<< Предыдущая

стр. 42
(из 73 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

материках.1 Но д-р Гюнтер недавно показал, что Galaxias attenuatus населяет Тасманию, Новую Зеландию, Фолклендские острова и материк
Южной Америки. Это — замечательный случай, который, вероятно,
указывает на расселение из антарктического центра в какой-то прежний
теплый период. Однако этот случай становится до некоторой степени ме-

Пресноводные формы
341




.нее удивительным вследствие того, что виды этого рода обладают способностью каким-то неизвестным образом пересекать значительные пространства открытого океана; так, один из этих видов является общим для Новой
Зеландии и Фолклендских островов, хотя они разделены расстоянием приблизительно в 230 миль.1 В пределах одного и того же материка пресноводные рыбы часто бывают распространены хотя и широко, но вместе с тем
причудливо; так, в двух рядом лежащих речных системах одни виды могут
быть те же, другие же совершенно различные. Вероятно, они иногда
переносятся при помощи так называемых случайных способов. Так, рыбы
еще в живом состоянии не очень редко переносятся в отдаленные пункты
вихрями, и известно, что рыбья икра сохраняет свою жизнеспособность
еще много времени спустя после того, как она вынута из воды. Однако
расселение пресноводных рыб может быть приписано преимущественно
колебаниям уровня суши в течение последнего геологического периода,
что вызвало соединение одних рек с другими. Кроме того, такие случаи
бывают во время наводнений и без всякого колебания уровня.2 Большая
разница между рыбами с противоположных сторон большей части непрерывных горных цепей, существование которых могло, следовательно,
издавна предотвратить соединение речных систем той и другой стороны,
приводит к тому же заключению. Некоторые пресноводные рыбы относятся к очень древним формам, и в таких случаях было достаточно времени
для обширных географических перемен, а следовательно, и достаточно
времени и средств для многочисленных миграций, кроме того, различные
соображения привели недавно д-ра Гюнтера к заключению, что у рыб одни
и те же формы сохраняются весьма долго.3 Морская рыба при некотором
старании может быть постепенно приучена к жизни в пресной воде; а, согласно Валансьену (Valenciennes), едва ли есть хоть одна группа рыб, все
члены которой живут только в пресной воде, вследствие чего морской вид,
принадлежащий к пресноводной группе, может странствовать на большое
расстояние вдоль берега моря и, вероятно, может без большой трудности адаптироваться к пресным водам отдаленной страны.
Некоторые виды пресноводных моллюсков имеют очень обширное распространение, и преобладающими на земном шаре являются близкие виды,
которые, по нашей теории, произошли от общего родителя и должны были
расселиться из одной коренной области. Распространение этих моллюсков
сначала весьма смущало меня, так как едва ли вероятно, чтобы их яйца
могли быть переносимы птицами, и к тому же как яйца, так и зрелые особи
немедленно погибают в морской воде. Я не мог даже понять, каким образом некоторые натурализованные виды успели быстро распространиться
по стране. Но два наблюдения, сделанные мною, — а много других несомненно еще предстоит сделать, — проливают некоторый свет на этот вопрос. Когда утки внезапно подымаются из воды в пруду, покрытой ряской,
эти маленькие растения, как я заметил два раза, пристают к их спинкам;
и мне случилось, перенося ряску из одного аквариума в другой, без всякого намерения с моей стороны развести в одном аквариуме пресноводных
моллюсков из другого. Но другой способ, быть может, является более
действенным; я погрузил ноги утки в аквариум, где было очень много яиц

342 Географическое распространение
пресноводных моллюсков, и нашел, что некоторое количество крайне мелких и только что выведшихся моллюсков прилепилось к ногам и укрепилось на них так прочно, что после извлечения из воды их нельзя было
стряхнуть, хотя по достижении несколько более старшего возраста они
отпадали совершенно свободно. Такие только что выведшиеся моллюски,
будучи по природе водными животными, жили на ногах утки во влажной
атмосфере от 12 до 20 часов; в течение этого времени утка или цапля может
пролететь по крайней мере 600 или 700 миль, и, перенесенная ветром через
море на океанический остров или в какой-нибудь другой отдаленный пункт,
она непременно опустится на какой-нибудь водоем или речку. Сэр Чарлз
Лайелль сообщил мне, что Dytiscus был пойман с крепко приставшей
к нему Ancylus (похожая на блюдечко пресноводная ракушка), а другой
водяной жук из того же самого семейства, Colymbetes, однажды залетел
на «Бигль», находившийся на расстоянии 45 миль от ближайшей суши, и
никто не может сказать, как далеко он мог бы пронестись при благоприятном ветре.
Относительно растений уже давно известно, какие огромные области
занимают многие пресноводные и даже болотные виды как на материках,
так и на наиболее отдаленных океанических островах. По Альфонсу Декандолю, это особенно резко выражено в тех больших группах наземных
растений, в которых имеется очень немного видов, обитающих в воде,
потому что последние как будто именно по этой причине немедленно же
занимают обширную область. Я думаю, что это объясняется благоприятными способами расселения. Ранее я уже упоминал, что небольшое количество земли иногда пристает к ногам и клювам птиц. Голенастые птицы,
посещающие илистые окраины водоемов, если их неожиданно вспугнуть,
по всей вероятности, вымажут ноги в иле. Птицы этого отряда странствуют
более других и иногда встречаются на крайне отдаленных и бесплодных
островах среди открытого океана; притом они едва ли опускаются на морскую поверхность и не могут поэтому смыть приставшую к их ногам грязь;
достигнув же суши, они, наверное, отправляются в свои естественные пресноводные убежища. Я не думаю, чтобы ботаники имели ясное представление о том, насколько ил водоемов богат семенами; я произвел несколько
небольших опытов, но здесь сообщу о наиболее поразительном случае:
в феврале я взял три столовые ложки ила под водой с трех разных мест на
берегу небольшого водоема; будучи высушен, этот ил весил б8^ унций;
в продолжение шести месяцев я сохранял его под колпаком в моем рабочем кабинете, срывая и отсчитывая каждое прорастающее растеньице; растения были разных видов, и в общем число их достигло 537; и это в липком
иле, который весь уместился в чайной чашке! Принимая во внимание эти
факты, я думаю, было бы совершенно необъяснимо, если бы водоплавающие птицы не разносили семена пресноводных растений по прудам и речкам, расположенным в очень отдаленных друг от друга пунктах. Те же
самые факторы могут играть роль и в переносе яиц некоторых мелких
пресноводных животных.
Принимали участие, вероятно, также и другие, еще неизвестные факторы. Я уже указывал, что пресноводные рыбы поедают семена некоторых

343
Об обитателях океанических островов



растений, но выбрасывают назад многие другие, после того как проглотили
их; даже мелкие рыбы заглатывают семена среднего размера, как например желтой кувшинки и Potamogeton. Цапля и другие птицы столетие за
столетием ежедневно едят рыб; затем они поднимаются и перелетают на
другие воды или переносятся ветром через море; но мы видели, что семена
сохраняют способность к прорастанию, будучи выброшены даже много
часов спустя в погадках или экскрементах. Когда я увидел большой размер семян великолепной водяной лилии Nelumbium и вспомнил замечание Альфонса Декандоля о распространении этого растения, я подумал,
что способы его расселения должны остаться необъяснимыми; но Одюбон
(Auduboii) утверждает, что находил семена большой южной водяной лилии
(вероятно, по мнению д-ра Хукера, N. luteum) в желудке цапли. Так как
эта птица должна часто перелетать с туго набитым желудком на отдаленные
водоемы и потом приниматься за сытный рыбный стол, то по аналогии я думаю, что она может выбрасывать с погадкой и способные к прорастанию
семена.
Рассматривая эти различные способы распространения, надо помнить,
что когда пруд или речка только что образуются, например на поднимающемся островке, они еще никем не заняты, и успешное развитие даже единственного семени или яйца весьма вероятно. Хотя борьба за жизнь всегда
происходит между обитателями одного и того же водоема, как бы мал он
ни был, однако число видов даже хорошо населенного водоема невелико
сравнительно с количеством видов, живущих на соответствующей площади суши, и потому конкуренция между ними, вероятно, менее упорна,
чем между наземными видами; следовательно, для мигранта из вод чужой
страны вероятность приобретения нового места больше, чем для наземных
колонистов. Мы должны помнить, что многие пресноводные формы занимают низкое место в системе природы, и у нас есть основание думать, что
такие существа модифицируются медленнее высших, что дает время для
расселения водных видов. Кроме того, мы не должны забывать вероятность того, что многие пресноводные формы прежде были непрерывно распространены по огромным площадям, но потом вымерли в промежуточных
пунктах. Однако широкое распространение пресноводных растений и
низших животных, будут ли они представлены одной идентичной формой
или несколькими слегка модифицированными формами, очевидно, зависит главным образом от широкого рассеивания их семян и яиц животными,
по преимуществу пресноводными птицами, которые, обладая большими
летательными способностями, естественно, странствуют от одного водоема
к другому.4
Об обитателях океанических островов
Мы подходим теперь к последней из трех категорий фактов, которые
я выбрал как представляющие наибольшие трудности в вопросе о распространении организмов, при допущении, что не только все особи одного вида
мигрировали из одной области, но что близкие виды, хотя бы ныне живу-

344 Географическое распространение
щие в очень отдаленных друг от друга пунктах, произошли из одной
области — родины их отдаленных предков. Я уже привел те основания,
по которым я не верю, что в течение периода существования нынешних
видов материки достигали таких огромных размеров, что все множество»
островов нескольких океанов могло быть заселено современными наземными обитателями. Это воззрение устраняет многие трудности, но не согласуется со всеми фактами, касающимися островных форм. В следующих
замечаниях я не стану исключительно останавливаться на вопросе распространения, но разберу несколько других случаев, имеющих отношение
к выяснению истинности двух теорий: независимого творения и общности
происхождения, сопровождаемого модификацией.
Различные виды, населяющие океанические острова, немногочисленны
по сравнению с видами, занимающими равную площадь на континенте;
Альфонс Декандоль принимает это для растений, Вулластон — для насекомых. Новая Зеландия, например, с ее высокими горами и разнообразными местообитаниями, простирающаяся на расстояние свыше 780 миль
по широте, включая сюда острова Фолклендские, Кемпбелл и Чатем, имеет
вместе с этими островами всего 960 видов цветковых растений; если мы
сравним это скромное число с огромным числом видов, произрастающих
на такой же площади в юго-западной Австралии или на мысе Доброй Надежды, то мы должны допустить, что столь большая разница в числе объясняется какой-то причиной, не зависящей от разницы в физических условиях. Даже однообразное графство Кембриджское имеет 847 растений,
а небольшой остров Энглези — 764; но в эти числа включено несколькопапоротников и натурализованных растений, и сравнение не совсем правильно также и в некоторых других отношениях. У нас есть данные, что
пустынный остров Вознесения первоначально имел менее полудюжины
цветковых растений; в настоящее время многие виды натурализовались.
на нем, как и на Новой Зеландии и на всех остальных упомянутых выше
океанических островах. Есть основание думать, что на острове Святой
Елены натурализованные растения и животные почти или совершенно
истребили многие местные формы. Тот, кто принимает учение о сотворении
каждого отдельного вида, должен также принять, что для океанических
островов не было сотворено достаточное число наилучшим образом адаптированных растений и животных, потому что человек непреднамеренно
населял их гораздо полнее и лучше, чем это сделала природа.
Хотя общее число видов на океанических островах невелико, процент
эндемичных форм (т. е. не встречающихся нигде более на земном шаре)
часто бывает очень большим. В истинности этого мы убедимся, сравнив для
примера количество эндемичных наземных моллюсков на Мадейре или эндемичных птиц на Галапагосском архипелаге с количеством их на любом
материке, а затем сравним площадь острова с площадью материка. Этого
можно было ожидать и на основании теоретических соображений, потому
что, как уже было объяснено, виды, случайно попадающие через большиепромежутки времени в новые изолированные области и вместе с тем вступающие в конкуренцию с новыми видами и их отношениями, будут особенно подвержены модификации и во многих случаях образуют группы

Об обитателях океанических островов 345
.модифицированных потомков. Но из этого совсем не следует, что если на
каком-либо острове почти все виды одного класса эндемичны, то и виды
другого класса или другого подразделения того же класса также эндемичны; эта разница зависит отчасти от того, что виды не модифицируются,
«если попадают на остров в большом числе, так как при этом их взаимные
«отношения не нарушаются сколько-нибудь значительно; отчасти же от
того, что из своей родной страны могут часто попадать модифицированные
дммигранты, которые скрещиваются с островными формами, ^ужно помнить, что потомки, происходящие от таких скрещиваний, несомненно выигрывают в силе, и, таким образом, даже случайное скрещивание, происходящее время от времени, вызывает большее последствие, чем это можно
было бы предполагать.8 Я приведу несколько примеров для иллюстрации
этих замечаний: на Галапагосских островах имеется 26 наземных птиц, из
которых 21 (или, возможно, 23) эндемичны, тогда как из 11 морских птиц
только 2 эндемичны; но, очевидно, что морские птицы могут попадать на
эти острова легче и чаще, чем наземные. С другой стороны, Бермуды, лежащие почти на таком же расстоянии от Северной Америки, как Галапагосские острова от Южной, и обладающие весьма своеобразной почвой,
ле имеют ни одной эндемичной наземной птицы; но мы знаем из прекрасного описания Бермуд м-ра Дж. М. Джоунза (J. M. Jones), что очень
многие североамериканские птицы время от времени и даже сравнительно
часто посещают эти острова. Почти каждый год, как мне сообщает
Э. В. Харкорт (Е. V. Harcourt), многие европейские и африканские птицы
заносятся ветром на Мадейру; этот остров населен 99 видами, из которых
только один эндемичен, хотя очень близок к европейской форме, а три или
четыре других вида принадлежат этому острову и Канарским. Так что
острова Бермуды и Мадейра были заселены с соседних материков птицами, которые долгое время вместе боролись и стали взаимно адаптированными. Таким образом, попадая в новую область, каждая форма удерживается другими на своем месте и со своими привычками и оказывается
поэтому мало подверженной модификации. •'Кроме того, всякая наклонность к модификации подавляется скрещиванием с неизмененными иммигрантами, часто прибывающими из своей родной страны.6 Мадейра, далее,
населена поразительным числом эндемичных наземных моллюсков, тогда
как на ее берегах нет ни одной эндемичной морской ракушки; но хотя мы
не знаем, каким образом расселяются морские моллюски, однако можем
понять, что их яйца или личинки, быть может, прикрепленные к водорослям или плавучему лесу или же к ногам голенастых птиц, могут быть легче
перенесены через открытое море на протяжении 300 или 400 миль, нежели
наземные моллюски. Различные отряды живущих на Мадейре насекомых
представляют приблизительно параллельные случаи.
Океанические острова иногда бывают лишены животных известных
классов, и в таком случае их место занимается представителями других
классов; так, на Галапагосских островах рептилии, а на Новой Зеландии
гигантские бескрылые птицы занимают или недавно занимали место млежопитающих. 'Но хотя мы говорим здесь о Новой Зеландии как об океаническом острове, до известной степени сомнительно, можно ли считать его

346 Географическое распространение
таковым; с одной стороны, она слишком велика и не отделена от Австралии
очень глубоким морем; с другой, на основании ее геологического строения
и направления ее горных цепей преподобный У. Б. Кларк (W. В. Glarke)
недавно высказал мнение, что этот остров, как и Новая Каледония, может
считаться принадлежащим Австралии.7 В отношении растений д-р Хукер показал, что на Галапагосских островах относительная численность
разных отрядов совершенно отлична от того, что наблюдается где бы то
ни было. Все подобные различия в количестве и полное отсутствие известных групп животных и растений обычно объясняются предполагаемой разницей в физических условиях островов; но такое объяснение весьма сомнительно. Легкость, с которой происходит их заселение, по-видимому, имеет
настолько же большое значение, как и характер физических условий.
Относительно обитателей океанических островов можно сообщить множество замечательных мелких фактов. Например, на некоторых островах,
где нет ни одного млекопитающего, некоторые из эндемичных растений
имеют семена с превосходно развитыми прицепками; но едва ли какаялибо взаимная связь так очевидна, как то, что прицепки служат для переноса семян на шерсти млекопитающих. Однако такие семена с прицепками
могли быть занесены на остров и другим способом, а растение, модифицировавшись и образовав эндемичный вид, все еще сохраняет прицепки,
имеющие теперь характер бесполезных признаков, подобно сморщенным
задним крыльям под сросшимися элитрами многих островных жуков.
Затем на островах часто встречаются деревья и кустарники, принадлежащие к семействами, которые в других местах содержат только травянистые виды; но деревья, как это показано Альфонсом Декандолем, имеют
вообще, какова бы ни была тому причина, ограниченные области распространения. Поэтому маловероятно, чтобы деревья могли достигнуть далеко
отстоящих океанических островов; а травянистые растения, не имеющие
шансов на успешную конкуренцию со многими хорошо развитыми деревьями на материке, могут, утвердившись на острове, приобрести преимущество над другими травянистыми растениями, вырастая все выше и выше
и раскидывая свою вершину над ними. В этом случае естественный отбор
склонен увеличить рост растения, к какому бы семейству оно ни принадлежало, и сначала обращает его в кустарник, а затем — в дерево.
Отсутствие на океанических островах Batrachians
и наземных млекопитающих
Относительно отсутствия на океанических островах целых отрядов
животных Бори Сент-Венсан (Bory St. Vincent) уже давно заметил, что
Batrachians (лягушки, жабы, тритоны) никогда не были найдены ни на
одном из многочисленных островов, рассеянных среди обширных пространств океанов. Я взял на себя труд проверить это утверждение и нашел,
что оно вполне справедливо, за исключением Новой Зеландии, Новой Каледонии, Андаманских островов и, быть может. Соломоновых и Сейшельских островов. Но я уже заметил, что сомнительно, можно ли отнести Но-

Отсутствие на островах Batrachians и наземных млекопитающих 347
вую Зеландию и Новую Каледонию к числу океанических островов, и
еще сомнительнее то же самое относительно Андаманской и Соломоновой
групп и Сейшельских островов.8 Это общее отсутствие лягушек, здаб и
тритонов на столь многих настоящих океанических островах не может
быть объяснено их физическими условиями; напротив, кажется, что эти
острова особенно пригодны для названных животных, так как лягушки
были ввезены на Мадейру, Азорские острова и остров Маврикия и размножились там до того, что стали вредны. Но так как эти животные и их икра
немедленно гибнут в морской воде (насколько мы знаем, за исключением
одного индийского вида), то для них крайне трудно перенестись через
море, и это объясняет нам, почему их нет на настоящих океанических
островах. Но почему, следуя теории творения, они не были здесь сотворены, трудно было бы объяснить.
Млекопитающие представляют другой подобный же случай. Я внимательно прочел древние путешествия и не нашел ни одного несомненного
указания, что наземное млекопитающее (за исключением одомашненных
животных, разводимых туземцами) обитает на острове, удаленном более
чем на 300 миль от материка или большого континентального острова;
а многие острова, даже лежащие гораздо ближе, точно так же лишены
млекопитающих. Фолклендские острова, на которых живет похожая на
волка лисица, представляют почти единственное исключение; но эту группу
нельзя рассматривать как океаническую, так как она лежит на подводной
мели, соединяющей ее с материком на протяжении около 280 миль;
к тому же на их западное побережье айсберги прежде заносили валуны и
могли занести также лисицу, как это часто бывает теперь в арктических
странах. К тому же нельзя сказать, что на небольшом острове не могут
существовать по крайней мере маленькие млекопитающие, которые встречаются во многих странах света на очень маленьких островах, если они
лежат недалеко от материка; и едва ли можно назвать такой остров, на котором наши мелкие четвероногие не натурализовались бы и не размножились чрезвычайно сильно. На основе обычного взгляда на сотворение
нельзя сказать, что в этих случаях не было времени для сотворения млекопитающих: многие вулканические острова достаточно древни, как это
можно видеть по той огромной денудации, которую они испытали, и по их
третичным слоям; было здесь также и достаточно времени для образования
эндемичных видов, принадлежащих к другим классам; а на континентах
новые виды млекопитающих, как известно, появляются и исчезают быстрее, чем другие, низшие животные. Хотя наземные млекопитающие не
встречаются на океанических островах, летающие встречаются почти на
каждом острове. На Новой Зеландии обитает два вида летучих мышей, которых больше нет нигде на земном шаре; остров Норфолк, архипелаг
Вити, острова Бонин, Каролинский и Марианский архипелаги и остров
Маврикия — все имеют своих эндемичных летучих мышей. Почему же,
можно спросить, предполагаемая творческая сила произвела на отдаленных островах летучих мышей, а не других млекопитающих? По моему
мнению, на этот вопрос легко ответить: потому что никакое наземное млекопитающее не может быть перенесено через обширное пространство моря,

348 Географическое распространение
а летучие мыши могут его перелететь. Этих животных наблюдали летающими днем над Атлантическим океаном далеко от берега; два североамериканских вида систематически или время от времени посещают Бермуды,
лежащие в 600 милях от материка. Я знаю от м-ра Томза (Tomes), который
занимался специально этим семейством, что многие виды имеют огромнуюобласть распространения и найдены как на материках, так и на очень отдаленных островах. Таким образом, нам остается только предположить,.
что такие странствующие виды модифицировались в их новых местообитаниях применительно к их новому положению, и нам станет понятно присутствие эндемичных летучих мышей на океанических островах при отсутствии всех других наземных млекопитающих.
Существует еще другая интересная связь, именно между глубиной
моря, отделяющего острова друг от друга или от ближайшего материка, и
степенью родства между их млекопитающими. М-р Уинзор Эрл (Windsor
Earl) сделал в этом отношении несколько важных наблюдений, с тех пор
значительно расширенных превосходными исследованиями м-ра Уоллеса
на Малайском архипелаге, который пересекается около Целебеса полосой
глубокого океана, разделяющей, таким образом, две весьма различныефауны млекопитающих. Острова по каждую сторону пролива расположены
на сравнительно неглубокой подводной банке, и эти острова населены одними и теми же или очень близкими млекопитающими. Я не имел еще'
времени проследить эту связь во всех странах света, но, насколько успел:
это сделать, она существует. Например, Британия отделена от Европы
неглубоким проливом, по обеим сторонам которого живут одни и те жемлекопитающие; точно то же верно и по отношению ко всем островам, лежащим около берегов Австралии. Вест-Индские острова, с другой стороны,.

<< Предыдущая

стр. 42
(из 73 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>