<< Предыдущая

стр. 18
(из 23 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

процесс, меняется и смысл самого понятия «информация». В виду все более углубляющейся дифференциации
кибернетических дисциплин, здесь тем более необходима единая система понятий.
Как отмечает С.Т. Мелюхин, информация – «сторона любого взаимодействия», но связанная с рядом осо-
бенностей (прежде всего, с кодированием), она проявляется по-разному и лишь в определенных условиях.
«Информация – это такое свойство материи, которое проявляет себя лишь в определенных частях взаимодейст-
вий», т.е. в отличие от атрибута отражения, проявляющегося в любом взаимодействии, с информацией дело
обстоит иначе. Следовательно, нужно очертить границы ее способа существования, в частности выявить отли-
чие информации от структуры, организации, упорядоченности, негэнтропии и прочим (с которыми она нередко
отождествляется). Отождествляют информацию с содержанием отражения. Необходимо определение информа-
ционной ситуации, которая могла бы представить комплексную структуру всего поля функционирования ин-
формации. Только тогда, продолжая понимать информацию как свойство материи, можно было бы говорить об
установленных четких границах применимости понятия «информация» к анализу определенных сторон любого
процесса и любого объекта. При этом речь должна идти, прежде всего, об объективной основе информации, об
исходном пункте, с которого можно начать построение теоретической модели, характеризующей способ суще-
ствования информации и его границы.
Представляя собой нечто качественно своеобразное, информация должна быть, по-видимому, своеобразно
обусловлена. На основе теории отражения информация признается «разнообразием» лишь ограниченным, от-
раженным и притом отраженным упорядоченно. Это помогает раскрыть особенный источник возникновения,
передачи и преобразования информации, т.е. выявить, помимо общей (наиболее глубокой), ее непосредствен-
ную основу. Условия такого выведения и должны определить структуру понятия информационной ситуации, а
последняя может оказать влияние на всю систему исходных понятий кибернетики.
Таким образом, содержание понятия информации есть как бы конечный пункт, в котором должны сойтись
три направления:
1) анализ истории развития этого научного понятия;
2) обобщение связанных с ним научных дисциплин таких, как теория алгоритмов, теория игр, теория ко-
дирования, программирование и т.д.;
3) методологический анализ, раскрывающий непосредственную основу информации. Эта основа пред-
ставляет собой то главное, из чего могут быть логически выведены различные аспекты, а установлено, что,
сколько бы аспектов информации ни перечислял тот или иной автор, содержание понятия информации не будет
ограничиваться только этими аспектами.
Нельзя не отметить главные из них: функциональный и аспект разнообразия. Понятие информации с само-
го начала было (и остается сегодня) «открытым», обнаруживает все больше тенденций к дальнейшему разви-
тию, дифференциации и т.д. Представляется рациональным исходить при этом не из противопоставления, а из
синтеза тех моментов, на которые делается упор в концепции разнообразия и функциональной концепции, рас-
сматривать их не как самодовлеющие, а как моменты более богатого, многостороннего единства, в основе ко-
торого лежит идея отражения. Не подлежит сомнению, что теория отражения должна выступать основой всех
научных концепций информации, их связующим звеном и критерием их оценки.
Исходным следует считать тот аспект отражения, который делает возможным понимание отражения как
свойства, зависящего от уровня развития материальных систем и представляющего собою продукт этого разви-
тия. Эта зависимость проявляется в том, что ощущение, например, «в ясно выраженной форме... связано только
с высшими формами материи (органическая материя)». По отношению к любому свойству, выступающему как
«продукт» исторического развития материальных систем, одним из важнейших является положение, что «сис-
тема–носитель» этого свойства содержит в себе определяющую ее функции связь с теми условиями, в которых
она формировалась, и с законами того вида, к которому она принадлежит. Так в деятельности мозга человека
как бы принимает участие вся предыстория развития нервной системы. Мозг – высший продукт развития мате-
рии, а сознание – продукт мозга (продукт продукта), так что функционирование взаимодействующих систем
осуществляется путем постоянных переходов процесса в продукт и обратно – продукта в процесс (дробность
таких переходов неисчерпаема). То, что на стороне процесса выступает в динамике и может быть зарегистриро-
вано во времени, на стороне продукта обнаруживается в виде покоящегося свойства. Актуализация накоплен-
ных структурных изменений является внутренним источником динамизма системы, ее развития и поведения на
любых уровнях организации. Поэтому функциональный аспект отражения при его правильном понимании до-
казывает всеобщность информации. В связи с этим подлинно рациональное понимание «функциональной»
концепции возможно лишь при рассмотрении ее в рамках более общей концепции разнообразия.
Структурные изменения в какой-либо информационной системе могут носить и такой характер, что всякая
информация в ней уничтожается. Таковы изменения, происходящие в системе под влиянием очень сильных
воздействий, разрушающих структуру (что доказывает определенную зависимость информации от энергии).
Следует подчеркнуть «оптимальное» количество энергии, благодаря которому сигнал только и является ин-
формационным воздействием, отличаясь от разрушающих воздействий и от слабых, подпороговых (воздейст-
вий, не оказывающих никакого влияния, либо вызывающих лишь такие изменения, которые исчезают после
прекращения взаимодействия, вызвавшего их, и существуют лишь, пока действует вызвавшая их причина). Ис-
ходным в понимании оптимальности формы является оптимальность воздействия. Возможность передачи ин-
формации ограничена определенным диапазоном значений соотношения количеств энергии внешнего воздей-
ствия и внутренней энергии системы. Этот диапазон можно назвать динамической мерой взаимодействия. Ин-
формационным его выражением может служить наличие в системе определенных кодов, алгоритмов, программ,
в соответствии с которыми производится структурирование информационных потоков.
Структурообразование или изменение структуры необходимо связано с таким всеобщим свойством мате-
рии, как отражение, и обратно в любом процессе структурообразования мы находим характерные черты отра-
жения, воспроизведения вновь возникающей структурой основных закономерностей тех уже существующих
структур, на основе которых она возникает. Это одновременно и сообщенное движение и сообщенная инфор-
мация. Как отмечают Тюхтин и Пономарев, «процесс взаимодействия, переходя в продукт, как бы запечатлева-
ется во внутренней структуре компонента, которая затем проявляется в новых взаимодействиях в той мере, ко-
торая вызывается характером внешнего воздействия... В ходе развития внутренняя структура компонента как
бы впитывает в себя внешнюю структуру взаимодействующей системы (явление интериоризации), подготавли-
вая тем самым качественно новый этап развития, начинающийся с преобразования способа взаимодействия».
Роль структуры проявляется в процессе ее активного, избирательного, направляющего влияния на харак-
тер и ход последующих взаимодействий – как информационная причина. По Б.С. Украинцеву, действие инфор-
мационной причины заключается в том, что она отклоняет как бы несколько «в сторону» процесс физического
причинения в смысле «перехода системы от одной физической причинной цепи к другой физической причин-
ной цепи». Неправильно было бы ограничивать возможность отклонения только кибернетическими системами.
Нельзя не вспомнить о том значении, которое еще Эпикур придавал отклонению от прямолинейного движения
как свойству, присущему бесконечно многообразным материальным атомам. Статистические трактовки многих
законов учитывают их реализацию через ряд отклонений и приняты во многих разделах современной науки.
Информационная модификация механизма случайности предполагает, согласно Украинцеву, функциональный
инвариант «выбора» возможностей, по существу родственный цели. И хотя утверждается, что «информацион-
ное воздействие так или иначе должно иметь физическую сторону, быть некоторым образом физическим воз-
действием», однако автор тут же налагает на него чисто кибернетические ограничения, вводимые в плане по-
строения функциональной концепции. Поэтому необходимо вкратце рассмотреть, как относится последняя к
концепции «разнообразия».
Предметом дискуссии считается вопрос о том, распространяется ли понятие информации на все отража-
тельные процессы или связано только с отражением системой управления определенных воздействий в том
диапазоне условий, в котором такая (кибернетическая) система существует. Фактически речь идет о философ-
ском осмыслении соотношения понятия информации не только с управлением, но с целым рядом понятий ки-
бернетики, поскольку смысл «управления» и «кибернетической системы» раскрывается системой кибернетиче-
ских понятий (и принципов). При этом обнаруживается, что целью кибернетики не является изучение только
управления как чего-то самодовлеющего, к чему можно было бы свести все ее содержание. В той части, напри-
мер, в какой кибернетика с ее информационным подходом затрагивает диалектический принцип развития, она
утверждает о существовании информационных критериев, обеспечивающих как сохранение качественной оп-
ределенности, так и тенденцию изменения в сторону повышения уровня организации, достигаемого также на
основе информационных процессов. Причем для сложных динамических систем именно информационные кри-
терии выделяются как основные. Противоположная тенденция нарушения порядка в системе оценивается ме-
рой дезорганизации, энтропией. В результате постулируется в той или иной форме принцип противоположно-
сти информации и энтропии: информация ответственна за организацию, упорядоченность и противоположна
энтропии, имеет «антиэнтропийный» характер (по крайней мере, в тех процессах, где она используется актив-
ным образом).
Однако все эти связанные с «информацией» понятия (упорядоченность, организованность, мера, измере-
ние, энтропия) оказываются всеобщими и в этом смысле каких-либо ограничений на понятие информации не
налагают. То же справедливо для используемых в теории информации понятий «выбор», «неопределенность»,
«вероятность», «состояние», «событие» (изменение) и др. Ограничения связаны с другим принципом, в соот-
ветствии с которым кибернетика, не высказываясь о нем прямо, формирует свое поле исследований. Беря в ос-
нову анализа этот принцип, «функциональная» концепция информации философски обосновывает необходи-
мость исследования информации лишь в тех системах, где последняя тем или иным образом функционирует и
может быть использована. Поскольку ни управление, ни регулирование, никакая вообще целесообразная орга-
низация системы, функциональная активность и т.п. без информации невозможны, а в прикладных разделах ки-
бернетики ставится задача их моделирования, то должна быть изучена, прежде всего, информация как объектив-
ное явление, лежащее в их основе. При этом целесообразно выбирать для изучения именно проявления наиболее
значимой, ведущей, определяющей роли информации, какую только можно выявить в любой системе. Ориента-
ция на «управление», на достижение максимально полезного эффекта, точность регулирования, целесообраз-
ность структуры и прочие требует принятия за основу принципа «максимизации роли информации», при кото-
рой вне управления (или регулирования) «нет смысла говорить об информации». Вне рассмотрения при этом
остаются все процессы, в которых роль информации не достигает необходимой силы.
Обычно под функциональной концепцией понимается лишь крайнее выражение такого взгляда: внекибер-
нетический «остаток» информационных процессов лишен объективного существования. Поскольку о «нали-
чии» информации можно судить лишь по ее роли, функциональная концепция отстаивает тезис, что и в онтоло-
гическом смысле не может быть информации вне управления, регулирования и т.д. Утверждается, что в нежи-
вой природе информация практически отсутствует (уточнение, заключающееся в том, что отсутствует лишь
«ценная» информация, играющая сколько-нибудь важную роль, – вело бы к «атрибутивной» концепции, и по-
тому оно игнорируется).
Циклы информационных процессов исторически сформировались лишь в качестве средства поддержания
достаточно сложной, биологической организации; до ее возникновения в них просто «не было необходимо-
сти». В разных вариантах эти утверждения отстаивают Г.Г. Вдовиченко, Д.И. Дубровский, Н.И. Жуков, А.И.
Китов, А.М. Коршунов, Б.С. Украинцев, Т.Д. Павлов, М. Янков и ряд других авторов, определяющих информа-
цию как функциональное свойство сложных динамических систем, свойство управления. Здесь роль информа-
ции в управлении оказывается жестко закрепленной за информацией вообще, которой приписывается «целесо-
образность», свойственная лишь организованным системам. При этом информация, поскольку эта роль припи-
сывается ей «самой», отрывается от других понятий кибернетики, делает как бы излишними понятия «код»,
«программа», «алгоритм» и другие, а последнее даже источником «механизма», приписываемого как специали-
стам по технической кибернетике, так и биологам, философам.
Напротив, концепция разнообразия ставит своей целью исследование информации по любым признакам,
по которым последняя может быть обнаружена в некоторой системе любой природы. Сознавая невозможность
кибернетического исследования таких процессов, в которых роль информации весьма недостаточна для осуще-
ствления управления, последним все-таки придается определенное научное значение для установления всего
поля проявлений информации. В соответствии с этим теоретико-информационный подход выделяется из ки-
бернетического с целью его самостоятельного изучения, устанавливается максимально полный спектр призна-
ков, характеризующих информацию, и намечаются подходы к выработке критериев, по которым возможно ус-
тановить среди всех классов взаимодействия те, в которых обнаруживается тот или иной признак. Поскольку
эта концепция шире предыдущей (последняя включается в нее как частный случай), ее иногда неправильно ха-
рактеризуют как «атрибутивную». Между тем информация рассматривается как свойство материи, проявляю-
щееся лишь в определенных классах взаимодействий. Это позволяет ставить задачу определения точных границ
ее области существования и соответственно области значения понятия «информация», а также выделять раз-
личные уровни информационных процессов.
С другой стороны, коренное отличие неорганической природы от органической может не означать отсут-
ствия элементов и процессов авторегуляции, информации, управления, а лишь то, что соответствующие эле-
менты и процессы не связаны здесь в единое целое, проявляются в более элементарных формах, в связи с чем
их обнаружение и исследование представляет гораздо большую гносеологическую сложность (подобно иссле-
дованию низших форм отражения). Сторонники этой концепции видят свою задачу в обосновании неразрывной
связи информации и отражения, информации и разнообразия (Н.М. Амосов, Б.В. Бирюков, В.М. Глушков, Е.С.
Геллер, Д.А. Гущин, С.Т. Мелюхин, В.Д. Морозов, И.Б. Новик, В.В. Парин, А.Д. Урсуп, И. Земан и др.). Они
признают, что хотя «методологически идея всеобщности информационных процессов убедительно обоснована,
следует в то же время отметить, что конкретная естественно-научная разработка проявлений информационных
процессов в неорганической природе еще весьма слаба. Условием ее развития служит выяснение роли и специ-
фики информации в физических процессах...». Речь идет именно о роли информации, поскольку функциональ-
ная, т.е. отличающаяся от вещественной и энергетической, и в каком-то смысле вторичная, «производная» от
них природа информации выражается также в том, что, обнаруживая ее роль, мы не можем обнаружить «в чис-
том виде» информацию как таковую, исследовать ее эмпирически, подвергнуть физическому эксперименту.
Подобно исследованию, например, производственных отношений, которые также необнаружимы в виде какого-
либо «физического объекта» (но от этого отнюдь не теряют такие свои качества, как объективность и матери-
альность), информация сама по себе необнаружима пространственно и потому проблемы ее локализации, ее
формы могут быть решены лишь при учете того, что «информация имеет значение не сама по себе, а через
«свое другое» – организацию. Анализ способов существования, преобразования и выражения информации (хотя
ее роль признается лишь обусловливающей, а не определяющей) – исследование информации как в аспекте фор-
мы, так и содержания, является той объективной необходимостью, которая выступает гносеологическим инва-
риантом для обеих концепций. Она приводит к тому, что сторонники концепций признают, что для субъекта
органическая и неорганическая природа выступает основой «потенциальной» информации, а общество и тех-
ника – «актуальной». В обоих случаях признается, что техника как таковая, без человека, выступает основой
лишь потенциальной информации «для себя» (взаимодействие технических, кибернетических систем всегда
опосредуется человеком), а живая природа, напротив, сама себя снабжает «актуальной» информацией, т.е. в
актуальном плане выступает как совокупность взаимодействующих информационных систем. Наконец в гно-
сеологическом аспекте понятие информации в обеих концепциях выражает как объективно-реальное, не зави-
сящее от субъекта свойство объектов природы и общества с его техникой, так и реальное свойство познания,
мышления, носителем которых является субъект. Естественно, что в настоящее время нельзя дать однозначного
ответа на вопрос, является ли неорганическая природа источником информации «для себя» (подобно органиче-
ской природе и человеческому обществу) или не является (подобно техническим системам «искусственной»
неорганической природы). Однако уже сейчас можно заключить, что вопрос о диапазоне изменений роли ин-
формации является одним из важнейших и непосредственно обусловливается характером системы. Лишь в
«живой природе и человеческом обществе... роль информации становится не только существенной, но и опре-
деляющей в отличие от неживой природы, где информационное взаимодействие не идет ни в какое сравнение с
вещественным и энергетическим».
Таким образом, роль информации в системе определяется системой, а не принадлежит самой информации.
Например:
1) в системах управления информация при всей ее огромной значимости есть все-таки явление подчинен-
ное, зависимое по отношению к управлению;
2) отличие друг от друга различных видов информации (информационных процессов) настолько сущест-
венно, что может выступать в качестве критерия развития (высоты организации) материальных систем;
3) исходя из единой (универсальной) основы информации, следует раскрыть иерархию ее основ, посколь-
ку несомненно, что материя является основой взаимодействия, последнее – основой отражения, а отражение
должно являться основой информации;
4) последнее не составляет в логическом плане препятствия к тому, чтобы трактовать информацию как
«всеобщее», но вовсе не превращает информацию в «атрибут».
В настоящее время в кибернетике исходным моментом при определении данного понятия является по-
строение идеализированной модели какого-либо реального информационного процесса достаточно распростра-
ненного, освоенного в технике коммуникаций, а также допускающего формальное описание. Таким требовани-
ям отвечает, прежде всего, элементарный процесс типа «передача–прием».
Сложное взаимодействие между системами может включать такие последовательные этапы и моменты,
как передача, преобразование, накопление, кодирование, декодирование, использование или хранение инфор-
мации и т.д., но может сводиться лишь к нескольким (или даже к одному из них), когда в силу объективных
условий отсутствуют все остальные. В этом случае мы имеем дело с отдельным «элементарным» информаци-
онным процессом (например, передача информации или ее прием, или накопление и т.д.). При соответствую-
щих условиях каждый такой элементарный процесс становится компонентом более сложного информационно-
го процесса, поэтому с точки зрения системного подхода в качестве исходного понятия информационного про-
цесса следует выбрать такое, которое отражает всю совокупность подобных операций (преобразований) ин-
формации.
Очевидно, такое понятие информационного процесса позволяет выделить не только элементарные опера-
ции и преобразования (по А.И. Вергу, И.Б. Новику и другим, каждое из них определяется как информационный
процесс) и не только полные «циклы» преобразований информации (Д.И. Дубровский), но также промежуточ-
ные по степени сложности, составу и разновидности информационных процессов, которые могут быть класси-
фицированы по этим признакам. Кроме того, хотя информационная сторона взаимодействия имеет сложную
структуру, она не исчерпывает всего содержания взаимодействия.
Приведенное выше понятие информационного процесса следует трактовать как отражающее лишь одну
определенную сторону – в данном отношении наиболее существенную – реальных явлений и процессов, вы-
ступающих в других отношениях как процессы преобразования энергии и неотделимых от нее процессов изме-
нения вещественного (точнее говоря, вещественно-полевого) субстрата. Информационная сторона, плоскость,
или «срез» этих явлений действительности как раз и определяется специальным понятием «информационные
процессы», которое выделяет лишь один аспект изучения, специфический для кибернетики и вместе с тем рас-
ширяющий наше представление о действительности. Особенность рассматриваемого понятия состоит в том,
что оно является чисто функциональным в смысле принятого в кибернетике типа абстрагирования.
Информация выступает действительно как процесс, хотя речь идет, конечно, не обо всех сторонах процес-
са, а только об одной их стороне или свойстве. По отношению к субстрату, субстанциальной стороне, любая
другая сторона выступает как «свойство». Само понятие «субстрат» означает «носитель» некоторых свойств.
Последнее определяют в этих случаях «как свойство материальных объектов и процессов порождать, переда-
вать и сохранять многообразие состояний, которое посредством той или иной формы отражения может быть
передано от одного объекта к другому и запечатлено в его структуре». Очевидно, что это свойство связано с
отражением. Это исходное общее представление об информации, в котором исследуемый «предмет» берется
пока еще как нерасчлененное целое, без раскрытия его внутренней сложности, но уже здесь выделяется его
связь с важнейшей гносеологической категорией. Роль, которую выполняет при этом понятие отражения, мож-
но пояснить следующим образом. Кибернетическая трактовка информации, по В.С. Тюхтину и В.П. Смирнову,
представляет по существу «перевод» понятия об отображении и отражательных процессах. При этом информа-
ции соответствует содержание отражения (в той части, в какой информация охватывает меру относительного
разнообразия и сложности отображаемых объектов, т.е. далеко не все содержание отражения, а лишь его опре-
деленная характеристика, одна из черт). Сигналу соответствует способ существования и выражения содержа-
ния, т.е. форма отражения, иначе говоря, такие аспекты отражения, как содержание и форма выступают здесь
на первый план.
Логика развития понятий «информация» и «информационный процесс» (от исходной идеализации к сис-
темному пониманию процессов информации и далее к интерпретации этого понятия на область реальных про-
цессов) приводит к переходу задачи определения этого понятия в область методологического исследования и
философского анализа. Поскольку в любой науке определение понятия состоит в подведении его под более общее
понятие, последнее иногда приходится искать за пределами этой науки. Понятия же «информация», «код», «сиг-
нал» и другие находятся на вершине иерархической категориальной системы кибернетики, и к ним в конечном
счете сводятся все остальные понятия этой науки. Определение таких понятий представляет методологическую
задачу, задачу метатеории. Поэтому, определяя эти понятия, общая теоретическая кибернетика выполняет роль
«своей собственной» метатеории. Соотношение теории, метатеории, логических основ кибернетики и ее фило-
софских вопросов отличается своеобразием, заключающимся, прежде всего, в их взаимопроникновении.
Для всех информационных процессов характерна общая закономерность, обусловливающая, по-видимому,
саму возможность преобразований информации, которая состоит в том, что «вещественная» форма (как ее час-
то называют), или субстанциальная (в данном случае зависящая от физической природы сигнала) форма, «не
слита органически с его информационным содержанием» ни в одном из процессов, исследуемых различными
разделами кибернетики. Не целостная слитность формы и содержания, если она лежит в основе динамики ин-
формации, может рассматриваться как наиболее своеобразный момент в информационных процессах. Форма и
содержание, каковы бы они ни были, должны составлять неразрывное единство. В действительности информа-
ционное содержание «органически слито» именно с «вещественной» (субстанциальной) основой и лишь в силу
этого наделено некоторой формой. Попытка исследовать вопрос не в плане субстанциальной, а «информацион-
ной» формы, которая должна составлять неразрывное единство со своим (информационным) содержанием, не
достигает цели, если не учитывать диалектику тождества и различия этой формы и субстанциальной основы.
Соотношение информации и формы специфично, и аспект формы, составляющий способ существования ин-
формации, пока окончательно не выяснен. Однако возможность передачи одной и той же информации различ-
ными сигналами фактически означает, что она должна содержать их инварианты. Например, в теории вычисли-
тельных машин формой называют математическое выражение, содержащее «переменные».
Информация с точки зрения ее использования – не что иное, как «результативность» (активность) отраже-
ния. Предшествуя своему следствию, информация сама выступает в роли следствия прошлых событий. По Б.С.
Украинцеву, определяющим в информационном взаимодействии является содержание информации, т.е. ото-
бражение самоуправляемой системой внешнего мира и собственного состояния в момент ее физического взаи-

<< Предыдущая

стр. 18
(из 23 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>