знавший то, о чем только могла догадываться античность, задается
вопрошаниями: «Все ли Апостолы? все ли пророки? все ли учители?
все ли чудотворцы? Все ли имеют дары исцелений? все ли говорят
языками? все ли истолкователи? Ревнуйте о дарах больших, и я
покажу вам путь еще превосходнейший» (I Кор. 12, 29-31).

<< Предыдущая

стр. 91
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>