<< Предыдущая

стр. 3
(из 3 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

И, наконец, одновременный анализ реальных и возможных траекторий развития различных ситуаций. Отслеживание всего объема актуализированного и возможного дает хорошую основу для построения аналитических континуумов, способных заменить заведомо неполный перечень сценариев возможных событий. В этом случае можно говорить о многомерных интеллектуальных процессах как основе деконцентративной аналитики (см. в 3.11. о фоновой аналитике).

5.4. Формирование многомерных (векторных) психических функций.

Трактовка психических функций, введенная К.Г.Юнгом, не вышла за пределы аналитической психологии и ее производных. Однако для нас она интересна как инструмент описания того, как могут быть сформированы новые психические реальности.
В двадцатом веке неявно сложился определенный способ работы с психикой, нередко замаскированный под теоретические конструкции. Из всего разнообразия психического выделяется некая ключевая организованность, значение которой для организации психической жизни резко преувеличивается по сравнению с другими компонентами и которая становится "центром кристаллизации" проявленной и доступной осознанию психической структуры. Этой структурой, безусловно, не исчерпывается все многообразие психики. Просто все иные, не вошедшие в теоретическую схему и не выявляемые с помощью легитимных (для данной теории) экспериментальных процедур, психические содержания уходят в "теоретический фон", из которого аналитические процедуры последовательно извлекают все новые образования, становящиеся периферийной частью теории и ее практических приложений. От мощности аналитических процедур зависит, насколько глубокой будет экспансия исходного ядра психологической концепции, порождающая новые организованности психики.
Напомним юнговскую схему26. В психике выделяется четыре несводимые друг к другу психические механизма - функции (строго говоря пять, если в рассмотрение вводится в качестве самостоятельной трансцендентная функция, ответственная за формирования символов из материала бессознательного и процесс индивидуации; сам Юнг иногда рассматривает ее не как основную, а сложную, т.е., составленную из других функций). Эти функции образуют две шкалы: рациональную, полюсами которой являются мышление и чувствование и иррациональную - ощущение и интуицию. Функции, принадлежащие к разным шкалам могут сочетаться, но в пределах одной шкалы они находятся в отношениях дополнительности - чем более развит один полюс шкалы, тем примитивнее и архаичнее другой.
В каждый данный момент в сознании доминирует один какой-то полюс. Однако активная дКВ позволяет производить одновременную переработку поступающих в сознание содержаний при помощи различных, в том числе и несовместимых механизмов. ДКВ выступает в этом случае в своей разрушительной ипостаси, разрывая шкалу подобно тому, как применение дКВ к визуальному полю разрушает любой визуальный гештальт. Приемы, приводящие к этому результату, аналогичны приемам построения многомерных мыслительных цепочек. Особенность здесь в том, что дКВ применяется не к результатам работы той или иной функции, а к самому механизму, порождающему результаты. Сложная многомерная (в пределе четырехмерная) функция порождает и сложный продукт с нетривиальной увязкой его различных сторон.
В логике подобный результат получен в работах К.И.Бахтиярова, где он показывает, что отождествление истинности (т.е. результата работы функции мышления) и ее оценки (т.е. результата работы функции чувствования) ведет к логическим парадоксам, в частности, к парадоксам типа "парадокса лжеца". Разрешение парадокс - в использовании логических векторов, разделяющих два аспекта одного понятия. В частности им вводятся такие векторы, выстроенные в циклическую структуру принятия нового знания: "отвергнутая ложь", "отвергнутая истина", "принятая истина", "принятая ложь"27.
В данном случае мы видим логический эквивалент многомерной психической функции.

5.5. Деконцентрация, декомпозиция и трансформация.

ДКВ - процедура, проводимая в психической среде. В технической среде ей соответствует операция декомпозиции реальной технической системы. Подобно тому, как ДКВ ведет к разрыву локальных связей между дискретными фигурами поля восприятия, декомпозиция разрывает связи между элементами системы. После этого техническая система превращается в бессистемную груду комплектующих и восстановление ее означает новое построение системы.
В противоположность этому дКВ обратима. Целостность и идентичность психической системы сохраняются и во время проведения дКВ и после окончания операции. Причина различной судьбы технической и психической систем заключается в том, что дКВ в своем пределе превращает дискреты перцептивного поля в однородный фон, а техническая система лишена аналога фона. Вспомним работы Г.Смирнова. "Система мест" в психической системе полагается вместе с перцептивными полями и другими психическими содержаниями. В технической же системе непосредственного полагания нет - "система мест" содержится в сознании оператора строящего или эксплуатирующего систему. До настоящего времени эта неполнота технической системы была ее неотъемлемой частью по причине того, что в знаковых системах, используемых для организации и управления процессом построения систем, отсутствовали соответствия фону или "системе мест". А отсутствовали эти соответствия постольку, поскольку они не были эксплицированы в человеческом мышлении. Нетрудно предсказать, что введение дКВ в технологический оборот сделает возможным восстановление полноты не только эксплицированных форм мышления, но технических систем.

5.6.Психонетика и деконцентрация.

Психонетика представляет собой технологическую дисциплину, использующую для решения поставленных задач особые свойства психики, присущие только психическим системам. Подробное, хотя и крайне сжатое изложение концепции психонетики и некоторых ее технологий можно найти в монографии автора "Постинформационные технологии: Введение в психонетику"28.
Однако главная претензия психонетики в том виде, в котором она сейчас существует, заключается в формировании специальных языков, в которых функция фильтрации сообщений, поступающих из внешнего мира в сознание и наоборот, резко ослаблена или целенаправленно формируется.
Фильтрация сообщений определяется самим дискретно-линейным строением языка, что отсекает те компоненты сообщений, которые не находят соответствия в наборе дискретных компонентов (имен, понятий и терминов) и правилах их преобразований.
Если мы хотим транслировать в область практических управляющих действий смыслы, сущность которых никак не отражается в синтаксисе языка, то мы должны построить специальный язык. Базовыми элементами такого языка станут не фиксированные имена и правила их преобразования, а процедуры разворачивания чистых смыслов в чувственно проявленные формы разной модальности и разного уровня дифференцированности. Другая процедура - преобразование форм определенной модальности в формы иных модальностей и уровней дифференцированности.
Для решения этой задачи психонетика использует механизмы синестезии и более широкие механизмы преобразования глубинных перцептивных универсалий в конкретные видимые формы.
Деконцентрация является начальным звеном психонетической работы, порождая в дальнейшем все семейство психонетических психотехник. Это связано с тем, что ключевым моментом психонетических технологий является разделение формальной и смысловой составляющих мира организованных форм. ДКВ используется как инструмент такого разделения. Как отмечалось выше, плоскостная дКВ десемантизирует поле восприятия, освобождая семантическую энергию для дальнейшего автономного использования.
Одним из главных принципов формирования психонетических языков является последовательное преобразование базовых феноменов восприятия в языковые формы с построением соответствий в знаковой среде. Именно дКВ позволяет ввести перцептивный фон в число рассматриваемых феноменов наравне с фигуративным миром. Фигуры при этом превращаются в средство описания единичных объектов, фон - в средство описания сред, в которые включены и из которых формируются объекты.
И деконцентративное, и фоновое мышление являются продуктами психонетической работы. Они порождают совершенно новый мир психических реальностей, соответствующих им языков и создающихся на основе этих языков особых технологий. По сути дела, все, что мы разобрали в главах, касающихся фонового мышления и построения новых психических реальностей, относится к компетенции психонетики.

Глава 5. Деконцентрация и объемное сознание.

5.1. Точка зрения, плоскость зрения и объем зрения.

Точка зрения является метафорой концентративного процесса. Точка зрения означает выделение из целостной ситуации одного из ее фрагментов или аспектов в качестве ведущего. Точка зрения искажает реальность так же, как искажает ее и прямая перспектива в живописи, соотнося восприятие реальности с состоянием, положением или ситуативной ролью субъекта. Концентративный подход ведет к резкому преувеличению значения объекта концентрации.
Метафоры дКВ иные. Плоскостной дКВ соответствует проекция всех фрагментов и аспектов ситуации на "плоский экран" равномерного восприятия по всей иерархической оси - от перцептивного поля до поля идеологических или аксиологических конструкций - и уравнивание их значений. Это проекция постмодернистского подхода. Все аспекты и точки зрения воспринимаются как равноправные и равнозначные. Но плоскость зрения так же искажает реальность, как и точка зрения. По прежнему сохраняется соотнесенность восприятия реальности с состоянием (эгоцентричным или "постмодернистским") воспринимающего субъекта.
Метафора объемной дКВ - восприятие всех аспектов ситуации такими, каковы они есть на самом деле. Объемная дКВ означает преодоление перспективного подхода, когда "ближнее" воспринимается "большим", нежели "дальнее". Однако, для того, чтобы объемная дКВ была полноценно реализована, необходимо превратить в объем и саму наблюдающую инстанцию. Такое превращение нельзя осуществить, соотнося наблюдающую инстанцию (как пассивный аспект "Я") с визуальным, тактильным или аудио- перцептивными пространствами, поскольку здесь вступают в силу ограничения самого аппарата зрительного или слухового восприятия. Но оно становится возможным в имагинативном пространстве.
Можно выделить по крайней мере две психотехнические линии превращения наблюдающей инстанции из точки в объем. Одна из них описана в многочисленных популярных пособиях по сосредоточению. Обучаемому предлагается глядя на какое-либо объемное тело, например, спичечный коробок, представить одновременно не только одну грань, но и две, смежные с ней. Причем представить не только в боковых проекциях, но так, как если бы зрительная ось была одновременно перпендикулярна их взаимно перпендикулярным поверхностям. Затем обучаемый постепенно переходит к одновременному представлению всех шести граней, т.е. как бы превращает свой воображаемый глаз в охватывающую весь коробок поверхность.
Обычно это вызывает большие затруднения. В этом случае обучаемому предлагается представить прямо перед собой два небольших светящихся круга и начать перемещать один из них вокруг головы, сохраняя другой на прежнем месте. Здесь важно преодолеть тот барьер, который возникает при размещении первого круга на оси, перпендикулярной расположению второго. Нужно "увидеть" перемещаемый кружок не спроецированным на переднее поле зрения, а находящимся в плоскости, перпендикулярной той, в которой остался неподвижный кружок. Затем кружок перемещается далее, в позицию, развернутую на 180 градусов по отношению к исходной, причем так, чтобы он снова не проецировался на переднее поле зрения, а переместился бы в позицию сзади. Если это удается, внезапно возникает переживания растяжения в кольцо исходной точки зрения, превращения зрительной оси в плоскость. После этого уже несложно представить одновременно четыре кружка спереди, сзади, сверху и снизу по отношению к точке наблюдения.
Навык, обретенный в этом упражнении, легко переносится на представление коробка изнутри с одновременным представлением всех его шести граней, после чего переход к внешнему восприятию, когда точка восприятия обращается в сферу, помещенную внутрь коробка, уже не представляет трудностей.
Но мы еще не получили объемного представления. Объемным оно становится лишь при совмещении этих двух представлений - изнутри и снаружи. Нет нужды говорить, что явным или неявным предусловием успешности этой процедуры является объемная дКВ по имагинативному полю.
Вторая линия основана на более сложном маневре. Объемное восприятие тела как актуальный факт дано нам при соматической дКВ. Все внутрителесные ощущения даны в объеме и остается только "привязать" визуальную модальность к соматическим переживаниям. Для этого необходимо в процессе дКВ-дедифференцировки довести полимодальную дКВ до уровня, когда теряются межмодальные перцептивные различия. В этом случае при возвращении к уровню соматической объемной дКВ необходимо наслоить на процесс дКВ-редифференцировки синестетические механизмы, переводящие соматические ощущения в их визуальные эквиваленты. Понятно, что объемное визуальное пространство, полученное таким способом, является не перцептивным, а имагинативным, что и необходимо для построения пространственной метафоры объемного сознания. Эта тонкая психонетическая операция требует, конечно, полного контроля над процессами внимания и эйдетического преобразования образов.

5.2. Деконцентрация во времени: длящееся настоящее.

Первоначальная техника дКВ связана с пространственным распределением внимания, поскольку в начальные приемы не включаются процессы памяти. Но дКВ легко переносится на процессы, имеющие длительность. Тогда сама длительность становится аналогом пространства, в котором располагаются события. Но события располагаются не как воспоминания в памяти, а как актуальные восприятия в настоящем. Начало и конец процесса, подвергшегося дКВ, становятся субъективно одновременными. Близким аналогом этого являются феномены ретроактивной маскировки, когда последующее событие становится причиной изменения предыдущего восприятия.
Обычная речь и ее понимание также дают нам примеры того, как последующее во времени событие меняет восприятие предыдущего. Начиная фразу, мы, как правило, еще не уточняем, в каком значении используются первые слова. Услышав фразу, начинающуюся словом "Есть", мы еще не знаем значения этого слова и только продолжение фразы, отделенное от "есть" определенным временным интервалом, наделяет его этим значением - "Есть у меня ложка и вилка", "Есть, товарищ командир" или "Есть хочется". Слово "есть" здесь существует лишь в контексте развернутой в длительность фразы. Это означает, что все компоненты фразы сосуществуют в рамках актуального настоящего. В отличие от логических конструкций настоящего, его реальное восприятие - не мгновение, а имеет определенную "толщину", определенный "объем", соответствующий длительности фразы, воспринимаемой как единое целое. Этот естественный "объем" может быть значительно расширен при помощи специальных психотехник.
ДКВ по чистой длительности, содержащей ряд событий, хронодеконцентрацию, трудно осуществить тем же способом, что и визуальную, аудио- или соматическую деконцентрацию. Сам "орган восприятия времени" недостаточно дифференцирован и позволяет оценить лишь соотношение длительностей и последовательность заключенных в длительности событий. При этом события вначале должны быть "растворены" в длительности, понимаемой как фон, а это значит, что первоначальным объектом дКВ должна служить длительность как таковая. Только после того, как дКВ по чистой длительности стала устойчивой, в нее могут быть введены в качестве объектов и те или иные события, образующие содержание актуального настоящего. "Толщина" этого настоящего соответствует длительности, на которую распространилась дКВ.
Из этого рассуждение вытекает и техника хроно-дКВ. Вначале нужно выбрать протекающий в сознании процесс, который позволил бы выделить переживание длительности в чистом виде. В нашей практике обычно используется следующий прием.
Обучаемому предлагается в качестве объекта КВ некоторый простой визуальный объект, например, небольшой черный круг на белом фоне. Сначала КВ проводится по стандартной инструкции: одновременная концентрация на воспринимаемом круге и его воображаемом эквиваленте. Далее воображаемый круг заменяется на воспоминание о круге, каким он был мгновение тому назад. Обучаемому дается инструкция наблюдать "нарастание" круга во времени - оставаясь идентичным себе, он каждое последующее мгновение становится иным, располагаясь в разных точках длительности. Обучаемый должен сосредоточить усилия на расширении интервала концентрации от образа, помещенного в исходный момент временного интервала, до существующего в данный момент. Выполнение инструкции означает, что весь интервал подвергся дКВ. Поскольку образы идентичны, дКВ была применена к чистой длительности.
Наполнение интервала в этом состоянии различными событиями делает их субъективно одновременными. Тем самым приобретается опыт построения одной из осей объемного сознания. Но пространственная и временная объемность еще недостаточны для того, чтобы охарактеризовать сознание как объемное.

5.3. Деконцентрация: осознание фона и невидимого.

ДКВ есть способ превращения невидимых составляющих фона в видимые и осознанные при сохранении их специфики. Невидимое влияет на видимое подобно тому, как фон влияет на восприятие фигур. Столкновение с невидимым в сознании (невидимое в сознании не совсем точно называют бессознательным, но оно не бессознательно, оно сделано тоже из "материи сознания" и невидимо только для "Я") обычно порождает две возможные стратегии.
В первом случае принимается стратегия опоры на наиболее контролируемые элементы сознания - рациональные рафинированные структуры, и тем самым выстраивается линия обороны против невидимого. Это стратегия сужения сознания, позволяющая сохранить контроль за счет сокращения контролируемой территории.
Другая стратегия - принятие большей ценности невидимого, отказ от роли субъекта. С легкой руки Фридриха Ницше эта стратегия почему-то получила название дионисийской.
Но возможен и третий вариант - распространение сознания на невидимое без уничтожения его специфики. Начальная его фаза - осознание фона, провоцируемое практикой дКВ. Самое резкое и культурно обработанное противопоставление фона и оформленных фигур мы обнаруживаем в зрительном восприятии. В визуальном поле легко обнаружить силы, содержащиеся в фоне и меняющие восприятие локальных фигур. Поэтому фон мы не можем отнести к категории невидимого. Фон - это видимая, но не дифференцированная составляющая зрительного восприятия.
Кроме фона визуальное перцептивное поле дает нам и пример собственно невидимого. Это то, что находится за пределами поля зрительного восприятия, например, в районе затылка. Это поле за пределами восприятия. В этой зоне нет черноты отсутствия восприятий - там нет ничего, и, вместе с тем, эта зона существует. Ее парадоксальное существование дает нам образец актуального присутствия невидимого. Если перцептивный фон не может быть осознан тем же образом, что и дискретные фигуры, то в еще большей степени это касается невидимого. Его осознание - еще один шаг, удаляющий нас от детально разработанных в ходе жизни дифференцированных форм восприятия. Понять эту область, осознать, не разрушая ее специфики, можно лишь опираясь на технику дКВ.
В области невидимого исчезает противопоставление КВ и дКВ и в плане психотехнической организации процесса и в плане результирующего состояния. Осознанное переживание невидимого не является результатом дКВ: невидимое лишено пространственной протяженности и тождественно себе во времени, а процесс и результат дКВ предполагают наличие пространственного или временного противопоставления фигуры и фона. Но невидимое не является и результатом КВ, поскольку отсутствует выделенная фигура - объект внимания. Скорее, здесь можно говорить о парадоксальном третьем состоянии внимания -его отсутствии при сохранении осознания. Напрашивающиеся аналогии с йогическим самадхи и буддийской нирваной не должны вводить в заблуждение: самадхи и нирвана - онтологические состояния, третье же состояние внимания, как результат КВ и дКВ, относится к локальным ограниченным технологическим областям.
Перемещение внимания в область невидимого легче всего осуществить в логике последовательного развития визуальной дКВ. После равномерного распределения внимания по всему полю зрения, оператор концентрирует внимание на границах поля зрения - на зоне перехода в невидимую область. Теперь ему остается только продолжить этот процесс и перейти к концентрации внимания на зоне за пределами зрительного восприятия, что равносильно прекращению внимания как процесса по причине отсутствия объекта внимания. При этом предельная напряженность такого перехода позволяет сохранить высокий психический тонус.
Таким образом, дКВ позволяет добавить к осознанным областям восприятия и фон и невидимое, которые всегда сопровождают любое восприятие дискретных фигур, но до сих пор не получили в культурной практике статуса, соизмеримого со статусом фигуративных (в предельно широком значении этого слова) областей. Введение в осознание фона и невидимого является еще одним предусловием формирования объемного сознания и его основы - тотального внимания.
Но объемное сознание предполагает преобразование и самого мышления.

5.4. Двоемыслие.

Однажды к преподобному Серафиму Саровскому обратился инок с жалобой на нечестие игумена. Преп. Серафим посоветовал молиться, чтобы Бог даровал ему такое устроение души, которое позволяло бы одновременно и видеть и как бы не видеть прегрешения игумена. С психологической точки зрения речь шла об особом механизме, который полтора столетия спустя был описан Дж.Оруэллом. Его роман "1984" считается классикой антиутопии, но для психолога он чрезвычайно интересен точным описанием многих психологических механизмов. Оруэлл описал двоемыслие как один из ключевых психологических механизмов обеспечения лояльности граждан утопического тоталитарного общества, но для нас особый интерес представляет подробное описание психологии двоемыслия, безотносительно к тому, на каком уровне - адекватном или неадекватном - осуществляется эта процедура:
"Двоемыслие - это способность придерживаться одновременно двух взаимоисключающих убеждений и верить в оба. Весь этот процесс должен быть осознанным, в противном случае его не осуществишь достаточно четко, и в то же время процесс должен быть бессознательным, иначе останется ощущение лжи, а значит, и вины... необходимо твердить сознательную ложь и искренне верить в нее, забывать любой неудобный факт, а потом, когда понадобится, извлекать его из забвения на какое-то время, отрицать объективную реальность и в то же время учитывать ее, несмотря на отрицание, и принимать в расчет. Даже употребляя слово "двоемыслие", необходимо применять двоемыслие. Ибо, употребляя это слово, вы признаете, что искажаете реальную действительность, но, прибегнув к двоемыслию, вы стираете в памяти это признание. И так без конца, ложь должна на один прыжок опережать правду."29
Двоемыслие столь же сложно и столь же возможно в осуществлении, как и одновременное восприятие двух альтернативных фигур или целостное восприятие "невозможных" фигур. Но при этом совмещаются уже не чувственные восприятия, а две и более логических реконструкций явления, две или более (в том числе и полярные) оценки и т.д.
Двоемыслие, а точнее, многомыслие, достижимо при помощи техники переноса перцептивных феноменов в пространство мыслительных операций. Для этого достаточно увязать мыслительные конструкции и операции не со словами, а с альтернативными фигурами

5.5. Одновременное восприятие альтернативных фигур.

Прообразом любого когнитивного процесса является формирование целостных фигур, гештальтов. ДКВ, разрушая фигуры создает основу для формирования новых фигур и их сочетаний. Но если обычное восприятие предполагает в каждый данный момент времени только один вариант фигуративной структуры поля восприятия, то порождая из перцептивного хаоса, каковым является фон, новые фигуры, вполне можно совместить в одном восприятии два и больше вариантов фигур на одном и том же перцептивном материале.
Такое восприятие невозможно осуществить в рамках обычных перцептивных механизмов, но возможно при использовании деконцентративных психотехник. Одновременное восприятие двух или нескольких альтернативных фигур, одновременное восприятие психических организованностей и как фигур и как фона для других фигур, возможно лишь при особых объемных состояниях, когда мерность психического пространства становится управляемой и формируемой.
Для формирования таких многомерных психических пространств используются психотехники, предполагающие полное овладение техниками КВ и дКВ и навыками фиксации и воспроизведения необычных состояний сознания. Простейшее упражнение, с которого начинается работа, поясняет главный принцип и является схемой для последующих изощренных модификаций.
Операторам предлагается произвести одновременную КВ на двух одинаковых кубиках Неккера, воспринимаемых в разных проекциях. Оператор совмещает изображения за счет сведения или разведения глазных яблок, сохраняя в едином изображении различие исходных проекций.
Аналогично проводится процедура при разделении концентраций на двух компонентах поля зрения - фигуре и фоне таким образом, что один сегмент внимания выделяет в качестве фигуры то, что является фоном для другого сегмента и наоборот.
Внезапное расширение мерности психического пространства, происходящее при правильном выполнении процедуры приводит к одновременному восприятию всех возможных вариантов фигуры, при этом набор этих вариантов превращается в некую сверхфигуру, существующую в психическом гиперпространстве.
Но это означает, что дКВ распространилась не только на область актуально данного, но и включило в себя, актуализировало потенциальные возможности. Все возможные фигуры даны нам как одновременно и актуально реализованные. Это и есть тотальное внимание, которое дает слабое представление о том, как организовано объемное мышление и объемное сознание.
После разрушения перцептивного поля мы можем построить новые различные варианты, скажем, перейти от равномерного хаоса-фона к плоскостной дКВ или к объемной дКВ. Но столь же возможен и переход к другой форме тотального внимания - одновременному формированию и объемной и плоскостной дКВ. В этом случае можно говорить о дКВ второго порядка, мета-дКВ, надстроенной над различиями плоскости и объема и уравнивающей их в своей значимости. На эту мета-дКВ легко проецируются различия плоскостной и объемной дКВ, ведущие к выделению двух видов дКВ второго порядка. Во-первых, это дКВ, в которой уравнены объем и плоскость. Во-вторых, дКВ, в которой объем и плоскость одновременно развернуты и сосуществуют.
Естественно возникает вопрос, зачем нужны подобные изощрения, каковы перспективы их использования. Линии построения новых психических реальностей, идущие от описанных процедур зависят от фантазии разработчика и от задач, которые ставятся перед ним заказчиком. Для нашей темы важно, что описанные процедуры представляют собой предварительное звено в построении объемного мышления и, шире, объемного сознания.

5.6.Объемное мышление.

Продуктом линейного мышления в отношении того или иного предмета является совокупность отдельных аспектов, выделенных посредством аналитических процедур, установление пространственных, временных, причинно-следственных и иерархических отношений между ними и последующая реконструкция предмета с неизбежной потерей иных аспектов - невыявленных, скрытых, потенциальных или противоречащих процедуре реконструкции. Продукт же объемного мышления - предмет как таковой, предмет как тотальность с включением в него всех возможных аспектов, в том числе и противоречивых, и аспектов фона, и аспектов принципиально невидимого окружения.
Простейший пример - задача на классификацию, когда в задаче имплицитно присутствуют несколько критериев классификации:
Дан набор слов: "рыба", "перья", "шерсть". "бегать", "птица", "плавать", "животное", "летать" "чешуя". Нужно разделить слова на однородные классы. Возможны два типа классификации. Абстрактно-логический выделяет следующие классы: {рыба, птица, животное}; {шерсть, перья, чешуя}; {бегать, плавать, летать}. Конкретно-образный - {рыба, плавать, чешуя}; {птица, летать, перья}; {животное, бегать, шерсть}.
Линейное мышление выбирает один из типов классификации. Двумерное - их совокупность. Результатом является не набор классов, а единый двумерный упорядоченный объект:
Рыба
Чешуя
Плавать
Птица
Перья
Летать
Животное
Шерсть
Бегать
Объемное мышление преобразует двумерный объект в многомерный, включая многообразные слабые критерии -классификация по плотности, по грамматическим категориям и т.д.
В этом примере мы видим объемную мыслительную процедуру и объемный результат, который может быть понят только в состоянии объемной дКВ.
Однако это лишь самый простой пример. Объемное мышление - мышление экспансивное. Если какая-либо форма мышления претендует на статус объемного, оно включает в себя и компоненты фонового мышления, и процедуры соотнесения фигуративного и фонового мышления с невидимым.
Начав с исходного пункта, оно движется одновременно по всем направлениям, наращивая все новые и новые измерения и стремительно расширяя объем рассматриваемого материала. Более сложные задачи быстро исчерпывают энергетические ресурсы психики, и процесс останавливается. Поэтому объемное мышление неизбежно включает в свой арсенал процедуры сворачивания достигнутого на каждом шаге результата в простые маломерные формы, доступные для удержания в сознании. Продуктом объемного мышления являются тотальные модели, охватывающие одновременно множество самых разных аспектов анализируемого предмета.
Примеров получения продуктов объемного мышления, доступных широкому кругу потребителей, пока нет, поскольку еще не сформировалась среда людей, владеющих этим мышлением. До тех пор, пока подобные результаты будут оставаться достоянием отдельных экспериментаторов, своего рода психотехническими эксцессами, трансляция их в миры культуры и технологии будет невозможна. Лишь формирование специальных психонетических языков, позволяющих адекватно передать содержание полученных результатов, позволит ввести объемное мышление в широкий культурный, научный и технологический контекст.
Разработка психотехнических приемов формирования основ объемного мышления могло бы показаться экзотической забавой, если бы не учащающееся появление работ на аналогичную тему в областях, достаточно удаленных от психотехнических разработок. Так, явным коррелятом психотехнического обеспечения объемного мышления является разработка концепции многомерной логики в работах К.И.Бахтиярова30. Двумерная (многомерная) логика является формализованной основой собственно психологического феномена двоемыслия (многомыслия). Естественно, возникает вопрос: как преобразовать логические реалии в психологические. Путь к этому намечает сам автор концепции, используя в качестве иллюстрации перцептивные феномены, в частности, образ совмещенных за счет конвергенции глазных яблок изображений белого и черного квадрата, буквально воспроизводящих выражение "блеск парадоксов" (рис.5.6.1.). Мы также используем прием нахождения аналога логическим фигурам в перцептивной сфере, а один из описанных выше приемов прямо связан с совмещением изображений за счет кон- или дивергенции глазных яблок.
Признаком надвигающейся эпохи объемного мышления являются и современные оккультно-фантастические тексты, из которых мы процитируем работу В.Агеева и В.Лебедько.31 Авторы вводят иерархию восприятий и осознаний:

Точечное восприятие: "одномоментно воспринимается как моносигнал, некоторая изолированная область пространства. Отсутствует непосредственная связь различных областей пространства".
Точечное осознание: "возможность намеренного сосредоточения" на какой-либо части тела, эмоции, мысли, образе и т.д.
Этим состояниям соответствует КВ.
Линейное (лучевое) восприятие и осознание (соответствует локальной дКВ): установление лучевой связи нескольких пространственных объектов, связывание различных областей человеческого тела в линию (например, позвоночник), выделение линии, соединяющей два полярных эмоциональных состояния с одновременным восприятием всех оттенков перехода, одновременное переживание всех точек мысленного ряда, всех актов единого мыслительного действия и т.д.
Плоскостное восприятие и осознание: "плоскостная, послойная, "продольная" и "поперечная" связи внутри пространства, выделяющая некоторые области с общим качеством", выделение в теле ряда плоскостей, объединенных по какому-либо качеству, управление модальностью как таковой, переживание целиком какой-либо модели Мира.
Объемное восприятие и осознание (аналогом является объемная дКВ и объемное мышление): "объемное восприятие комплекса пространственных объектов с организацией их целостного взаимодействия", "объемное целостное восприятие Всего во Всем", "одномоментное сосредоточение внутри всего тела", "одномоментное переживание всех возможных описаний Мира и выход за их пределы - восприятие Мира непосредственно, без описания его".

В своей совокупности десятки публикаций, прямо или косвенно затрагивающие тему объемного мышления и, шире, объемного сознания, представляют собой настоящее техническое задание на разработку соответствующих технологий.


5.7. Объемное сознание.

Основа объемного сознания- тотальное внимание. После описанных выше процедур внимание становится тотальным, включающим в себя и обычное, и объемное, и видимое и то, что ранее было невидимым. В этом состоянии оно утрачивает характеристики внимания как такового, превращаясь в то, что стоит за вниманием - рефлексивную инстанцию более высокого порядка, позволяющую включить в состав наблюдаемого и сам процесс внимания.
Объемность сознания не зависит от того, какие в нем протекают процессы - линейные или объемные. Объемное сознание охватывает все пространство, в котором реализовано то или иное содержание. Об объемном сознании мы можем говорить только в случае одновременного наличия противоположных полюсов шкал, характеризующих сознание как таковое. Не пытаясь дать исчерпывающий перечень таких шкал, рассмотрим некоторые из них.
Объемность сознания может быть рассмотрена как реализация пространственной метафоры. Речь в данном случае идет не о полипроцессуальности сознания, когда в поле внимания одновременно находится несколько различных процессов. Полипроцессуальность - следствие применения дКВ-техники, не изменяющей одномерный характер сознания. Сознание становится объемным, когда в нем присутствуют несовместимые между собой описания одной и той же реальности. В пределах одномерного сознания одно из описаний с неизбежностью доминирует (как это бывает при обратимых отношениях "фигура - фон"). Объемное сознание возникает тогда, когда несовместимые описания присутствуют как равно истинные и, вместе с тем, принципиально несовместимые. Это совмещение несовместимого - развернутая идея двоемыслия - может быть либо редуцировано до обычных содержаний одномерного сознания путем превращения несовместимых описаний в отдельные аспекты одного объекта, либо спровоцировать скачкообразный переход одномерного сознания в объемное. Тогда несовместимые принципы описания становятся не аспектами одного объекта, а различными измерениями многомерного сознания.
Совмещение несовместимого в рамках одного объемного сознания является психологической основой для формирования феномена метакультуры. Об этом проекте много говорят как о желательном, необходимом и неизбежном, имея в виду построение обширной культурной системы, включающей в себя различные существующие и существовавшие культуры в качестве частных случаев. Однако до сих пор никто не сделал ни одного шага к разработке технологического обеспечения этого проекта. Это неудивительно, поскольку стилистика, ценностные ядра, картины Мира, религиозные и метафизические задачи и соответствующие им формы организации сознания различных культур оказываются зачастую несовместимыми. Попытка создания единого культурного поля, содержащего в себе формы и смыслы различного культурного происхождения в лучшем (и крайне маловероятном) случае привела бы к формированию еще одной культуры, рядоположной остальным, а вероятнее всего к проекции всего богатого и противоречивого мира культурных форм на плоскость посткультурного постмодернистского мира, устраняющего глубинные смысловые измерения каждой из подвергшихся подобной процедуре культур. Объемное же сознание, преодолевшее ограничения индивидуальной психики, позволяет расположить в пределах одного сознания все многообразие культурных форм без потери смысловой глубины.
Другой реализацией пространственной метафоры является совмещение различных состояний сознания в одном психическом пространстве. Механизмы переработки психических содержаний, характеризующие различающиеся нормальные состояния сознания - бодрствование, быстрый сон и медленный сон не совместимы ни по своей работе, ни по своему результату. Тем более не совместимыми оказываются принципы функционирования нормальных и измененных состояний сознания. Объемное сознание предполагает возможность совмещения различных работы этих несовместимых механизмов с получением сложного многомерного продукта.
Началом работы в этом направлении становится разделение общего психического пространства на два и более подпространств на основе техники одновременного восприятия альтернативных фигур (см. выше) и привязки к ним работы различных психических механизмов. Грубо говоря, кубик Неккера как плоская фигура может быть начальным образом, к которому применяется преобразование, характерное для сновидения, и одновременно тот же кубик в качестве объемной фигуры может послужить началом цепочки преобразований под воздействием механизмов бодрствующего сознания. Подпространства единого психического пространства возникают либо в результате использования техники непосредственного формирования альтернативных состояний, либо как воспроизведение воспоминаний о них.
Но объемное сознание может быть рассмотрено и как расширенное во времени актуальное настоящее. Актуальное настоящее всегда обладает определенной длительностью, в течение которой существуют связные целостные процессуальные единицы, составленные из разнесенных во времени элементарных восприятий. Объемное сознание расширяет актуальное настоящее на значительные промежутки времени, превращая удаленные во времени события в одновременные.
Но наиболее интересный результат объемное сознание дает при размещении в нем шкалы дифференциации, по которой движется во времени любая развивающаяся система. Развивающаяся система подчиняется вполне определенным законам: движению от исходной высокоэнтропийной недифференцированной целостности ко все более дифференцированным состояниям и, в конечном итоге, к старению и смерти. Для систем, обладающих сознанием или являющимся продуктом деятельности сознания, этот закон приобретает иной вид: развивающаяся система последовательно замещает знание реальности ее изображением, представляющим не только реальность как таковую, но и ее виртуальные варианты. При этом ранние стадии развития представляются насыщенными более глубокими смыслами, большими возможностями и большей энергией, чем более поздние. С другой стороны, поздние стадии дают нам гораздо большие объем и разнообразие знаний и технологий, значительно большую техническую изощренность и жизненный опыт, нежели ранние стадии. Отсюда и противоречия между традиционалистским и прогрессистским подходами в оценке эволюции человеческих сообществ.
Объемное сознание позволяет вместить в одном сознании весь континуум состояний развивающейся системы - от начального недифференцированного состояния до конечного пункта, выявляющего все потенции системы. В качестве такой развивающейся системы могут выступать различные культурные феномены. например, естественные языки, преодолевая, тем самым, деградационные аспекты развития. Такой же системой может стать и психика субъекта, сформировавшего объемное сознание.

5.8. Деклнцентрация и преодоление постмодернистской ментальности.

ДКВ, как и любая иная психотехника (и, шире, любая технология и любой технологический прием) обладает определенным символическим значением. Будучи в каком-то смысле техникой противоестественной, т.е., направленной против хода естественных психологических процессов, она потенциально содержит в себе и противоестественную задачу человека - управление организмическими процессами и организацию контрпроцесса.
Думается, что идея деконцентрации и ее психотехническое оформление не случайно возникли в период господства постмодернизма в искусстве, философии и науковедении. Еще О. Шпенглер отмечал странные соответствия в строении музыки, математики, философии и политической практики, характерные для определенной эпохи. Признание факта таких глобальных соответствий привело к появлению понятия ментальности.
Плоскостная дКВ иллюстрирует на уровне элементарных психотехник ментальность постмодернизма. В самом деле, подобно тому, как для постмодернистской установки все культурные формы и смыслы принципиально равны по своей ценности, независимо от исторической удаленности, культурного происхождения и стоящей за данной культурной формой степени духовной напряженности, для плоскостной дКВ принципиально равны и не обладают никаким преимуществом отдельные чувственные фрагменты поля восприятия независимо от их пространственной удаленности, принадлежности тому или иному предмету или процессу. Постмодернизм - это плоскостная деконцентрация на истории культуры.
Однако техника дКВ содержит в себе и возможность преодоления постмодернистской ментальности. Всего лишь один элемент техники дКВ - введение в качестве элемента поля восприятия третьего пространственного измерения, глубины - обращает плоскостную дКВ в объемную что порождает новую фиксируемую сознанием характеристику объекта - расстояние до него. Место субъекта в пространстве теряет свою исключительность: плоскостная дКВ превращает это место в одно из прочих однородных и равноценных наряду с другими явлениями мест.
Объемная дКВ символизирует нечто прямо противоположное постмодернизму, это уже "антипостмодернизм". Объемная дКВ позволяет войти в мир реально существующих предметов с сохранением их истинных пропорций и градаций. Но при этом преодолевается иллюзорная центральность положения данного, этого, субъекта в мире, символизируемая системой прямой перспективы. Переживания объемной дКВ сродни скорее системе перспективы древней китайской живописи. Китайские пейзажи с их одновременным присутствием в картине разнесенных на огромные расстояния частей ланшафта - гор и лесов - напоминают то восприятие мира, которое остается после опыта глубокой объемной дКВ.
Таким образом, объемная дКВ возвращает плоским следам и отпечаткам культуры статус культурного явления. Крайний отход изображения от реальности, составляющий сущность постмодернизма, сменяется движением изображения в направлении воссоединения с реальностью. Так появляется проект культурного контрпроцесса.
Если плоскостная аудиодеконцентрация разрушает связи во времени, то объемная дКВ, перенесенная на разворачивающийся во времени процесс, позволяет сохранить актуальными как начальную, так и конечную точку этого процесса. Тем самым появляется возможность формирования особого объемного сознания, преодолевающего направленность основного организмического процесса (в том числе и культуре) не путем возврата к какому-нибудь предыдущему состоянию или даже исходной точке, а путем удержания в одном сознании и высокоэнтропийных, высокоэнергетичных и концентрированно смысловых начальных фаз и высокодифференцированных и богатых формальными проявлениями конечных точек процесса. Преодолевается главное противоречие традиционализма - акцент на одном временном срезе. Объемное сознание нейтрализует диктат времени. Прошлое и его смыслы становятся актуальными и существующими здесь и сейчас.
Объединение объемной пространственной и объемной временной дКВ, дКВ-синтез - объемное сознание - создает основу и для осознания Космоса и своего положения в нем как реальности, а не иллюзии, отражающей специфику аппарата восприятия, и для осознание ограничений Космоса, и для принятия факта невидимых реальностей за его пределами.
Введение в такой дКВ-синтез невидимых областей восприятия завершает построение своего рода перцептивного языка, наглядно задающего метафизический контекст и основные составляющие Мира. В самом деле, объемная дКВ представляет нам актуально сосуществущими предметы в их истинной пропорции, представленные в виде перцептивных гештальтов; всеобщую связь, объединяющую Мир в единое целое - фон, как самостоятельную единица восприятия, знак и проекцию materia prima; и небытие, спроецированное на наш перцептивный опыт как поле за пределами восприятия - места, где нет ничего.


Глава 6. Деконцентрация, разрушение целостностей и принцип калейдоскопа.

6.1. Аудиодеконцентрация как инструмент разрушения процессуальных целостностей.

Как явствует уже из первых упражнений по дКВ, деконцентрация является инструментом не только целенаправленного формирования целостностей, но и их разрушения. Это достаточно банально при дКВ по статичному визуальному полю, но при работе с аудиодеконцентрацией извлекается дополнительный урок.
Плоскостная аудиодеконцентрация формирует чрезвычайно специфическое состояние, которое может служить метафорой определенных когнитивных подходов и жизненных стратегий. Звуковое восприятие всегда процессуально и включает в себя восприятие времени. Фигуры, образующиеся в поле звукового восприятия, имеют определенную длительность и их целостность связана с интеграцией отдельных элементов, расположенных во времени, с превращением их в "мелодию". Разрушение этих целостностей во времени разрушает процессуальность восприятия, а следовательно, и причинную связь с предыдущими структурами, вылепленными из "звуковой ткани". Кстати, необязательно из звуковой. Процесс может быть зафиксирован и в визуальном поле. Важен лишь перенос принципа аудиодеконцентрации на визуальное (или какое-либо иное) поле.
ДКВ, примененная к процессу, субъективно его прекращает, превращая разворачивание во времени в одновременное сосуществование. Время не умозрительно, не теоретически, а реально превращается в сознании в измерение пространства. И наоборот, концентративное выделение частей из развернутого в пространстве изображения и последовательный переход от одной части к другой превращает пространство во время, а одновременно сосуществующие в изображении части превращаются в фазы процесса восприятия.
Возможна и "нарезка" процесса на отдельные фрагменты длительности. В этом случае мы не можем говорить о начале и конце процесса. Перед нами набор отдельных самодовлеющих структур, внутри каждой из которых мы не можем обнаружить никаких связей с предыдущими и последующими. ДКВ, примененная к процессу, превращает его в калейдоскоп. 32

6.2. Принцип калейдоскопа.

Поворачивая цилиндр калейдоскопа, мы получаем совершенно новое изображение, никак не связанное с предыдущим. Последовательность калейдоскопических картинок не образует причинно-следственной цепи и не является процессом, к которому применимо понятие целостности. Калейдоскоп - самое чистое отражение идеи суммативности во времени (последующее никак не проистекает из предыдущего). Кроме того, его работа противопоставляет целостность во времени пространственной целостности. Действительно, изменение одного элемента в одном из секторов изображения означает одновременное изменение фрагментов изображения во всех остальных секторах калейдоскопической картинки. Все фрагменты изображения зависят друг от друга, но последующая картинка никак не проистекает из предыдущей. Изменение, происходящее в базовой кучке стекляшек, влечет за собой (за счет ее отражения от зеркальных стенок) мгновенное образование новой целостной симметричной картинки.
Все происходящее, меняющееся во времени есть либо процесс, либо калейдоскоп. В процессе каждая новая фаза (т.е., каждая новая картинка) является следствием предшествовавшей. Потому процесс всегда целостен. В калейдоскопе новая картинка никак не связана с прошлым. Весь объем возможного времени заключен в ней. Картинка калейдоскопа - это вечное настоящее.

6.3. Принцип калейдоскопа как психотерапевтический прием.

Можно сказать, что принятие принципа калейдоскопа, ведет к тому, что в пределах новой конфигурации жизнь начинается с самого начала без всякой связи с предыдущей фазой. Но и то, что следует за текущей конфигурацией никак не связано с ней. Психологически это означает готовность к любому новому развороту событий без своей ответственности за то, что предшествовало ему.
Многие психологические проблемы вплоть до невротических состояний имеют в качестве причины конфликт между ожиданиями и обязательствами прошлого и реальным состоянием в настоящем. Прошлое диктует свои правила настоящему и чем дольше живет человек в непрерывном жизненном процессе, тем больше его решения, действия, оценки и реакции определяются прошлым. Применив принцип калейдоскопа к настоящему, ставшему непереносимым вследствие его зависимости от прошлого, пациент разрывает невротизирующую связь текущей ситуации с прошлым.
Принцип калейдоскопа, применный к жизненным ситуациям противоположен и дополнителен по отношению к принципу воли, из которого проистекает ответственность за принятые ранее решения. Но если он подчинен принципу воли, то может превратиться в эффективный инструмент принятия новых решений.
Принцип калейдоскопа позволяет переопределить ситуацию. То, за что человек отвечал раньше, воспринимается теперь не как причина, приведшая к определенному результату, а как исходная данность. Ничего не изменилось в самой ситуации, но изменилась позиция субъекта внутри ситуации. Это позволяет спокойно принимать рискованные решения без превентивных сожалений о возможных последствиях. Вы можете без опасений поехать в чужой город без денег, ибо та новая конфигурация, с которой вы столкнетесь там, может проистекать из любых других причин - кражи, например, - для новой калейдоскопической конфигурации не имеет никакого значения, какой фрагмент предыдущей ситуации ее породил - ведь "жизнь началась с самого начала".

6.5. Калейдоскопические технологии.

Это состояние "с самого начала" придает последовательности действий в процессе особую безынерционность. Первый акт в процессе всегда самый быстрый - его не тормозит инерция всего предыдущего процессуального массива. Затем связанность с предыдущими этапами, ограничения, накладываемые сложившимися ранее стереотипами, нарастающие ограничение выбора возможностей (все большая специализация траектории в рамках закономерностей основного организмического процесса) начинают тормозить процесс и делают его менее гибким. Прошлое диктует свои правила настоящему и чем дольше живет человек и чем больше становится "объем" его непрерывного жизненного процесса, тем больше его решения, действия, оценки и реакции определяются прошлым. Калейдоскопический подход позволяет сохранить каждое действие как первое, не связанное с предыдущими. На этой основе можно создавать как психо- так и социотехнологии.
К калейдоскопическим психотехнологиям можно отнести техники подавления усталости и монотонии, которые возникают из соотнесенности текущего состояния с предыдущими. В этом случае кратковременные, но интенсивные процедуры деконцентрации, разрывая непрерывность динамики изменения состояния играют роль поворота цилиндра калейдоскопа. Новый психофизиологический паттерн становится исходным пунктом новой динамики состояния до появления очередных признаков усталости или монотонии. Здесь есть сходство с воздействием необычных стимулов, вызывающих ориентировочный рефлекс. Различие - в аутогенном характере производимой процедуры.
В большом объеме современных социотехнологий можно выделить технологии "Большого скачка". Термин "Большой скачок" широко распространился после попытки коммунистического Китая резко увеличить объем производства за относительно короткое время. Предполагалось одновременное приложение усилий множества различных мелких и средних хозяйствующих субъектов для резкого увеличения промышленного производства. Сама попытка не увенчалась в то время успехом, хотя последующие успехи Китая довольно прозрачно соотносятся с этой попыткой.
Технология Большого скачка может быть реализована лишь как ряд прерывных акций такого типа, но не как попытка начать новое непрерывное развитие. В последнем случае провоцируются интенсивные деструктивные процессы. Ряд одновременных усилий Большого скачка ("калейдоскопическая картинка 1") должны сменяться фазой установления новых связей, а затем их новым разрушением в новой "калейдоскопической картинке 2". Только так прерывается разрушительное действие социальной инерции. Управление калейдоскопическим (антипроцессуальным!) развитием требует совершенно иной идеологии управления, основанной на принципе мгновенного изменения набора связей между отдельными управляемыми единицами и центрами управления, а значит, и совершенно иного типа управленческого мышления. Эта тема была бы интересна для локального социально-экономического эксперимента в рамках изолированных экспериментальных социальных структур, но она, конечно, относится к будущему.

7.6. Принцип калейдоскопа как принцип описания синхронизмов.

Калейдоскоп означает и иное кодирование информации - не последовательное а параллельное. Поскольку внутри картинки нет движения, нет процесса, вся содержащаяся в ней информация подается сразу, без развертывания во времени. Картинка исчезает и сменятся другой лишь тогда, когда полностью исчерпывается все, что в ней заключено, причем сразу, и это изменение не порождает новый процесс - нет преемственности между предыдущим и последующим. Цветомузыка процессуальна, абстрактная живопись калейдоскопична.
Смена калейдоскопической картинки иллюстрирует принцип акаузальной синхронистической зависимости. Синхронизмы не описываются в языке причинно-следственных отношений. Здесь не может быть применен логический оператор "если ..., то". Закон достаточного основания во всех его четырех модификациях не работает.
Интересной иллюстрацией применения принципа калейдоскопа к описанию синхронизмов может служить причинная механика А.Н.Козырева. В его текстах дается определение причинно-следственному переходу (ход времени есть переход причины в следствие, при этом причина и следствие разделены пространственным промежутком и временным интервалом). Следовательно, рассмотрение ведется с некоторой метапозиции, надстроенной над законами причинности. Неудивительно, что впоследствии мы сталкиваемся с синхронистической акаузальной зависимостью, которая имплицитно заключалась в предпосылках теории. Значит, над причинно-следственной механикой надстроено иное рассмотрение. И его мы обнаруживаем в понятиях плотности времени и тезиса о мгновенном "появлении" времени во всей Вселенной (подтвержденного экспериментом). Т.е., помимо причинно-следственной механики мира, в нем присутствует еще и сверхкаузальное синхронистическое, построенное по принципу калейдоскопа управление. Здесь мы также сталкиваемся с положениями теории, присутствующими лишь в фоне и неявно определяющими ход мысли. Эти положения эксплицируются через несколько шагов построения теории.
Любое событие в рамках причинно обусловленной вселенной, порождает еще и дополнительный синхронистический результат, который меняет всю калейдоскопическую картинку. Причем синхронистические изменения происходят мгновенно, в то время, как волна обычных изменений докатывается лишь через какое-то время, зависящее от граничной скорости перемещения материальных тел.
Мы описали извне как работает деконцентративное мышление, сочетая в себе операции объемного мышления и приниципа калейдоскопа. Но это описание извне. Для того, чтобы оно стало таким же ясным, как и описание собственно мыслительных актов, необходимо проникнуть внутрь этого процесса, т.е. пройти всю школу дКВ от начальных упражнений до настоящего места в тексте.

7.7. Приницп калейдоскопа как реабилитация редукционизма.

Калейдоскоп является эстетическим оправданием множественного и механического подходов. Эстетическим оправданием, в котором просматривается грядущая реабилитация редукционизма. Современный антиредукционистский крен представляется оправданным и возникает иллюзия, что редукционистский и механистический период в развитии науки представлял ее примитивную и недоразвитую стадию, да и вообще был возможен лишь благодаря специфической дефективности исследователей. Однако редукцонизм возник тогда, когда организованное знание включало в себя и символические и холистические моменты. Еще Коперник мыслит холистически и символически, а Галилей уже использует редукционистский подход. Если бы редукционистский принцип означал только деградацию знания по сравнению со знанием Средних веков и Ренессанса, то трудно было бы представить себе, как в рамках деградации могла бы возникнуть современная организмическая парадигма, захватывающая и физику, и биологию, и психологию, и культурологию.
Редукциониская процедура подобно калейдоскопу или кинематографической ленте расчленяет непрерывный процесс на ряд статичных картинок, умерщвляя процесс. От каждой отдельной картинки возможны произвольные движения в разные стороны, а не только в ту, которая была предопределена живой целостностью процесса. А дальше естественным становится перенос процедуры умервщления и последующего расширения возможностей не только на темпоральные, но на пространственные целостности. Живой организм расчленяется на отдельные части исследовательской процедурой, умерщвляется, собирается заново и начинает использоваться подобно тому как умерщвляется, восстанавливается и начинает эксплуатироваться превращенный в зомби бывший живой человек в магических африканских ритуалах. Тем самым редукционизм начинает использовать силы смерти для получения новых реальностей. Эти реальности лишены жизни и лишь имитируют ее в своих механических подобиях организмов и их частей, но взамен получают разнообразие, недостижимое при использовании одних лишь сил жизни. Сделать подконтрольной смерть - в этом пафос редукционизма, который становится понятным при введении принципа калейдоскопа.



Заключение.

Мы рассмотрели различные применения техники деконцентрации и возможные направления дальнейшей разработки. Вкратце подытожим наши результаты.
ДКВ является инструментом формирования и разрушения целостностей.
ДКВ позволяет вычленять перцептивный фон в качестве самостоятельной единицы. Отсюда следуют направления, связанные с формированием новых процедур мышления и возможности отражения этих процедур в логике и разработка методов выявления слабых и скрытых признаков.
ДКВ позволяет формировать новые целостности из разрозненных фрагментов, используя фон в качестве объекта-связи. Тем самым дКВ становится одним из основных психотехнических инструментов психонетики.
ДКВ позволяет расчленять целостности на отдельные независимые друг от друга фрагменты. Отражающий эту технику принцип калейдоскопа реабилитирует редукционистский подход и находит ему достойное место среди других подходов.
Представляя собой не последовательный перебор элементов, а их одновременное восприятие, дКВ позволяет непосредственно, а не аналитически выявлять синхронизмы, создавая тем самым основы для описания акаузальных синхронистических зависимостей. Одним из видимых использований этого может стать специфическая акаузальная аналитика.
ДКВ является основой разработки проблематики фонового мышления.
Разработка ДКВ позволяет конструктивно поставить задачу формирования объемного сознания.
дКВ имеет свои проекции и на культурную сферу, пресекая постмодернистские претензии на некую итоговую глобальность.
Т.о., дКВ - не только частный психотехнический прием, но и основа отдельной психотехнологической линии.


1 См. работы Гримака "Резервы человеческой психики", М.,Изд-во полит.лит.,1987, и "Моделирование состояний человека в гипнозе", М., 1978.
2 В.И.Белопольский. О механизмах стабильности видимого мира при ограничении поля зрения. В сб. "Движение глаз и зрительное восприятие" под ред. Б.Ф.Ломова, М., "Наука", 1978.
3 Gibson J.J. The perception of visual world. N.Y., 1950.
4 Held R. Exposure-history as a factor in maintaining stability of perception and coordination. J. Ntrv. And Mental Disease, 1961, v.132, p.26 - 32.
5 В.А.Шевченко. Универсальный природный цикл. Киев, "Вища школа", 1992.
6 О.Г.Бахтияров. Постинформационные технологии: Введение в психонетику. Киев, "Экспир", 1997.
7 Здесь ясно видно, что соотношение воли и сознания являются прообразом физикалистской метафоры заряда и вакуума. Подробнее об этом см. в нашей работе "Воля и рефлексия" (готовится к изданию).
8 Одна из трудностей при попытках классификации ИСС связана с тем, что пространство ИСС нельзя упорядочить ни количественно (по той причине, что различия между ними чисто качественные и вообще количественное как таковое является продуктом лишь некоторых состояний сознания), ни геометрически, поскольку не определена ни мерность пространства состояний сознаний, ни его топология. Однако классификация по крайней мере части ИСС может быть произведена генетически, по своему происхождению, как результату действия определенных психотехнических приемов, в частности, различных видов дКВ, в отношении которых уже существуют определенные классификационные схемы.
9 Примером информационной психотехники может служить трагическая история самодеятельной группыв в Санкт-Петербурге, прктиковавшей т.н. Кунта-йогу - концентрацию внимания на специально подобранных абстрактных визуальных символах. При этом символы создавались под определенную задачу вгнутреннего или внешнего свойства. Длительная КВ приводила к формированию специфических состояний, зачастую выходящих за рамки доступного рациональному осознанию. Подробнее см. в: Лебедько В.Е. Хроники российской саньясы: из жизни российских мистиков 1960 - 1990-х. "Тема", СПб,1999.
10 McGhie A., Chapman J. Disoders of attention and perception in early schizophrenia. Brit. J. of Medical Psychol., 1961,v.34, N2, p.103 - 116.
11 См. Л.Я.Балонов. Последовательные образы. Изд-во "Наука", ЛО, Ленинград, 1971.
12 См. О.Андреев. Развитие памяти.
13 Я имею в виду, помимо Кастанеды, Ауробиндо и Гурджиева. Их роднит множество общих черт - и межкультурный статус, и детально разработанная техника внутренней работы, и произвольное обращение с традиционными системами знаний.
14 C. Castaneda. The teaching of Don Juan: A Yaqui way of knowledge. University Of California Press, 1968.
15 C. Castaneda. Tales of Power.
16 См., напр., фундаментальную работу W.Kohler. Die physische gestalten in Ruhe und stazioneren Zustand. Brunswick: Vieweg, 1920.
17 См.Ф.Капра. Дао физики. СПб, "ОРИС", 1994.
18 В.В.Налимов. В поисках иных смыслов. М., "Прогресс", 1993.
19 T.Cleary. The japanese art of war. Understanding the culture of strategy. Shambala. Boston&London. 1992. Русский перевод: Т.Клири. Японское искусство войны. Постижение стратегии. Евразия, СПб, 2000.
20 Цитаты даются по переводу и в соответствие с комментариями Е.П.Островской и В.И.Рудого: Классическая йога ("Йога-сутры" Патанджали и "Вьяса-Бхашья"). М., "Наука", ГРВЛ, 1992.
21 Психология. Словарь. Составитель Л.А.Карпенко, М., Изд-во политической лит., 1990.
22 См. цикл работ Г.А. Смирнова в ежегоднике "Системные исследования" за 1977 - 1980, 1983 и 1989 - 1990 годы, посвященные разработке формальной теории целостностей.
23 R.M.Smullyan. The lady or the tiger?. N.Y., 1982. Русский перевод: Р.М. Смаллиан. Принцесса или тигр? М., "Мир", 1985.
24 Р.М.Смаллиан. Там же. Цит. по русскому переводу, с.32.
25 Г.Смирнов. Там же.
26 К.Г.Юнг. Психологические типы. "Университетская книга" АСТ, М., 1996.
27 Бахтияров К.И.: Блеск парадоксов. Реальность и субъект.2000,т.4,№1-2,с.99 - 101.
28 Бахтияров О.Г. Постинформационные технологии: Введение в психонетику. Киев, "ЭКСПИР", 1997.
29 Дж. Оруэлл. 1984.
30 К.И.Бахтияров: Блеск парадоксов. Реальность и субъект.2000,т.4,№1-2,с.99 - 101; Двухмерная логика: парадоксы. Математика,1998,№10; Трехмерная логика: силлогизмы. Математика, 1998, №19; Стили мышления в логике. Вестник МГУ, сер.7, 2000, №1. Хотелось бы отметить интересный синхронизм - совпадение фамилий авторов, получивших совершенно аналогичные результаты в довольно удаленных друг от друга областях - в психотехнологии и логике, вплоть до использования механизмов синестезий. Причем автор данной работы и К.И Бахтияров не являются ни близкими, ни дальними родственниками, и не были знакомы до 2001 года.
31 В.Агеев, В.Лебедько. Осознание. Мастерство. Психотерапия?. 1999, без выходных данных.
32 См. Приложение 1: Дм. Бондаренко "Калейдоскоп".
---------------

------------------------------------------------------------

---------------

------------------------------------------------------------

1


1



<< Предыдущая

стр. 3
(из 3 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ