<< Предыдущая

стр. 99
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

2
Там же. С. 127.
3
Там же. С. 128.
4
Там же. С. 128.
s
Там же. С. 125.
550 Ю. М. РОМАН EH КО. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО

возникает в том случае, если она не отграничена дуалистически от
предметности — она «уже больше не противостоит предмету, а
вобрала его внутрь себя, знает его в качестве самой себя». 1
В главе, завершающей введение к первому тому «Науки логики»
и названной «Общее деление бытия», Гегель «делит» неделимое
бытие следующим образом: «Бытие, во-первых, определено вообще
по отношению к иному». 2 Если иным бытию является ничто, то
определенность бытия устанавливается творением его из небытия.
Сразу же за этим Гегель утверждает: «Оно, во-вторых, определяет
себя внутри самого себя». 3 Отношение бытия к себе самому в
от-вращении от небытия является становлением.
Далее идет непосредственная дедукция гегелевской прототриады
в первой главе первого раздела первого тома «Науки логики».
«Чистое» бытие есть «неопределенное непосредственное», «равное
лишь самому себе». Оно есть «пустота». Такое апофатическое оп­
ределение бытия незаметно оборачивается в катафатическое опре­
деление небытия. «Бытие, неопределенное непосредственное, есть
на деле ничто и не более и не менее, как ничто». 4 Те квалификации,
которые даются бытию, Гегель приписывает и небытию: «Ничто,
чистое ничто; оно простое равенство с самим собой, совершенная
пустота, отсутствие определений и содержания; неразличенность в
самом себе». 5
Совпадение определений бытия и ничто дает возможность Гегелю
отождествить их: «Чистое бытие и чистое ничто есть, следовательно,
6
одно и то же». Хотя вместе с этим, к а к бы спохватываясь и по­
нимая, что равенство предикаций еще не окончательный повод
отождествлять субъекты данных высказываний, Гегель дает ого­
ворку: «Но точно так же истина не есть их неразличенность, она со­
7
стоит в том, что они не одно и то же, что они абсолютно различны».
В этом принципиальнейшем моменте развития диалектического
метода обращает на себя внимание настойчивое повторение Гегелем
эпитета «чистый» в применение к «бытию» и «ничто». В этой
оценке Гегель следует пуризму Канта, стерилизовавшего разум в
«Критике чистого разума». Возникает вопрос: кто же очищает бытие
и ничто, когда между ними установилась определенность, посред­
ством которой они различаются и одновременно отождествляются?
На самом деле Гегель в этом месте постулирует границу как таковую.
И нельзя сказать, что эта граница «между» бытием и небытием,

1
Ф. Наука логики. Т. 1. С. 125.
Гегель Г. В.
2
Там же. С. 136.
3
Там же. С. 136.
4
Там же. С. 140.
5
Там же. С. 140.
6
Там же. С. 140.
7
Там же. С. 140.
КНИГА П. ГЛАВА 2. § 3. ГЕГЕЛЬ 551
ибо такое «между» может быть только в отношении двух бытии
если это мыслимо. На наш взгляд, эпитет «чистый» можно при­
писать только этой границе, а не самим «бытию» и «ничто» как
таковым. В акте творения бытие есть, а небытия нет — это первое,
что необходимо сказать о бытии и ничто и что уже высказал
Парменид. Во-вторых, в естественном обращении в себе самом бытие
положено в собственной границе таким образом, что эта граница,
будучи по-настоящему чистой, сплошь наполняет тело бытия, не
деля его на внешнее и внутреннее, а делая прозрачным и доступным
друг другу любой его момент. Вот такая граница самого бытия и
есть естество. Небытия же в обоих случаях нет и быть не может.
Как невозможно и отождествление бытия и небытия.
Гегель же, настаивая на тождестве бытия и ничто, хотел, ве­
роятно, спровоцировать насильственной вербальной диктовкой не­
вообразимый образ для инспирирования удивления и недоумения
у конечного рассудка: «Если вывод, что бытие и ничто суть одно
и то же, взятый сам по себе, кажется удивительным или парадок­
сальным, то не следует больше обращать на это внимания; скорее
приходится удивляться удивлению тех, кто показывает себя таким
новичком в философии и забывает, что в этой науке встречаются
совсем иные определения, чем определения обыденного сознания
и так называемого здравого человеческого рассудка». 1 Гегель даже
уверен, что «было бы нетрудно показать это единство бытия и
ничто на любом примере, во всякой действительной вещи или
2
мысли» . Любая сотворенная конкретная вещь действительно может
послужить примером единства бытия и ничто, кроме одной-
единственной — самого бытия.
После такого незаконного с логической точки зрения приема,
задав кричащее противоречие, Гегель приводит мышление из со­
стояния беспокойства в точку успокоения и примирения противо­
положностей. Разрядка происходит в понятии «становления»: «Их
истина есть, следовательно, это движение непосредственного исчез­
новения одного в другом: становление». 3
Известно, что логико-теоретическое выведение категорий Гегель
сопоставлял с историко-философскими прецедентами и целостным
процессом осмысления этих же категорий в учениях мыслителей
прошлого, исходя из принципа единства исторического и логичес­
кого. Вся гегелевская триада персонифицирована, т. е. привязана
к именам и конкретным личностным философским системам: Пар­
менид учил о бытии, восточные мудрецы — о ничто, Гераклит —
о становлении.

1
Там же. С. 142-143.
2
Там же. С. 143.
3
Там же. С. 141.
552 Ю. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
?. ?????????.

Принцип актуальности бытия по Пармениду, который Гегель
выражает в такой редакции: «только бытие есть, а ничто вовсе
1
нет», немецкий мыслитель оценивает как «абсолютно абстракт­
ный». С такой оценкой Парменида Гегелем согласиться нельзя,
ибо, как было показано в соответствующем месте, конкретность
учения Парменида о бытии осуществляется методом угадывания
образа бытия. Более «конкретного» образа (от лат. concretus —
сгущенный, сращенный, слитый), чем «глыба прекруглого шара»,
уже придумать нельзя.
Гераклита Гегель ставит «выше» Парменида: «Глубокий мыс­
литель Гераклит выдвигал против указанной простой и односто­
ронней абстракции более высокое, целокупное понятие становления
и говорил: бытия нет точно так же, как нет ничто, или, выражая
эту мысль иначе, все течет, т. е. все есть становление». 2 С такой
характеристикой также согласиться невозможно, поскольку Гегель
приписал Гераклиту софистическую нигилистическую позицию: бы­
тия нет точно так же, как нет ничто. Выводить же из этого
нигилизма идею «становления» вдвойне неправильно. Учение Ге­
раклита о «естестве» исходило из иного основания и намерения и
не сводилось только к принципу «все течет», о чем выше было
сказано в соответствующем параграфе.
Позитивное учение о «небытии», культивировавшееся на Вос­
токе, Гегель характеризует так: «Общедоступные изречения, в осо­
бенности восточные, гласящие, что все, что есть, имеет зародыш
своего уничтожения в самом своем рождении, а смерть, наоборот,
есть вступление в новую жизнь, выражают в сущности то же
единение бытия и ничто». 3 Неудовлетворительность восточных пред­
ставлений о соотношении бытия и ничто заключается в следующем:
«Но эти выражения предполагают субстрат, в котором совершается
переход: бытие и ничто обособлены друг от друга во времени,
представлены к а к чередующиеся в нем, а не мыслятся в их аб­
страктности, и поэтому мыслятся не так, чтобы они сами по себе
были одним и тем же». 4
В этой гегелевской характеристике отчетливо представлены ос­
новные проблемы онтологии и метафизики, взятые в их взаимоза­
висимости. Проинтерпретируем приведенные выше цитаты в кон­
тексте нашей концепции. Под абстрактной (от лат. abstract —
выделенный, избранный) мыслимостью бытия и ничто они пред­
ставлены изолированно сами по себе, что вместе с тем оборачивается,
по мнению Гегеля, в их отождествление. Гегель этими словами

1
Ф. Наука логики. Т. 1. С. 141.
Гегель Г. В.
2
Там же. С. 141.
3
Там же. С. 141-142.
1
Там же. С. 142.
КНИГА II. ГЛАВА 2. § 3. ГЕГЕЛЬ 553

сначала полагает акт творения и тут же, мгновенно, его как бы
пресекает. Но тогда ничего конкретного возникнуть не может.
Бытие и ничто, будучи «чистыми», согласно Гегелю, остаются быть
то различными, то тождественными друг другу. Откуда, спраши­
вается, конкретные вещи? Предположить же некий «субстрат пере­
хода», как то наличествует в восточных доктринах, Гегель отка­
зывается. Но тем самым он блокирует у себя понимание значимости
«естества».
Несмотря на то, что Гегель все же использует понятие «естество»
под знаком категории «становление», предваряющее отождествле­
ние «бытия» и «ничто» создало большие трудности для последую­
щего выяснения отношений между Абсолютной Идеей и сферой
природы и привело к существенному противоречию между методом
и системой в философии Гегеля.
Прежде всего это сказалось в неразличенности понятий «творе­
ние» и «становление» в концепции Гегеля. Так, он справедливо
критикует одностороннюю позитивистскую трактовку положения
ex nihilo nihil fit, которое, с одной стороны, является отрицательной
формой выражения идеи становления, с другой стороны, получает
свою осмысленность в контексте идеи творения и отнюдь не про­
тиворечит последней. Отождествив «бытие» и «ничто», Гегель вы­
нужден отождествить «творение» и «становление», во всяком слу­
чае, не приводить различия между ними, что видно из следующих
его строк: «Положение: из ничего ничего не происходит, ничто
есть именно ничто, приобретает свое настоящее значение благодаря
тому, что противопоставляется становлению вообще и, следователь­
но, также сотворению мира из ничего». 1
Из ничего не возникает ничто, ибо ничто вообще не возникает,
так как его нет. Бытие же есть, ибо оно творится из небытия,
оставляя его несуществующим. В этом суть принципа творения.
Естественное же становление есть конкретизация творящегося бы­
тия.
В конце «Науки логики» — в последней главе третьего тома,
названной «Абсолютная Идея» — Гегель повторяет «начало». Что
он, собственно говоря, без устали делал на протяжении всех трех
томов. Исходная триада непрерывно прокручивалась, оплотняясь
в себе самой, благодаря вбиранию внутрь себя возникающих бук­
вально из небытия все новых и новых определений бытия. Однако
чтобы это начало стало настоящим началом, оно должно в какой-то
определенный момент, предположенный в самом начале, закон­
читься. В третьей главе третьего раздела третьего тома (какая
точная арифмологическая предусмотрительность!) Гегель дает опи­
сание окончательного начала «Науки логики».

1
Там же. С. 142.
Ю. М. РОМАНЕНКО. БЫТИЕ И ЕСТЕСТВО
554

Гегель в своем тексте неоднократно и с особым смыслом употреб­
лял выражения «сфера чистой мысли» и «стихия чистой мысли».
Что это означает? Вводя принцип движения в логику, Гегель отнюдь
не отменяет ее основных законов, прежде всего закона тождества.
Напротив, он впервые его реализует правильно посредством непре­
рывного его повторения. Движение логики (или логика движения)
осуществляется согласно принципу стихийности — повторению «то­
го же самого» — самотождественного бытия — в небытии. Бытие —
одно и то же: одно — в себе самом; и то же — в небытии. Принцип
стихийности означает итерирование единого бытия без его умно­
жения на множество бытии. В силу этого бесконечного повтора
бытия в себя самого, оно тем не менее «конечно», имея форму
сферы, в которой заключена стихийность самого бытия, не выры­
вающегося вовне. Да ведь и никакого «вовне» нет. Бытие имеет
собственную форму в виде сферы и поэтому бытие мыслится в во­
ображении в имманентном ему образе. Сфера и есть образ самого
бытия. Этот архетип, как мы помним, наличествовал еще в мифо­
логеме Мирового Яйца у орфиков, откуда вышла концепция бытия
Парменида.
Что такое «Абсолютная Идея» в философии Гегеля? Прежде
всего, это Идея (Вид) самого Абсолюта, уединенного в созерцании
самого себя. Уединение есть ограничение себя сферой как формой
бытия Абсолюта. Следовательно, Абсолютная Идея есть Образ самого
Абсолюта, причем единственный образ как таковой, существующий
реально, или образ образов.
Гегель пишет по этому поводу: «Определенность идеи и все
развертывание этой определенности и составили предмет науки
логики». 1 В каждой науке есть собственное развивающееся содер­
жание, но только в науке логики (читай: онтологии) возможно
совпадение содержания и объема, поскольку она основана на прин­
ципе тождества мышления и бытия. Гегелевская «Наука логики»
была посвящена «сокрывающему раскрытию» саморазвивающегося
содержания логики. В конце своего грандиозного произведения
Гегель, заполняя объем логики и получая всеобщую ее форму в
образе сферы, представляет логику как метод. Он так и говорит:
«всеобщность его формы, — т. е. метод», 2 или в другом месте:
«метод есть объективная, имманентная форма». 3 Абсолютная Идея
есть свой собственный метод, который «возник отсюда как само
себя знающее понятие, имеющее своим предметом себя как столь
же субъективное, сколь и объективное абсолютное и, стало быть,
к а к полное соответствие между понятием и его реальностью, к а к

1
Гегель Г. В. Ф. Наука логики. Т. 3. М., 1972. С. 290.
2
Там же. С. 290.
;i
Там же. С. 293.
КНИГА II. ГЛАВА 2. § 3. ГЕГЕЛЬ 555

<< Предыдущая

стр. 99
(из 140 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>