<< Предыдущая

стр. 57
(из 73 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

•случай, отличающийся от [результатов] первых скрещиваний, поскольку их репро.дуктивные органы более или менее функционально неполноценны; тогда как при первых скрещиваниях органы обоих партнеров вполне развиты. Мы постоянно видели,
•что любые организмы платят в некоторой степени стерильностью за нарушение их

Комментарий 447
конституции cneiKa измененными или новыми условиями жизни; мы не должны удивляться, что гибриды в той или иной степени стерильны, поскольку их конституция
вряд ли не нарушена от соединения двух разных организмов. Этот параллелизм подтверждается другим, но прямо противоположным по классу фактом, а именно, что
сила и фертильность всех органических существ возрастают при слабых изменениях
условий жизни, и то, что потомки слабомодифицированных форм или разновидностей
приобретают при взаимном скрещивании повышенную силу и фертильность. Таким
образом, с одной стороны, значительные изменения условий жизни и скрещивания
сильномодифицированных форм снижают фертвльность, а с другой — меньшие изменения условий жизни и скрещивание менее модифицированных форм повышают ее».
3 После этой фразы в 1—4-м изданиях следовало предложение: «Невозможно возразить против того, что время недостаточно для заметных органических изменений;
промежутки времени были столь велики, что они с трудом укладываются в человеческом сознании».
4-4 это предложение впервые появилось в 3-м издании.
5-5 Это предложение впервые появилось в 4-м издании.
6-6 Этот абзац впервые введен в 4-м издании; заканчивался он предложением,
исключенным в 6-м издании: «И наконец, некоторые живые объекты стали прекрасными просто благодаря симметрии роста».
7-7 Это предложение впервые появилось в 3-м издании.
8-8 Это и три следующих предложения впервые появились в 6-м издании; первые
два предложения следующего абзаца — также в 6-м, последние три и следующий абзац — в 3-м,
s-9 Это предложение появилось впервые в 3-м издании, а весь следующий абзац — в 6-м.
10-ю Это п три следующих предложения впервые появились в 3-м издании.
11-и это предложение впервые появилось в 3-м издании, следующее — в 5-м,
а третье — опять же в 3-м.
i2 В 1—4-м изданиях после этой фразы было: «На протяжении ранних периодов
истории земли, когда формы жизни были, вероятно, проще и в меньшем числе, скорость
изменений, вероятно, была меньше, и на первых этапах жизни, когда существовало
очень мало форм и притом простейшего строения, скорость изменений могла быть
крайне медленной. Мировая история, как ныне известно, хотя и имеет огромную продолжительность, впоследствии будет считаться короткой по сравнению с веками,
которые протекли с появления первого органического существа, прародителя многочисленных вымерших и ныне живущих потомков».

ЗАРОЖДЕНИЕ ТЕОРИИ ЕСТЕСТВЕННОГО ОТБОРА
В ЗАПИСНЫХ КНИЖКАХ Ч. ДАРВИНА
А. В. Яблоков
К сожалению, мы еще слишком мало знаем о развитии любой, даже
«самой крупной идеи в современной биологии. Для такого знания нужна
более полная историография, чем имеется сейчас в нашем распоряжении.
Так, нужны параллельные анализы переписки Дарвина, анализ его выступлений и публикаций, анализ научной и общественно-политической
литературы (в том числе обязательно газетной периодики) того периода.
Нужен, таким образом, широкий спектр данных, характеризующих атмосферу жизни и творчества Дарвина. Одним только анализом публикаций,
как это было до сих пор, обойтись нельзя, нужен, по-видимому, машинный
анализ огромного материала. Всего этого еще нет, и нас ждут самые неожиданные находки при историческом поиске в области формирования
идей Дарвина.
Проведение такого полного анализа — дело обозримого будущего.
Пока же нельзя не использовать новую возможность анализа развития
взглядов Дарвина, возникшую в связи с находкой, расшифровкой и публикацией Записных книжек Дарвина.
В 1837 г. Дарвин записал: «В июле начал первую записную книжку
о „Трансмутации видов", начиная приблизительно с прошедшего марта
(т. е. с марта этого года) был сильно поражен характером южноамериканских ископаемых и видов Галапагосского архипелага. Эти факты (особенно последний) положили начало всем моим воззрениям» (Дарвин, 1957,
с. 162).
Ценность Записных книжек для понимания развития взглядов Дарвина огромна. Они важны прежде всего тем, что позволяют уловить самые
первые движения мысли в отношении целого ряда фундаментальных эволюционных концепций, и прежде всего в отношении формирования у Дарвина самого принципа эволюции, концепции вида и видообразования и,
наконец, самого естественного отбора. Показательно, что Дарвин неоднократно на протяжении десятков лет возвращался к ним: об этом свидетельствуют пометки, сделанные им на страницах книжек. Так, в начале
2-й книжки, заполненной в феврале—июле 1838 г., сделана запись: «Все
хорошие ссылки выбраны 13 дек. 1856. Также проработано 23 апреля 1873»
'(Darwin, 1960b, р. 82). Таким образом, даже спустя 45 лет, уже после

Зарождение теории естественного отбора 449
написания и публикации нескольких изданий «Происхождения видов»
Дарвин обращается к своим Записным книжкам.
Для понимания важности Записных книжек для творчества Дарвина
напомним, что при написании «Происхождения видов», как и ряда других
своих монографий, он порой просто вырезал из Записных книжек нужные
страницы и полностью или частично включал этот текст в свои произведения. Всего в книжках было 824 страницы. Поиски в архиве Дарвина позволили найти сначала 28 вырезанных страниц, потом еще 202; 70 страниц
до сих пор найти не удалось, не исключено, что они не пропали, а полностью вошли в какие-либо его опубликованные работы.
Записные книжки Дарвина по трансмутации (изменению) видов охватывают период двух лет — 1837—1839 гг.: 1-я книжка — июль 1837—
февраль 1838 г.; 2-я книжка — февраль—июль 1838 г.; 3-я книжка —
10 июля—2 октября 1838 г.; 4-я книжка — октябрь 1838 г.—10 июля
1839 г. Именно в эти два года начинают формироваться главнейшие идеи
теории эволюции. Напомним, что потом был «Скетч 1842 года», «Очерк
1844 года» и, наконец, грандиозная (более 2000 страниц) рукопись 1858 г.
Извлечением из последней и стало «Происхождение видов», опубликованное в 1859 г.
Не ставя перед собой задачу подробного анализа развития взглядов
Дарвина на теорию естественного отбора (такой анализ и невозможен
даже в рамках большой статьи и требует монографического исследования),
рассмотрим начальные этапы формирования эволюционных взглядов
Дарвина, как они прослеживаются по Записным книжкам. Однако следует
указать на то, что в 1980 г. была опубликована еще одна Записная книжка
Дарвина под названием «Красная записная книжка» (подробнее см.:
Галл, 1987). Ее публикация свидетельствует о том, что весной 1837 г.
Дарвин занимал сальтационистскую позицию в вопросе о происхождении
бидо.в. Эту концепцию, возможно, следует оценивать как переходную
между креацианистскими и подлинно эволюционными взглядами Дарвина.
ОБ ЭВОЛЮЦИОНИЗМЕ
Несомненно, к концу 1837 г. Дарвин был сознательным эволюционистом. Об этом однозначно свидетельствуют страницы 101- и 104-я 1-й
Записной книжки:
«101.1 Астрономы могли некогда говорить, что Бог повелевал каждой
планете двигаться по предначертанному пути. Таким же образом Бог
повелевает, чтобы каждое животное было создано по определенному образцу в определенной стране. Но насколько проще и величественнее сила:
пусть тяготение действует по определенному закону с какими-то неизбежными последствиями, пусть животные будут созданы и по твердым законам
размножения их потомки будут такими-то».
1 Цифры, стоящие в начале цитаты, соответствуют нумерациям страниц в оригинальных рукописях Дарвина. При публикации они вынесены на поля, что безусловно
облегчает пользование и цитирование Записных книжек.
29 Чарлз Дарвин

450
А. В. Яблоков




«104. Безусловно, известно, что одни виды вымирают и другие замещают их. . . Новые акты творения — это простое предположение, которое
ничего не объясняет. ..».
«216. Неужели Творец продолжал с кембрийской формации создавать
животных все того же общего строения. Жалкая, ограниченная точка
зрения».
Во 2-й книжке, весной 1838 г., Дарвин идет дальше, интуитивно подходя к вскрытию механизма эволюции:
«76. Согласиться, что виды и роды переходят один в другой. . . и все
строение [креационизма. — А. Я.] разрушится и упадет. Взгляни вокруг,
изучай градации, изучай единство типа, изучай географическое распространение,
77. изучай отношение ископаемых к современным. Здание [креационизма. — А. Я.} падает! . . .».
Наконец, в 3-й книжке мы находим точную самооценку идеи эволюции:
«69. . . Видя, что писали Фон-Бух, Гумбольдт, Ж. Сент-Илер и Ламарк, я не претендую на оригинальность идеи [эволюции. —А. Я.],
хотя я и пришел к этим заключениям самостоятельно, линия доказательства и сведение фактов к закону — моя единственная заслуга, если таковая вообще имеется. . .».
Однако несомненно, что «таковая» имелась. Прозорливо Дарвин уже
во 2-й книжке подчеркивает возможность естественного возникновения
жизни:
«102. Тесные отношения Жизни с законами химической комбинации и
универсальность последних делают спонтанное возникновение [жизни. —
Л. Я. ] не невозможным».
И, конечно же, подтверждением вполне сформировавшихся в 1838 г.
взглядов Дарвина на эволюцию служат его записи относительно происхождения человека на странице 232 1-й книжки и страницах 166 и 196 —
2-й.
«232. . . . Если мы позволим себе увлечься догадками, то животные,
наши собратья по боли, болезни, смерти, страданию и голоду. . ., могут
вместе с нами происходить от одного общего предка, все мы можем быть
связаны вместе. . .».
«166. . . Почему думать, что мысль есть результат работы мозга более
удивительно, чем что тяготение есть свойство материи?».
«196. . . Человек в своем невежестве считает себя великим творением,
достойным полубожественного положения, более скромно и, мне кажется,
правильнее считать его созданным из животных. . .».
Итак, несомненно, что к 1838 г. Дарвин стал убежденным эволюционистом и с глубоким скепсисом относился к креационистским воззрениям.
Однако также несомненно и то, что до середины 1838 г. механизм эволюции остается ему еще неясным, более того, все его внимание направленона другие проблемы, и прежде всего на установление хода протекания
эволюционного процесса — проблему взаимоотношения видов в процессеэволюции.

451
Зарождение теории естественного отбора



ПРОБЛЕМА ДРЕВА ЖИЗНИ
Уже в самом начале 1-й Записной книжки Дарвин однозначно формулирует представление о дивергенции и древе жизни:
«21. . . Организмы представляют собой древо, неравномерно разветвленное (курсив Ч. Дарвина); некоторые ветви много ветвистее — отсюда
роды».
«25. Древо жизни следовало бы назвать кораллом жизни, основания
ветвей мертвые, поэтому переходы невозможно обнаружить.
Этим предполагается,
«26. что ни одна из ветвей не делает его чрезмерно сложным. . . Могли
ли таким путем рыбы [быть] прослежены прямо вниз до простой организации. — Птицы — нет».
«27. В соответствии с кратковременностью жизни видов мы можем
представить себе, что по мере совершенствования [видов. — А. Я.} основания ветвей отмирают, так что в древе млекопитающих они будут выглядеть всего лишь как кружки. . . но в низших классах возможно более
линейное расположение».
На протяжении всех Записных книжек Дарвин неоднократно возвращается к этому представлению о кольцевых структурах в древе жизни.
Мне не вполне ясно, что он имел в виду, говоря о том, что виды будут выглядеть «как кружки» на древе жизни. Зато вполне ясно, что разрывы
между видами и родами, меньшие в одних случаях, большие — в других,
Дарвин прямо объяснял вымиранием промежуточных форм:
«36. . . между А и В огромный интервал в родстве, между С и В самый
постепенный переход, между В и D — несколько большее различие. Следовательно, роды должны были формироваться при сохранении связи
«37. с древними формами, при некотором [числе. — А. Я.} вымерших
форм. . .».
Во 2-й Записной книжке концепция древа жизни еще более определенна
«167. . . Вымирание некоторых форм и замена их другими. . . абсолютно необходимы для объяснения родов и классов, если все вымершие
формы были бы предками настоящих, тогда была бы
«168. совершенная серия или градация».
И наконец, та же мысль о древе жизни определенно звучит и в 3-й
книжке:
«52. . . Согласно моей теории, каждый вид в любом подроде будет происходить от одного ствола, и этот ствол с другим подродом
«53. будет исходить от общего ствола».
ПРОБЛЕМА ВИДА И ВИДООБРАЗОВАНИЯ
Из отрывочных замечаний Дарвина в Записных книжках видно, что
почти два года его занимала гипотеза видообразования, согласно которой
основой видообразования является скрещивание разнополых особей,
в результате которого, если особи близки, то развивается стерильность,

452
А. В. Яблоков




а если они достаточно далеки — возникают новые особенности. Если же
они очень далеки, опять-таки они оказываются стерильными при скрещивании. Наличие агамии, гермафродитизма и других необычных форм размножения заставляло Дарвина неоднократно сокрушаться по поводу несоответствия разрабатываемой им концепции этим фактам.
Уже в середине 1-й Записной книжки содержится вполне работающее
определение вида:
«213. Определение вида: то, что сохраняет постоянство признаков
[при существовании. —А. Я.] совместно с другими существами, очень
близкими по строению. — Поэтому виды могут быть хорошими и различаться незначительно по какому-либо внешнему признаку. . .».
«216. . . Что касается того, как образуются виды, доктрина Ламаркова
„желания" абсурдна, а равным образом и доводы против нее, а именно:
какой была выдра до того времени, как стала выдрой. Разумеется, существовала тысяча промежуточных
«217. форм. — Противник скажет: покажите мне их. Я отвечу: да,
если вы покажете мне каждую ступень между бульдогом и борзой. . .».
В четкой форме проблема выделения видов формулируется Дарвином
лишь во 2-й Записной книжке:
«53. . . природа, принимающая принцип непрерывных изменений в ее
порождениях, изобрела способ изолировать возникающие виды посредством стерильности гибридов. . .».
И через некоторое время:
«152. Вид является единственной закрепленной сущностью по отношению к другим живым существам. Один вид может пройти через тысячи
изменений, сохраняя отличие от другого, и если первый и последний
индивидуумы будут помещены вместе, они, по аналогии со всеми, не должны скрещиваться. — . . .Поскольку вид (курсив Ч. Дарвина) является
реальностью по отношению к современникам, фертдльность должна
решать это. . .».
ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИДЕИ ЕСТЕСТВЕННОГО ОТБОРА
Краткие записи в книжках дают уникальную возможность воссоздать
ход мысли Дарвина при формировании концепции естественного отбора.
Как подчеркивалось ранее, Дарвину пришлось решать одновременно и
параллельно несколько крупных эволюционных задач: утверждение (в основном для себя, поскольку это не было новостью) самой концепции трансформизма (эволюции), раскрытие сущности вида и видообразования.
Но дарвинизм потому и стал эволюционной теорией, что Дарвину удалось
обнаружить механизм эволюционного процесса, главной пружиной которого является естественный отбор.
На 160-й странице 1-й Записной книжки, заполненной осенью 1837 г.,
читаем:
«160. Созидающую силу можно проверить, когда острова близко к континенту: сравнить Сицилию и Галапагосы!!! — . . .».

453
Зарождение теории естественного отбора



Как видно, еще нет идеи отбора, речь идет о неопределенной «созидающей силе». Но уже в январе 1838 г. Дарвин пишет:
«227. . . Приняв трансмутацию и географическую группировку, мы
приходим к попытке раскрыть причины (курсив Дарвина) изменений. . .»
и далее:
«228. . . Моя теория . . . привела бы к тщательному изучению
причин изменения с целью выяснить, откуда мы происходим и к чему
направляемся. Это и непосредственное наблюдение прямых переходов
в строении видов могли бы привести к [раскрытию. —А. Я.] законов
изменения, которые явились тогда главным предметом изучения. . .».
В этих фразах звучит вполне осознанный поиск причин изменения видов. И в качестве таких причин предполагаются изменчивость и изоляция,
или, говоря словами Дарвина, трансмутация и географическая группировка.
Проходит несколько дней и в книжке появляется знаменитая запись:
«235. . . Против теории изменений могут возразить, что если это так,
то по мере продвижения к пустынной стране или по мере восхождения
на горы, вы должны встретить постепенно изменяющиеся виды, а между
тем, как хорошо известно, это не так. . .».
• «236. Как объяснить это при помощи закона малых различий, производящих более плодовитое потомство. . .» (курсив мой. — А. Я.).
Приведенные слова свидетельствуют, что в голове Дарвина уже не
просто догадка, а сложившийся «закон», суть которого состоит в том, что
возникающие малые различия (наследственная изменчивость) у особей
могут вести к появлению более многочисленного потомства, чем у особей,
таких отличий не имеющих. Это — почти сформулированное представление об отборе.
Во 2-й книжке мы встречаем три указания на продолжающуюся работу мысли в направлении углубления понимания процесса отбора.
«17. Изменения у видов должны быть очень медленными благодаря
медленным изменениям среды, и потомки не подбираются (picked), как
делает человек, создавая породы».
«66. . . Если щенка, родившегося с ненормально толстым покровом,
перенести в холодную страну, тогда приобретается свойство адаптации».
«106. . . Два больших класса изменений: один — когда потомков выбирают (picked), другой — когда нет».
Видно, что в этой серии цитат отчетливо звучит понятие «выбора»,
причем это понятие однозначно связывается с образованием новых форм
человеком и возникновением адаптации в природе.
Но только в 3-й Записной книжке концепция отбора формулируется
достаточно полно. Об этом свидетельствует и сам Дарвин, составивший
на внутренней стороне переплета этой книжки запись, сделанную 14 декабря 1856 г., при очередном просмотре книжки: «К моменту завершения
[этой книжки. — А. Я.} я впервые подумал об отборе как следствии борьбы
[за существование. —А. Я.]».
В «Автобиографии. . .» Дарвин так описывает эти события: «Я работал
подлинно бэконовским методом и без какой-бы то ни было теории собирал

454 А. В. Яблоков
в весьма обширном масштабе факты, особенно относящиеся к одомашненным организмам, путем просмотра печатных материалов, в беседах с искусными животноводами и растениеводами-садоводами и очень много читая. Когда я просматриваю список всякого рода книг, включая сюда целые
серии журналов и трудов, которые я прочитал и из которых я сделал извлечения, я сам поражаюсь своему трудолюбию. Вскоре я понял, что краеугольным камнем успеха человека в создании полезных рас животных и
растений был отбор. Однако в течение некоторого времени для меня оставалось тайной, каким образом отбор мог быть применен к организмам,
живущим в естественных условиях.
В октябре 1838 г., т. е. спустя 15 месяцев после того как я приступил
к своему систематическому исследованию, я случайно, ради развлечения,
прочитал книгу Мальтуса «О народонаселении», и так как благодаря продолжительным наблюдениям над образом жизни животных и растений
я был хорошо подготовлен к тому, чтобы оценить повсеместно происходящую борьбу за существование, меня сразу поразила мысль, что при таких условиях благоприятные изменения должны иметь тенденцию сохраняться, а неблагоприятные — уничтожаться. Результатом этого и должно
быть образование новых видов. Теперь, наконец, я обладал теорией, при
помощи которой можно было работать. . .» (Дарвин, 1957, с. 128—129).

<< Предыдущая

стр. 57
(из 73 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>